Глава 10

Стоило выйти замуж, чтобы иметь возможность летать на ящере!

Это было восхитительно. Невероятно. Захватывающе.

А еще очень-очень красиво!

Я сидела в женском седле, водруженном на спину золотой девочки, намертво вцепившись в уздечку. Руки от не проходящего страха свело, и я втайне порадовалась, что рядом парит огромный черный ящер Великого Артефактора. Когда я увидела его ящера, ахнула. Вот это экземпляр! Вот это красавчик! Спрашивать, где он такого раздобыл, не имело смысла! Он же Великий…

– Нравится? – не без гордости спросил Зрак и похлопал ящера по морде, которую тот склонил в приветственном жесте.

– Нравится, – не стала лукавить.

– Мне тоже. Как увидел, сразу понял – мой.

Еще одно откровение. Слушайте, когда он перестанет со мной нормально общаться? Мне нужно, чтобы титан на меня рычал! Кричал! Угрожал! Чтобы мое сердце не замирало от теплоты зеленых глаз, а ноги каждый раз не подкашивались при виде его улыбки. Приходилось вспоминать все пакости, что он мне сделал. Чтобы не расслабляться и не забываться.

– Крестный, ты научишь нас управлять ящерами? – Лина с раскрасневшимися от волнения щеками и сияющими радостью глазами стояла и с восхищением смотрела то на ящеров, то на Зрака.

Да-а-а-а… Пора брать ситуацию в свои руки.

– Я объясню вам азы. Чтобы не натворили глупостей. Вы прошли привязку с ящерами, но вначале во время полетов они будут проверять вас на прочность. Не хочу сказать, что они попытаются вас скинуть, но могут пару раз сделать крутые виражи, – он посмотрел на мою девочку. – По поводу самок не уверен.

– Не уверены в чем? – я тотчас навострила ушки.

– Детка, я тебе говорил, что девочки-ящеры обладают несносным, вредным, своенравным характером? – спросил он, демонстративно повернувшись ко мне всем корпусом. Я приготовилась терпеть его тиранию дальше, но он замолчал, ожидая ответа.

Пришлось ответить:

– Говорили.

– Так вот! О поведенческих инстинктах девочек я не знаю, – как-то уж особо он выделил слово «девочек». – Поэтому будь внимательной. Вдруг твоя ящерка решит тебя сбросить.

Я вздрогнула и повернулась в сторону своей девочки. Встретилась с ее янтарными глазами. И поняла – не-а, не сбросит. Мы с ней подружимся, а потом придумаем что-нибудь интересненькое, чтобы некоторым блондинистым тиранам жизнь сладкой не казалась. Непременно придумаем!

– Крестный, какие ужасные вещи ты говоришь! Зачем ты нас пугаешь?

– Я не пугаю, а предупреждаю. Не будь насущной необходимости, не полетел бы с вами сейчас.

– Мы будем осторожными, – пообещала дочка Темнейшего.

– Надеюсь на ваше благоразумие, – и добавил тише, так, чтобы слышала только я: – Найди его, пожалуйста, у себя.

Я фыркнула. Вообще-то я всегда была благоразумной девушкой, никогда не совершала поступков, которые могут привести к физическим травмам.

Дальше мы направились к ящерам. Те, повинуясь силе привязки, покорно опустились и терпеливо ждали, пока мы неуклюже взбирались на их спины. Я несколько раз мысленно посетовала на седла. Зачем они нужны? Мужчины летают на ящерах без седел!

Но как только моя ящерка прытко побежала на коротеньких ножках, а потом распахнула крылья и начала отрываться от земли, я поблагодарила Темнейшего за его всевидящее око. Меня вдавило в спинку сиденья, и я намертво вцепилась в уздечку. Ух… У меня перехватило дыхание, в грудь точно чем-то тяжелым ударило.

Вот это полет! Вот это ощущения!

По тому, как испуганно вскрикнула Лина и как к ней рванул Зрак на темном ящере, больше напоминающем дракона из древних сказок, я догадалась, что она испытывает те же ощущения. И заволновалась. Уже не за себя. За блондинистую девочку, чьей судьбой постоянно распоряжаются. Лина нас удивила. Не успел Зрак к ней приблизиться, как она натянуто улыбнулась и помахала крестному, давая понять, что с ней все в порядке. Молодец!

Наблюдая за Линой, я упустила момент, когда мы поднялись в воздух. Р-р-р-раз, и мы летим! ЛЕТИМ! Прохладный ветер касается лица, шаловливо треплет волосы, воздушные потоки обступают со всех сторон, и ты понимаешь, что счастье в этой жизни есть…

Не зря я на закрытом рынке выбрала свою золотистую девочку, ох, не зря! И что бы там ни говорили всякие рогатые, мы друг друга почувствовали сразу! Мгновенно! Стоило мне натянуть уздечку, она замедляла полет, ослабить – ускорялась, если я сжимала ноги и вела уздечку влево, она разворачивалась.

