Глава 16

Я просыпаюсь и долго лежу, боюсь открыть глаза. Мне так невыносимо хочется, чтобы это все оказалось одним плохим сном, начиная с папиного исчезновения и дальше. Но нет, я открываю глаза и почти сразу понимаю, что я в комнате Адамова, только его рядом нет. Я встаю, раздвигаю шторы, спальню заливает яркий солнечный день, смотрю на часы на стене – уже десять часов утра. Я никогда так долго не спала! На стуле я замечаю платье и комплект нижнего белья, полотенце, принадлежности для ванной… Явно, все это приготовлено для меня. Я беру вещи в охапку и иду в душ. Там я очень долго стою под тёплой водой. Пытаюсь снова вернуть себе ощущение своего тела. А то мне даже сейчас кажется, что Адамов стоит рядом и наблюдает за мной. У меня сводит желудок то ли от страха, то ли от голода. Когда я выхожу из ванной, пугаюсь, натыкаясь на чей-то темный силуэт. Потом понимаю, что это всего лишь Марго. – Я пришла вам помочь, госпожа… Надеть платье и причесаться. Я лишь киваю. Когда Марго меня расчесывает, я чувствую, что в ее отношении ко мне что-то изменилось. Она как будто радуется за меня. Я не удивляюсь, она, наверное, просто не в курсе всей этой ситуации… Интересно, она вообще знает, кто ее босс? – Ты давно работаешь на моего мужа? – спрашиваю я осторожно. – Давно, – Марго снова улыбается и понижает голос: – Я так рада, что рядом с ним появилась женщина, я так желала ему счастья… У меня ступор: – Желали счастья? – удивляюсь я. Марго кивает и продолжает: – Это все глупости и неважно: внешние недостатки, я всегда знала, что найдётся женщина, которая его полюбит. А самое главное, которой раскроется он… Меня так раздражают ее слова, я сейчас тоже смотрю на Марго другими глазами, она совсем сумасшедшая: говорить о бандите так, как будто он святой… – Я его не люблю, – вырывается сквозь зубы. Расчёска в руках Марго повисает в воздухе, с ее лица мгновенно исчезает радостный румянец, она становится отстраненной и серьёзной, как раньше. Когда прическа готова, я встаю, чтобы выйти из комнаты. Марго как будто незаметно подходит ко мне, наклоняется к моему уху: – Я никому не скажу о ваших словах, но, пожалуйста, никогда никому больше так не говорите. Это может плохо закончиться, – говорит и выходит вперёд меня… Я тяжело дышу. Знаю, что зря открыла простой служанке свои истинные чувства, но зачем она меня предупреждает? Значит, знает, что он за человек. Зачем тогда говорила, что он достоин любви? Я считаю, что такие, как он, ничего не достойны. Я смотрюсь на себя в зеркало, поправляю причёску и спускаюсь в гостиную. Я намерена требовать от Адамова сегодня освобождение моего отца. Насяду на него и не отстану, пока он не исполнит мою просьбу… Я зря, что ли, вчера с ним так мучалась? При этой мысли в мозгу вспыхивают отрывки вчерашней ночи. Как он держит меня на весу, у стены, как входит, как дышит… Я даже останавливаюсь, потому что по всему животу вдруг проходит волна… Ладно. Я признаю, что могло быть ещё хуже… но это не отменяет того факта, что у нас с ним договор. Я вышла за него замуж, а где мой отец? До сих пор непонятно. Я залетаю в гостиную и теряюсь, потому что мы не одни. Напротив Адамова сидит тот бандит, который просил вчера похитить девушку для себя. Кажется, его зовут… Беркут? Адамов встает: – Моя жена пришла, наш разговор окончен. Не знаю, зачем ты пришёл, ты знаешь, что я не меняю своих решений. Беркут поворачивается в мою сторону и внимательно на меня смотрит, я вижу его взгляд, мне становится страшно, он как будто готов убить. И тем не менее, он спокойно встает, разворачивается, идёт по направлению к выходу, говорит как будто по ходу: – Ты как всегда, Игорь, забываешь, кто ты есть… Невозможно всегда играть по правилам… Вдруг завтра кто-то соберётся украсть твою жену? Что ты будешь делать? Тоже правила? Беркут не успевает произнести последнее слово, Адамов подлетает к нему и прижимает со всей силы его головой об стол. Я быстро отхожу в сторону, вскрикивая и закрывая лицо руками. Мой муж достаёт пистолет откуда-то из заднего кармана брюк, тяжело дышит и прикладывает его к виску Беркута, рычит: – Если это угроза, ты умрешь прямо сейчас. Уже хочу прокричать «Не надо», но Беркут начинает говорить первый, и голос у него (учитывая ситуацию) удивительно спокойный: – Это не угроза. Ты знаешь, что я своих братьев не трогаю… Адамов отпускает его, тот спокойно выходит из комнаты. Я все ещё пребываю в шоке. – Неужели ты застрелил бы его? – спрашиваю ломким голосом. Адамов просто берет стакан со стола и пьет. Он не собирается отвечать. – Он твой брат? – мой следующий вопрос. – Нет. Это образно, – его короткий ответ. Я сажусь. Сердце быстро стучит, я его никак не могу успокоить. – Мне плохо, – говорю правду. Адамов быстро подходит ко мне: – Что болит? – спрашивает. Я поднимаю на него глаза, полные слез: – Пожалуйста, можно отпустить моего отца? Прошу! Мне станет намного спокойнее, когда ты его отпустишь. Взгляд Адамова непроницаемый, он отходит от меня, отвечает, повернувшись ко мне спиной: – Я не могу его отпустить. – Почему? – Завтракай. Отвезу тебя к нему, когда хорошо поешь… Сама увидишь.