Глава 17

– Сара, ты спятила? Ты знаешь, что это такое? – прокричал Роланд, бросившись ко мне.

– Он мой друг! – выкрикнула я и вскинула руки, чтобы Роланд и Николас увидели, что я в порядке. – Его зовут Реми.

Роланд резко остановился и потрясенно уставился на меня. Его взгляд настороженно переместился с меня на Реми и обратно, будто он не мог поверить своим глазам.

– Это Реми?

– Да. А теперь оба отойдите. – Я повернулась к Реми и взяла его за руку. – Ты в порядке?

Должно быть, случилось нечто очень плохое, раз он пришел сюда и показался другим людям. Я никогда не видела его таким расстроенным.

– Он в порядке? – с недоумением спросил Роланд. – У меня чуть сердечный приступ не случился, а она беспокоится о тролле. О проклятом тролле!

– Роланд, заткнись, – жестко потребовала я. – Реми, что случилось? Пожалуйста, поговори со мной.

Большие глаза Реми наконец-то встретились с моими, и в них я увидела то, чего никогда не ожидала увидеть во взгляде тролля: страх.

– Минки уйти. Криа и Сину тоже.

– Ушли? Что значит ушли?

Он до боли сжал мою руку, но я сдержала крик.

– Смертные забрать их, – ответил он, воплотив в реальность один из моих худших страхов. С тех пор как мы продали желчь тролля, я беспокоилась, что кто-то сможет отследить моих друзей. Мысль о том, что милая малышка Минка оказалась в руках чужого человека, леденила душу.

– Мы найдем их, – горячо пообещала я, – вернем их.

Николас вступил в разговор:

– У твоего дяди есть здесь алкоголь?

Я одарила его озадаченным взглядом.

– Как это нам поможет?

– Никак. Мне нужно выпить.

– Помогу тебе с поисками, – слабо добавил Роланд.

– Ребят, вы не помогаете, – бросила я. – Младшие кузены Реми в большой опасности, и нам нужно их найти.

Николас, опирающийся на стену, впервые с нашей встречи выглядел растерянным.

– У нас и без пропавших троллей проблем хватает. Неужели ты забыла о своих проблемах?

– Но это моя вина, – сообщила я. – Я должна им помочь.

– Это наша вина, – поправил Реми. – Сара предупредить, что это опасно, но я не поверить. Мне нужно лекарство для болотника.

– Ради всего святого, о чем он говорит? – спросил меня Роланд.

Я прикусил губу, набираясь храбрости.

– У Реми есть знакомый болотник, которому для лечения нужно было особое средство, но здесь не достать. Оно из Африки, его очень трудно найти… и оно очень дорогое. Я договорилась с человеком, но нам нужно было получить его как можно скорее, поэтому Реми дал мне кое-что для сделки… что-то очень редкое.

Николас выпрямился, а его глаза в неверии расширились.

– Пожалуйста, скажи, что ты шутишь.

Я медленно покачала головой, и он разразился чередой русских ругательств, от которых у меня запылали уши, хотя я ни слова не поняла.

– Что? Что я упустил? – поинтересовался Роланд, переводя взгляд между нами.

– Господи боже! – Николас начал вышагивать по коридору. – Ты купила лекарство с помощью желчи тролля? О чем ты, черт возьми, вообще думала?

Роланд бросил на меня испуганный взгляд.

– О, Сара, нет.

– Я была осторожна, – возразила я. – Обратилась к парню, с которым давно работала, а он всегда осторожен. Он сказал, что через посредника связался с иностранным покупателем и нет никакой возможности выйти на меня. Но через пару недель я увидела, что на форумах интересуются о желчи троллей, и забеспокоилась. – Я потерла глаза. – Никогда не думала, что они найдут нас, не говоря уже о том, что им хватит смелости на нечто подобное.

– Не смелости, а невероятной тупости, – устало сказал Николас. Он взглянул на Реми. – Сколько у нас времени?

– Старейшины собираться сейчас. Я искать Сара, чтобы узнать, не получится ли найти малышей раньше.

– Раньше чего? – спросил Роланд, когда меня осенило, о чем говорили Николас и Реми. Я ахнула, осознав всю серьезность ситуации.

– Бойня, – прошептала я. – Старейшины устроят бойню.

– Звучит плохо, – едва слышно добавил Роланд.

В смехе Николаса не слышалось ни капли юмора.

– Есть причина, по которой никто – даже вампиры – не связывается с троллями. Если испортишь отношения с одним троллем, будь готов встретиться с гневом всего клана, а если причинишь боль одному из молодых – умрешь. А когда пропадает юнец, весь клан поднимается на его поиски… или на его похитителя. Тролли – ищейки, куда лучше крокоттов, и, стоит им впасть в ярость, они убьют любого, кто контактировал с их пропавшими детьми. А в приступе ярости тролли не различают невиновных и виновных.

Роланд побледнел.

В дверь позвонили, и мы с Роландом подпрыгнули от неожиданности. Николас открыл дверь, впустив Криса, чья добродушная улыбка не дрогнула, даже когда он увидел наши помрачневшие лица. Затем он увидел Реми. Я никогда прежде не видела, чтобы у кого-то так сильно распахнулись глаза от удивления. Роланд всучил Крису стакан виски Нейта, пока Николас вводил его в курс дела, рассказывая обо всем, что он пропустил.

На кухне стало тесновато, поэтому мы переместились в гостиную. Я заняла кресло у камина, а Реми сел на пуфик рядом со мной. Роланд и Крис устроились по обе стороны дивана. Николас встал у окна, как дозорный.

– Твоя маленькая сиротка полна сюрпризов, – подтрунивал Крис над Николасом. – С ней не соскучишься.

Я ощетинилась на слова Криса.

– Я ничья не сиротка.

Крис проигнорировал мое возражение.

– Ну, каков план?

У меня не было никаких сомнений в том, что нужно делать.

– Мы должны найти их. – Когда все промолчали, я добавила: – Они совсем дети. Только богу известно, что с ними сделают эти люди.

Роланд указал на Реми.

– Разве он не может их отследить?

Реми огорченно покачал головой.

– Только старейшины знать, как отследить. Я найти их, если приблизиться.

Я достала телефон.

– Позвоню Мэллою. Если кто и слышал об этом, так это он.

– Кто такой Мэллой? – с подозрением спросил Николас.

– Покупатель, – ответил Роланд, пока я набирала номер. Николас бросил вопросительный взгляд на Роланда, который поморщился, вспомнив, скорее всего, последнюю встречу с Мэллоем. – Не спрашивай.

