Глава 27. Воссоединение

Начало похода можно было назвать успешным, несмотря на его срочность и зыбкость плана. Королю своими глазами хотелось убедиться, что поисковые отряды не тратят государственные деньги попусту, а ищут принцессу с полной ответственностью.

Границу перешли без вопросов, достаточно было показать приглашение короля Атрэйна. Их какое-то время ещё сопровождал пограничный отряд, но вскоре отстал. Через несколько часов путешествия по Атрэйну свернули на тот торговый путь, где разбойники напали на караван и похитили наследного принца.

Геван не оставлял мысли разыскать юношу, но решил использовать его уже с другой целью. Если удастся спасти сына Иладара Третьего, можно будет попробовать отменить помолвку. Какую он укажет причину, король ещё не придумал, но надеялся, что в дороге нужная мысль осенит его. А если ничего не получится с этой идеей, придётся возвращаться к угрозам. В любом случае король получал выгоду.

Этими мыслями Геван поделился только с Мердом. Верный помощник хмурился, но не возражал правителю: у него были свои планы, и пленение или спасение принца чужой страны в них не входило, но и не выполнить приказ правителя он не мог.

Мерд пришпорил коня и направил его вверх по холму. Он остановился на каменистой площадке и огляделся. Отсюда хорошо просматривался торговый путь. Неширокая дорога вилась по живописному ущелью, а вокруг, насколько хватало взгляда, тянулись горы. Их лесистые склоны словно были предназначены для разбойников, которые везде могли найти место для засады.

Командир не боялся нападения: послов сопровождали лучшие воины королевства. Он осматривался и пытался представить, в каком месте залегли бандиты, которые украли наследного принца.

Караван послов был перед ним как на ладони.

Кавалькада всадников скакала впереди и окружала кареты Гевана Великого, и принцессы, украшенные флагами. За ними тянулись ряды конников, далее – повозки с монаршим скарбом.

Геван Великий не мог сидеть на месте и наблюдать за пейзажем из окна. Он гарцевал на коне впереди отряда. Мерд, видел, что нетерпение сжигает короля изнутри, и как верный страж и друг, находился рядом.

– Как думаешь, будет толк от этой поездки? – поинтересовался правитель, привставая в стременах и вглядываясь в даль дороги, когда командир спустился вниз.

– Перед нами стоит несколько задач, – пожал плечами командир. – Что-то обязательно выгорит.

Мерд отвечал королю, но сам не слишком верил в удачу. Казалось, он сделал все, чтобы спасти дочь сестры, но, как только получил возможность позаботиться о племяннице, она пропала у него на глазах. Восемь лет бесцельных тайных поисков не принесли результата. Девочка словно провалилась сквозь землю.

Верховный жрец в это время тоже не дремал. Его шпионы, переодетые в народные одежды, рыскали повсюду. Как Геван мечтал найти дочь, чтобы ее спасти, так и Милес хотел разыскать Эстер, чтобы ее уничтожить. Командир понимал, что такое стремление храма непременно завершить предсказание, связано вовсе не с преданностью короне. С падением Бустерии, предсказанным Сагоном, перестанет существовать и клан жрецов.

Вот и приходилось делать вид, что цели короля и храма едины, но действовать своими методами.

На удивление, день прошёл тихо. Торжественное шествие всем видом показывало: посторонись, едут важные люди. И крестьяне, завидев издалека кортеж, сворачивали вбок и исчезали из виду. Даже разбойники притаились: связываться с вооруженным до зубов отрядом бустерийцев не рисковал никто.

Караван без опасных приключений вышел из ущелья и остановился на ночлег рядом с придорожной таверной. Здесь можно было разведать обстановку и узнать местные слухи и новости. Слишком подозрительной казалась тишина вокруг, словно мир замер перед бурей.

Разбили лагерь у подножия горы. Хозяйка, озадаченная небывалым скоплением вооруженных людей, сначала растерялась, но, увидев мешочек с монетами в руках Мерда, оживилась. В кухне засуетилась прислуга, готовя особый ужин королю, закипели вода в котлах для вечернего омовения знатной персоны.

Посетители таверны, завидев чужестранных гостей, будто растворились в воздухе. Только что сидели за столами и громко стукались кружками с вином, и вдруг пропали. Ничто не ускользнуло от внимательного взгляда командира: ни неопрятный вид этих людей, ни спрятанное под столами оружие. Мерд выставил двойную охрану, предположив, что таверна – это притон для разбойников, конокрадов и других отверженных.

Осторожно он стал расспрашивать слуг, сновавших между стоянкой каравана и кухней, но те ловко уклонялись от ответа.

Тревожное чувство росло в груди командира и заставляло держаться за рукоятку меча.

