Глава 4

Мариэлла как-то странно пискнула, присела, схватила меня за запястье. И тут случилось странное: куртка рукавом хлестко ударила девушку по пальцам.

— Ой! Больно! — горничная отдернула руку и подула на кисть. — Вот и ваш дар проснулся.

— Дар? — я с ужасом посмотрела на косуху.

— Да, вы можете оживлять вещи.

— Неужели. Попробуем!

Я напряглась и приказала поясу развязаться, но он не шелохнулся. Тогда я направила взгляд на ковер — тот же результат. Дополнила взгляд вытянутыми руками, как делают экстрасенсы-телепаты. Ничего не получилось.

— Госпожа, — засмеялась Мари и подошла ближе. — Вы можете управлять только близкими вам вещами. Куртка тут же взмахнула рукавами, вытянулась в струнку, словно отгоняла от меня опасность. — Зато вас появилась защитница.

— Что творится! Чудеса твои, Господи!

Я вдруг перекрестилась, хотя была вовсе не религиозным человеком.

— Вы видели лорда Ровена? — спросила вдруг девушка и восхищенно закатила глаза. — Правда, он такой красивый, как о нем говорят?

Так, этот лорд и тот лорд. Получается, за меня дрались два важных господина. Или понятия «лорд» в моем и этом мире расходятся?

— Ну… скажем… симпатичнее твоего хозяина.

— А какой он? Расскажите. У нас все девушки по нему сохнут.

Я покосилась на Мари и задумалась. В темноте не слишком разглядывала воина, не до того было, хотелось быстрее ноги унести.

— Ну, он высокий, стройный, с большими глазами. Темноволосый. Чем-то похож на меня.

Мари окинула меня взглядом и снова спросила:

— А глаза золотистые?

— Н-нет. Слушай, темно было, лорды дрались. Ваш вообще к-а-а-а-к закрутился волчком, — рассердилась я. — И вообще, это важно?

— Конечно! Только у лорда Ровена в глазах играет солнце.

Так болтая, мы дошли до места. Горничная привела меня в богатые покои, состоящие из трех комнат: гостиной, спальни и гардеробной, все стены которой были увешаны распорками с нарядами. На полках лежали богатые и яркие ткани.

В углу гардеробной была еще одна дверь. Я хотела ее открыть, но горничная нырнула под мою руку и заслонила ее спиной.

— А там что?

— Скоро узнаете, — отвела взгляд Мари. — Вы все равно не сможете ее открыть.

Это мне не понравилось. Ох, как не понравилось! Мне нельзя ничего запрещать, иначе непременно захочу это получить. Я уже мечтала выставить горничную за дверь и подергать заветную ручку.

Мари шустро расправила постель, взбила подушки и подошла ко мне. Она развязывала пояс и трещала без умолку, а я вовсю пользовалась болтливостью горничной.

— Говорят у Ровена есть ручной паднор.

— Кто?

— Паднор — это король мышей. Приручить его невозможно, а лорду Ровену удалось.

— Этот уродливый вонючий зверек — король мышей? — вскрикнула я. — Да он и на мышь не похож совсем!

— Ну, он создание богов. Кто его понимает, сам король магов и демонов.

В голове мелькнуло воспоминание: когда этот паднор задел меня крылом, я увидела землю будто с высоты полета. Пошла в том направлении и действительно попала на дорогу. Что получается? Я увидела мир глазами паднора, а значит… я его понимаю.

Нет, чепуха! Я уже точно не королева, а обычная студентка филологического факультета. Вот только пользы от моей науки в этом мире никакой нет.

Хотела уже уточнить этот момент у Мари, но прикусила язык. Ее благожелательность и общительность могли иметь совсем другие цели.

Я зевнула. Устала до чертиков! Благовония, источающие удушливый аромат, туманили мозги и клонили в сон. Я легла и с наслаждением погрузилась в мягкую перину. Белье пахло свежестью и ароматом цветов. Ловкие руки служанки расправили одеяло, подоткнули его с двух сторон.

— Твой лорд и это Ровен дрались из-за меня на мечах.

— О темные небеса! — схватилась за щеки Мари. — Лорд Ровен тоже ищет невесту? Бедный красавчик!

