Глава 5. Утренний яд

Тирен Привычка вставать до рассвета въелась в меня еще со времен академии. В этом доме, где каждый звук тонул в мягких коврах, а тишина звенела в ушах, утро было единственным временем, когда я чувствовал себя по-настоящему спокойно. Я спустился на кухню, застегивая запонки на манжетах рубашки. Марта, словно безмолвная тень, уже была там. Едва я сел за длинный кухонный остров, передо мной возникла дымящаяся чашка черного кофе — крепкого, без сахара и сливок, как я люблю. — Спасибо, Марта, — кивнул я, активируя голографическую панель новостей над столом. Я сделал первый глоток, наслаждаясь горечью напитка и предвкушая хотя бы полчаса тишины перед тем, как начнется этот безумный день. Сайра спала наверху, и мысль об этом одновременно тревожила и будоражила кровь, но я заставил себя сосредоточиться на сводках с границ. Идиллию разорвал резкий звук открываемой двери. Я не успел даже обернуться, как в кухню ураганом ворвалась Аврора. Она была безупречна даже в такую рань: идеальная укладка, светлое платье, золотые украшения, ни следа сна на лице. Только глаза метали молнии. — Ты издеваешься надо мной? — прошипела она вместо приветствия, швыряя сумочку на соседний стул. Марта тут же испарилась, проявив чудеса тактичности. Я медленно поставил чашку на блюдце. — Доброе утро, Аврора. И тебе рад тебя видеть. — Не смей паясничать! — взвизгнула она. — Ты притащил в свой дом эту… эту девку! Оборванку из четвертого сектора! Преступницу! Я устало потер переносицу. — Это приказ императора, Аврора. Ты была на ужине и все слышала. Мы работаем вместе. — Работать — это одно! — ее голос сорвался на визг. — А селить ее у себя, в родовом поместье Синтари — это плевок в лицо мне и моей семье! Ты хоть понимаешь, кто она? Она грязь под нашими ногами, Тирен! Ей место в тюремной камере или в дешевом борделе на ее планете, а не в доме генерала! — Это не твое дело, — холодно отрезал я, не повышая голоса. — Кого я селю в своем доме и с кем работаю — решать мне. И давай не будем устраивать сцен ревности. Ты сама встречаешься с кем хочешь, и я никогда не задавал тебе вопросов о твоих «уроках верховой езды» с молодым графом Элтоном. Аврора вспыхнула, ее фарфоровые щеки покрылись красными пятнами, но она быстро взяла себя в руки. — Мы договаривались! — процедила она, подойдя ко мне вплотную. — Мы заключили соглашение: никаких скандалов. Мы можем развлекаться на стороне, но тайно! А даже дышать одним воздухом с этой вульгарной девицей — это позор! Она оперлась руками о столешницу, наклоняясь ко мне. От нее пахло дорогими цветами, но этот запах сейчас вызывал лишь раздражение. — Ты думаешь, я слепая? — прошептала она ядовито. — Я видела, как ты на нее смотрел вчера за ужином. Как пожирал ее глазами! Ты смотрел на нее так, словно хотел разложить прямо на столе перед императором! Это унизительно для нас обоих. — Прекрати, — предупредил я, чувствуя, как внутри начинает закипать гнев. — Что прекратить? Говорить правду? Эта шлюха из трущоб… Звук удара ладони о мраморную столешницу заставил ее заткнуться. Я медленно поднялся со стула, возвышаясь над ней. — Не смей, — произнес я тихо, но так, что Аврора отшатнулась. — Не смей называть ее так. Никогда. — Ты защищаешь ее? — ахнула она, и в ее глазах промелькнул страх, смешанный с недоверием. — Я требую уважения к моей напарнице и гостье моего дома. Сайра добилась в этой жизни большего, чем половина твоих напомаженных подруг, которые палец о палец не ударили. И я не буду советоваться с тобой по поводу своих личных дел или своего круга общения. Аврора выпрямилась, натягивая обратно маску ледяного высокомерия. Она поняла, что истерикой меня не взять, и достала свой главный козырь. — Хорошо, — она сузила глаза. — Играй в благородство. Защищай свою уличную кошку. Но запомни: если о твоей связи с ней станет известно… Если хоть одна живая душа в высшем свете узнает, что ты спишь с преступницей из четвертого сектора… Она сделала паузу, давая словам повиснуть в воздухе. — Моя семья разорвет помолвку. И мы уничтожим твою репутацию быстрее, чем ты успеешь сказать «Ваше Императорское Величество». Ты станешь изгоем, генерал. Подумай об этом, когда в следующий раз решишь поиграть в спасителя. Она резко развернулась, цокая каблуками, и вылетела из кухни, оставив после себя шлейф приторных духов и испорченное утро. Я снова опустился на стул и сделал глоток кофе. Он остыл и стал еще более горьким, но именно это мне сейчас и было нужно, ведь во время разговора с Авророй перед моими глазами стоял лишь образ Сайры.