Глава 8

Ярослав

— Я — идиот? — смотрю в зеркало, как капли воды стекают по скулам и усмехаюсь своему отражению. Самый настоящий. Снова засовываю голову под кран с ледяной струей. Ну откуда я мог знать? Догадывался, что неопытна… Да черт! Бью кулаком по смесителю и выключаю воду. Вася сама себя предложила. Как бл*ть можно было отказаться?! Остаться до двадцати лет девственницей?! Это просто фантастика! Чувствую себя отборным мудаком. Надо срочно как-то исправлять ее первое впечатление. От мысли, что Вася в моей постели, сводит яйца. Реально так… до темноты перед глазами. Холодная вода нефига не помогла. Член стоит, хоть дрова коли.

Выхожу из ванны. Нахожу в джинсах коробочку с кольцом. Не вовремя? Ну уж лучше так. Мы не закончили, девочка моя.

Лежит на кровати, закрутившись в одеяло. Присаживаюсь на корточки и осторожно тяну за край.

— Вася… — чувствую, что держит одеяло со своей стороны, — Прости меня, — молчит, — Я на самом деле безумно рад, что ты будешь только моей.

— Не буду, — раздаётся бурчание. Ошибаешься, маленькая. Это мы так долго препираться можем. Нахожу концы одеяла и резко дёргаю. Василиса раскручивается и летит на пол.

— Тыыыы! — подхватывается, прикрывая одной рукой голую грудь, а второй пытаясь залепить мне пощечину. Перехватываю ее запястья, выкручиваю руки и укладываю на себя. Злая, красивая, глаза горят. Какая горячая у меня девочка, — Мне больно, — шипит тихой змеей, — Ты — просто хамло, Буров!

— О, так ты оказывается и фамилию свою будущую знаешь, — усмехаюсь, мне доставляет удовольствие держать ее в руках, — Интересовалась?

— Наглый, самовлюблённый упырь! — продолжает Вася, — Кому ты нужен… интересоваться… Девушка сказала из загса, когда я фотографа заказывала. Зачем ты вообще устраиваешь это посмешище? — пытается вывернуться из захвата. Я не отпускаю, и она сдаётся, обмякая, — Почему бы тебе посто не принести документы, и мы их тихонько подпишем… Если так нужно.

— Я сейчас отпущу тебя, — говорю ей в ушко и скольжу по кромке губами, — А ты будешь хорошей девочкой и закроешь глазки.

— А давай! — она с вызовом психует, — Чего уж мне… — фыркает и захлопывает веки.

Отпускаю ее руки, вытаскиваю из коробочки кольцо, целую нежную ладошку, веду губами до пульсирующей венки и медленно надеваю на Васин безымянный палец кольцо.

— Открывай… — командую хриплым голосом. Волнуюсь? Нет… Просто хочу, чтобы понравилось.

— Откуда? — девушка осторожно поднимает руку и рассматривает кольцо. Оно классическое. Тонкий ободок белого золота и бриллиант-капля в полтора карата.

— Хотел тебе вместе с букетом подарить… Я не играю, Вася, — разворачиваю ее лицом и вжимаюсь губами. Накрываю ладонями полную девичью грудь. Отрываюсь от губ и скольжу щетиной по нежной шейке.

— Скажи мне «да», Василиса, — рычу, оставляя лёгкие укусы на плече и ключице. Девушку потряхивает. Руки неотрывно следуют за моими, готовые в любой момент остановить или начать сопротивление, — Моя красивая, — обрисовываю легкими касаниями ее соски, — Моя нежная девочка, — спускаюсь, рисуя пальцами узоры по ее животу. Веду ниже к резинке трусиков, но Вася ловит мои руки и останавливает.

— Нет… — выдыхает со стоном.

— Хочу, чтобы ты стала моей женой, — оставляю влажные поцелуи за ее ушком и снова ловлю губы, — Стала только моей, — не сдерживаюсь и ощутимо прикусываю ее нижнюю губку. Мы кружим языками, дыша друг другу в рот. Фиксирую ее голову и заглядываю в глаза. Прикрывает, я вижу, что моя девочка плывёт.

