Глава 3

АстерЯ пробиралась по кустам. В моем воображении дорога казалось близкой, буквально завернуть за дерево и… вот она. Но в темноте все кошки серы, деревья одинаковы, а подвернутая нога болела нестерпимо. И я сдалась, замерла, прислушалась.

Звука боя не было, значит, отошла достаточно далеко. Это радовало, в душе жила надежда, что мне удалось спрятаться от преследователей. Но и на дорогу я не вышла. Хотелось плакать и молиться, молиться и плакать. Никогда не думала, что попаду в такую передрягу. Еще и Мышку потеряла, а позвать нельзя, услышат.

Только всхлипнула, как увидела впереди огоньки, они двигались в одном направлении, будто машины ехали по дороге. Я встрепенулась и опять пошла вперед. Огоньки были все ближе, но разглядеть, что это, никак не удавалось. Просвет между деревьями заметила не сразу. Просто шагнула, раздвинула ветки, а там простор.

«О боже! Спасибо тебе огромное. Спасибо!» — взмолилась я про себя и только тут сообразила, что нет никаких машин, а огоньки уже светились за трассой, словно звали меня за собой.

Я бодрее стала спускаться с пригорка.

— И куда мы торопимся?

Я подпрыгнула от ядовитого голоса, раздавшегося справа от меня.

— Девочка хочет утонуть в болоте? — спросил тот, что слева.

Я заметалась, но и шага не успела сделать, как меня окружила прежняя троица. Правда главарь шел неуверенно. Он сильно припадал на ногу. Я посмотрела за его спину, но Ровена не увидела. Сердце сжалось от боли: все же тот парень показался мне менее злобным и более привлекательным.

— Мальчики, отпустите меня, пожалуйста! — захныкала я преувеличенно жалостливо. Мозг работал в суперрежиме, пока я тянула время. — Зачем я вам нужна? Сами же сказали, что замухрышка.

— Да мне все равно, кто ты, — заявил громила. — Я тебя первый нашел, значит, женюсь.

— Что? — растерялась я. — Зачем? Поищи еще.

— Надо! — отрезал хромой и поморщился.

— А что с тем воином?

— С Ровеном? Да пошел он…

— Господин Эмматуэль, берем ее? — спросил толстячок.

Надо же, какое имечко громкое у этого урода! Ну, раз лицом не вышел, так хотя бы назовемся красиво.

— Давно пора.

Не успела я дернуться, как на меня набросили сеть, спеленали и потащили за руки и за ноги, как убитого зверя.

— Эй, а нельзя аккуратней? — возмутилась я. — Я сама могу пойти.

Но троица не обратила на меня никакого внимание. Толстяк что-то вдруг сделал, и мы поднялись над деревьями и понеслись по воздуху. И тут я опять чуть не сошла с ума от шока. Плащ оказался широкими черными крыльями. Теперь стало понятно, почему отрезанный кусок шевелился.

Я болталась между огромными птицами с человеческими лицами и тихонько поскуливала про себя. Громко выть боялась: а ну как сбросят на верхушки елей, и останутся от меня рожки да ножки.

Мы летели недолго и благополучно приземлились. Меня даже на ноги поставили, вот только колени сразу подогнулись, и я плюхнулась на каменные плиты широкого двора. Он был хорошо освещен, я успела разглядеть и высокие стрельчатые окна дома, похожего больше на старинный замок, и башенки над фронтоном с треугольными флагами, и каменные ворота, сейчас закрытые. Что находится за ними, даже предполагать не стала.

— Господин Эмматуэль, — бросился к гиганту крупный человек, одетый как служащий. — Поздравляю с выбранной невестой.

Он окинул меня взглядом, презрительно скривился и махнул рукой. Тут же сбежались какие-то люди, подхватили меня и поволокли к центральному входу. Я уже ничего не понимала и не сопротивлялась. Я устала, измучилась от боли в лодыжке, хотела есть и спать.

Но меня принесли в место, похожее на огромную ванну. Здесь в квадратном бассейне парила вода. Служанки, не слишком со мной церемонясь, сняли с меня ботинки, стянули колготки и гольфы, а потом и остальную одежду. И все это быстро и молча.

Воображение мгновенно нарисовало мне убийственную картину: сейчас меня искупают, а потом ввалится хозяин и… Я так и видела его в белом махровом халате и в тапочках. От представленного образа содрогнулась.

