Глава 31

Он меня целует.

Булат.

Замираю, пошевелиться не могу. Дышать не могу.

Целует. По-настоящему. Очень нежно. Обхватывает губами мои губы, ласкает, не напирает, не нажимает. Не нападает – пробует.

А я сижу омертвевшая.

Я не знаю, что мне делать.

Я ведь сама к нему пришла! Сама. Ночью мне стало очень страшно и одиноко. Холодно.

Я испугалась, что опять что-то случится с ребёнком. Мне нужна была защита.

Не знаю, о чём я думала.

Вспомнила, как он меня спасал, как держал в своих руках. Как искренне переживал, боялся за малыша.

Я понимаю, что это всё только потому, что мой ребёнок – это единственное, что осталось от его брата.

От моего Марата.

Только поэтому.

Я пытаюсь убедить себя в том, что я права.

Но я не права, на самом деле. И это я тоже знаю.

И об этом стараюсь не думать.

Отношение Булата ко мне, оно… непростое.

Он со мной рядом не просто потому, что я ношу под сердцем ребёнка, который принадлежит его семье.

Не просто потому, что мой сын – наследник Каримовых.

Я это знаю.

Я этого боюсь.

И всё равно я остаюсь здесь. А куда мне деваться? Некуда. Если за моим малышом начнётся охота, кто меня защитит?

Но что мне делать с теми чувствами, которые испытывает ко мне мой фиктивный муж?

Губы Булата ласкают мои. Его руки аккуратно прижимают моё тело. Я слышу его прерывистое дыхание. Я понимаю, что он сейчас очень сильно возбуждён. Он желает меня получить.

Мне нужно бороться.

Сейчас нужно оттолкнуть его, убрать его руки, закричать. Потребовать, чтобы он прекратил. Чтобы он ничего подобного больше никогда не делал. Он не имеет права! Это… это подло по отношению к брату, жизнь которого он разрушил и отнял.

Я должна прекратить этот поцелуй.

Но я не могу.

Я…

Я не знаю почему я не могу.

Я не понимаю, что чувствую.

Сердце стучит как бешеное, словно с цепи сорвалось. В груди всё разворочено, раскурочено, порвано, сломано, осколками завалено. Болит.

Душа болит.

И всё-таки я не могу остановить Булата.

Он сам отстраняется.

Дышит тяжело. Прижимает мою голову к груди, и я слышу, как гулко колотится камень в его груди. Там не камень вовсе. Хищная птица в клетке.

Орёл горный, матёрый, жадный до свежего мяса.

- Прости, Тая. Я не смог сдержаться.

Повожу плечами, пытаясь выбраться из его объятий.

- Пустите меня.

- Прости, сейчас отпущу. Сейчас. Еще минуту.

- Нет. Не нужно. – отстраняюсь, а потом бью словами наотмашь. – У Марата не было этой минуты. Вы у него всё отняли.

- Таисия…

- Мы просто хотели жить счастливо. Никому не мешать. Никому не желали зла. Вы, ваша семья уничтожили нашу любовь. Вы убили своего брата.

- Да. Я тоже считаю себя убийцей. Я должен был начать раньше…

Я не понимаю о чём он. Поворачиваю голову, смотрю в глаза.

- Ты не поймешь.

- Где уж мне. Отпустите.

- Подожди. Марат говорил тебе, что у нас семья, клан. На нашей родине это важно. Почитать семью, старшего, делать всё, как велят старейшины клана. Мы часто не можем выбирать женщину или мужчину, которых хотели бы видеть рядом. Мы женимся и выходим замуж за тех, кого нам даёт наш клан.

- Зачем?

- Таков уклад. Так делается из поколения в поколение.

- Зачем жить с тем, кого не любишь?

- Семейная жизнь – это не только любовь, Тая.

- А что это? Что тогда? Зачем создавать семью с нелюбимыми? Ради денег? Зачем вам деньги, если вы ненавидите женщину, которая рядом с вами?

- Я не ненавижу.

- Я не об этом сейчас.

- Я… я люблю женщину, которая со мной.

- Что?

Боже… Булат смотрит мне прямо в глаза. И в его глазах я читаю то, что он сказал мне.

«Люблю».

Мне не нужно этой любви! Никакой не нужно! Оставьте меня в покое!

Хочу вскочить, бежать далеко, не слышать, не видеть.

Умереть.

- Тая, прости меня. Я не должен был говорить. Это… это мои чувства и мои проблемы.

