Глава 25

Всего несколько часов назад он сказал, что любит меня. И вот… нет, этого просто не может быть! Однако и не узнать Грэйнара было невозможно. Это однозначно он!

Я вглядывалась в экран, стараясь найти хоть малейшее несоответствие. Но, как на зло, на записи укрупнился план. Нет, к сожалению, ошибки быть не может. Никаких сомнений! Это Грэйнар!

Мужчина страстно сжимал Кирну в объятиях и целовал, целовал, целовал…

У меня закружилась голова. В груди заболело, будто туда ткнули калёным железом. Боль заполонила всё моё существо… А потом внутри что-то умерло.

— Гляди, гляди, как сосётся! — ехидно подначивала Настя. — Спорим, стояк у него сейчас просто каменный!

Слова змеи пришли словно бы издалека. С трудом пробились в ватный мозг.

Нет, слушать эту тварюжку я точно не обязана!

— Заткнись, гадина! — зарычала я.

Не знаю, что отразилось на моём лице, но Настя в ужасе исчезла за секунду. А я, пошатываясь, двинулась в свои покои.

Вроде бы Аринэль что-то спрашивала. А может, и нет. Не знаю. Не помню.

Не видя ничего вокруг, я направилась прямиком в спальню. Но по пути наткнулась на диван и рухнула ничком на него. И, кажется, умерла. Странно только, что слёзы безостановочно текли из глаз, ведь мёртвые не плачут.

Не знаю, сколько пролежала так. Но вдруг услышала до боли знакомый голос:

— Влада, ты чего? Что случилось?

И ведь хватило наглости явиться, как ни в чём ни бывало!

— Убирайся! — бросила я, не поворачивая головы. Видеть его не было ни сил, ни желания.

— Что? — опешил Грэйнар. Прозвучало прямо искренне.

— Убирайся, предатель! — опять прогнала его я.

— Предатель?! — изумился он. — Да что вдруг переменилось за четыре часа? — Грэйнар тронул меня за плечо.

Я брезгливо стряхнула его руку — ту самую руку, которая ещё недавно где только не ласкала Кирну. Как он вообще посмел прикоснуться ко мне!

Грэйнар бесцеремонно уселся рядом и, взяв за плечи, развернул меня к себе.

— Не трогай меня! — я снова передёрнула плечами. — Катись к своей Кирне!

— Причём здесь Кирна?! — оторопел он вполне натурально. Вот ведь бессовестный актёр!

— Грэй, хватит! Я всё видела своими глазами, — слёз больше не осталось. Похоже, их запас в моём организме истощился.

— Бред какой-то! Что ты видела? — с напором вопросил он, тряхнув меня за плечи. — Не могла ты ничего видеть!

Рука словно сама размахнулась и ударила его по щеке. Грэйнар схватил меня за запястья.

— Повторяю: Ты. Не могла. Ничего. Видеть.

От такой наглости у меня чуть не потемнело в глазах. Дёрнула руки — раз, другой. Бесполезно — как в тисках.

— Настя сняла вас на телефон! — почти выкрикнула ему в лицо.

— Какая, к демонам, Настя?! Что сняла?! Ты слушаешь эту лживую завистливую сучку?! Сегодня я Кирну вообще в глаза не видел! — Грэйнар продолжал очень натуралистично разыгрывать праведный гнев. Или он уже всерьёз разозлился? У него ходили желваки, а взгляд заледенел настолько, что аж глаза стали светло-голубыми.

— Видеозапись не может лгать! — напомнила я не только ему, но и себе. — Я видела, как ты целовался с Кирной!

— Чушь! Я не целовал её ни сегодня, никогда!

— Хватит лгать! Ненавижу тебя!

Я заметила, что он ослабил хватку на моих запястьях, вырвала руку и снова хлестнула его по щеке.

В голубых глазах сверкнуло яростное пламя.

— Ах вот, значит, как! Ты веришь лживой подлюке, а мне — нет?! — он стиснул кулаки — спасибо, что не на моих руках, глухо зарычал и ринулся прочь из комнаты.