— Посмотри на меня — сгребаю ее растрёпанные волосы в кулак и натягиваю до легкой боли, — Я жду твое «да», Вася, — ставлю пару глубоких поцелуев на шее. Меня ведет от ее запаха, затягивает в темноту, контроль даёт сбои.

— Да…Пожалуйста… — Вася сама тянется к моим губам. Целую распухшие губы и рукой поддеваю резинку трусиков. Глушу ее стон, толкая в рот свой язык, и размазываю пальцами смазку по нежным складочкам. Вася выгибается навстречу ласке и раскрывается, раздвигая ноги.

— Умница, — рычу в губы, — Ты моя девочка? — кивает головой. Взгляд пьяный, с поволокой. Тебе не нужно думать, моя хорошая.

— Ах, — вздрагивает и старается остановить, когда мой палец находит ее клитор.

— Руки, Вася, — чуть повышаю голос и скольжу пальцем к ее горячему входу, продолжая ритмично прижимать клитор большим пальцем, — Тише моя сладкая, — я уже сам готов кончить от Васиных реакций, — вхожу в неё аккуратно на один палец, немного растягиваю. Совсем узкая, маленькая и совершенно готовая для меня. Чувствую себя, как под кайфом, слишком круто вставляет эта девушка. Вася шипит и крутит бедрами. Медленно вхожу и выхожу из нее сначала на один палец, потом добавляю второй.

— Доверься мне, — свожу ее грудь вместе, чтобы ласкать одной рукой, — Кончи для меня, — шиплю ей в ушко и до одури хочу насадить на себя. Чтобы вколачиваться сейчас в ее невероятное тело сзади, глубоко, мощно… Но нельзя. Сейчас — так. Я слишком большой для неё.

— Мммм, — девушка крутит головой, откидывается мне на плечо и выгибает спину. Я ускоряюсь. Как же охренительно пахнет ее возбуждение, а ее истерзанные губки… Хочу свою девочку в этот красивый рот. Чувствую первую волну кайфа по позвоночнику, ее плоть начинает пульсировать по моим пальцам. Я ловлю ритм дыхания Василисы, да, давай, моя хорошая. Бёдра дрожат. Громкий, прорывающийся стон с ее губ, который я тут же сцеловываю, и девушка оседает в моих руках.

— Ты очень чувственная девочка, — легко целую ее в губы, щеки, прикрытые веки, — Моя хорошая, — отстраняю Василису от себя, встаю, подхватываю ее на руки и кладу на кровать, — Я очень хочу в тебя.

Василиса

На меня никто никогда так не смотрел. Глубоко, нежно и при этом так порочно, что тело покрывается мурашками. Ярослав оставляет пару поцелуев на моих губах и ведёт языком дорожку по шее до груди.

— Аааах, — прогибаюсь, впиваясь руками в широкие плечи, когда его зубы прикусывают сосок. Меня простреливает удовольствием. Хочу притянуть Ярослава для поцелуя, но он отстраняется.

Чуть приподнимаюсь на локтях и, краснея, слежу за тем, как мужчина снимает спортивные штаны, трусы и возвращается ко мне полностью обнаженным. Горячее, сильное тело вдавливает меня в кровать. Мммм… Почему же это так круто — быть под его тяжестью!? Ярослав разводит в стороны мои ноги и устраивается между ними. Целует внутреннюю кожу бёдер, проводит языком между губок, задевая клитор и поднимается поцелуями выше. Живот, грудь, губы. По моему телу вспыхивают разряды в двести двадцать.

— Ты — очень красивая, — шепчет мне на ушко, играет языком с сережкой и оставляет неожиданные лёгкие укусы на шее.

Ощущаю его член между ног, там где бессовестно мокро, там где пульсирует, тянет и безумно хочется вернуть пальцы Ярослава. Я понимаю, что сейчас все случится, но все равно вздрагиваю и напрягаюсь, когда горячая головка прижимается к моему входу.

— Тщщщ, расслабься, — его губы накрывают мой рот, глуша стон. Ярослав больше не двигается, а даёт мне привыкнуть к тянущему ощущению. У него большой. Где-то я слышала, что женщинам такие очень нравятся. Мы снова ласкаем друг друга языками, Господи, где вообще он научился так целовать! Я забываю делать вдохи между касаниями губ, мир для меня глохнет, остаётся только мой мужчина, которому я отвечаю на ласки так открыто, как умею. Сознание начинает кружить, и в этот момент Ярослав делает резкий толчок в меня. Вскрикиваю и стискиваю его тело бедрами, инстинктивно тормозя.

