Глава 12

Когда наш посланец ушел, мы задумчиво расселись вокруг костра, наблюдая за подвешенным на сук крутящимся клубком.

– А чего вы мужика не покормили? – спросил меня Бегляй, подавая миску с похлебкой. – Отправили голодного?

Мы с Плесом озадаченно переглянулись. Почему-то про то, что Вихор остался без ужина, никто не подумал.

– Совсем от голода не умрет, не должен, тем более у него все прямо на лице, – хохотнул Мирко подхватил свою еду и тут же принялся жадно есть.

– Эх-ма, – раздосадованно махнул поварешкой домовой, – непорядок. Ладно, я ему оставлю в котелке. Что ж он там, совсем один сидеть будет, даже без ужина? Следующим пойду!

Плес, отложив ложку, задумчиво покивал и внимательно нас оглядел, выстраивая очередность прохождения ловушки. Леший так и лежал на спине, выставив руку вперед. Одно радовало – пальцами он уже более-менее шевелил, чем неимоверно веселил Матрену. Ей вообще очень понравился такой эффект от собственных сил. Она бубнила себе что-то под нос, разглядывала клубки пряжи и улыбалась.

– После домового – я, – сообщила Яра. – Вдруг там нужна охрана? Чего эти двое назащищать смогут?

– Согласен, – чуть помедлив, ответил Плес. – Дальше русалки. Дарина, Булька?

Русалки что-то промычали, быстро орудуя ложками.

– Потом Эля… – он быстро на меня взглянул и поправился: – Госпожа Элина. После нее Матрена, Мирко, Полок, а я дождусь возвращения сил Свята, и мы с ним тоже пойдем.

– Отличный план, – зевнула Матрена. – Я пока вздремну. Следите за клубком!

Первым в караул засел Мирко, пока домовой складывал остатки еды обратно в сумку, а остальные отдыхали после ужина. Я закуталась в плащ и на мгновение прикрыла глаза, собираясь с силами. Что там нас ждет в новой ловушке? Частично она меня зацепила, поэтому я примерно понимала, чего могла учудить. Как же не забыть, что эмоции не мои, а наведенные?

Клубок задергался, когда уже совсем стемнело. Мирко замахал руками, призывая остальных. А посмотреть там действительно было на что. Я до последнего сомневалась, что это зачарованное чудо работать станет. Клубок подпрыгивал на ветке, как будто совершенно не завися от тянущейся вглубь леса нитки. Было у меня подозрение, что Райден это все с Матрениным вязаньем не просто так затеял. Может, изобретал путеводное заклятие? Или, правда что, случайно получилось…

– Вот и ладно, – отряхнул руки домовой, нацепил свою сумку, чуть уменьшившуюся в размере после двух дней похода, и взял в руки котелок с остатками похлебки.

– Чего-то мне кажется, не донесет, – засомневался Мирко, толкая меня в бок.

– Это ж домовой, у него инстинкты, – не согласилась я. – Не будет же он выкидывать еду!

– Спорим? – азартно предложил анчутка. – Может, он сам сожрет по дороге. От бешенства!

– А давай! – не менее азартно согласилась я.

– Отставить споры, – испортил нам все развлечение Плес. – Бегляй, смотри. Идешь вдоль нити, держишься за нее рукой. Рвать нельзя.

– И не собирался, – домовой деловито поправил сумку, оглядел нас и махнул рукой. – Ну, не поминайте лихом!

И пошел, неторопливо ступая по темному мху и касаясь пальцами ярко-желтой нити. А я похолодела: Лихо. Почему-то забыла, что в лесу сейчас действительно есть один Лихо, очень хорошо мне знакомый. А еще Забавина бабушка, умудрившаяся тут пропасть! Следуя логике этого места, сил у них тоже не должно было остаться. Что же они там застряли? Не смогли выбраться из ловушек?

Пока я терзалась, клубок снова задергался.

– Слишком быстро, – недовольно свел брови к переносице Плес. – Может быть опасно.

