Глава 33

Мы покинули лес Мойры и двинулись дальше, вглубь континента. Мужики еще долго обсуждали мои вокальные данные и сошлись на мнении, что петь я теперь буду для них на постоянной основе. В Нижнем мире они засиделись и явно заскучали. У карателей не было выброса адреналина, а тут такая удача. Под боком поселился нескончаемый источник звукового ужаса. – Товарищи каратели, а как мы переберемся на другой континент? Только не говорите, что вплавь. Я не выдержу заплыв после пробежки. – Нет, дурында. Континенты соединены узким перешейком. Надеюсь, он не исчез из-за вулканической активности и землетрясений, тогда точно придется плыть, – Оникс снова проверял свой автомат. Значит, где-то притаилась опасность. – Я в воду не полезу. Меня же моментально сожрут монстры. Да и вас тоже. – Не сожрут. Водяные в курсе, что нас нельзя трогать, иначе смерть. Аспид им в свое время это наглядно продемонстрировал, когда те решили с ним письками помериться. Болт у начальника оказался длиннее и толще. Больше с карателями никто из глубин морей не воюет. Знают свое место. – Нам повезло. У нас крутой начальник! – честное слово. Я скучала про Аспиду и бункеру. И пусть мы с ним практически не общались, мне стало ясно, что мужик он клевый. Правда, вечно затраханный проблемами оборотней и своей бестолковой командой. – Водяные – а это кто? Медузы или осьминоги? – Это монстры, обладающие интеллектом и способностью принимать любые формы, которые увидят. Но только в воде их сила максимальна. На суше они быстро сдуваются и слабеют, – Леший махнул рукой, мол даже обсуждать нечего. – Ого! Если честно, мне это тяжело представить. – Как тебе объяснить… вот у оборотней есть человеческая составляющая и звериная, а у водяных ее нет. Они всегда монстры, но могут менять внешнюю оболочку, – невзначай бросил Леший жизненно важную информацию. – И в тебя могут превратиться? – у меня все мурашки чуть с тела не сбежали от испуга. – Могут. Но компьютер моментально фиксирует фальшивку. – Как? – я стала присматриваться ко всем карателям и бессознательно подозревать каждого в шпионаже. Кто его знает, может, настоящий Астат уже давно съеден медузами. – Первое, на что обращает внимание искусственный интеллект при сканировании объекта, так это на чип. Нет в голове куска пластика с уникальным номером, значит, перед тобой стоит фальшивый каратель. Плюс их броня ничто по сравнению с нашими костюмами. – А мне как прикажете ориентироваться? Вашу мать, подключите меня к компьютеру. Немедленно! – мужики сейчас на полном серьезе признали мою уязвимость? Мне хотелось подойти и стукнуть каждого по голове за идиотизм и профнепригодность. – Не ссы, лягуха. Мы тебя сразу предупредим, если заметим опасность, – Ворон резко врубил режим защитника и героя-спасителя. – Нет, ребят. Так дело не пойдет. Я хочу быть независимой от вас. Мало ли что случится! Всю жизнь прятаться за вашими спинами не получится. – Эмансипированные женщины – это главная ошибка вселенной, – Астат выдал грубую фразу, и все мужики его поддержали. «Да, как же тебя угомонить, вредина белобрысая?» – Конечно! Наличие крысиного хвостика и двух сморщенных горошин между ног сразу дает сто очков при рождении, а бабы – это просто недоразумение природы с дыркой, которое нужно пинками гнать на кухню, иначе небеса упадут на землю и мы все умрем в муках. – Аминь! Твои слова да богу в уши. Нет, ну не сволочь, а? – Знаешь что? – Что? – Астат навис надо мной, пытаясь подавить своими размерами. Но не тут-то было. Может изображать из себя кого угодно. Я-то уже знаю его слабые стороны. – Я надеюсь, что Мойра тебе всю душу наизнанку вывернет и кровь свернет, когда узнает о твоей симпатии к ней. Она пройдется по твоему кровоточащему сердцу бульдозером и выбросит его в форточку, как использованный гондон. – А я надеюсь, что мы найдем твой мир и вернем тебя обратно в твою вонючую дыру, где тебе самое место, – Астат ощутимо ткнул мне пальцем в шлем, отчего я пошатнулась и чуть не плюхнулась на задницу. Хорошо, что кулаком не ударил. – Да пожалуйста. Ищи на здоровье. Смотри только, до жопы не сотрись, – мне бы остановиться, но нет. Я прям вжилась в роль безумной супруги, которая вымаливала пиздюлей у своего мужа. Он ей врежет разок между глаз, она поплачет вечерком в компании подруг, пожалуется на несправедливость, а потом на месяц успокоится до следующего обострения. – Девочки, не ссоритесь. – попытался разнять нас Ворон, но куда там. Словесная война и ковровая бомбардировка гинекологическими матюками были в самом разгаре. – Мудень! – я показала Астату неприличный жест. – Отсоси, карлица, – не остался в долгу младший начальник и тоже показал мне средний палец. – Так у тебя не стоит. Вялой сосиской по губам водить будешь? Ты даже девственницу своим сморчком не напугаешь, когда будешь трясти им из кустов в лесу. Астат резко развернулся и пошел куда-то в сторону, а я продолжила орать во все горло: – Беги-беги, но от импотенции не убежишь. Хотя у меня есть