Шарахнул дверью так, что та треснула вдоль. А затем отвалилась с петель и грохнулась на пол.

В коридоре кто-то взвизгнул.

— Ты?! — взревел Грэйнар. Мне даже показалось, что он уже перекинулся. Я невольно посмотрела в проём. — Что там у тебя за запись?! Показывай!

— Не могу, — промямлила побледневшая Настя. — Телефон разрядился.

— Ах, разрядился! — он вырвал у Насти мобильник и стиснул его в кулаке. Гаджет жалобно хрустнул. И вдруг словно обледенел. Виконт брезгливо разжал пальцы — телефон упал на пол и разлетелся на сотни ледяных осколков.

— Ты… Вы что творите?! — всплеснула руками Настя, в шоке пялясь на тающие осколки. — Я пожалуюсь его светлости!

— Поторопись, пока я тебя не придушил! — глухо рыкнул Грэйнар и стремительно удалился.

Из-за кадки с кипарисом выбралась Леорана. Похоже, подслушивали они с Настей вдвоём, но инидарка уже навострилась мгновенно прятаться.

— Вот это силища! — воскликнула она, в изумлении разглядывая валявшуюся на полу створку. — Никогда бы не подумала, что её вообще возможно выбить. Интересно, а его светлость сумел бы?

Мне нестерпимо захотелось отгородиться от чёртовой сплетницы дверью, но именно это было невозможно. Тогда я просто ушла в спальню. Не хочу никого видеть и слышать.

Аринэль тенью последовала за мной.

— Ты уверена, что на той записи правда что-то было? — спросила эльфийка, присаживаясь на кровать рядом со мной. — По-моему, Грэй всерьёз разъярился.

— Аринэль, хоть ты не начинай! — простонала я. — Не хуже, чем тебя сейчас, я видела, как он страстно целовался с Кирной. Так что бесится он просто от того, что его застукали, — горько усмехнулась, откидываясь на подушку.

Эльфийка лишь пожала плечами и добавила еле слышно:

— Мне всё равно не верится…

* * *

Утром Аринэль зачем-то притащила меня в столовую.

Я не спала всю ночь, аппетита не было даже в зачатках. Тем не менее, подруга настояла на том, чтобы я пошла на завтрак.

И вот теперь передо мной стояла тарелка с омлетом, а я даже представить не могла, как кладу в рот кусочек.

— Доброе утро, леди! — произнёс Агардэн, появившись в столовой. — За окнами прекрасная погода. А, значит, ничто не помешает выбывшим из отбора отправиться по домам уже после завтрака.

Мне показалось или в его улыбке правда блеснула капелька яда?

— А покинут нас сегодня, — распорядитель сделал мхатовскую паузу. — Анастасия. Мальда. И Леорана.

Джабира издала какой-то странный звук — нечто среднее между расслабленным выдохом и изумлённым вскриком.

— Как это — я выбываю?! — возмутилась Настя, звонко опустив вилку на стол. — Лорд Агардэн, вы наверняка что-то перепутали! Да я ж… всё сделала! Всё показала!

— Очевидно, в качестве супруги лорду Рагрияру не нужна шлюха, — Агардэн язвительно улыбнулся Настеньке.

От злости та стала пунцовой. Впрочем, Мальда с Леораной тоже заметно порозовели.

Благостная весть, что Настя не будет больше мозолить мне глаза, позитивно повлияла на мой организм. Спавший мёртвым сном аппетит приоткрыл один глаз, и я даже сумела впихнуть в себя несколько кусочков омлета, запив их половиной чашки чая.

После завтрака к нам подошла Джабира.

— Не понимаю, почему меня оставили, — прошептала она. — Если его светлость выгнал именно тех, кто обнажился перед ним, то почему я не в числе выбывших? Не мог же он просто забыть?..