Мэллой поднял трубку, и я сразу перешла к делу о пропавших троллях.

– Если ты что-то слышал, говори сейчас же. Если их не найдем мы, то на поиски отправятся родители, а ты не захочешь с ними встречаться, учитывая, что я тебе продала.

– Да ты сумасшедшая, раз связалась с троллями, – произнес он испуганным голосом. – Разве я не постоянно говорю тебе об этом? – И после короткой паузы он продолжил: – Дай мне полчаса, и если что-то есть, я узнаю.

Я скинула.

– Он проверяет.

Николас вытащил свой телефон и с кем-то тихо заговорил. Затем скинул и посмотрел на Криса.

– Я вызвал команду Эрика. Игрок, должно быть, крупный, раз отважился навлечь на себя гнев троллей. Полагаю, нам также известно о том, кто послал ведьмака. Он должен обладать огромной властью и влиянием, чтобы заполучить тролля.

Слова повисли в воздухе, пока детали пазла вставали на свои места, словно вставляемые в обойму патроны. Большой игрок, который мог нанять пустынного ведьмака, живущего в одном из племен Африки. Мужчина на яхте. Тарек с его ближневосточным акцентом. Богатый иностранный покупатель Мэллоя.

«О боже, что я наделала?»

Тяжесть совершенных мною поступков грозила задушить меня. Последние несколько недель я была настолько поглощена личной драмой, что не заметила новую угрозу, пока она не нависла прямо над нами. Я думала, что помогала Реми, разыскивая Бакту, но в результате лишь подвергла опасности всю его семью. Если тролли устроят бойню, погибнет много людей, и все это останется на моей совести.

– Я так виновата. Прости меня, Реми.

Он накрыл маленькой ладонью мою руку, лежащую на подлокотнике кресла.

– Я тоже виноват.

Склонившись, я быстро обняла его.

– Обещаю, мы вернем их.

Когда мы отстранились друг от друга, я заметила три пары глаз, наблюдавших за нами с неприкрытым любопытством. Мне пришло в голове, как странно все, должно быть, выглядит со стороны – девочка-подросток дружит с троллем, – но у меня совсем не было настроения что-либо объяснять. На это еще будет время, когда мы спасем маленьких кузенов Реми.

– Я в бреду или действительно вижу здесь тролля? – В дверном проеме появился Питер с широко распахнутыми глазами. Если бы не взъерошенные волосы и окровавленная футболка, я бы ни за что не поверила, что час назад его пырнули ножом.

Роланд вкратце пересказал ему всю историю. Питер слушал с открытым ртом, не отрывая взгляда от меня и Реми, а когда Роланд закончил, Питер молча сел на пол, прислонившись спиной к стене.

Через десять минут перезвонил Мэллой.

– Ты узнала об этом не от меня, ясно? – сказал он, как только я взяла трубку. – Я ничего не узнал об этих троллях, но завтра утром, предположительно, из Портленда на личном самолете будут отправлены очень редкие товары. Подобной охраны еще не видели. Говорят, груз живой.

Мой пульс участился.

– Вот оно. Наверняка это они. Ты знаешь, где груз сейчас?

Остальные выжидающе посмотрели на меня, когда я закончила разговор. Я пересказала все, что сообщил мне Мэллой, и вскочила на ноги.

– Давайте, нужно идти, пока не стало слишком поздно.

– Поедем мы с Крисом, – сказал Николас. – Думаю, мы справимся с любой охраной.

– Я тоже иду. – Я втянула их в этот кошмар, и мне из него вытаскивать.

Николас скрестил на груди руки.

– Забудь. Этому не бывать.

– Хватит говорить мне, что делать. Я иду, нравится тебе это или нет, – возразила я.

Тролли были моими друзьями и моей ответственностью. Как он смеет мешать мне помочь им?

На его челюсти заиграли желваки, и он сделал шаг ко мне.

– Черта с два. Я привяжу твою маленькую задницу к стулу, если придется.

– Можешь поцеловать мою…

Между нами выскочил Крис, повернувшись лицом к Николасу.

– Не думаю, что эта маленькая ссора приведет к хорошему. – Он повернулся и вскинул брови, посмотрев на меня. – Каким бы занимательным он ни обещал быть.

– Нет никакой ссоры. Она остается здесь, – непоколебимо заявил Николас.

Пришло время применить другую тактику.

– Ладно, мистер Я-Знаю-Лучше-Всех, что будешь делать, когда найдешь их? Готова поспорить, в школе воинов тебя не научили, как справиться с кучкой испуганных детишек троллей.

– Твой друг-тролль пойдет с нами.

– И кто останется со мной, пока вы будете на этой спасительной миссии?

– На пару часов оборотни смогут обеспечить твою безопасность, – ответил он, как будто это все решило.

– Серьезно? А что, если тот ведьмак снова найдет нас? Разве я не буду в большей безопасности с группой воинов, двумя оборотнями и троллем?

– Сара пойти. Я защитить ее, – поклялся Реми, и я заметила, как Роланд вздрогнул, увидев грозное лицо моего друга. Никто в комнате не смог бы поспорить с тем, что лучшего телохранителя не найти во всем мире.

Николас сердито смотрел на меня добрые десять секунд.

– Ни на дюйм от него не отходи. – Его тон не допускал никаких возражений, и впервые я уступила ему без боя.

Я взяла из шкафа в прихожей пальто и нащупала во внутреннем кармане кинжал Мохири. Я лишь надеялась, что мне не придется его сегодня использовать, хотя госпожа фортуна, казалось, в последнее время покинула меня, и я бы не хотела быть застигнутой врасплох без оружия.

Питер забил место на пассажирском сиденье, и я бросила на него взгляд, когда мне пришлось забраться с Николасом назад. Реми отказался даже приближаться к машине, сказав, что последует за нами пешком.

Я осмотрелась в поисках Криса, но Николас сказал:

– Крис поедет за нами.

В салоне воцарилось напряженное молчание, пока мы выехали на шоссе. Я смотрела в окно, планируя игнорировать Николаса всю дорогу до Портленда. Вот вам и оливковая ветвь, которую я протянула ему в ночь урагана. Теперь бедное деревце полыхало огнем.

Питер продержался целых десять минут, прежде чем повернулся ко мне и посмотрел на меня «не-хочешь-нам-что-нибудь-рассказать» взглядом.

– Что?

