Глава 17

Мы выскользнули из пещеры.

Снаружи шел бой. Стражи Ровена сражались с крылатой нежитью. Я видела синих и бронзовых чудовищ, похожих на небольших драконов. Синие метали стрелы, бронзовые опаляли все огнем. С каждым выстрелом я сжималась. Мне казалось, что все снаряды летят именно в меня. А горячий выброс огня опалял волосы и кожу.

Ровен сжал мои пальцы, будто почувствовав, какой жутчайший страх настиг меня в этом хаосе из тел и чудовищ.

И вся эта неживая братия металась в воздухе, злобный крик крылатых монстров заполнял все пространство, нежить визжала, ревела от боли, когда мечи стражей разили ее.

Запах стоял отвратительный. Тлели иголки на хвойных деревьях, дымилась пожухлая трава. Пахло еще чем-то зловонным, будто кто-то выпустил газы. Я почувствовала, как тошнота сдавливает горло.

Но Ровен потянул меня за собой, я отвернулась и доверилась ему. К храму мы подобрались незаметно. Жан по-прежнему накрывал нас невидимым куполом, мы научились передвигаться почти бесшумно. Курточка помогала мне парить над землей, даже шагать не надо было. Ровен летел, держа меня за руку, а Жан сидел у него на плечах.

У ворот мы остановились для разведки. Хорошо, что вокруг рос густой кустарник. Я посмотрела на небо, солнце уже почти скрылось за горизонтом. Сердце сжалось от волнения и страха. Нам срочно нужен был обряд бракосочетания. Просто немедленно. Что за правила такие? Почему жениться нужно именно в храме?

Жан показал пальцем на мерцающие огни, Ровен достал мешочек, пошептал над ним и рассеял содержимое в воздухе. Я наблюдала, как гасли один за другим ближайшие светлячки. Заметив это, остальные мгновенно снялись с места и растворились в воздухе.

Казалось бы, путь свободен, на башенках началась суматоха. Големы не понимали, что случилось с плотной стеной огней и куда они пропали. Один за другим чудовища начали спускаться на землю. Ворота открылись.

Големы рыскали вокруг, маленькие, шустрые, неуклюжие у своем уродстве, они подобрались так близко, что я задрожала от страха. Но Ровен успокаивающе сжал мою руку и показал глазами на артефакт, зажатый в ладони.

Я понимала: нельзя дать о себе знать. Нежить без мозгов, думать не умеет, реагирует только на раздражители: голод, холод, врага. Пока ничего нет, она спокойна.

Жан показал на ворота. Они были очень близко, буквально в нескольких метрах от нас. Сам Эмматуэль не показывался, охраны жрецов тоже не видно. Оставалось только гадать, что творится внутри храма. В моей душе жила небольшая надежда, что маги где-то заперты, а лорда нет. Мало ли по каким срочным делам он улетел.

Жан дернул меня за рукав. Ровен поднял мальчика на плечи и плавно двинулся вперед. Я пошла за ним. Мы уже были почти у ворот, как один маленький голем с размаху налетел на высокого Ровена. Чудовище не видело врага, но почувствовало препятствие на своем пути и начало расти на глазах. Миг — и над нами возвышалась его маленькая по сравнению с телом голова. Толстые руки, похожие на глиняные сардельки, шарили вокруг, пытаясь найти добычу.

Я с ужасом смотрела на гиганта. Несмотря на огромный рост и вес, под его шагами ломались кусты и маленькие деревца, он передвигался быстро и нападал внезапно. Я не успевала крутить головой. Он показывался то с одной, то с другой стороны, и это кружение не давало сделать ни шага.

Я сжала в пальцах артефакт. Никогда не играла в бейсбол, даже не видела настоящую игру на стадионе, а тут вдруг почувствовала себя спортсменом. И такая злость всколыхнулась в душе, такая ненависть к этому миру, что, как только голем оказался с моей стороны и наклонился, я размахнулась и забросила шарик ему в рот.

Чудовище захлебнулось, закрутилось и развалилось на части.

— Вперед! — прошептал Ровен.