решение твоей деликатной проблемы. Привяжи к писюну два карандаша. Вынесешь его труп на носилках, а Мойра поржет над тобой и твоей мужской силой. – Зря ты так. Для нас это больная тема, – Оникс неодобрительно покачал головой. – Астат, походу, втюрился по уши, раз так бесится, а ты его добить пытаешься. – Значит, ему можно меня оскорблять и цеплять, а мне нет? Что за двойные стандарты? И что за больная тема вдруг образовалась? – Ох, Невеста, глупое ты дитя. Да кому мы нужны? А? – каратель, у которого была внешность подростка, стал говорить, как мудрец, проживший тысячу жизней в разных мирах. – В смысле кому вы нужны? «А они должны быть кому-то нужны?» – подумала я и хорошо, что не ляпнула это вслух. – Ты думаешь, мы не хотим любить и быть любимыми? Заниматься сексом, обнимать свою вторую половинку, всецело отдаваться чувствам, как это делают обычные люди? Вот это сейчас было откровение. – Я понятия не имею, чего вы на самом деле хотите. Вы со мной на эти темы не особо разговариваете. Мужское братство навсегда, а тупым дыркам тут не место. Сиськи и письки. Ха-ха-ха. Классный ответ на все мои вопросы. Очень содержательный. – Ладно, мы официально принимаем тебя в мужской клуб. Теперь ты наш братан, – Оникс вытянул кулак, чтобы мы стукнулись, как лучшие друзья. – Правда? – я даже в ладоши захлопала от радости. Меня приняли в братство карателей. Круто! – Кривда! – крикнул Астат откуда-то издалека. – Никуда мы ее не принимаем. Я против тупой истерички в нашем братстве. – Да угомонись ты! – грозно шикнул Оникс на начальника механическим голосом и продолжил говорить. – Проведи сравнительный анализ и скажи мне честно, исходя из пропорций, даже если бы чип не управлял нашим организмом, смог бы Астат быть вместе с Мойрой, как мужчина с женщиной? – Нет, конечно, – я даже побоялась себе это представить. – Он бы ее сто процентов покалечил. Хотя, может быть, у Астата там все микроскопическое. Вот он и бесится из-за своих пяти сантиметров между ног. Это все комплексы! – проорала я на пределе своих голосовых возможностей, чтобы все живые существа на расстоянии десяти километров знали правду о белобрысой скотине. – Нормально у меня все! Я сложен гармонично, – возразил начальник – Все как у всех карателей. Мы одинаковые, забыла? У нас только рожи разные и цвет волос. – Бабка надвое сказала, – крикнула я в ответ. – Принесите мне микроскоп и попкорн. Я буду искать твое достоинство и ржать над ним, как только отыщу. Если отыщу. – Дети, ей-богу, – устало вздохнул Леший и присел рядом на камень, наблюдая за цирком, который мы устроили на привале. – Подумай, каково это – жить столетиями, зная, что для тебя не существует пары. Фениксы – наша отдушина. Побег от жестокой реальности. Фальшивые мечты о счастье, близости и любви. – А что для вас любовь? – хотелось уточнить. Может, они придают этому слову другое значение. – У всех по-разному, но непреодолимое желание любить и быть любимым есть у каждого из нас. Мы бракованные, поэтому будем искать любовь, чем бы она ни была. – Хватит ей душу изливать, – снова вклинился Астат в наш диалог. – Она баба и все равно нас не поймет. – Начальник, иди покури и остынь! Тебе собраться надо и придумать, как нас всех отсюда вытащить. Ты несешь ответственность за отряд. Это твой долг, – Оникс, красавчик. Прям осадил Астата и филигранно по профессиональной триггерной точке прошелся. Моськой молодой, а мозгами гений. – Ты смотри, подействовало. Свалил и притих. Ха-ха! – Невеста, заткнись! Иначе я перестану просвещать тебя и выкину вон из мужского братства. – Ладно! – блин, и мне от Оникса прилетело. Стало стыдно за свои слова. Что у него за дар такой? Заклинатель змей, не иначе. Мне даже в клубочек захотелось свернуться и затихнуть, спрятав подальше свою фантомную трещотку на хвосте. – У нас сохранилась личность, а это большая проблема. Мы должны работать на износ, жить по уставу, поступать, как велит компьютер, умирать на войне, а не дружить друг с другом, строить отношения, создавать семью, рожать и воспитывать детей. Каратели – это грозные воины, а не слюнявые романтики. И весь ужас состоит в том, что даже если на тебя кто-то позарится, то что ты сможешь предложить взамен? Ничего. Ничегошеньки. – Почему нечего нельзя предложить? – и тут я стала орать, чтобы Астат меня услышал: – Как говорит одна моя знакомая, уроженка Люберецкого округа: «Пока у мужика есть хоть один палец на руке, он продолжает быть мужчиной!» Не кисни, красавчик. У тебя еще язык есть. – Ой, язва, – хохотнул Ворон. – Обожаю тебя, но в твоем плане есть огрехи. – Какие? – Максимум, что мы сможем вылизать, так это шлем изнутри. Его нельзя снимать и показывать кому-либо свое лицо. – Пф-ф-ф. И это все? – я беззаботно махнула рукой. – Бумажный пакет бабе на голову одень, и дело с концом. Нашел проблему на ровном месте. – Ага, а потом сломай ей ноги и пристегни наручниками к чугунной батарее, чтобы она не сбежала. – Ворон, это уже лишнее. – Я шучу! Ну-ну! Шутит он.