— Ты уже моя, — Ярослав зацеловывает меня, не давая одуматься. И я снова улетаю. Его губы везде, — Моя прекрасная девочка, — да, я сейчас по-настоящему его. Между ног жжёт и саднит, но мне безумно хорошо. Какое-то абсолютное чувство правильности происходящего, — Сейчас все пройдёт, маленькая, — он делает ещё один толчок и заполняет меня на всю глубину, не обращая внимания на то, что я, кажется, уже разодрала его спину.

— Ярослав, — веду бедрами, прося движения, — Не останавливайся… Пожалуйста…

— Теперь будет только приятно, — он просовывает руку между нашими телами и пальцами начинает рисовать узоры по клитору. Я окончательно забываю о боли. По моим венам бежит чистое удовольствие. Мы сморим с Ярославом друг другу в глаза, и я срываюсь в них, как в пропасть. Его движения во мне становятся резче, несдержаннее, жёстче.

— Яр… — шепчу ему одними губами и их ловят в поцелуй.

— Полетели, моя хорошая, — он ускоряется и теперь впечатывается на всю длину. Ласки пальцев по клитору становятся почти грубыми, а меня начинает уносить от этих ощущений. Его толчок-моя волна, толчок — ещё одна. От неё закладывает уши. Третий — и я срываюсь в оргазм.

Мир расплывается перед глазами цветными кругами. Мне совершенно не хочется выныривать из своего кайфа. Я просто лежу, прикрыв веки, и мурлычу что-то нечленораздельное.

— Жива? — Ярослав улыбается, видя отголоски моего удовольствия. Скатывается на кровать и укладывает меня себе на грудь. Я медленно моргаю, восстанавливая реальность.

— Ярослав… — хочу сформулировать мысль, но мужчина неожиданно вжимается в мои губы коротким поцелуем.

— Ты теперь моя, Вася. Запомни это, — рычит и прижимает к себе сильнее. В ответ только киваю. Сейчас я на все согласна. Прикрываю веки и вдыхаю уже ставший любимым запах мужского одеколона. А дальше — посмотрим…

Ярослав

Отрываюсь от ноутбука и перевожу взгляд на Василису. Забилась в противоположный угол салона, как гордый зверёк, и смотрит в окно. Через пару секунд мы встречаемся глазами в отражении. Девушка вспыхивает и тут же разрывает контакт, опуская веки. Я косячу? Да, черт! Это сложно. Нужно было сделать ее утро каким-то особенным. Но и мое началось нихрена не с кофе и поцелуев. Миха позвонил в восемь. Теперь уже он после бессонной ночи был невменяем и явно не готов общаться с дотошными представителями санэпидемстанции. Совпадение? Три ха! Я вас умоляю… Проверка именно тогда, когда на производстве погром. Вырваться получилось уже после двух часов дня, послав целую приемную народа к чертовой матери и оставив им на растерзание секретаршу. Единственное обещание, которое меня сейчас волнует — это обещание Василисе. Ловлю ее руку и подношу к своим губам. Подчиняется, но не поворачивается.

— Вася, — целую ее в ладошку, — У нас с тобой все хорошо. Посмотри на меня, — поворачивает голову. В глазах вызов. Храбрится. Пытаюсь ей улыбнуться, — Твое наследство вместе с тобой доставляет нам сейчас много проблем. Но! Это никак не касается нас с тобой! — целую ещё раз и отпускаю ее пальчики, — Я снова очень хочу тебя… — понижаю голос, и смотрю, как Вася краснеет, — Ты поняла меня?

— Да… — немного растеряно. Косится на водителя, пытаясь оценить, слышал ли он, и снова отворачивается.

Движемся медленно. Кто вообще придумал пятницы, дачи и дачников? Потеря времени всегда бесит.

— Валер, — бью ладонью в переднее сиденье, — Посмотри, что с объездами.