Он покачал головой.

– Серьезно? Это все, что ты можешь сказать о тролле, который только что сидел в твоей гостиной?

Я почувствовала на себе взгляд Николаса, заметила, как Роланд посматривал на меня через зеркало заднего вида.

– Я познакомилась с Реми вскоре после того, как переехала к Нейту, и задолго того, как встретила вас. Я частенько гуляла у старой лесопилки, и однажды он заметил меня и решил показаться. Он был всего на год старше меня и довольно авантюрным для тролля. – Я умолчала о том, что Реми подглядел, как я исцелила сломанную лапу белки, и ему стало так любопытно, что он несколько недель шпионил за мной и только потом представился.

– Ты совсем не испугалась? – поинтересовался Роланд. – Я бы штаны обмочил, если бы в твоем возрасте встретил посреди леса тролля.

Питер фыркнул.

– Ты бы и сейчас их обмочил.

Улыбка растянулась на моем лице, когда я вспомнила тот день.

– Сначала было страшно. Уже тогда Реми выглядел довольно свирепо. Он немного знал английский, поэтому мы смогли побеседовать, и я узнала, что он нервничает так же, как и я. Это было… довольно трудное время для меня. Я только что потеряла отца, переехала в неизвестное место, и мне было одиноко. Реми стал моим первым другом здесь.

В груди все сжалось. Я впервые говорила с кем-то о тех мрачных днях, когда приехала в Нью-Гастингс.

– Но тролли никого не любят, особенно смертных, – возразил Питер. – Убьют любого, кто приблизится к их детенышам. Как ты не испугалась взрослых троллей?

Я рассмеялась.

– Сначала я ничего не знала, а Реми не рассказывал. С ним было очень весело. Я учила его английскому, а он учил меня всему, что знал о реальном мире. Именно Реми поведал мне, что вампиры действительно существуют и, скорее всего, убили моего отца. Когда он повел меня знакомиться со своей семьей, я не знала, что должна была бояться их. Они не обрадовались, но и не угрожали мне. Может, потому, что я была просто ребенком, или, возможно, они с самого начала знали, что я – не смертная, не знаю. В любом случае, я нечасто вижусь с ними. Обычно провожу время только с Реми.

– Ладно, ты официально самая крутая девчонка, которую я когда-либо встречал, – заявил Питер. – Подумать только, а мы боялись, что ты испугаешься нас, узнав, кто мы такие.

После Роланд и Питер засыпали меня вопросами, пока я не вскинула руки и не замолчала, сказав, что больше никаких вопросов. Николас на протяжении всего разговора молчал, но я не переставала чувствовать на себе его взгляд. Мне стоило немалых усилий не бросить на него взгляд, чтобы узнать, о чем он думает. Вероятно, задавался вопрос, в какую чертовщину ввязался.

Я не посещала Портленд с того вечера в «Аттике», – думала, мне будет не по себе находиться здесь, – но я так сильно беспокоилась за кузенов Реми, что кроме волнения ничего не испытывала. Я до боли стиснула руки в кулаки на коленях, пока Роланд вел машину по улицам в поисках адреса, который дал Мэллой, и к тому моменту, как мы добрались до огороженного особняка, на моих ладонях остались следы от ногтей. Мы проехали мимо один раз, чтобы осмотреть его, а затем припарковались у новой застройки на соседней улице, чтобы нас не обнаружили.

Реми подбежал ко мне, как только я выбралась из машины.

– Малыши рядом!

– Я думал, ты не можешь отследить их, – сказал Роланд.

– Только когда они близко, – объяснил Реми и прикоснулся к груди. – Чувствовать их здесь.

В моей груди загорелась искра надежды.

– Мэллой был прав.

Крис, после того как провел небольшую разведку, присоединился к нам. Он рассказал Николасу о том, что видел.

– Усиленная охрана, но ничего такого, с чем мы бы не справились. Дюжина или около того вооруженных людей по периметру и еще больше внутри дома.

Николас повернулся к нам и, смотря прямо на меня, сказал:

– Мы с Крисом пойдем внутрь и ликвидируем защиту. Как только будет безопасно и мы определим местонахождение юных троллей, вернемся за вами.

– Думаешь, мы останемся здесь? – спросил Роланд, махнув рукой на пустую парковку. Его взгляд подсказал мне, что он не мог дождаться броситься в бой. Но теперь, зная, что мы подобрались к Минке и остальным троллям, я была только рада позволить Николасу и Крису разобраться с угрозой. Я бы никогда не призналась в этом Николасу, но меня до сих пор потряхивало после нападения, и мысль о встрече с куда более опасными людьми, пугала меня до чертиков. И, оборотни мои друзья или нет, но мне хотелось, чтобы они остались со мной от греха подальше. Я видела, как Николас сражался с вампирами и крокоттами, и поэтому была уверена в том, что он справится с кучкой вооруженных людей.

– Ты сможешь обратиться и излечишься, если они не начнут стрелять, конечно, серебряными пулями, но что насчет Сары? – обратился Николас к Роланду. – Ты готов подвергнуть ее такой опасности?

Роланд начал было что-то говорить, но потом покачал головой:

– Нет.

Довольный, Николас добавил:

– Будет несколько уровней защиты. Кто бы ни инициировал все это, он не станет рисковать столь драгоценным грузом и будет ожидать неприятностей. Если услышите выстрелы или другой шум, оставайтесь здесь, чтобы вас никто не заметил. Мы со всем разберемся. Понятно?

– Да, – ответила я за всех. Николас кивнул, и они с Крисом начали снаряжаться оружием из сумки с мотоцикла Криса. Когда они были готовы, Николас выглядел словно воин, вышедший из темного переулка. У меня немного отлегло от сердца, потому что я знала: если кто и сможет все исправить, так это он. «Я доверяю ему». Признание застало меня врасплох, потому что доверять людям мне было непросто. Затем подумала обо всем, что он сделал, чтобы заслужить мое доверие, хотя я противостояла ему на каждом шагу; как он снова и снова попадал в опасные ситуации, как сейчас, из-за меня.

– Будьте осторожны, – напутствовала я, смотря на Николаса. Он уверенно улыбнулся, как будто отправлялся на матч по регби, а не шел в бой.

Крис усмехнулся мне и развернулся, чтобы уйти.

– Осторожнее, Сара, а то люди подумают, что тебе не все равно.