Он подхватил меня под мышку, в несколько прыжков преодолел расстояние до ворот и ворвался во двор. Жан мгновенно закрыл их и запечатал заклинанием, а двор накрыл защитным куполом.

Мы перевели дух, обернулись: на нас шла, гремя костями, целая шеренга скелетов. Ровен вытащил из-за спины посох, провел круг, и нежить обездвижилась.

— Это ненадолго. Бежим!

К храму мы неслись как ветер. Препятствий на пути не было. Ворвались в здание и опять застыли. Все маги стояли связанными у алтаря — огромного белого мраморного стола. На их губах висели руны безмолвия.

— Запечатай храм, — уже не скрываясь, приказал мальчишке Ровен.

— Что же делать? — чуть не заплакала я. — Кто нас поженит?

— Он.

Лорд показал на Жана.

— Я не могу, — затряс головой мальчишка. — У меня самый низкий уровень.

— А для чего мне это?

Ровен показал на артефакт усиления магии. Жрецы одобрительно закачали головами. Выяснять, где сейчас находится враг, было некогда. Верховный маг подозвал Жана, он кивнул на стеллажи с магическими фигурками. Мальчишка рванулся туда.

— Это? — он показывал рукой на какой-нибудь сосуд. — Получал отрицательный кивок и бежал дальше. — Этот?

За несколько минут он нашел только две необходимые вещи: это была тиара, как я поняла, для невесты, и жезл с набалдашником.

Метания Жана вызывали все больше тревоги.

— Может, освободим сначала жрецов? Будет быстрее.

— Время. Посмотри на часы.

Ровен махнул в сторону, где на стене виднелся огромный циферблат солнечных часов. Скромный лучик пробивался сквозь специальное отверстие и уже приближался к критической отметке.

— А Жан справится? Мне страшно.

Ровен — житель этого мира, если он потеряет невесту, то сможет продержаться до следующей ночи Черной луны и найдет новую. А что делать мне, иномирянке? Кто вернет меня домой? Да и вернет ли вообще, ведь, если я не выйду замуж сейчас, никому уже не буду нужна.

— Все готово к обряду! — весело крикнул Жан. — Идите сюда.

И в этот момент страшный гул раздался со всех сторон.

Я нырнула за спину Ровена. Сделала это рефлекторно. Какая-то неведомая сила толкнула меня к единственному защитнику.

Первым среагировал Жан. Он бросился к полкам, схватил ножницы с острыми концами и помчался к дверям храма. Размахнулся и воткнул их в косяк.

Что тут началось, вой поднялся до небес, казалось, что кричит и стонет сама земля.

— Что это? — спросила я шепотом, на большее просто воздуха не хватило.

— Не обращайте внимания! — закричал мальчишка. — Ножницы защитят нас от темных сил. Они ненадолго сдержат их рвение.

Но сложно было проигнорировать то, что творилось за дверью храма. Она сотрясалась от ударов, панели скрежетали, в воздухе летала пыль.

— Сюда, быстро!

Ровен схватил меня за руку и потащил к алтарю. Жан дал ему в руки диадему, мне протянул жезл. На одно запястье повязал плетеную нить. В ней сочетались три цвета: белый, красный и черный. Другой конец он протянул Ровену и заунывно начал читать заклинание на незнакомом языке.

Это было жутко. Я затряслась, озноб побежал по всему телу, во рту пересохло, а сердце затрепетало, как заячий хвостик.

Ровен потянул меня за нить и пошел вокруг алтаря. Жрецы одобрительно провожали нас взглядами, дверь содрогалась под ударами нежити, а лорд невозмутимо шагал за маленьким жрецом.

Шествие продолжалось два круга. Я выполняла все, что от меня требовалось по ритуалу, но делала все механически, не вникая в процесс. Меня больше волновало то, что происходило за дверью храма. Казалось, нежить сошла с ума. Мне даже показалось, что в этом реве я слышу знакомый голос Эмматуэля.

Я сжалась. Если он появился, добра не жди.

Наконец Жан остановился, поклонился жрецам, потом Ровену. Не замолкая ни на миг, он повязал второй конец нити вокруг запястья лорда. Я чувствовала себя немым зрителем, а не участником действа.