— Да смотрел уже, — отзывается наш водитель, — Все красное. Десять баллов, — неожиданно напрягается, — Ярослав, гайцы.

Откладываю ноутбук и всматриваюсь в лобовое. Не просто гайцы, а с ментами. Явно реагируют на наши тачки.

— Останавливайся, блокируй двери, — пытаюсь оценить ситуацию, — Открываешь только свое окно.

Ловлю взглядом напряженную Василису. Ну что поделать, малышка, не в сказку попала.

— Все хорошо, детка, — легко жму ее ладошку.

— Старший капитан Караськов, — в лицо Валеры прилетает «корочка», — Буров Ярослав Павлович кто будет?

— Ну я, — сканирую взглядом капитана. Смотрит нагло, явно чувствует власть. Не случайный пассажир, — Говорите, в чем вопрос.

— Что же вы от нас бегаете, Ярослав Павлович, — начинает он ерничать, — Мы вас в приемной ждём, как порядочные люди. Поговорить хотим, — ковыряется в своей папке, — Вам знаком некий капитан Носов? — просовывает в окно несколько фотографий, — Эпично, правда? — усмехается мент и косится на Василису, — Знаешь анекдот? «Оформляют мужики ДТП, пишут протокол: «- Ноги на дороге, руки на дороге, голова в кувет… кювет…, - даёт голове пинка, — А! Тоже на дороге!» — ржёт мент со своей шутки.

Мудила, бл*ть. Шоу рассчитано на девушку. Стараюсь отвернуть от Василисы снимки с места преступления.

— Вижу, что знаком, — лицо капитана становится мерзким, а взгляд въедливым.

— Не здесь, капитан, — отдаю карточки назад, — Жди в машине. Сейчас подойду.

— Уезжаем, Ярый? — Валера без лишних слов закрывает окно и косится на меня.

— Нет, — тру глаза, пытаясь сообразить, что делать с новым поворотом, — Вы с Василисой Олеговной едете в город. По плану свадебный салон и магазины. После — сразу ко мне, — Вася смотрит на меня испуганно.

— Яр… — хватает меня за руку, — Мне ничего не надо… Можно я просто из дома возьму?

— Домой — категорически нет! Валера, от неё ни на шаг. Головой отвечаешь, — рявкаю и тут же становлюсь мягче, — Все хорошо, Вася, — подхватываю ее за талию и сажаю на колени, — Прости, что так получается, — она кивает и сама ластится щекой об мои губы. Вдыхаю запах земляники с ее волос, скольжу губами до ее рта, — Не бойся, моя девочка, — Вася сама прижимается к моим губам поцелуем. Несколько секунд наслаждаюсь ее порывом и крепко сжимаю женские бедра, вдавливая в себя, — Сегодня ночью, малышка, я тебя съем, — прикусываю ее нижнюю губку. Вася с дрожью выдыхает и немного расслабляется. Ссаживаю на сиденье, — Алексей и ребята со мной остаются.

— Добро, Ярый, — кивает Валера.

Выхожу из машины, жду, когда отъедет на приличное расстояние. Подхожу к патрульной машине и хлопаю по двери. Задняя дверь открывается. Я усмехаюсь про себя. Этот олень реально думает, что сяду?

— Выходи, Караськов! — говорю громко, провоцирую, — Теперь поговорим.

Боковым зрением ловлю движение своих парней. Они фаршированы по-полной. В патрульной машине шуршание и разговоры на повышенных.

— Обосрался, капитан? — не могу сдержать сарказма, — мент резко выходит из машины.

— Я на тебя ещё и оскорбление повешу, — шипит сквозь зубы, — И документы сейчас на каждую приблуду у клоунов твоих проверю! — аж слюни летят.

— Не гони, — я кривлюсь, — Ты же псина. Сам не можешь ничего. Только по команде «фас». А расскажешь, кто команду дал, глядишь и поживешь ещё. Хорошо поживёшь, капитан. Слово даю.

Василиса

— По-моему прекрасно! — где-то возле моих ног суетится девушка, расправляя юбки, — У вас идеальная фигура. Все на своих местах. Вам нравится?