— Что вы хотите со мной делать?

— Такую замарашку нельзя выдавать замуж за нашего господина, — ответила хмурая женщина в длинном до пола платье и чепчике, из-под которого не виднелось ни одного волоска. — Сядь, покажи ноги.

Эта идеальная леди руководила всеми служанками только жестами, но в них было столько власти, что девушки понимали ее без слов.

— Я не замарашка. Это была праздничная одежда. Дорогая между прочим, а вы ее… — тут боковым зрением я поймала, что мою брендовую кожаную косуху запихивают в топку. — Н-е-е-е-т! Не смейте! — завопила во все горло.

Тут же, несмотря на больную лодыжку, дернулась за курткой, прижала ее к себе, как ребенка. Почему-то стало страшно расставаться с единственной вещью, оставшейся от дома.

И куртка обняла меня рукавами, слилась с телом, словно была живая. Этот факт немного царапнул. Я даже попыталась вспомнить, из чьей кожи сшита косуха.

Меня насильно усадили, миловидная служанка наложила ладони на колени и закрыла глаза. Я почувствовала тепло, даже небольшое жжение. Когда девушка убрала руки, мои ссадины на коленях исчезли. То же самое она сделал и с лодыжкой. Я чуть не заплакала, наконец-то освободившись от ноющей боли. Девушка попыталась забрать куртку, но я не дала.

— Оставьте ее ей, — с досадой махнула рукой леди. — У каждого демона должен быть свой питомец.

«О чем это она? — размышляла я, нежась в горячей воде. — Питомец — это что-то живое. А куртка есть куртка! Да и я не демон».

Но, учитывая обстоятельства этой ночи, я уже не доверяла ни своим чувствам, ни вещам, ни людям. Я нахожусь в странном месте. Здесь огни живые, плащ превращается в крылья, недоптица-недозверь передает визуальную информацию, а воины дерутся на мечах. Ничего удивительного, если и моя куртка окажется вовсе не курткой.

Я передернулась. Богатая фантазия может завести в такие дебри, что там и сгинешь. Громкие шаги услышала сразу и напряглась, глядя на дверь.

Нащупала большое полотенце, кем-то заботливо положенное на край бассейна, выбралась из воды и укуталась в него. И все делала, не отводя взгляда от дверной ручки в виде головы орла. Вот она шевельнулась, поехала вниз.

Я заметила у стены швабру с тряпкой на конце, схватила ее и приготовилась атаковать. Как только открылась дверь, не раздумывая бросилась вперед. Мокрая ветошь влетела в чье-то лицо, а рукояткой досталось по ногам. Вошедший взвизгнул женским голосом и упал на колени.

— Госпожа, это я!

Я замерла. Швабра дрожала в руках, да и я тряслась всем телом от пережитого напряжения. Девушка вскочила на ноги, отряхнулась.

— Ты кто? — прохрипела я.

— Ваша личная горничная.

— А здесь есть горничные?

От удивления, что в этом страшном мире есть такие обычные вещи, как швабра, уборка и горничная, стало немного легче. Я беззастенчиво разглядывала служанку. Передо мной стояла кошечка с треугольным личиком и огромными глазами. Пухлые губки бантиком растянулись в улыбку, открывавшую ровные мелкие зубки. Мне даже показалось, что кончики ее заостренных ушей торчат из прически.

«И зачем демоны искать невесту, когда рядом такие красотки расхаживают?» — мелькнула непроизвольная мысль.

— Как зовут?

— Мариэлла, — девушка сделала книксен. — Меня прислала леди Глен.

— А она кто?

— Распорядительница дома.

— Ясно. И что ты мне скажешь?

— Я помогу вам одеться и провожу в ваши покои.

Я не верила, что все так просто. Только что видела настоящие чудеса, и вдруг со мной обращаются как с драгоценностью.

— Слушай, Мари, можно я буду звать тебя так? — девушка кивнула. — Скажи, что с моими ногами сделала служанка?

Это был важный для меня вопрос. Когда я вскочила, то не почувствовала ни боли, ни тяжести. Наоборот, во всем теле была такая легкость, словно я и не находилась сутки на ногах.

— Самира вас лечила. У нее есть дар.

— У вас у всех есть дар? — подозрительно спросила я, все еще прижимая к груди швабру. — У тебя какой?

