Глава 39. Логово

Мы выехали на рассвете. Экипаж, запряжённый четвёркой вороных лошадей, пронёсся через ворота поместья и помчался по просёлочной дороге на север. Тяжёлые шторы на окнах были неплотно задёрнуты. Леди Эшворд устроилась напротив меня. Женщина выглядела как всегда безупречно, даже несмотря на ранний час. Чёрное дорожное платье с серебряной вышивкой, волосы уложены в строгую причёску – ни один локон не выбивался. В её глазах, внимательно изучавших меня, читалось что-то похожее на довольство.

– Хорошо выспались, магистр Элисон? – спросила она с вежливой улыбкой, как будто мы просто совершали утреннюю прогулку.

– Вполне, – сухо ответила я, решив поддерживать видимость сотрудничества, но не переигрывать.

– Рада слышать. Жаль, что вы так и не притронулись к еде, травить вас никто не собирается, затуманивать разум, самое ценное, что у вас есть, тоже, – сверкнула она холодом светлых глаз. – А силы вам понадобятся, поэтому глупо пренебрегать пищей.

– Спасибо, учту, – хмыкнула я, пожав плечами.

– Вот и славно… Путь неблизкий, займёт большую часть дня. К обеду сделаем остановку в одной усадьбе, где сможем отдохнуть и перекусить, – сменила тему Констанция.

– Вы ведь не скажете название места, куда мы направляемся? – полюбопытствовала я.

Эшворд склонила голову набок, как большая хищная птица.

– В место, недоступное непосвящённым, – загадочно произнесла она в итоге. – В сердце наших исследований. Я откуда-то точно уверена, что вы поможете нам и доведёте дело до конца.

– Мне бы вашу уверенность, – скептически усмехнулась я. – Ну да ладно, теперь и вы ответьте на мои вопросы.

Констанция благосклонно кивнула.

– Как далеко вы продвинулись в своих опытах?

– Очень далеко, – в её голосе появились горделивые нотки. – Мы научились извлекать из крови особые вещества и комбинировать их с магическими усилителями. Проблема в том, что изменения нестабильны и, как я уже говорила, влияют на разум. Эксперименты проводились как в обычной лаборатории, так и на древних алтарях, кои мы с трудом отыскали. Везде результат одинаков.

Я украдкой бросила взгляд в щель между занавесками. Пейзаж изменился: карета въехала в лес. Солнечные лучи с трудом пробивались сквозь плотно переплетённые ветви. Отчётливо повеяло свежей хвоей и влажной землёй. Дорога стала хуже – экипаж всё сильнее качался на корнях, выступающих из земли.

– Какого эффекта вы хотите достичь? Чтобы люди обрели свойства неких оборотней? То есть могли обращаться в… – я на мгновение помедлила, поскольку как человек, привыкший считать подобных существ персонажами из сказок, не могла серьёзно воспринять стремления ордена. – В драконов?

– Не совсем, – вдохновлённо ответила Эшворд, явно польщённая моим интересом. – Нам не нужно, чтобы человек превращался в ящерицу, это совсем ни к чему. Хотим взять только способности к самоисцелению, управлять магической энергией и генерировать её.

Она замолчала на полуслове, как будто спохватившись.

– И вот ради этих… целей вы убиваете ни в чём не повинных людей? – напрямую спросила я.

– Любое открытие требует жертв, – меня покоробило то, с каким равнодушием она это сказала. – Зря вы так волнуетесь о стариках, они своё пожили, мир посмотрели, себя показали. Пусть к концу жизни послужат ещё немного во благо нашего королевства.

– Вот как, – я изобразила задумчивость, едва сдерживая гнев – так и хотелось дать пощёчину этой сумасшедшей, чтобы очнулась! – Опишите детальнее, какие именно изменения происходят с теми, кто принял ваш эликсир?

– Конечно. Их физические возможности возрастают в несколько раз. Магическое сердце увеличивается в два раза… Раны заживают за пару мгновений. И, увы, все испытуемые превращаются в ящериц. Кто-то больше, кто-то меньше, но всё же.

Я вспомнила о мутантах из рассказов Макса. Видимо, это и были «частичные трансформации».

Остаток утра прошёл в беседе. Я старалась узнать как можно больше, якобы проявляя научный интерес, но без излишнего энтузиазма. Констанция разговорилась, когда речь зашла о её исследованиях. Гордыня всегда была одним из самых удобных рычагов для манипуляций.

К полудню наш экипаж остановился у двухэтажного каменного строения, окружённого высокой стеной. Внутри меня встретили с настороженным уважением. Я ясно ощущала, что меня рассматривают как ценный, но потенциально опасный субъект.

После обеда продолжили путь. Эшворд в этот раз открыла окна, и я смогла полюбоваться на проплывающий мимо пейзаж: равнины сменились холмистой местностью, а затем дорога начала петлять среди невысоких, но крутых гор.