– Ты чего такой нервный? – поинтересовался король, подавая руки слугам, которые снимали с него пыльную одежду.

– Не нравится мне это место, да и хозяйка излишне суетится. Того и гляди в обморок хлопнется от напряжения, а она наверняка повидала всякого.

– Думаешь, здесь и квартируют разбойники, захватившие принца.

– Все может быть. Если не те, так другие точно крутятся в округе.

Громкий стук в ворота, сопровождавшийся криками, король услышал, уже сидя в лохани с горячей водой. Ее только что установили в роскошном шатре и выстлали изнутри белой тканью. Геван открыл уставшие глаза и посмотрел на Мерда:

– Сходи, узнай, что там за шум?

– Слушаюсь, – поклонился командир и направился к ограде.

По дороге он жестами показал заместителю, чтобы тот усилил охрану короля. Но его опасения не оправдались. Это оказались родственники хозяйки: нервная девушка с огромными глазами, сверкавшими в полумраке, ее раненый муж и друг. Троица пыталась попасть в таверну, но привратник ее не пускал. От незваных гостей за несколько метров разило алкоголем, словно они выпили все вино в округе.

– Это мой племянник, – успокоила командира хозяйка, но выглядела она испуганной, от ее тела так и шёл запах страха.

Мерд пожал плечами: сами разберутся, его вмешательство не требуется, и пошёл к лагерю. Не доходя до шатра короля, свернул в сторону палатки лекарей. Он весь день не видел Линду и уже соскучился по голубым глазам жены, ее тихому ласковому голосу и нежным рукам, которые так страстно обнимают его редкими ночами.

– Что-то случилось? Зачем ты здесь?

Линда с тревогой огляделась: негоже командиру королевской охраны беседовать накоротке с рядовым лекарем. Постоянное напряжение последних дней сделало ее нервной и беспокойной.

– Все в порядке, не волнуйся, – прошептал Мерд, не глядя на неё. – Соскучился. Хотя… мы в чужой стране, приходится быть бдительным.

Мерд рассказал о недавнем происшествии. Жена оживилась.

– Людям нужно помочь.

– Не думаю, что это удачная идея. Атрэйн и Бустерия сейчас в состоянии шаткого перемирия. Достаточно маленькой искры, чтобы разгорелось большое пламя.

– Вот и не дадим этому случиться, – засмеялась Линда. – Лекарь – человек вне политики. Он обязан оказывать помощь каждому страждущему.

Жена схватила свой сундучок и зашагала к воротам. Мерд не знал, что ему делать. Он властно повелевал своими подчиненными, но перед любимой, которая привыкла самостоятельно решать многие проблемы, пасовал. Командир покосился на шатёр, где ждал доклада король, потом перевёл взгляд на Линду. Что важнее: преданность жене или королю?

Любовь перевесила, и он бросился догонять жену, быстро передав информацию своему заместителю.

Хозяйка сначала растерялась, но потом повела их в глубину таверны. Обстановка казалась спокойной и не предвещала опасности. Мерд немного расслабился, но, войдя в комнату, сразу понял: что-то идёт нет так, как запланировано.

В небольшом помещении было пусто, но пахло кровью, болезнью и близкой смертью. Командир наполовину вытащил меч, готовый в любую минуту отразить нападение врага.

– Только что раненый лежал здесь, – пробормотала хозяйка, оглядываясь.

– Тут он, тетушка Матильда, – услышал командир звонкий девичий голос. – Мы с Кенхо испугались, думали – враги.

И тут что-то произошло с Линдой. Она всем телом подалась вперёд, лицо исказилось, губы задергались, лекарский сундучок в руке мелко задрожал.

Командир никогда не видел жену в таком состоянии. Он перевёл взгляд на девушку, появившуюся из-за портьеры, и тоже вздрогнул. В полумраке комнаты нежные черты лица незнакомки показались знакомыми. Наклон головы, разрез глаз, точеный нос кого-то напоминали, но от волнения, внезапно сдавившего горло, он не мог сообразить, кого.

И вдруг девушка вскрикнула:

– Ма-ма! Мамочка!

Ее тело вспыхнуло голубоватым пламенем. Оно заиграло сполохами, заискрилось всеми цветами радуги, и сквозь призрачную пелену огня Мерд узнал родное лицо сестры.

А дальше стало происходить что-то странное. Верховный жрец говорил, что объединение магии принцессы с ее Трилистником в несколько раз увеличивает силы и возможности заклинателя, но впервые своими глазами видел такое.

Он стоял, смотрел на просветленное лицо Линды, на девушку, охваченную разноцветным огнём, и понимал тревогу старика Сагона и его последователя Милеса. Рядовые жрецы храма не смогли бы противостоять двойному могуществу магической силы.