А еще я с ней говорила. Постоянно. Рассказывала, какая она красивая, какая у нее чудная чешуйчатая броня, какие у нее очаровательные крылья. Говорила, как долго мечтала, чтобы она у меня появилась. Поведала, что мы с ней станем друзьями, и у нас будет много-много приключений. Насчет последнего не врала.

В последние месяцы приключения так и сыплются на мою голову – так почему не разделить их с подругой?

Когда к нам подлетел Зрак и прокричал: «Возвращайся», я недовольно нахмурилась. Уже все?! Он, то бишь зеленоглазый тиран, точно предвидел, что я могу воспротивиться приказу. Не отлетел далеко, а принялся кружить рядом, чем немало смутил мою девочку. Я прямо-таки почувствовала, как она занервничала. Еще бы! Такой самец рядом. Э-э-э-э… Это я про дракона.

Пришлось снижаться.

Лина уже стояла на земле, едва не пританцовывая от счастья.

– Крестный, Влада, это… это… это невероятно! Никогда в жизни не испытывала ничего более яркого, восхитительного! Крестный, а завтра мы сможем покататься?

Да, хороший вопрос…

И мы обе воззрились на Великого Артефактора.

Тот отчего-то смутился.

– Девочки, вообще-то ящеры предназначены для длительных перелетов, а не для развлечения…

– Пожалуйста! Пожалуйста! Пожалуйста! – это не я.

– Будет день – будет пища. Завтра и поговорим.

У, вредный!

Видя, как потухли глаза Лины, я сжала руки в кулаки. И подмигнула ей.

Прорвемся.

В обход некоторых.

* * *

На ужине некоторые не присутствовали, что позволило нам с Линой пощебетать по-девичьи. Лина говорила и говорила, а я пришла к выводу, что с ней срочно надо что-то делать! Девушка изголодалась по общению со сверстницами. Да и вообще! Она умница и красавица! Ей танцевать надо, кружить головы кавалерам, кокетничать направо и налево, а не прозябать в темном замке великого дяди.

Ночью я долго не могла уснуть. Ворочалась. Прислушивалась.

Нет, никто не подошел к смежной двери.

Эх…

Спала тревожно, то и дело открывая глаза. Поэтому ничего удивительного, что в конечном счете махнула рукой на сон и поднялась задолго до рассвета. Пойду-ка прогуляюсь.

Поднимаясь с кровати, задела рукой что-то прохладное. Вздрогнула и развернулась. Увидев, что лежит на одной из подушек, зажала рот рукой.

Вот когда?.. Когда он успел? Когда проник в комнату? Почему я не заметила?

На подушке лежали три фиолетовые ромашки и обещанный ключик от книг в библиотеке Великого Артефактора.

Дальше…

А дальше без комментариев.

Совсем без комментариев.

* * *

Одевалась я быстро.

Спешила.

Очень спешила.

Натянула вчерашнее платье, в котором совершала первый полет, и рванула к двери. Убегать буду налегке.

В голове набатом билась мысль: «Лишь бы успеть… Лишь бы не заметил… Лишь бы убежать…»

Да-да, я снова убегала. Куда – пока точно не знала. Но убегала. Возможно, полечу снова в долину Гар – теперь она безопасна. Тетушку простили, ну, или почти простили, а у меня по контракту еще впереди почти одиннадцать месяцев свободы.

И никаких блондинистых демонов!

Посмотрите-ка на него! Ухаживать решил! А моего дозволения спросил? Ну и что, что муж?! Это еще ничего не значит! Нельзя столь кардинально менять линию поведения! Я не готова… Не готова принимать цветы! Не готова благодарить за подарки! Не готова тонуть в зеленых глазах!

Решено. Улетаю.

Оказавшись в коридоре, побежала на цыпочках вдоль стены. Быстрее, еще быстрее. Хоть опыт побегов у меня имелся, в замке я ориентировалась плохо. И когда только восполню сей пробел? Через одиннадцать месяцев, не раньше.

Бедное сердце едва не выпрыгивало из груди. Оно вообще в последнее время вело себя странно. То замирало при появлении некоторых субъектов с фигурой титана, то наполнялось непонятной щемящей радостью, то волновалось сверх меры.

И ради того, чтобы привести дела сердечные в норму, я решилась на побег. А что? Мне подумать надо. А когда рядом расхаживают личности, смущающие это самое сердце, привести его в надлежащее состояние не удастся. Никак.