Оставшись одни, мы вчетвером притихли в ожидании возвращения Николаса и Криса. Роланд и Питер мерили шагами парковку, часто останавливаясь, чтобы прислушаться к звукам борьбы. Я сидела с Реми на куче фанеры, сжимая его ладонь.

– Что произойдет, когда вернем Минку и остальных? Будут ли старейшины все еще злиться?

Реми склонил голову.

– Я сказать им о желчи, и они очень злиться. Думать, они запретить нам дружить.

– Нет!

Реми был одним из моих самых близких друзей. Он останется рядом со мной, даже когда все, кого я знаю, состарятся и умрут. Я не могла потерять его. Не могла.

– Может, не навсегда, но надолго, – грустно сообщил он. – Старейшины не забывать легко.

Я сглотнула навернувшиеся на глаза слезы. Я столько всего испортила, но никогда не думала, что поставлю под угрозу нашу дружбу. Что еще я разрушу, прежде чем все закончится?

– Где они? – встревожился Питер десять минут спустя. – Разве мы не должны были что-нибудь услышать?

– Не знаю. – Голос Роланда был неуверенным. – Дадим им еще несколько минут и…

Реми вскочил на ноги, едва не сбив меня; его глаза были широко распахнуты и сверкали в темноте.

– Малыши очень испуганы! Случиться что-то плохое.

К нам подбежали Роланд и Питер.

– Что случилось? – спросил Роланд.

– Реми сказал, что с кузенами что-то не так. – Я отказывалась даже думать, что это могло значить. – Нужно идти.

Питер почесал затылок.

– А Мохири? Разве мы не должны дождаться их?

– Нет времени. Мы нужны троллям. – Я прищурилась, пытаясь разглядеть их лица. – Мы с Реми идем.

– Ладно, подождите минуту, – сказал Роланд. – Будет лучше, если мы обратимся.

Они с Питером скрылись за зданием, и на их месте появились две большие темные фигуры. Я и забыла, как свирепо они выглядят в волчьем обличье, и у меня перехватило дыхание, когда они встали по обе стороны от меня. Стоя на задних лапах, они возвышались надо мной, отчего рядом с их мощными телами я ощутила себя маленькой и ничтожной.

– Не давите на меня, – упрекнула их и толкнула плечом, чтобы они предоставили мне больше свободного пространства.

Мы осторожно продвигались по тихому району, пока в поле зрения не показался вход в особняк. Я изучила запертые ворота высотой в десять футов, раздумывая, как перебраться через них.

Роланд подтолкнул мою руку и повел в сторону от ворот, в лес, окружавший особняк. Я вытащила кинжал и последовала за ним, Реми шел рядом со мной, а Питер – позади нас. Деревья и трава были мокрыми от недавно прошедшего дождя, но меня не беспокоила сырость, просачивающаяся сквозь мои джинсы и кроссовки, – я думала только о том, чтобы не создавать лишнего шума.

Обогнув особняк, мы обнаружили маленькую калитку садовника, гостеприимно распахнутую, где, видимо, и прошли Николас с Крисом. Сомнения отпали сами собой, когда мы проскользнули через дверцу и увидели двух мужчин, лежащих на земле без сознания. По крайней мере, я предположила, что они были без сознания, но проверять не собиралась. Я не поддерживала бессмысленные убийства, но и не сочувствовала людям, которые похищают или причиняют вред детям.

Мы присели под навесом, изучая широкую лужайку, усеянную высокими деревьями и заботливо ухоженными цветочными клумбами. Между нами и хорошо освещенным домом не было никаких признаков движения, поэтому мы побежали по территории, перебегая от одного дерева к другому в поисках укрытия. Адреналин бурлил во всем теле, а сердце стучало так быстро, что мне казалось, что все в радиусе десяти футов услышат его стук.

Реми резко остановился и издал низкий рык, от которого у меня зашевелились волосы на затылке, в то время как Роланд зарычал. Прижав палец к губам, Реми оттолкнул меня к дереву и встал передо мной, а два моих друга-оборотня убежали в темноту. Ночь внезапно наполнилась рычанием и звуками жестокой драки. Мои ладони скребли по твердой, шершавой коре дерева, пока я представляла, какие ужасные вещи происходят с моими друзьями.

Голова Реми дернулась влево, и из его груди вырвался рокот. Прежде чем я успела заговорить, он исчез в тумане, оставив меня одну, дрожащую возле дерева. Из темноты доносились шипение и звуки борьбы, пока сердце грозилось выскочить из груди.

– Тук-тук, тут-тук, так бьется сердечко зайчонка, – растягивая слова, пропел холодный нечеловеческий голос.

Я приглушенно вскрикнула, когда передо мной появился вампир. Высокий, с кожей, напоминающей эбеновое дерево, и короткими, торчащими во все стороны дредами, он улыбнулся мне, и его белые клыки сверкали в темноте.

– Привет, зайчонок.

Прежде чем я успела отреагировать, дуновение ветра возвестило о появлении второго вампира с зачесанными назад светлыми волосами и голодным хитрым взглядом.

Вампиры работали со смертными? Невозможно. Взмахнув кинжалом, я прижалась к стволу дерева.

– Назад!

Мягкий смех чернокожего вампира обдал мою кожу, как ледяная вода.

– Такое большое оружие для такой маленькой девочки.

– Хасим не сообщил, что будет закуска, – обратился он к своему спутнику. Первый вампир шагнул вперед. – Не забудь, я увидел ее перв…

Внезапно появилось серое пятно, за которым жуткий булькающий звук, и я почувствовала, как по моему лицу и глазам расплывается тепло. Что-то ударило по моим ногам, и чернокожий вампир рухнул на землю. Я в шоке уставилась на труп, затем на отрубленную голову, валявшуюся у моих ног, и ощутила тошноту.

Мои глаза встретились со светловолосым вампиром в момент, когда удивление переросло в страх и сменилось яростью. Голос в моем сознании, который я считала мертвым, прошептал: «Беги». Страх перекрыл все остальные чувства, но не инстинкты Мори, и я почувствовала, как мое тело понеслось в сторону с такой скоростью, от которой у меня закружилась голова. Воздух рядом закружился, когда вампир кинулся на то место, где я стояла секунду назад.

«Используй оружие», – спокойно сказал демон, и я вовремя выставила кинжал вперед, когда на меня снова напал вампир. Мы оба удивленно вскрикнули, как только лезвие пронзило его грудь. Я не попала в сердце, но серебро обожгло его, и вампир завопил в агонии, когда из раны в груди повалил дым. Его когтистая рука потянулась ко мне. В ужасе я вытащила из него клинок и отступила назад, чтобы вонзить снова.