— Да нет, конечно, — усмехнулась я. — Этот, пожалуй, о чём-нибудь забудет! Думаю, дело в том, что он учёл менталитет вашей страны. Герцог понял, что ты выполнила его требование, поскольку не могла ослушаться мужчину, который вроде как числится твоим господином, а не потому что, как Настя, готова раздеться перед любым.

— Скорее всего, именно так, — согласилась Аринэль. — И вдруг завертела головой по сторонам. — Девочки, я оставлю вас на несколько минут.

Эльфийка стремглав бросилась в наши покои. А через полминуты так же резво выбежала из них в шубке и сапогах и помчалась к лестнице.

Мы с Джабирой изумлённо переглянулись и поспешили к ближайшему окну, надеясь увидеть, куда Аринэль направится от входной двери.

Дальнейшее удивило нас ещё больше. Сбежав со ступенек крыльца, Аринэль устремилась к одному из росших во дворе вековых деревьев, приложила к стволу правую ладонь и замерла.

Нет, я, конечно, понимаю, что эльфы особый народ, необычайно близки к природе и так далее. Но неужели ей настолько срочно приспичил энергообмен с каким-нибудь деревом? Как будто у неё аккумулятор садился — потребовалась немедленная подзарядка.

Мы с южанкой вновь переглянулись в полном недоумении.

Аринэль простояла у дерева минут пять, а потом, как ни в чём не бывало, зашагала обратно к зданию. А вскоре уже вернулась в наше крыло.

Увидев нас с Джабирой, то ли смутилась, то ли раздосадовалась.

— И что это было? — вопросила я, испытующе глядя на подругу.

Аринэль потупила взор. Затем внимательно огляделась, нет ли кого поблизости, в особенности, Леораны, и прошептала:

— Обещайте, что никому никогда не проболтаетесь.

— Обещаю! — вымолвили мы с Джабирой в один голос.

— Я с братом разговаривала, — тихо поведала эльфийка.

— Только не говори, что он живёт в том дереве, — не удержалась я.

Аринэль невольно улыбнулась:

— Нет, конечно. Но мы умеем таким образом устанавливать связь друг с другом. Деревья служат нам проводниками мысленной энергии. Я почувствовала, что Илвирэль вызывает меня и поспешила ответить ему. Ещё вчера я сама пыталась связаться с ним, чтобы передать приглашение оборотней сюда, в замок. Но у него был приступ — дико болела спина. И он не смог со мной поговорить.

Джабира изумлённо хлопала глазами — ведь она ничего не знала, ни о приглашении, ни вообще о брате Аринэль. Пришлось коротенько просветить её.

— И для установления связи вам подходит любое дерево? — поинтересовалась я затем.

— Нет, желательно, чтобы оно было большим и полным сил.

— Поэтому ты не воспользовалась вон тем кипарисом? — Джабира указала на кадку. — Он слишком маленький?

— Да нет же, — засмеялась Аринэль. — С кипарисом не получилось бы, даже если бы он был во много раз больше. Ведь его корни не уходят в землю, а, значит, не имеют связи с другими деревьями.

Аринэль с Джабирой пошли в покои. А я, сама не знаю почему, задержалась у окна. Бросила за него ещё один взгляд. Через двор быстрым шагом шёл Грэйнар.

В груди всё сдавило, будто там заработал пресс.

Мы были знакомы меньше двух недель. Между нами вовсе не могло быть ничего общего — ведь мы из разных миров. Но уже давно я не ощущала его чужим. Пусть поначалу он злил и бесил меня, но это пока я не познакомилась с герцогом — всё познаётся в сравнении. А с Грэем мне, по сути, всегда было комфортно. Я уже молчу о том, что воспламеняюсь от одного его прикосновения, от одного его взгляда. Но это ладно, в конце концов, от отношений, построенных лишь на страсти, всегда остаётся только жалкое пепелище. Но рядом с Грэем мне всегда было хорошо, я отдыхала душой — никаких дурацких игр и притворства. Чувствовала, что всегда могу быть самой собой. Он принимает меня такой, какая я есть, и я нужна ему такая, какая я есть. Так же как и он — мне. Наверное, то самое, что называют родством душ.