— Конечно, есть. Мы живем в замке темного мага. Здесь простых смертных нет.

— Значит, вы все бессмертные?

Черт! И куда меня занесло!

— Нет, что вы! Лорд Эмматуэль сможет жить до тысячи лет, если женится на иномирянке.

— А если не женится?

— Сойдет с ума и превратится в злобного демона. Его отрицательная энергия настолько сильна, что поглотит целиком его душу.

О боги! О чем она говорит? Мороз побежал по коже. Бежать надо отсюда! Немедленно!

— И что можешь ты? — я намеренно активно вытирала волосы, чтобы не выдать свое волнение.

— Я управляю растениями.

— Ого! И как ты это делаешь?

Мари протянула мне нижнюю рубашку, я подняла руки. Девушка восхищенно вздохнула, разглядывая мою грудь.

— Госпожа, вы только не подумайте, что я всемогущий маг. У слуг дар проявляется слабо. Я могу в чаще попросить ветки кустов раздвинуться и дать мне пройти. Могу приказать откликнуться лекарственной траве, если она растет рядом.

— Полезное свойство! — чуть не потерла ладони я.

И сразу вспомнилось, как лезла через дебри, обдирая кожу. Если захочу сбежать, придется взять Мари с собой.

— Не очень, — грустно вздыхает девушка. — Нас за пределы замка в человеческом виде не выпускают.

В человеческом? Я чуть не поперхнулась и закашлялась, и опять мне показалось, что Мари очень похожа на кошечку. В полумраке купальни ее глаза слегка мерцали зеленым цветом.

— Ага. Ясно, что ничего не ясно.

Мы сидели на скамейке и разговаривали как старые подруги. Хорошо найти близкого по духу человека в незнакомом месте, но осторожность не помешает. Вдруг Мари говорит лишь часть правды! А если она обладает и другими дарами? Сидит сейчас, мило улыбается, а сама сканирует меня, читает мысли.

— Госпожа, я помогу вам надеть тунику.

Я встала, опять вытянула руки. Взглядом поймала куртку, которая сначала лежала на краю скамейки, а теперь казалась значительно ближе. Подозрение, возникшее ранее, опять вспыхнуло в груди. Неужели в этом мире моя куртка ожила?

Предположение было настолько ужасным, что я потрясла головой, отгоняя эту мысль.

Мари обрядила меня в длинный свободный балахон, который подвязала широким поясом. Под ноги она поставила широкие и мягкие туфли. Я обулась и почувствовала себя на седьмом небе от счастья после тяжелых ботинок, из-за которых едва передвигала ноги.

— Скажи, а я обладаю каким-нибудь даром? — я пристально посмотрела на девушку. — Я же из другого мира.

— Должны. Столбы судьбы обычную иномирянку не затянут.

— Столбы судьбы? — глаза полезли на лоб от удивления. — Ничего не видела.

— Вот и выяснили, что магии света у вас нет, — засмеялась Мари и распахнула дверь. — Нам сюда, госпожа.

Мари вышла из купальни и побежала по коридору, я подхватила куртку под мышку и помчалась за ней. Вокруг было светло, но источника света я ни заметила. Казалось, он лился со всех сторон, прямо из пор дерева, между каменной кладкой, из всех щелей.

— Я думала, если мир средневековый, у вас факелы.

— Зачем? — девушка весело посмотрела на меня. — Лорду Эмматуэлю преданно служат блуждающие огни.

— Э-э-э, — замялась я. — Это те, что меня путали в лесу?

— Да. А еще они вас и нашли. И, раз вы не смогли им противостоять, дара предвидения у вас нет.

«Тупица! — ругалась я на себя. — Ничего не умею. И как же понять, что я могу делать?»

Этот вопрос терзал мою голову, пока мы шли по длинным коридорам, пересекали залы, поднимались и спускались по лестницами. Замок оказался огромным и полным людей. Но они больше походили на тени: мелькали то там, то сям, не попадаясь нам на пути.

— А почему эти слуги нас сторонятся? — спросила я у Мари.

— Когда вы станете женой лорда Эмматуэля, вы будете ими повелевать. А пока им запрещено к вам приближаться.

— Погоди, — я тронула Мари за локоть, остановилась и задала самый важный вопрос: — А кто такой Ровен?