Вампир отшатнулся от меня, а рычание, вырывающееся из его рта, умолкло, когда он обмяк удерживаемый тонкими серыми руками, сжимающими его горло. Мой взгляд остановился на Реми, и он кивнул. Двинувшись вперед, я взяла кинжал обеими руками и вонзила его в неприкрытое сердце вампира.

Не было ни смертного крика, ни языков пламени. Вампир ахнул и вздрогнул, а затем рухнул на землю, как мешок с картошкой. Я уставилась на лезвие в руках, окрещенное кровью первого убитого мной вампира, и почувствовала прилив восторга, ни на что не похожего. Мори довольно вздохнул.

– Идти, – призвал Реми и, взяв меня за руку, оттащил от двух убитых вампиров.

– А как же Роланд и Питер? – хрипло прошептала я и оглянулась, пытаясь отыскать их в темноте.

– Волки сильные. Малыши нужны мы.

Я позволила ему вести меня до дома, пока рукавом оттирала с лица кровь вампира. Мои друзья были охотниками на вампиров, были обучены этому, и я должна верить, что они смогут о себе позаботиться. А сейчас, с Реми, я была в безопасности, как ни с кем другим. Я все еще не могла осознать то, что в этом деле замешаны и вампиры, и смертные. Что люди пообещали вампирам в обмен на их помощь и риск развязать войну с троллями?

Реми молчал, и я следовала за ним с чувством, похожим на благоговейный трепет. Все то время, что я знала его, он был добрым другом, который использовал свои знания, чтобы помогать другим существам. Я знала, что тролли – смертоносные бойцы, но никогда даже не представляла его таким. Реми был моим ровесником, а он, не моргнув и глазом, хладнокровно разделался с тем вампиром. Я вздрогнула от мысли, на что был способен взрослый тролль. Поэтому возвращение кузенов в клан было первостепенной задачей, пока старейшины не отправились на их поиски.

Мы остановились около бассейна, где больше не было укрытия. Площадку перед бассейном заливал свет, и я увидела, что задняя стеклянная дверь в доме была открыта. Мне стало интересно, шли ли Николас и Крис этим путем. Или они, возможно, по-прежнему находились на территории, сражаясь с вампирами? «Что, если они не выжили?» Я отмахнулась от этой ужасной мысли, стоило ей ворваться в мою голову. Я отказывалась верить, что вампиры одолеют двух воинов, особенно Николаса.

Никто не пытался схватить нас, пока мы бежали вдоль бассейна, и я узнала причину этого, когда мы наткнулись на трех бессознательных мужчин. Через дверь увидела еще две обмякшие фигуры, которые оказались мертвыми вампирами. Господи, это место просто кишело кровососами! Я задрожала, никогда так не радовалась тому, что Реми был рядом. Из груди одного вампира торчал кинжал, и я улыбнулась от мрачного облегчения, узнав рукоятку. Несомненно, визитная карточка Николаса. По крайней мере, я знала, как далеко они прошли.

Пройдя через дверь, мы оказались в большом зале, выложенном мраморной плиткой, с самыми высокими потолками, которые я когда-либо видела, увешанными рядом сверкающих люстр. Элегантная лестница изгибалась к пролету на втором этаже, где из большого окна открывался вид на всю территорию. За лестницей находился коридор с несколькими дверьми.

– Куда? – спросила я Реми, полагаясь на его безошибочный нюх, который приведет нас к его кузенам.

– Там. – Он указал на коридор. – Туда.

В доме было тихо, как в склепе, и пока мы стремительно шли по коридору, эта тишина пугала меня. Как бы хорошо ни охранялось это место, здесь должны были быть хоть какие-то звуки, какие-то признаки присутствия обитателей дома. Где все? Где Николас и Крис?

Мы дошли до первой закрытой двери и, толкнув ее, обнаружили пустую библиотеку. За следующей дверью оказалась игровая комната с массивным бильярдным столом. «Бог любит троицу», – подумала я, открывая третью дверь. Прохладный ветерок коснулся моего лица. Подвал.

– Внизу, – прошептал Реми позади меня. Большего подтверждения мне и не требовалось, чтобы направиться вниз с Реми, следующим по пятам. Внизу мы оказались в прямоугольном помещении с каменными стенами и полом и арочным проемом с обеих сторон. Я прислушалась, есть ли здесь охранники, но нас встретила только тишина.

«Слишком просто», – взволнованно подумала я. Если кузены Реми были здесь, то подвал должен кишеть охранниками.

Я повернулась к дверному проему справа от меня и остановилась на месте, услышав щелкающие звуки, доносящиеся с противоположной стороны. Я бросила на Реми испуганный взгляд, когда щелчки стали громче и быстрее, смешиваясь со странными чавкающими звуками. Я сразу подумала о крокоттах и застыла от ужаса, порожденного этими образами.

Реми дернул меня к себе, когда в помещение с рычанием ворвались два огромных черных тела. Мой друг-тролль обнажил зубы и издал такой рык, от которого чудовища остановились как вкопанные. Я никогда не видела подобных собак. Их тела были мускулистыми и коренастыми, и я могла бы принять их за ротвейлеров, если бы они не были размером с небольшую лошадь с пугающими красными глазами. Морды у них были длиннее и шире, чем у обычной собаки, а в пасти торчали длинные клыки, торчащие из челюстей. Шерсть, грубая и черная, покрывала тела, и я не могла отделаться от мысли, что они были красивы в каком-то чудовищном смысле. Я бы по достоинству оценила их, если бы они не смотрели на меня как на еду.

– Это что еще такое? – прошептала я, пока огромные псы кружили вокруг нас, пытаясь обойти не менее грозное существо.

– Падшие звери, – спокойно ответил он, не сводя с них взгляда. Один из псов угрожающе склонил голову набок, как будто понял слова Реми.

– Что? – прохрипела я. – Ты имеешь в виду церберов!

Вампиры, а теперь церберы? Твою мать, с кем мы вообще связались?

Я посмотрела на окровавленный кинжал в своей руке и задумалась, работало ли серебро на адских псах.

Я сделала глубокий вдох. Никогда в жизни я не причинила боль животным, но парочка церберов, казалось, готова разорвать нас на куски. Они стояли между нами и троллями, и если придется, я буду сражаться с ними.

– Нет, – мягко сказал Реми и, словно прочитав мои мысли, положил руку на мою ладонь, удерживающую кинжал. – Ты говорить с ними.