— Стоп! А зачем он тогда в жуткий лес пришел? — восторг горничной поставил меня в тупик.

— Сражаться с нежитью. Это основная работа темных магов.

— Хм, тогда зачем ему невеста?

— Бедняга, — горничная чуть не всхлипывала. — Он дольше всех темных магов держался, никогда в ночь Черной луны не выходил на охоту. Теперь понятно…

— Что понятно?

Мари замолчала, нахмурилась. Я покосилась на косуху, которую бросила на край кровати. Мне показалось, что она подползла ближе. Хорошо это или плохо? С одной стороны, хорошо, защита, а с другой — не очень. Вдруг этой ожившей куртке придет в голову придушить меня.

— Спокойной ночи, госпожа, — не ответила на вопрос Мари. — Сладких снов.

Она вышла, а я лежала м прокручивала в голове информацию.

Что имею?

Я в чужом мире. Здесь есть темные маги с энергией, которая поглощает их души. Спасти мага может только женитьба на иномирянке, которую световые столбы засасывают в ночь Черной луны. Магов намного больше невест, потому что стать попаданкой может только девушка со скрытым даром. Именно потому за каждую попаданку идет борьба не на жизнь, а на смерть.

Я попала в руки к лорду Эмматуэлю, некрасивому, грубому мужлану, способному управлять блуждающими огнями. В его замке все слуги обладают мелким даром. Надо выяснить, каким.

Я тоже имею дар, иначе бы не переместилась. Это доказывает и тот факт, что подруга Мышка осталась дома. Но дар идиотский: оживлять вещи. И что может сделать моя куртка с противником? Отхлестать по щечкам как шалопая? Ага! Великая помощь.

А лорд Ровен? Я вспомнила его статную фигуру, гибкие и плавные движения, красивое, напряженное лицо. Что с ним случилось? Неужели Эмматуэль его убил?

От представленной картины невольно сжимаюсь и сворачиваюсь в калачик. Спать, спать, спать…

И сквозь сон я услышала лязгающие звуки, шаги, но не смогла открыть глаз. А потом кровать прогнулась от тяжести, и кто-то лег радом со мной.

Я чувствовала руки, обнимавшие меня, вдыхала резкий запах, но никак не могла проснуться.

— Тьма тебя забери! — заревел мужской голос рядом. — Убирайся, тварь!

Этот вопль вырвал меня из дремы. Я открыла глаза: по полутемной комнате кружился хозяин замка, а моя куртка лежала у него на лице. Эмматуэль пытался оторвать ее и матерился местными ругательствами.

— Что здесь происходит? — я села, но затуманенный мозг отказывался пока принимать реальность.

— Убери свою вещь! — завопил маг.

Я слегка напряглась, вытянула руки, но тут же их опустила.

— Не могу, она мне не подчиняется.

— Седло вонючего скунса! Что б тебе!

— Девочка, плюнь ты на него, — обратилась я к куртке.

И она будто услышала: разлепила рукава, взмахнула ими и опустилась на кровать рядом со мной. Мне даже показалось, что в воротнике ощерилась пасть с острыми зубками.

Эмматуэль стоял в центре спальни и вытирал лицо ладонями. Он был одет именно так, как я его и представляла, когда купалась в бассейне: в халате и домашних тапочках. В прорезь запаха виднелась мощная грудь.

— Ты все равно будешь моей, — прошипел он. — И чем скорее, тем лучше.

— Я не поняла, ты хотел меня сейчас изнасиловать? — возмутилась я.

Я огляделась и заметила, что дверь в углу приоткрыта. Так вот почему Мари не дала мне посмотреть, что находится за ней!

— Нет, что ты! — взмахнул рукой Эмматуэль. — Наш поцелуй забрал немного темной энергии, а близость в постели возьмет еще больше.

Он теребил край пояса, то завязывал его, то развязывал, по всему телу искорками пробегали огоньки. Это было так жутко, что я испугалась и покосилась на приоткрытую дверь. Понятно, что маг пришел оттуда, но что там находится?