– Давайте я, – я тут же вызвалась добровольцем. – Проверю и…

– И что? – осадил меня Плес. – Мы все равно не узнаем. Действуем по плану. Яра!

Огневица кивнула, на мгновение задержалась около лежащего на земле лешего, шепнула ему что-то на ухо и быстро побежала вдоль желтой ниточки. Я с тоской проводила ее взглядом. Всегда терпеть не могла ждать! Ночь перевалила за середину, когда пришла моя очередь. Я не стала никого будить, чтобы попрощаться. Только тщательнее укрыла плащом заснувшего Мирко. И не удержалась, потрогала торчащие из кудрявых спутанных волос маленькие рожки. Они ему удивительно шли!

Провожать меня вышел только Плес, который был за караульного. Он проверил лямку моей сумки, чтоб не мешалась, затянул горловину плаща и наклонился, поправляя шнурки на ботинках. От неловкости я поежилась.

– Не волнуйся, остальные прошли, ты тоже сможешь, – Плес поднялся и заглянул мне в глаза. – Береги себя.

Я кивнула, начиная ощущать раздражение. А чего он этого Бегляю не говорил? Да ладно ему? Чего русалки без напутствия ушлепали, одна я тут за всех отдуваюсь? Будут мне еще всякие водяные шнурки завязывать! Мне, дипломированному магу! Да я кучу раз ботинки сама зашнуровывала и точно знала, что у меня это хорошо получается!

Не сдержавшись, топнула ногой. А потом отступила, сжала губы, чтобы не наговорить гадостей, отчего-то явно рвавшихся с языка, и побежала. Ох! Теперь понятно, чего здесь все бежать сразу начинают! Иначе ведь так хочется вернуться и все-все сказать этому надоедливому…

Дальше мои мысли пропали, как будто кто погасил свечу. Осталась только первозданная ярость. Я бежала, зверея от собственного дыхания, и только желтая нить, будто чуть светившаяся в темноте ночного леса, цепляла мое внимание. В основном тем, что желтый цвет я терпеть не могла, он мне совершеннейшим образом не шел, чем заслуживал полного исключения из числа приличных цветов. Сколько это продолжалось, понять было сложно, но в какой-то момент я просто снова поймала себя на том, что костерю вслух своих спутников, проходясь по каждому. Но больше всего досталось отчего-то русалкам. То ли завистливая женская натура проявилась, то ли сыграла роль их близость с Плесом. Хоть я и не поощряла его внимания в мою сторону, русалки, все время находившиеся где-то рядом с ним, раздражали. Их я и увидела первыми, когда выскочила на небольшую полянку.

– И ноги у вас толстые! – выпалила я, а потом захлопнула рот и залилась краской. Отпустило, надо сказать, так же резко, как и началось.

– Интересное наблюдение, – протянула Дарина.

– Это хоть наблюдение, а не действие, – пожаловался Вихор и показал на огромный синяк под глазом. – Ты вон сразу с кулаками полезла. Нет чтоб высказать для начала пару ласковых.

– А мне мои ноги нравятся, – обиженно заявила Булька и отвернулась.

Дарина пожала плечами и отошла к небольшому костерку, у которого спали домовой с Ярой.

– Как… Как вы? Как прошли? – взволнованно начала я, отходя подальше от зачарованного участка леса.

– Как-то прошли. Нить подергай, – напомнил Вихор. – А то остальных не дождемся.

Край нитки был привязан к стволу дерева, и я потеребила ее пальцем, как струну.

– Так нормально?

– Сойдет, – зевнул ветренник. – Ложись, пока моя очередь на страже стоять.

И я вдруг поняла, что совершенно вымотана! А потому благодарно кивнула, улеглась поближе к костру, кутаясь в плащ, и задремала. И только когда чужая холодная ладонь залезла мне под бок, вспомнила, что про провожатую нашу даже не спросила! Выкинув ее из-под своего плаща и шепотом пообещав спалить, если та еще сунется, я уснула, напоследок подумав, какой все-таки Вихор молодец, удержался, не выбросил ее по пути!