– Ты спятил? – спросила я одними губами, боясь отвести взгляд от чудовищ. – Это церберы, Реми. Ну… чудовища из ада.

В ответ он лишь едва заметно пожал плечами.

Отлично. Я находилась в недрах особняка, кишащего вампирами и бог знает кем еще. Я понятия не имела, в порядке ли мои друзья, в то время как сама столкнулась с двумя приспешниками ада. И все, что Реми мог сказать мне, это «Поговори с ними»?

– Ладно, если нас загрызут, меня не вини.

Я опустилась на холодный пол, прислонившись спиной к стене и положив клинок рядом с собой. Псы пристально наблюдали за мной, но никто из них не сделал и шага в мою сторону. Я была более чем уверена, что этому поспособствовали их опасения Реми, а не что-то другое.

– Полагаю, вы, ребята, задаетесь вопросом, что же я здесь делаю, да? – начала я самым спокойным тоном, не глядя им в глаза. Слова ничего не значили для животных, – они откликались только на голос и движения. Я очень надеялась, что с церберами это работало так же.

Ближайший ко мне пес склонил голову и издал долгое и низкое рычание.

– Ладно, вы немного злитесь, что мы вторглись на вашу территорию. Понимаю. Но так ли необходимо это рычание и пена у рта?

Оба пса обнажили свои сверкающие клыки. Все шло почти так же хорошо, как я ожидала.

Потянувшись внутрь, я высвободила энергию и позволила золотистому теплу просочиться сквозь меня. Затем разрушила стену и выпустила поток энергии, наполнившей воздух вокруг меня.

Один пес перестал рычать и принюхался, а затем, ощетинившись, сделал шаг назад. Я выпустила еще больше энергии. Второй пес заскулил и снова зарычал.

– Я еще не встречалась с церберами, – тихо продолжила я, пока из меня продолжал волнами исходить нежный поток энергии. – Должна сказать, выглядите вы довольно устрашающе, но не думаю, что вы такие плохие, как все говорят. И если вы дадите мне шанс, то поймете, что я хороший человек.

«И совсем невкусная».

Рычание стихло, и собаки, одна за другой, легли на пол, поскуливая и настороженно наблюдая за мной.

– Я всегда хотела собаку, большую, типа дога или немецкой овчарки. Хотя даже не думала, что пес может быть настолько большим, как вы. – Я представила, как одно из этих чудовищ живет в нашем доме, и тихо рассмеялась. – Хотела бы я посмотреть на выражение лица Нейта, если бы привела домой нечто подобное.

Одно из черных тел дернулось вперед на несколько дюймов. Я опустила взгляд на колени, делая вид, что не обращаю на них внимания. Я сосредоточилась на силе, которая наполнила мой голос:

– Было бы неплохо, если бы вы поняли, что мы просто хотим отыскать своих маленьких друзей и забрать их домой. Знаю, что вы делаете то, чему обучены, но вы больше не должны причинять кому-либо боль.

Когти заскрежетали по каменному полу, когда ближайший ко мне пес подвинулся. Стоило ему положить голову мне на колени, как у меня перехватило дыхание. Прикусив губу, я неуверенно подняла руку и коснулась широкого лба существа. Я запустила пальцы в шерсть, которая оказалось густой, но гораздо мягче, чем я ожидала.

– Какие вы прекрасные чудовища, – сказала я, когда страх уступил место удивлению.

Пес тяжело вздохнул, когда мои ладони скользнули по его массивной челюсти и толстой шее. Услышав скулеж, я подняла взгляд на второго пса, который осмелился подойти ближе, но до сих пор не решил, доверять мне или нет.

– Все хорошо, – промурлыкала я. – Я прекрасно понимаю, что ты чувствуешь. Мне тоже трудно довериться людям.

Второй пес продвинулся вперед, пока его нос не уперся в мою лодыжку. Я продолжала гладить огромную голову на своих коленях, направляя все больше успокаивающей энергии к его собрату.

– Интересная картина, – проговорил голос с сильным акцентом, который я надеялась никогда больше не услышать. – Укротитель троллей и дьявольских тварей. У тебя так много талантов, дитя. Просто диковина. Неудивительно, что тобой хотят завладеть.

В проеме, ведущем в помещение, куда мы направлялись до появления адских псов, стоял Ведьмак из Хейла. Белизна вокруг его темных зрачков резко контрастировала со смуглой кожей, а белые татуировки, казалось, переливались на коже в тускло освещенном подвале. Он выглядел так, будто полностью оправился после нашей последней встречи, но в этот раз он не внушал мне страха.

– Вам так же любопытно, как и несколько часов назад? – спросила я, заметив в его взгляде боль от нашего недавнего сражения. Голова на моих коленях приподнялась от резкости моего голоса, и я успокаивающе почесала ее. Реми молча стоял рядом со мной.

Губы ведьмака изогнулись в ухмылке.

– Любопытно, да. Безрассудно, нет. Теперь я виду, что в тебе таится гораздо больше, чем сказали.

– Красивые слова, но ты уж прости меня, но я тебе не верю, – фыркнула я. Внезапно я почувствовала признательность за то, что два громадных чудовища стояли между мной и ним.

Ведьмак вошел в помещение, и пес у моих ног зарычал.

– Видишь? Кто я такой, чтобы бросать вызов той, кто командует приспешниками дьявола?

– Я никем не командую. – Я запустила пальцы в густую шерсть на шее пса, и он издал урчащий вздох. – Они не ведали доброты. Я лишь показала, каково это.

Я поняла, что перестала использовать свою силу, когда здесь появился ведьмак. Церберы не находились под чьим-то влиянием, они принадлежали сами себе.

Ведьмак из Хейла смотрел на меня с нескрываемым восхищением.

– Сострадание и доброта сами по себе являются силой, если ими правильно пользоваться. Взгляни на этих существ – теперь они не будут подчиняться другому хозяину. Юсри аль-Хавваш не обрадуется, потеряв двух ценнейших слуг вместе со своим грузом.

Реми угрожающе зарычал, услышав, что его кузенов назвали грузом. Я вытянула руку, чтобы похлопать его по ноге, и он положил ладонь на мое плечо.

Наше взаимодействие не осталось незамеченным ведьмаком.

– Ты и троллю показала доброту, чтобы добиться преданности?

– Нет. Его доброта завоевала мою.

