Глава 20. Дракон

Глава 20. Дракон

— Тогда я подожду, когда Хелен сделает мне зелье нормальным, чтобы его можно было пить! — заявил я, отставляя флакон с такой силой, что стекло звякнуло о поднос.

Горничная замерла, побледнев до цвета простыней. Её пальцы нервно теребили край фартука.

— Мисс Хелен… Она не придет, милорд, — произнесла она тихо, опустив взгляд в пол. — Она получила расчет…

Мир качнулся. Не от слабости. От удара, который пришелся точно в солнечное сплетение, выбивая воздух из легких.

— Что?! — рванулся я вперед, но ноги предательски подкосились. Я удержал равновесие, вцепившись в спинку кресла. Костяшки пальцев побелели. — Неужели ба Эвриклея и Хальдор уволили её? За что?

Не дожидаясь ответа дрожащей девчонки, я развернулся и направился в гостиную.

Слабость всё ещё сковывала мышцы, делая каждый шаг похожим на борьбу с вязкой тиной, но адреналин гнал меня вперед, заглушая боль непривычки в суставах.

Дверь в гостиную распахнулась с глухим стуком.

Бабушка Эвриклея сидела за низким столиком, держа в руках тончайшую фарфоровую чашку.

Дедушка Хальдор дремал в своем любимом кресле, но стоило мне переступить порог, как его веки взметнулись вверх.

Хищный, оценивающий взгляд старого дракона скользнул по мне, фиксируя каждое движение, каждую дрожь. Эти секунды я знал с детства: сейчас он оценивает угрозу. Но через мгновение напряжение в его плечах спало, взгляд стал прежним — тяжелым, но родным.

— Дорогой Дитер!

Бабушка вскочила так резко, что чай расплескался на блюдце. Она смотрела на меня широко раскрытыми глазами, в которых стояли слезы облегчения и страха.

— Ты… Ты стоишь! Ой, тебе не тяжело? Может, присядешь? Сирикс, принеси подушки!

Я проигнорировал её попытку усадить меня. И даже растерянного дворецкого, который прибежал на крик.

Мой голос прозвучал хрипло, но твердо, разрезая уютную тишину комнаты.

— Зачем вы её уволили?

Эвриклея моргнула, словно не расслышала. Она медленно поставила чашку на стол, её руки слегка дрожали.

— А, ты про Хелен? — уточнила она. — Дорогой, её никто не увольнял. Она сама попросила расчет.

Слова повисли в воздухе, абсурдные и невыносимые.

— Сама? — переспросил я, чувствуя, как внутри разливается холод. — Расчет?

Слуги, наоборот, стремились попасть и закрепиться в богатом доме. К тому же жалование здесь было очень солидным!