Я пробиралась по коридорам и лестницам и думала о том, что поживу еще немного в замке Зрака – и стану профессионалом по ночным побегам.

И снова, как и месяц назад, на пути никто не встретился.

И снова, как и месяц назад, я спешила к загону.

И снова, как и месяц назад, старалась не задумываться о будущем.

Моя ящерка мирно спала. Но почувствовав приближение хозяйки, резво вскочила и ка-а-а-ак ударит хвостом по земле, отчего в воздух поднялась пыль и мелкая трава, которую ящерка разрубила острыми шипами.

Это она меня так приветствовать решила. Мило.

– Ну-ну, девочка, что ты, не буянь! Нам сейчас тишина нужна и конспирация.

Я готова была поклясться, что увидела, как губы ящерки изогнулись. То есть она меня поддерживает? Интересненько-любопытненько.

– Ты меня правильно поняла. Мы улетаем.

Стоило мне произнести последнюю фразу, как золотая девочка расправила крылья и важно зашагала на маленьких ножках, увенчанных шипами, в мою сторону.

Я с замиранием сердца ждала ее приближения.

Сегодня все будет иначе.

Сегодня я убегу.

Как только она подошла ко мне, я погладила ее по чешуйчатой голове и спросила:

– Поможешь мне? – естественно, ответа не последовало, и поэтому я продолжила: – Конечно, поможешь. А там, куда мы улетим, будет свобода, моя хорошая. Там много-много полей, там есть где развернуться…

Ящерка мотнула головой, не то соглашаясь с моим решением, не то возражая. Но разбираться не было времени. Вдруг этот зеленоглазый… искуситель еще раз решит наведаться в смежную комнату!

Действовала я быстро. Открыла загон и смело шагнула навстречу новой жизни.

Вначале без дамского седла на ящерке удержаться оказалось проблематично. Я вцепилась руками в уздечку и стала молиться Темнейшему, чтобы не соскользнуть и не упасть на землю. Хотя нет, не буду больше ему молиться! Вон он как с собственной дочерью поступает: заточил девушку в провинции да в Лазгаре, на балы не пускает. Разве это дело?

Поэтому пришлось рассчитывать только на себя.

Каюсь, сначала снова было страшно. Как-никак ночь, и поддержки в случае непредвиденных ситуаций не будет. Но преисполненная решимости осуществить побег, я приказала себе перестать бояться. Ничего со мной не случится!

Ведь правда?

Страхи исчезли сами, едва моя девочка взметнулась в небо. И стоит заметить, летела она аккуратно, не выделывая виражей, за что я ей была признательна.

А дальше снова ветер… И небо… Звездное. Красивое. С полной луной.

– Летим в долину Гар, моя хорошая, – прокричала я ящерке, не опасаясь быть услышанной на такой-то высоте.

Мне еще в детстве рассказывали, что ящерки рождаются с неким знанием. Они великолепно ориентируются в пространстве. То есть скажи им: «Летим в Стор» – полетят. Скажи: «Летим в Бакелорг» – без проблем. Скажи: «В столицу» – и туда знают маршрут. Вот такая загадка природы!

Поэтому я не сомневалась, что ящерка доставит в долину.

А там… Там разберемся по ходу действия. И с тетушкой обстоятельно побеседуем. Теперь-то у нее иродов-заступничков не будет!

Мы летели. Я полностью доверилась ящерке и изо всех сил старалась не вспоминать аромат фиолетовых ромашек…

Ночью небо казалось другим. Более холодным, что ли, несмотря на то, что на нем сияло несметное количество звездочек. Еще оно казалось ближе и доступнее. Создавалась иллюзия, что протяни руку – и сможешь взять кусочек неба. Заманчивая перспектива.

Поддавшись мимолетному порыву, я так и сделала. Протянула руку и…

Бах!

Удар был такой силы, что зазвенело в ушах, грудь сдавило, а голову откинуло назад, едва и вовсе не оторвав.

Ворота Лазгара.

Темнейший! Как же я про них забыла! Совсем забыла! Ни разу не вспомнила! Даже мимолетно!

И мы на всем ходу врезались в них.

А потом…

Потом началось падение.

Удар в основном пришелся на мою золотую девочку, но досталось и мне. Голова закружилась, перед глазами потемнело, а сама я начала заваливаться набок…

И последнее, что увидела, прежде чем темнота полностью поглотила – огромного черного дракона, несущегося на меня. А на драконе с искаженным лицом восседал демон.

Такой зеленоглазый.

Такой блондинистый.

Такой… мой.

Все – дальше темнота. Занавес не опустился, он рухнул.