Высоко в небе парили хищные птицы, выискивая добычу; их силуэты чётко вырисовывались на фоне ярко‑голубого неба. По скалистым склонам каскадами спускались весенние цветы: жёлтые, пурпурные, белые, – превращавшие сурьмяной камень в живой, многоцветный гобелен. Воздух здесь был чище и прохладнее, напоённый ароматами горных трав и далёкого снега с вершин.

К вечеру съехали с основного тракта и покатили по узкой дороге, которая, казалось, вела прямо в массивную скалу. По мере приближения я всё отчётливее ощущала странное, неприятное покалывание на коже.

– Почти прибыли, – прокомментировала Эшворд, заметив недоумение, проступившее на моём лице. – Сейчас мы пройдём через магическую завесу. Вы почувствуете кратковременный дискомфорт, не более того.

«Дискомфортные ощущения» оказались преуменьшенными: когда экипаж въехал в то, что выглядело сплошной каменной преградой, меня словно окунули в ледяную воду, полную мелких, острых осколков. Дыхание перехватило, тело на мгновение онемело, а перед глазами вспыхнули яркие цветные пятна. Я вцепилась в ворот платья, пытаясь его оттянуть, чувствуя, что задыхаюсь.

Благо неприятные мгновения действительно длились меньше минуты, и когда зрение прояснилось, а дыхание выровнялось, я увидела, что мы въехали в просторную пещеру, освещённую множеством осветительных артефактов, встроенных в стены. Здесь было несколько других экипажей и около дюжины стражников в тёмных плащах с нашивками на груди.

– Добро пожаловать в нашу главную лабораторию, – торжественно произнесла Эшворд, когда мы вышли из кареты. – Тут наше убежище и одновременно исследовательский центр.

Я осмотрелась, стараясь запомнить каждую деталь. Пещера впечатляла размерами и высоким сводчатым потолком. В дальнем конце виднелись массивные двери, обитые тёмными металлическими полосками.

Нас встретил высокий мужчина с седыми висками, одетый в длинную мантию тёмно-бордового цвета с золотой вышивкой.

– Хранительница, – он склонил голову перед Констанцией, затем повернулся ко мне. – Магистр Элисон, рад приветствовать. Ваша репутация идёт впереди вас.

– Леди Изабелла, позвольте представить вам магистра Себастьяна Ромера, нашего главного алхимика, – сказала Эшворд.

Я сдержанно кивнула.

– Его Высочество ожидает нас? – спросила Эшворд у Ромера.

– Да, Хранительница. Он в Главном зале.

Его Высочество?! Сын короля? Брат? В этот раз я не смогла сдержать удивления: если в деле Ордена замешано столь высокопоставленное лицо… Я даже не хотела додумывать эту мысль.

Нас проводили через массивные двери в длинный коридор, вырубленный в скале.

После поворота тоннель расширился, и мы вошли в огромный зал с высоким потолком. В центре располагался продолговатый стол из чёрного мрамора, вокруг него сидели несколько человек в богатых одеждах.

Один из них, высокий мужчина с благородными чертами лица и тёмными волосами, чуть тронутыми сединой на висках, поднял голову, посмотрев цепкими светло-голубыми глазами точно на меня. Он был поразительно похож на короля, Его Величество Роберта Винтерхарта Второго: та же прямая осанка, тот же твёрдый взгляд. И много плохо скрываемого высокомерия.

– Ваше Высочество, – Констанция выверенным движением присела в глубоком реверансе. – Позвольте представить вам магистра Изабеллу Элисон, выдающегося целителя из-за моря.

– Леди Элисон, – принц слегка кивнул мне. – Рад, что вы всё же согласились посетить нас и выполнить… нашу скромную просьбу.

Я сильно не хотела, но пришлось сделать книксен. В голове роились вопросы: зачем всё это Аларику? У него наверняка и без того хватает денег, власти… И тут меня буквально током прошило: никогда ни в одном из миров те, кто на самому верху, не насытятся. Им всегда будет хотеться большего.

Цель Аларика Винтерхарта ясна, как день: он жаждет сесть на трон, сместив старшего брата.

Впрочем, возможно, я преувеличиваю, и младший принц просто хочет жить вечно? Или стать самым сильным магом королевства, дабы защитить страну от будущих посягательств соседей?

– Мы долго наблюдали за вами и по достоинству оценили все ваши достижения, – тем временем продолжал говорить принц. – Ваш подход к медицине революционен. Я считаю, что вместе с вами мои учёные смогут достичь ещё большего прогресса. А итогом станет возрождённое величие Альбириона!

«И всё это, естественно, под твоим чутким руководством, Ваше Высочество», – мысленно, не без ехидства, добавила я.