И тут лорд шагнул к кровати, словно его неудержимо тянуло ко мне. Выглядел он ужасно: щеки ввалились, подбородок еще больше заострился, глаза испускали зеленый свет, да и весь он будто зеленью покрылся.

Я словно впала в транс: бежать не могу, кричать не могу, мысли и эмоции парализованы. Я даже подумать не могла, как дальше быть, лишь прошептала помертвевшими губами:

— Не приближайся ко мне! Не подходи! Иначе… закричу!

— И что ты сделаешь? — прохрипел Эмматуэль и резко дернулся ко мне, я слетела с кровати и встала на другой стороне. — Кричи, сколько угодно, сюда никто не придет.

— Ты хочешь жениться, чтобы издеваться надо мной?

— Что ты, дорогая! — цвет сияния вокруг лорда стал гуще, из салатового превратился в густую зелень. Он будто обволакивал меня, лишал рассудка. — Иди ко мне, моя невеста. Дай коснуться твоих сладких губ.

И тут до меня дошло: я для темного что-то вроде подушки безопасности. Получается, я ему нужна до зарезу, а вот мне он — нет. И совсем не хочу с этим Шреком ни спать, ни жить. Пора делать ноги!

Я приободрилась, обняла косуху и прошипела:

— Даже не смей!

Она прильнула ко мне, как ласковый питомец, мне даже почудилось мурлыкание.

— Думаешь, тебя спасет Ровен? — резко остановился лорд, будто споткнулся.

— Не думаю. Мне что один из вас, что другой, безразличны.

— Но домой тебе все равно не вернуться, — злорадно хмыкнул темный.

— Это еще почему? — насторожилась я.

— Иномирянку выбрасывает обратно в ее мир в том случае, если ее не нашел ни один из магов и не поцеловал. А я уже закрепил наш союз. Так что, сопротивляться бесполезно: в последний день третьего месяца осени у нас свадьба. Я уже предупредил жрецов.

Я мысленно переводила информацию на понятия, доступные в моей мире. Последний день третьего месяца — это тридцатое ноября. У меня еще есть время, чтобы выбраться из этой клетки, только вот зачем?

Этот вопрос поставил в тупик. Раз я не могу вернуться, значит, должна приспособиться к жизни здесь. И, если так важно мне выйти замуж, то пусть это будет красавчик Ровен.

— А если я не соглашусь выйти за тебя замуж? — дерзко спросила Эмматуэля.

— Тогда не достанешься никому!

— Это еще почему?

— Темная сила завладевает моей душой и телом. Если я не смогу на тебе жениться, через месяц превращусь в демона. И тогда пощады не жди.

— Расправишься со мной, как с лордом Ровеном? — спросила я мага в упор, надо же разузнать поточнее, что случилось с красавчиком. — И не мельтеши! Голова кружится!

Теперь Эмматуэль ходил по спальне из угла в угол и прихрамывал. Ему тоже досталось в той схватке. И вдруг он рванулся ко мне. Из его пальцев вылетел огонь и ударил первым делом по куртке. Косуха с жалобным писком отлетела в сторону, запахло горелой кожей.

Я сорвалась с места и побежала к двери, но Эмматуэль успел перехватить меня. Он швырнул меня обратно на кровать и сжал горло пальцами.

— Ни слова о Ровене! Ты моя! Только моя! — его горящие глаза, казалось, готовы были испепелить меня изнутри. — Не хочешь добровольно, будешь жить в клетке.

Я хриплю, кручусь, пытаюсь ударить хозяина ногами и руками, но мои тычки не приносят никакой пользы.

«Успокойся! — мелькает в голове. — Смирись! Такого бугая можно одолеть только хитростью».

И хотя паника сводила с ума, от невозможности вдохнуть казалось, что грудь просто лопнет, как воздушный шарик, я затихла, расслабилась, вытянулась в струнку. И сразу хватка Эмматуэля стала слабее.

— Тебе не нужна больше невеста? — прохрипела я, собрав последние силы.

Он тут же снял пальцы с моего горла и спрыгнул с кровати.

— Смотри, что ты со мной делаешь, женщина!

Эмматуэль вытянул руки, они мелко дрожали. И вдруг он развернулся и вышел.