Приглушенный стук наверху и отдаленные звуки заставили нас посмотреть на потолок. Это были первые звуки с тех пор, как мы с Реми вошли в дом, и это напомнило мне о том, что у нас нет времени бездействовать. Я понятия не имела, кто сражается наверху, – Мохири или мои друзья-оборотни, – и что могло спуститься по этой лестнице в любой момент.

Я осторожно сдвинула тяжелую голову со своих коленей и поднялась на ноги, удерживая в руке кинжал. Псы остались лежать на полу, выжидающе глядя на меня.

– Мы знаем, что тролли здесь, внизу, и собираемся забрать их, – сообщила я.

Ведьмак приподнял забитые татуировками руки.

– Я не буду останавливать вас. Я пришел сюда, чтобы вернуть долг, и он исполнен. Мое участие подошло к концу.

– Я слышала, что твой народ не работает с вампирами, что вы ненавидите демонов. Почему ты помогаешь им?

Он нахмурился.

– Я не работаю с демонами. Я должен был вернуть долг. Но, как я и сказал, он исполнен.

– Значит, ты не попытаешься остановить нас?

– Я бы, возможно, попытался, будь ты одна, – признался он. – Ты для меня загадка. Твоя сила запрятана так глубоко в сознании и практически нетронута, а у тебя даже нет желания исследовать ее. Я бы хотел узнать, насколько она мощная, но, думаю, мы дождемся более подходящего времени.

И в качестве доказательства он отошел в сторону и взмахом руки предложил войти в помещение позади него. Я взяла Реми за руку, и мы попятились вдоль стены к дверному проему. Адские псы наблюдали за нами, и я, вытянув руку, сказала:

– Место. – Я понятия не имела, поймут ли они команду, но они не сдвинулись с места. Стоя на пороге, я произнесла: – Ты сказал, что мной хотят завладеть. Что ты имел в виду?

Он рассмеялся, и этот звук эхом отозвался от стен подвала.

– Этого я не могу сказать. Я все еще связан клятвой молчания. Но скажу тебе то, что известно мне, но не им, – что подсказывает мне моя дальновидность. Те, кто охотятся на тебя, в конечном итоге дадут тебе силу стать той, кого они будут бояться больше всего.

Я нахмурилась, услышав загадочные слова.

– Это ни о чем мне не говорит.

– Тогда я не нарушил свою клятву.

– Тогда, может, ты сможешь ответить на один вопрос? – Он вскинул бровь, и я задала вопрос, который не давал мне покоя последние дни: – Ты натравил на нас крыс в порту, чтобы узнать наше местоположение. Почему не сказал своим дружкам, что мы были под причалом?

Он улыбнулся, обнажив белые зубы.

– Ты заинтриговала меня, когда вытолкнула из разума грызуна. Я никогда не встречал человека, который смог бы превзойти меня, и захотел сразиться с тобой, узнать, такой ли ты достойный соперник, какой казалась. Было бы крайне… неуважительно позволить им скрутить тебя с помощью грубой силы после такой демонстрации.

Его ответ удивил меня, но сейчас ни место, ни время не подходили для размышлений над этими словами. Возможно, когда все закончится, я подумаю о том, почему смогла бросить вызов могущественному ведьмаку, учитывая, что даже опытный Мохири, по словам Николаса, не сравнится по силе с Ведьмаком из Хейла. Но сейчас мои друзья-тролли нуждались во мне.

Реми прошел под аркой, и я последовала за ним, врезавшись в спину, когда тролль остановился. Выглянув из-за него, я ахнула.

Мы находились в винном погребе, стены которого покрывали пустые деревянные стеллажи, а с потолка свисала небольшая затемненная лампа. Посреди помещения на приподнятой стеклянной платформе стояла стеклянная клетка размером примерно три на четыре фута. Стеклянные прутья, казалось, пульсировали, когда через них, подобно электричеству, проходили потоки красного света. Волосы на моих руках встали дыбом, как будто воздух в комнате был наэлектризован, и я, стоя вдали от клетки, ощутила энергию.

Три крошечных тельца прижимались друг к другу как можно дальше от стен клетки, и их испуганные всхлипы разрывали мне сердце.

– Минка? – позвала я, и маленькие тролли, приподняв головы, уставились на нас. Один из них дернулся слишком быстро, и я услышала болезненный визг, когда с одной стороны клетки полетели красные искры. Погреб наполнился новыми всхлипываниями.

Ярость охватила меня. Какой монстр мог поступить так с детьми? Я рванула вперед, но раскаленная энергия, проходящая через клетку, не позволила мне приблизиться к ней.

– Мы здесь, – прокричала я, отступая от клетки. – Мы вытащим вас оттуда.

Повернувшись к Реми, я увидела, что он испуганно смотрит на клетку.

– Реми, давай. Нужно вытащить их.

– Юсри аль-Хавваш не пожалел средств на этот проект, – объявил Ведьмак из Хейла, заставив меня резко повернуться к нему лицом. – У троллей не так много слабых мест, и шейх знал, что ему понадобится способ обуздать свою наживу. – Он махнул рукой в сторону клетки. – Демонический огонь. Пусть хоть легион троллей обрушится на это место, но никто из них не сможет коснуться клетки. Только демон может дотронуться до нее.

И тут до меня дошло, почему в доме стояла такая тишина, а погреб охраняли только церберы и ведьмак. Люди, стоящие за этим, знали, что клетка – самая надежная охрана. Это объясняло и то, почему они работали с вампирами. Находясь под защитой своей демонической сущности, вампиры могли свободно трогать клетку и переместить ее, когда придет время для транспортировки. Это было великолепная идея, извращенная, но великолепная.

Откуда-то сверху послышался звук, похожий на выстрел, а затем воздух пронзил душераздирающий вой. Сердце ушло в пятки. Мои друзья там, наверху, сражались за свою жизнь. Нужно было что-то делать и делать быстро. Я обыскала комнату в поисках чего-нибудь, что пригодилось бы мне, хотя сердце подсказывало, что здесь нет ничего полезного. Мне нужен был демон. Я с отчаянием рассмеялась. Где были все вампиры, когда они так нужны?

– Сара. – Голос Реми был полон отчаяния. – Помочь им… пожалуйста.

– Я не знаю, что делать, – заплакала я. Стоило мне приблизиться к клетке на несколько футов, как демонический огонь отбросил меня назад. Я была так же беспомощна, как Реми.

Взгляд Реми встретился с моим, и он положил руку на мою грудь.

– Демон тут.

Я покачала головой и попятилась назад.