— Жених, наденьте на невесту диадему, — пропел Жан.

Ровен выполнил наказ. Украшение оказалось тяжелым, я даже запрокинула голову от неожиданности.

— Потерпи немного, — шепнул Ровен. — Это важный ритуал.

— Невеста, коснитесь сердца жениха жезлом.

Я протянула палку и осторожно приложила ее к груди Ровена и тут же вздрогнула от удара тока, пронзившего все тело. Разум затуманился, в глазах потемнело, будто некая черная масса закрыла свет. Я хотела отдернуть руку, но ничего не получилось: она вдруг стала продолжением жезла, слилась с ним.

— Мамочки мои! — взвизгнула я.

И на мой писк откликнулись чудовища за дверью. Но теперь я уже не боялась их. Темные силы переполняли душу, бродили внутри, готовые вырваться наружу.

— Астер, не волнуйся, это моя черная магия перетекла в твое тело.

— Я теперь стану демоном? — испугалась я.

— Нет, милая, нет! Мы теперь с тобой одно целое, половинки одной души, в которой в равной мере переплетаются темные и светлые силы.

— Значит, я теперь твоя жена?

— Почти, — ответил за Ровена мальчишка. — Нужно сделать завершающий оборот вокруг алтаря.

Ровен потянул меня за собой, и в этот момент двери распахнулись, и в храм ввалилась толпа нечисти. Жан схватил шест неподвижности и побежал, очерчивая круг. Я вновь сжалась от страха. Желание спрятаться, забиться в щелку было настолько сильным, что я чуть не выдернула пальцы из руки Ровена.

Но он не сдался. Держал крепко и тянул меня за собой. Чудовища визжали, бесновались, но не могли пробиться сквозь защитный прозрачный купол и круг.

— Схватите их! — раздался голос Эмматуэля (все же я не ошиблась, это был он). — Схватите!

Новый виток атаки был еще сильнее и мощнее. Я шла и видела сплющенные лица, прижатые к куполу, уродливые морды кривлялись, дышали пламенем, капали слюной, скрежетали зубами.

— Трещина, там трещина! — крикнула я и замерла, разглядев в вышине лапы, болтавшиеся по во внутреннем пространстве купола.

Ровен дернул меня и почти бегом преодолел последние метры круга. И в этот момент лучик солнца совместился с делением и погас.

«Мы успели, — я готова была плясать от радости. — Успели!»

— Все, теперь нам они не страшны, — спокойно сказал муж, поднял руку с нитью и потряс ею.

Я вздернула руку следом за ним. Наши нити скрестились, и белый огонь побежал по ним, взметнулся в воздух и озарил храм светом. Он был такой яркий, что я на миг зажмурилась, а когда открыла глаза, монстры исчезли.

— Это сделали мы? — потрясенно спросила я у Жана.

— Да. Темный маг в паре с иномирянкой — мощная сила. Никакие артефакты не нужны. А когда у вас появится ребенок… у-у-у… только держись!

— А где Эмматуэль? Он же был здесь.

— Он уже ничего не сможет сделать. Ты ему больше не нужна.

Ровен и Жан подошли к жрецам. Один развязывал веревки, второй колдовал над снятием рун молчания.

— Разве не надо с ним разобраться? — не отставала я. — Он же превратился в демона, нарушил все мыслимые законы альянса королевств.

— Это будет решать император и верховный суд.

— А как они узнают, что здесь творился беспредел?

— Любопытная у тебя жена, — выдохнул Верховный жрец.

С него наконец-то слетела руна, и он задышал часто и глубоко, словно не мог насладиться воздухом.

— Я просто хочу понять, чего мне ждать дальше от лорда Эмматуэля.

— На какое-то время он заляжет на дно, — пожал Ровен. — Но наш с тобой долг чести рассказать обо всем императору.

— Мы поедем, ой, полетим во дворец?

Ровен встал рядом и взял меня за руку. Его ладонь была теплой, сухой, мягкой и надежной. Я высоко подняла голову, секунду подумала и поцеловала Ровена в губы. Какая же свадьба без поцелуя?

Он тут же притянул меня к себе. Я растаяла, мир перестал существовать, растворился в дымке благовоний.