Голос у него глухой, севший, но взгляд Булат не отводит, смотрит так жадно.

А мне хочется причинить ему боль.

Хочется отомстить этому его поганому клану за всё.

За мою боль. За мою растоптанную любовь.

За смерть моего любимого.

- Как же ваш клан позволил вам жениться на мне?

- Ты знаешь как.

- Из-за ребёнка? Я вам не верю. Вы могли бы найти другой способ. Просто силой отнять у меня малыша.

- Мог бы. Но я решил поступить по-другому. И я готов драться за это своё решение.

- Пойти против семьи? Против клана?

- Я уже пошёл против него.

Смотрю на Каримова и не верю ему.

Он пошёл против клана, чтобы стать моим мужем? Он… лжёт. Он не сделал бы так.

- Я пошёл против всех.

- Я вам не верю.

Усмехается, опуская голову.

- Не верь. Только… постарайся хотя бы пока не убегать от меня. Ты всё еще в опасности.

- Я никуда не убегаю. Я не дурочка.

- Не дурочка. Ты… умница. Настоящая, сильная девочка. Но мне очень хочется, чтобы ты была слабой.

- Зачем? Чтобы вы почувствовали свою власть надо мной?

- У меня нет и не будет над тобой власти, Таисия. То, что я чувствую – это не про власть, это про другое.

- Вы хотите меня сломать. Я уже сказала, что я не поддамся.

Булат качает головой, снова смотрит на меня.

- Я не ломать тебя хочу. Я любить тебя хочу. И хочу, чтобы ты…

- Я никогда не буду вас любить. Я уже сказала. И не буду вашей.

У меня мурашки по телу от слов, которые я ему говорю. И от его взгляда.

От близости.

- Я всё знаю, Таечка, я ничего не требую, и не потребую. И я отпущу тебя, когда пойму, что могу отпустить. Когда тебе ничего не будет угрожать.

- Мне? А ребёнку? Вы всё-таки отберёте его?

- Не сходи с ума. Я никогда не поступлю так. Это твой малыш. Ты его мать. Он будет с тобой. Я просто помогаю вам пережить это время. И… и себе тоже. Всё будет хорошо, Тая. Я сделаю так, что всё будет хорошо. И тебе никто не станет угрожать.

- А сейчас… - почему-то оторопь берёт от того, что слышу. – Сейчас угроза есть?

- Пока ты со мной, ты в безопасности. Я охраняю тебя. Защищаю тебя и его.

Булат кладёт руку мне на живот, поглаживает. Меня жар охватывает, греет, расслабляет. – Я буду с вами, пока я вам нужен.

Мы сидим так еще какое-то время. Я не могу пошевелиться.

И не хочу.

К стыду своему. Оправдываюсь тем, что мой малыш внутри ведёт себя гораздо лучше, когда Булат рядом. И тонус куда-то исчезает самым волшебным образом.

Минут через пять муж ссаживает меня на стул.

- Прости, надо ехать. Ты хотела пригласить подругу – я не против. Пусть поживёт у нас.

- Спасибо.

Булат уезжает.

Мне так хорошо, так спокойно. Впервые за долгое время я чувствую себя почти что счастливой.

Понимаю, что это всё иллюзия. Какое может быть у меня сейчас счастье?

Но позволяю себе немного расслабиться.

Выхожу на улицу.

Мини-Купер всё еще стоит там. Такой красивый, глянцевый. Так и манит подойти, потрогать.

Почему бы и нет? Почему бы не представить, что это мой Марат подарил мне машину?

Подхожу, кладу руку на живот, словно придерживая, хотя придерживать почти еще нечего. Когда же уже появится ощутимый кругленький шарик? Когда он начнёт шевелиться? Когда я начну чувствовать крохотное тельце внутри? Ручки, ножки, пяточки? Я уже так дико этого хочу!

- Посмотри, мой сладкий, это машина. Мини-Купер. Такую машину мне хотел подарить твой папочка. Он очень любил меня. Нас. Тебя он тоже любил. Не знал о тебе, но любил. Просто потому, что ты его сын.

Говорю сначала очень тихо, словно боюсь, что кто-то может услышать. Потом смелею. Никого же нет вокруг? Только я. Охрану дома невидно, они умеют хорошо прятаться.

- Твой папа был самым хорошим, самый умным, сильным, смелым.

- Он был глупым и слабым, потому что связался с такой как ты, и позволил разрушить свою жизнь!