– Нет! Я не могу. Д-даже не знаю как.

На протяжении всей своей жизни я с трудом контролировала эту часть себя. Прежде чем узнала, что это была за сущность, я думала, что там засело нечто мрачное и уродливое, нечто, что нужно держать подальше под замком. Мысль о том, чтобы спустить демона с крючка, приводила меня в ужас. Что, если я больше никогда не смогу приструнить его? Что, если он возьмет надо мной верх и я сойду с ума, как те сироты, о которых рассказывал Николас? Что, если причиню боль моим друзьям?

– Сара! – жалобно прокричал голос из клетки.

По моим щекам потекли слезы. Тролли оказались в опасности из-за меня. Если я не спасу их, то не переживу это.

– Я иду, Минка.

Услышав шум на лестнице и рычание в соседнем помещении, я поняла, что время было на исходе. Одному только богу известно, кто ворвется через эту дверь.

«Давай, – обратилась я к Мори, маячившему в тени моего сознания. – Ты мне нужен». Я понятия не имела, что нужно делать, поэтому просто опустила стену, сдерживающую демона. В это же мгновение перекрыла источник силы в центре моей души. Демон боялся моей силы и не показывался, пока я не обещала ему безопасного пути.

Демон сдвинулся, потянулся и нерешительно двинулся вперед, словно не мог поверить в то, что барьер исчез. Словно бабочка, выбирающаяся из своего кокона, он радостно завибрировал и расправил крылья. Мое тело содрогнулось, когда новое сознание вторглось в мой разум, распространяясь так быстро, что казалось, будто моя голова взорвется от давления.

Я закричала и упала на колени, зажав руками голову.

– Прекрати! – выкрикнула я, когда демон проникал в меня, заполнял, кипел под моей кожей. Я попыталась снова запереть его, но было уже поздно. Я больше не могла понять, где заканчивалась я и начинался Мори. Он был силен, намного сильнее, чем я когда-либо могла себе представить. Поглощал меня, и я была бессильна против него.

Мои ноги зашевелились, и я поднялась, направившись к клетке. Я напряженно ждала удара палящего жара. Но когда его не последовало, поняла, что демон завладел моим телом. Я наблюдала, как руки, похожие на мои, хватаются за стеклянные прутья и разрывают их, словно зубочистки. Сквозь туманную дымку увидела, как самый маленький тролль обхватывает руками шею демона, похожего на меня, с каким равнодушием демон опустил ее на каменный пол и отвернулся, когда оставшиеся тролли выпрыгнули из стеклянной тюрьмы.

– Сара?

Голос доносился словно издалека. Демон повернулся лицом к человеку, заполнившему дверной проем, и мое сокращающееся сознание замерло от мощной первобытной связи, которая протянулась между ними, как туго натянутая резинка. Резинка сжималась, притягивала мужчину и демона друг к другу.

– Что с ней случилось? – допытывался мужчина у тролля, направляясь к нам. Тролль что-то ответил, но я ничего не расслышала. Человек остановился перед нами и с мягкой решимостью взял лицо демона в руки.

– Посмотри на меня, – приказал он. Демон вздохнул от его прикосновения, и мы посмотрели в глаза мужчины, в которых бушевала гроза. Я почувствовала, как меня потянуло к угасающему сознанию, но имя так и не всплыло в памяти.

– Сара, пора возвращаться. Друзья нуждаются в тебе. Роланд нуждается в тебе.

Эти имена ничего не значили для нас. Демон моргнул и встал, уперев руки в бока. Я бросила короткий взгляд в эти строгие серые глаза и начала ускользать в бесконечную пещеру демонического сознания. Я, скорее, осознала, чем почувствовала, пощечину на щеке демона, и его голова откинулась назад, когда мужчина встряхнул демона.

– Проклятье! Ты не сделаешь это. Слышишь?

Слова были едва слышны, но яростный тон пробудил во мне проблеск узнавания. Я почувствовала, как демон яростно извивается, пытаясь вырваться из рук, которые окружили его, словно железные оковы. Услышала его раздосадованный рев, когда чей-то голос начал непрерывно шептать на ухо. Слова долетали до меня, как эхо в огромной комнате, и мне некуда было от них деться.

– Ты была права, Сара: ты не слабая. На самом деле, ты одна из самых сильных, самых раздражительных людей, которых я когда-либо встречал. Ты сражаешься с монстрами, дружишь с троллями и чудовищами, противостоишь ужасам, которые сломили бы более слабого человека. И ты с головой бросаешься навстречу опасности, чтобы защитить тех, кто тебе дорог. Ты верная, упрямая, безрассудная, и пусть ты в это не веришь, но ты – воин.

Демон застыл, и я поплыла на голос мужчины. Имя пронеслось совсем рядом, и я поняла, что оно принадлежит человеку, шепчущему нам на ухо. Николас.

– Немногие Мохири способны на то, что ты сделала сегодня: пожертвовала собой, чтобы спасти троллей, – твердо продолжал Николас. – Ты сделала, что должно, а теперь возвращайся к нам. К Роланду.

Имя воскресило в памяти образ улыбающегося лица с теплыми голубыми глазами.

– Роланд? – Я не была уверена, сказала ли это я или демон.

– Верно. Твой друг, Роланд. Ты нужна ему сейчас.

В моей голове пронеслись воспоминания о моей жизни, друзьях, Нейте – все они потоком нахлынули на меня. Роланд нуждался во мне? Я боролась с демоном, но он был слишком силен. Мори успокоился, наслаждаясь новообретенной свободой и ощущением сильного молодого тела, что он захватил.

Отчаяние наполнило меня. Я потянулась к силе, которую запрятала куда подальше, когда высвобождала демона. Мори, осознав, что я задумала, боролся со мной, пытался силой затолкать меня туда, где он был заточен все эти годы. Но я набирала силу, достаточную для того, чтобы распахнуть ворота. Мори был силен, но он не мог сравниться с волной энергии, которая хлынула вверх и оттеснила его назад, заставляя вернуться в прежнее состояние угрюмой настороженности. «Нечестно», – прохрипел он, когда барьер снова поднялся.

Мои уши наполнились звуками: люди разговаривали и кричали, кто-то плакал. Я сфокусировала взгляд, осознав, что смотрю на обеспокоенное лицо Николаса. На мгновение я была потеряна, пока воспоминания медленно не вернулись ко мне. Затем вспомнила слова Николаса, и мир снова обрел четкость.

– Что случилось с Роландом?