И вдруг это предательство. Нелогичное. Необъяснимое. Неужели наше «родство душ» я выдумала сама от и до? Или мужчины вообще все такие? Память любезно подсунула Лёшеньку.

Если бы мы сейчас были в Москве, я бы ещё могла подумать, что всё сфальсифицировала Настя, смонтировала там что-то, дорисовала… Однако на её несчастном телефоне, на котором чудом продержался заряд, нет и не может быть средств, чтобы сотворить подделку. А значит…

Чёрт, как же больно!

Вцепилась пальцами в подоконник. Грэй уже давно ушёл, а я всё смотрела на опустевший двор. Вот так же пусто теперь у меня в душе…

* * *

Я наивно полагала, для того, чтобы напоследок не пересечься с Настей, достаточно не выходить из комнаты, пока она наконец не исчезнет. Но нет. Она сама завалилась ко мне. Злая, как тысяча чертей.

— Ну как, счастлива, что от основной конкурентки избавилась?! — ядовито прошипела она с порога.

Джабира, сбежавшая к нам, чтобы не присутствовать при сборах Леораны, застыла с таким видом, словно увидела настоящую змею. Аринэль уже давно на Настю не реагировала — иммунитет выработался.

— Ничего, я Лёше расскажу, как ты тут на мужиков вешаешься! — злорадно пригрозила она.

Вот уж напугала, так напугала.

— Главное, не забудь рассказать ему, как сама под них стелешься, — равнодушно бросила я.

— И родаков твоих просвещу, как ты сразу двух кобелей в постель к себе заманиваешь, оставив Лёшу, как запасной вариант.

— Ага, поверят тебе!

Но что наплетёт с три короба — можно не сомневаться. Опозорит по полной. Как потом родителям в глаза смотреть? Вот же ж гадина!

— Поверят, поверят! — ехидно пообещала Настя. — Уж я постараюсь! Как пить дать, меня по твоей милости отчислили! Раздвинула ноги и нашептала герцогу! — она сорвалась на крик: — Что б он тебя без ошейника поимел!

— А тебя, я гляжу, он поимел в ошейнике? Вот даже жаль, честное слово! — разозлила зараза меня уже порядком.

Настя блеснула глазами взбешённой фурии и ринулась на меня. Но не добралась — застыла, вытянув руки со скрюченными пальцами.

— Анастасия, вам пора, — произнёс ледяной мужской голос. Оказывается, Агардэн успел схватить её за шкирку.

Ему даже не пришлось насильно вытаскивать паразитку в коридор. Распорядителя Настя боялась и уже вылетев с отбора, поэтому покорно покинула наши покои сама. Зло зыркнув на прощание в мою сторону.

Фух! Наконец-то здесь воздух станет чище. Вот только родители… гадюка же кинется поливать меня дерьмом, едва переступит портал.

Спасти меня от позора может только Агардэн.

Я выглянула в коридор:

— Гард, можно тебя на минутку?

Мужчина подошёл ко мне:

— Что случилось?

— Ты не мог бы внушить магией Насте, чтобы не смела говорить про меня гадости моим родителям?

— Внушить не получится. Но я просто попрошу её этого не делать.

— С чего ты взял, что она послушается? — я разочарованно вздохнула.

— С того, что Настя очень боится разъярённых волков, — граф хищно улыбнулся.

Мои губы тоже невольно растянулись в улыбке. Похоже, однажды Агардэн уже шуганул Настеньку.

— Спасибо, — прошептала я и пошла к себе. Провожать сестрицу точно не собиралась.

* * *

Конкурсы сыпались на нас как из ведра. Не успели мы отойти от пошлого испытания с раздеванием, как на следующее утро Агардэн явился с объявлением о новом этапе.

— Леди, на этот раз вам нужно будет разбиться на команды, — сказал он. — Вас осталось девять, значит, делимся на три тройки. Кто с кем будет в команде — решайте сами.