Глава 17

В саду прогуливались Грэйнар с Кирной. И дочка архивариуса цепко держала под локоть этого вертихвоста. Или, может, у Кирны тоже скользкие сапоги, и он всего лишь поддержал её, по чистой случайности оказавшись рядом?

Чушь! Небось этот кобелина ещё и поцелуями уговаривал Кирну не уезжать после убийства Матильны. А то и не только поцелуями.

Зло стиснув кулаки, я отвернулась от окна.

Влада, спокойствие! Он тебе никто. Даже не «отборный» жених. Но подлые слёзы почему так и просились из глаз.

Я поспешила к себе в покои. Больше вовсе не стану разговаривать с этим облезлым волчарой.

Аринэль вернулась домой только часа через два. За это время я успела два раза поплакать и два раза успокоиться. Эльфийка появилась как раз в тот момент, когда я приняла окончательное решение никогда больше не смотреть в сторону оборотня по имени Грэйнар.

— Не боишься гнева его тёмности? — спросила я подругу. — Так откровенно проводить время в обществе Агардэна чуть ли не на глазах у нашего дорогого жениха…

— Если честно, за Агардэна иногда становится страшно, — призналась Аринэль. — Утешает одно: лорда Рагрияра я, кажется, совершенно не интересую.

— Везёт! — не смогла не позавидовать я. — Кстати, в грáфе случайно не течёт эльфийских кровей? — вспомнила свою недавнюю мысль. На мой взгляд, есть в его внешности что-то чуть-чуть эльфийское.

На лице Аринэль отразился… испуг? Но с чего бы вдруг?

— Очень надеюсь, что нет, — дала соседка не менее неожиданный ответ.

— Почему? — изумилась я, широко распахнув глаза.

— Потому что он мне нравится, — еле слышно призналась Аринэль, покраснев до острых кончиков ушей.

Яснее, признаться, не стало.

— Но если в нём действительно течёт эльфийская кровь, мне не стоит надеяться на что-либо серьёзное между нами, — добавила подруга.

— Но почему же? — я совершенно не улавливала её логики, однако не собиралась отступать.

— Примесь эльфийской крови в нём, помноженная на мою чистую… наши дети будут эльфами. Очевидно, что оборотню этого совершенно не нужно. Ты видела в числе придворных герцога хоть одного остроухого? — печально вопросила она.

Я покачала головой.

— Неужели это настолько принципиально? — лично я не наблюдала в этом никакой проблемы.

— У оборотней ценится мощь, физическая сила. Эльфийская тонкокостность тут явно не в тему, — Аринэль грустно улыбнулась.

— Ладно, будем надеяться, что мне показалось, — я обняла её за плечи.

* * *

После завтрака ко мне подошёл… кто бы вы думали? Виконт Малдэйн, он же вертихвост Грэйнар. И с ходу, без всяких предисловий выдал мне:

— Оденься потеплее. Я за тобой зайду через десять минут.

Ба! Главный кобелина замка выделил время и для прогулки со мной! Какая честь!

— И не подумаю, — буркнула я вслух.

Но он уже отошёл и, кажется, вовсе не расслышал.

Через десять минут я сидела в своей гостиной не то что не надев шубы, а и вовсе сменив платье на джинсы с футболкой. Жаль, у меня не было шорт, не то напялила бы их. Или ещё лучше — купальник. Хотя такую форму одежды он мог бы уже неправильно истолковать.

Заслышав в коридоре мужские шаги, я угнездилась в кресле, поджав под себя ноги, и уткнулась в книгу, изображая величайшую увлечённость её содержанием.

— Ты не одета? — возникнув на пороге, Грэйнар удивлённо вскинул бровь.

— Здесь не холодно, — промолвила я, не отрывая взгляда от книги.

— Ты же сама хотела узнать подробности о нашей магии зимы, — напомнил виконт.

Моё любопытство дёрнулось было в гардеробную за шубой, однако я усидела на месте.

— Лучше расскажи на словах, — бросила я равнодушно, без всякого интереса.

Я не без удовольствия отметила, что в синих глазах промелькнуло разочарование.

Но потом он наклонился ко мне, левой рукой опёрся на спинку кресла, а правой нежно взял меня за подбородок:

— Эй, в чём дело?

Мне захотелось стукнуть мужчину побольней. Его прикосновение буквально жгло огнём, и жар от него растекался чуть ли не по всему телу.

Я брезгливо отодвинула его руку и чуть не подалась вслед за ней.

— Ни в чём. Просто я не хочу никуда ехать, — произнесла как можно ровнее.

Он снова взял меня за подбородок, заставляя посмотреть в глаза.

