Глава 10

Веллар вернулся домой, когда я уже заканчивала уборку. Он остановился в дверях и неуверенно поглядел на свои грязные ботинки.

– Да идите уж. Тряпкой бить не буду, – я устало вытерла лоб и сняла полотенце, повязанное на талию. – Не сидеть же на улице только потому, что я тут порядок навела?

Маг осторожно переступил порог, помялся, а потом снял ботинки и взял их в руки.

– На второй этаж я не ходила, – сообщила господину начальнику в спину, когда он на цыпочках принялся подниматься по лестнице, – поэтому там можете пачкать полы в свое удовольствие.

Настроение мое, ухнувшее куда-то ниже злополучных полов, после письма от Забавы с Васютой, улучшаться не планировало. Наоборот, чем больше я раскладывала вещи по своим местам, чем больше махала тряпкой и намывала половицы, тем сильнее себя накручивала. Так, значит, уважаемый господин ректор? Почетная должность, говорите? Карьерный рост? И он ведь ни словом мне не соврал, разве что с уходом на пенсию Веллара дал маху!

Но и всей правды не сообщил. А правда была такова, что у меня был выбор! И это злило больше всего. Поторопилась и получила по полной.

Веллар еще этот! Я бросила гневный взгляд на лестницу. Со второго этажа сейчас не доносилось ни звука. Запустил дом – страшное дело! Такого бардака я давненько не встречала. Это относилось не только к жилищу, хотя мне в какие-то моменты казалось, что проще его сжечь, чем отмыть, но и к организации нашей, маговской, работы в Кривом копытце. Горожане, казалось, вообще нормального мага давненько не видели. Шли и шли без остановки.

Сегодня народ, понявший, что я на месте, снова начал собираться под окнами, но я была в таком настроении, что почти вежливо и местами по слогам попросила всех удалиться до завтра, пообещав известить о приемных днях. Сегодня госпожа маг могла случайно сорваться и наорать, а это было бы весьма и весьма непрофессионально.

Лестница снова заскрипела, и Веллар торопливо спустился вниз.

– Я, собственно, забрать кое-что заскочил, – он вышел на крыльцо и принялся обуваться уже там. – И уже ухожу.

Я молча кивнула. Слова у меня отчего-то закончились. Я просто стояла у дверей и пялилась на господина мага.

Похоже было на то, что Веллар только что разобрался с омолаживающим заклинанием, которое до этого никак не ему не давалось. И смотрела я сейчас на весьма и весьма симпатичного, чуть лохматого и замученного, но молодого мужчину. Моргнула несколько раз, думая, что от усталости пелена перед глазами появилась, и бросила взгляд в зеркало, стоящее у дверей – нет, не пелена. В зеркале отражались и мои круги под глазами, и какая-то серая безжизненная кожа, и жуткая пышная прическа, скрывающая колтун.

Пока я сокрушалась, Веллар бодренько выпрямился, даже не охая и не держась за поясницу, мимолетно улыбнулся, отчего я неожиданно для себя, смутилась, и, махнув на прощание рукой, ушел. Некоторое время я продолжала изумленно следить за удаляющимся силуэтом, надеясь разглядеть хоть намек на хромоту, но нет. По улице стремительно вышагивал здоровый молодой человек. Даже седины в его волосах и той поубавилось.

– Знаете что, господин маг, – обиженно заявила я почти скрывшемуся за поворотом Веллару. – Кажется, кто-то тут старательно водит меня за нос!

Я развернулась, захлопнула дверь, на ходу накладывая запирающее заклятие, и решительно принялась подниматься по ступеням на второй этаж. Да, меня туда не приглашали. Но ведь и не запрещали заходить!

Наверху было темно, длинный узкий коридор с рядом дверей по обе стороны тонул в полумраке. Поэтому я подняла ладонь и призвала свой огонек. Несмотря на крошечный размер, он довольно неплохо освещал все вокруг, и я принялась внимательно разглядывать следы на полу. Потом открыла первую дверь, за ней оказалась спальня, прошла дальше по коридору и толкнула вторую, ведущую в небольшую гостиную, а потом дошла и до третьей. Интересное дело. По всему выходило, что господин маг здесь не жил. Здесь вообще никто давно не жил. Свежие следы на пыльном полу вели только к третьей комнате, в которой был не то кабинет, не то просто каморка со столом и рядом книжных полок. В спальню и гостиную, судя по паутине, висящей по стенам, никто не заходил уже несколько месяцев.

Я спустилась вниз, прошла в приемную, села за стол и потянулась к чистым листам бумаги. Подумала немного, решая, кому лучше адресовать свое письмо, и пришла к выводу, что госпоже Маниже будет в самый раз. Госпожа библиотекарь мало того, что была не прочь посплетничать, так еще и имела доступ к Ковенскому архиву. А поскольку я в свое время в библиотеке разве что не жила, мы с ней отлично сдружились. И мои вопросы не должны были вызвать у нее никаких подозрений: конечно, любой молодой магичке будет интересно, каким был ее начальник во времена учебы. Поэтому я закусила губу и принялась сочинять письмо. А когда закончила, поместила его в конверт и запечатала. Завтра, когда пойду на обед к градоначальнику, попрошу госпожу Устинью отправить.

Потом со вздохом придвинула к себе стопку с запросами от горожан. С чего-то надо было начинать разгребать эту прорву дел. Зажмурилась и вытащила лист из середины.

Возвращалась домой я уже потемну. И если в центральной части города светили фонари, то на задворках, куда меня поселили, из освещения были только звезды. Сил к вечеру снова почти не осталось, поэтому я не стала зажигать магический огонек, решила, что пришло время вплотную заняться прической, иначе я рисковала остаться совсем без волос. Пусть сегодня я планировала разобраться только с теоретической частью, но все равно крохи магии могли пригодиться.