Ближе к рассвету рядом со мной устроился Мирко. Я обрадованно притянула его к себе и продолжила спать. Возвращение Плеса мы благополучно пропустили, как и смурного лешего, притащившего с собой клубок. До нас так и не дошел черед караулить и встречать успешно прошедших испытание. А потому проснулись мы с Мирко почти самостоятельно. Мальчишка завозился, когда к нему радостно полезла его новая мертвая подружка, решившая, что при восходе солнца все мои угрозы перестают работать. Пришлось напомнить, кто тут маг!

Злобно шикнув на зарвавшуюся руку, я села, сонно моргая. На бревне, позевывая, пристроился домовой, подперев щеку рукой. Он был единственным, кто, кроме нас, не спал. Эка нас всех ловушка обессилила!

– Ну что? – зашептала я, подходя к нему.

– Можешь не шипеть, никто не проснется, – сообщил мне Бегляй. – По крайней мере до тех пор, пока ярость совсем не выветрится. Разве что только Вихор с девками. Они уже по второму разу улеглись.

Вихор, услышав голоса, действительно поднял голову и огляделся единственным глазом. Второй у него совершенно заплыл.

– Еще были травмы? – спросила домового, роясь в сумке. Как же хорошо, что я додумалась взять зелья, теперь мне было что предложить: пусть не быстро, но заживляющая настойка должна снять боль!

– Не дошло до этого, – Бегляй поднялся и потянулся. – Матрена после тебя пришла и улеглась молча, ей-то чего, она по жизни злыдня, попала в родную стихию.

Домовой хохотнул и принялся дальше рассказывать:

– Мальчонка только рычал на всех, пока тебя не увидел. Полок чуть дымился, но быстро пришел в себя. А Плес вообще кремень – по нему было ничего не видать. Леший тоже неплохо справился: запулил в спящую Матрену ее клубком, что та аж подскочила на месте, и к Яре своей пошел. Легко отделались, считай!

– Да уж, – покивала я, растирая щеки.

А потом пошла помогать Вихору. Он у нас сегодня оказался героем. Провел всех по лесу, не струсил. Получил за это в глаз, правда, но он, кажется, по этому поводу не сильно переживал. Больше он страдал из-за того, что не сразу за нитку дернуть догадался, не сообразил, а потому мы потеряли время. Благо хоть, не бросил ее где попало, привязал сначала.

Домовой меж тем принялся готовить завтрак, разогревая на костре лепешки из своей объемной сумки. И на запах потихоньку начали подниматься остальные, ошалело глядя по сторонам. Последним проснулся леший, что не удивительно – он ведь и пришел замыкающим.

И уже неторопливо распивая чай, мы делились впечатлениями от прогулки. Легче всего, как и шутил Бегляй, дорога далась бабке Матрене. Она вообще не поняла, чего все так переживали. Прошла и прошла, даже успела полюбоваться ночным лесом. Мы с Мирко и русалками плохо помнили, что делали и думали. Вихор мчался изо всех сил, стараясь отделаться от своей мертвой сопровождающей, которая в какой-то момент вцепилась ему в шею. Благо, кусок сала и хлеб ее отвлекли – схватившись за них, она более-менее четко принялась снова указывать дорогу, а ветренник от потрясения даже забыл, что должен был сердиться. Яра тоже плохо помнила дорогу, но ей помогала мысль о том, что она должна защищать нас. Так, с молотом наперевес, она и выскочила на поляну, перепугав до смерти домового с Вихором, которые безмятежно доедали ужин. Кстати, сам домовой тоже неплохо справился с дорогой. Надо было спорить с Мирко! Он не только не выкинул котелок (добро же!), но и не съел его содержимое. Удивительная сила воли, не знаю, смогла бы так сама или нет. Плес не стал делиться подробностями, пожал плечами и сообщил, что все нормально. И леший промолчал, он как-то умудрился не только быстро пройти ловушку, но и принести клубок, смотав нить. Решив, что у них просто больше жизненного опыта из всех нас, я успокоилась. Что им эти эмоции, в самом деле?