Проклятье! В этой бездонной синеве я вечно тонула без остатка.

— Да нет, ты определённо за что-то злишься на меня, — проговорил Грэйнар. — Вот только за что?

Я дернула головой, вновь высвобождая подбородок.

— Ладно, поехали, по дороге поговорим, — подхватив под мышки, он снял меня с кресла и поставил на пол. — Джинсы, кстати, куда луда лучше платья подходят для верховой езды. А вот сверху не мешало бы утеплиться.

Я сделала слабую попытку плюхнуться обратно в кресло.

— Оденешься сама или мне тебя одевать? — третьего варианта мне определённо не предоставляли.

— Одевай, раз тебе так приспичило, — сама не ожидала, что скажу это.

Но как ни странно, вместо этого Грэйнар вышел из покоев решительным шагом.

Мы оскорбились? Вот и отлично! Я думаю, Кирна с радостью составит ему компанию.

Только не успела я снова устроиться с книгой в кресле, как виконт вернулся, неся с собой нечто вроде толстого мягкого свитера с высоким воротом.

— Поднимай руки, — потребовал Грэйнар.

Ладно, тряпичную куклу из себя изображать не стану. Совсем глупо будет. Задрала руки вверх, и на меня ловко надели свитер. Интересно, он, случайно, не из волчьей шерсти? Может, Грэйнар её с себя начесал?

Представив себе оборотня, причём, в волчьей ипостаси, почему-то уже со спицами в лапах, я едва не расхохоталась в голос.

Заметив улыбку на моих губах, виконт тоже довольно улыбнулся. А затем, не спросясь, направился в спальню. А если бы там Аринэль переодевалась? Не мог же он знать, что эльфийки вовсе нет в покоях. Или с их обонянием мог?

В гостиную он вернулся с моими меховыми сапожками и шубой. Присел перед креслом, снял с моей ноги туфлю и стал натягивать на неё сапог.

А это приятно, чёрт возьми, когда такой мужчина у твоих ног! Главное, не замурлыкать вслух.

Обув, виконт поднял меня на ноги и элегантно подал шубу.

Так уж и быть, я застегнула её сама.

Возле конюшни нас ждали две уже осёдланные лошади. Вот только в седле я сидела всего один раз в жизни — на Кавказе, на берегу Голубого озера, чтобы сфотографироваться в папахе и бурке. И было мне тогда лет двенадцать.

— Я не умею ездить верхом, — призналась честно, когда виконт попытался подсадить меня.

— Значит, поедем вместе, — решил он.

И легко вскочив в седло, подхватил меня и усадил перед собой. Обнял за талию, крепко прижал к широкой груди. Пусть и через две шубы, но, казалось, я чувствовала тепло мужского тела.

Мы выехали за ворота и сразу свернули с дороги, двинувшись в объезд замка. Пересекли замёрзшую реку. Стали подниматься по заросшему лесом склону. Глубокий снег местами доходил нашему жеребцу до груди.

— Так за что ты на меня злишься? — сдвинув капюшон, прошептал Грэйнар, бессовестно касаясь губами моего уха.

— Я не злюсь, — заговорила, с трудом переборов желание замурчать. — Просто не перевариваю любвеобильных мужчин.

— Очевидно, это стрела в мою спину? — догадался виконт. — Но в чём причина?

— Ты обхаживаешь то одну девушку, то другую, — выдала я напрямик. — Безусловно, это твоё дело. Но я не хочу быть в их числе.

Затылком почувствовала, как по его губам скользнула улыбка. Наглец! Вертихвост! Кобелина!

— Ты не в их числе, — прошептал он, вновь касаясь губами моего уха.

Небось, каждой так говорит. Знаем мы этих ловеласов. С одним таким уже имела счастье связаться.

Я попыталась отодвинуться от него и сесть прямо.

— Упасть хочешь?

Нет, свалиться с лошади мне вовсе не хотелось. Но ухо-то моё оставь наконец в покое!

Ненавижу харизматичных красавчиков! Нет от них никакого спасения. Прививки бы что ли делали ещё в детстве.

Правда, едва реально не рухнув под копыта жеребца, я прекратила изображать, будто проглотила аршин и снова позволила спутнику прижать меня к своей груди. Так заодно и теплее было.

Не знаю, сколько мы поднимались на гору. Но вдруг Грэйнар закрыл мне глаза ладонью. Естественно, я дернулась, протестуя.

— Потерпи всего минуту, — попросил он.

Ладно, минуту можно.

Жеребец остановился. Грэйнар убрал руку от моего лица.

— Вот это да! — вырвался у меня изумлённый возглас.