Ближе к дому я замедлила шаг, старательно вглядываясь в темные здания с горящими окнами. Где-то тут жила бабка Матрена с Фимкой. Я еще днем хотела к ним заскочить, узнать, как дела, но закрутилась и забыла. Как она говорила? Синий забор?

Аккуратный резной заборчик, в темноте больше серый, чем синий, действительно нашелся через дом от моего. И это был единственный целый забор на всю улицу. Где-то в глубине сада виднелся неяркий свет, и я, отворив калитку, отправилась туда.

Поднялась на высокое крылечко и постучала в дверь.

– Матре… – начала я, когда эта самая дверь распахнулась, и я изумленно ойкнула, столкнувшись нос к носу с господином магом.

– Веллар? – прошептала я, округлив глаза. – Что случилось?

– А что случилось? Ничего не случилось, я тут по делам горожан, – недовольно ответил он, отодвинул меня с дороги и, прихрамывая, медленно пошел по дорожке к выходу.

Я несколько мгновений продолжала за ним наблюдать. Это просто уму непостижимо, но он снова оказался седым, сгорбленным и морщинистым, как будто все, что было днем, мне просто привиделось.

Голова сразу переключилась на новую загадку: если бы я решила создать омолаживающее заклятие, что бы я взяла за основу? В любом случае это было бы что-то устойчивое и надежное, чтобы пролонгировать эффект. Можно получше изучить потоки сил, создаваемых молодильными яблоками, там как раз получалась довольно прочная структура, а потом нанизать на эту схему магию, как бусины, только очень аккуратно, и господину Веллару не пришлось бы…

Дверь снова отворилась, задев меня. И я ойкнула во второй раз.

– А ты чего тут? – буркнул Мирко, которого я целый день не видела – поначалу я даже обрадовалась встрече. Был он какой-то шальной: словно взбудораженный и расстроенный одновременно.

– И тебе добрый вечер, – недоуменно ответила я, заглядывая ему за спину, а ну как еще кто интересный нарисуется. Судя по всему, дома у бабки Матрены только господина градоначальника для полного моего счастья не хватало.

– О, Элечка, заходи, – в дверях появилась сама соседка, счастливая и довольная. Она даже как будто светилась немного. – Хочешь есть? Я тут снова напекла пирогов.

– Она не хочет, – огрызнулся Мирко и потянул меня за руку с крыльца.

– Так, – я выдернула ладонь, остановилась и нахмурилась. – Что здесь происходит? Ты почему старшим грубишь? Тебя никто не учил, как нужно разговаривать?

Мирко покраснел и надулся, а потом злобно посмотрел на Матрену, с интересом ожидающую, чем дело кончится.

– Она тебе помогла, а ты за старое! – не выдержав, шикнул он на нее. – Пора бы уже успокоиться, а ты опять. И вообще, долго бы ты протянула, если б…

– Не твое дело мне советы раздавать, бесенок, – усмехнулась Матрена.

Поглядела на меня, будто размышляя, что делать, пожала плечами и захлопнула дверь, оставив нас в темноте.

– Может, уже хватит загадок? – я устало поинтересовалась у Мирко, который возмущенно сопел рядом. – Она у вас кто? Городская отравительница со своими знаменитыми ядовитыми пирожками? Мирко, я помню, ты говорил, что у нее ничего нельзя брать, но ты, похоже, чуть заигрался и обидел пожилого человека…

– Она не пожилой… человек, – упрямо возразил он с секундной задержкой, и тут уж мои магические инстинкты заискрили.

– А какой она человек? – вкрадчиво уточнила я, подтолкнув его по тропинке к выходу из сада.

– Плохой, – он вывернулся и быстро пошел вперед. Но калитку для меня придержал, правда, старательно при этом глядел в другую сторону. И до дома проводил.

– Зайдешь? Не скажу, что у меня есть горячий ужин, но если чуть подождешь, я разогрею то, что осталось со вчерашнего вечера.

Мальчишка замялся, но потом все же мотнул головой. И руки на груди сложил, видимо, для придания веса своему отказу.

– Тогда приходи, пожалуйста, завтра, – мягко попросила я. – Можно сразу к магу домой. Мне очень нужна твоя помощь. Не поверишь, я сегодня дом господина Прокопа добрый час искала!

– Это Прокопа-ткача, что ли? – Мирко подошел ближе, но руки пока не расцепил. – А зачем?

– Так теща его заглянула, сказала, сглазили его, очень просила проверить. Вот я и проверяла.

– И что он?

Я неторопливо пошла по тропинке к дому, и мальчишка, не удержавшись, двинулся следом.

– Никто его, конечно, не проклинал. Просто он забрал жену и детей от слишком деятельной тещи и съехал на другой конец города. А та обиделась – страшное дело.

Я усмехнулась, вспомнив счастливые глаза молодого мужчины, который первый раз за долгое время себя хозяином в семье почувствовал.

– Да, я бы тебе сразу подсказал, куда надо идти, – Мирко с досадой махнул рукой, разом оттаивая. – Он на Ремесленный переулок перебрался на днях, дом там купил, мастерскую открыл.

– А потом я пошла к кузнецу Святославу, тоже поплутала. Правда, не так долго. Все-таки кузня – это не маленькая мастерская. Я еще очень плохо знаю город, провожатый мне бы не помешал.

Мирко как миленький последовал за мной в дом. И пока я переодевалась в домашнее, быстро растопил печь. Дождался, когда я выложу на стол хлеб и сыр, и нетерпеливо спросил:

– А что там у кузнеца-то? Расскажешь?

– У кузнеца еще ничего, а вот что случилось у двух торговок на рыночной площади, надо было видеть!