— Нравится… — отрешенно разглядываю себя в зеркале. Цвет лица практически сливается с платьем, а мне наплевать, как я выгляжу. Просто не могу отогнать от себя мысли о том, что Ярослав может быть причастен к смерти Носова. Для меня — это какой-то страшный бзик. Умом я понимаю, что Ярослав и раньше убивал людей, но прошлое оно… будто, эфемерно! А в настоящем принять не могу. Нет, мне не жалко того капитана, ни в коем случае, просто… это невероятно страшно, когда человек примеряет на себя право решать судьбы других.

— Василиса… — продавец трогает меня за руку.

— Что? Простите… — я оживаю и стараюсь уловить смысл ее слов, — Вы что — то спросили?

— Волнуетесь? — она тепло мне улыбается, — Я вообще перед своей свадьбой так сомневалась, что постоянно шоколад ела. В итоге — на последней примерке едва влезла в платье. Пришлось срочно сбрасывать. Подруга посоветовала танцы на пилоне. И так мне это дело понравилось, — девушка щебечет и собирает волосы на моем затылке, — Вот так, думаю, стоит волосики приподнять, шейку открыть, — А мужу то как моему понравилось, — хихикает и игриво подмигивает мне в отражении, — Так когда у вас торжество?

— Завтра… — отвечаю тихо и пожимаю плечами. На мне самое дорогое платье в этом магазине, но чувствую я себя неловко. Кажется, что сейчас она осуждающе покачает головой и все поймёт, но девушка неожиданно взмахивает руками.

— Что же вы молчали, когда я корсет тянула, — кидается расслаблять завязки на спине, — Беременным нельзя шнуровать нижние шлейки. Вот, так лучше?

— Да, спасибо… — почему-то решаю не оспаривать эту версию. И ещё какая-то важная мысль ускользает из моего сознания, пытаюсь ухватить ее, но не выходит.

— Ну! Улыбнитесь, — заговорщицки шепчет продавец, — И жених у вас красавец, и ребёночек будет. Ой, к нам идёт, — тон меняется, и она задергивает штору, — Вам сюда нельзя, видеть платье до свадьбы — плохая примета.

— Мне можно, — я узнаю голос Гоши и в панике отдергиваю штору сама. Что случилось? Почему он здесь?

Взгляд мужчины тяжелеет. Скользит по моей открытой шее, плечам, груди…

— Гоша… — корсет вдруг становится мне узким и мешает дышать, — Что с Ярославом? — я не реагирую на мужские флюиды, — Где Валера?

— Я его сменил. Все в порядке, — он хмурится, а я выдыхаю.

— Я вас оставлю, — шелестит девушка и сбегает. Теперь между мной и Гошей только расстояние в пару метров.

— Ты — очень красивая, Вася. Архип был бы счастлив увидеть тебя… такой, — его хриплый голос пробирает меня до печёнок. Вот зачем он сейчас о нем? В горле образовывается сухой ком, который не получается сглотнуть, а слёзы сами начинают катиться из глаз. Архип… он бы… Хорошо, что он не может знать.

— Да…. - стираю со щёк слёзы ладонями и растираю соль по рукам, — Он бы обрадовался…

— Вася! — Гоша сокращает расстояние между нами и сжимает мои плечи, — Тебе необязательно выходить замуж. Можно сменить имя, документы и уехать за границу.

— Уехать? — повторяю за ним, как заворожённая.

— Да, давай я помогу, — он ощутимо встряхивает меня, вдавливаясь пальцами в голую кожу.

Я поднимаю голову, смотрю ему в глаза и пытаюсь разобрать, что им движет. Зачем он постоянно меня расшатывает? Зачем заставляет сомневаться в том человеке, который считает его близким?

— Я спрошу у Ярослава, — говорю твёрдо и сдержано, — Вероятно, ты не правильно оценил мои слёзы. Я очень рада, что завтра стану его женой, — повышаю голос, стараясь придать ему больше уверенности.

В следующий момент со стороны ресепшн доносится звон входного колокольчика.

Пользуюсь моментом, как спасением, и вылетаю из примерочной.

— Анечка, привет! — в магазине появляется красивая брюнетка.

— Ангелина Андреевна, — продавец салона спешит к ней на встречу.

— Как у нас дела? — брюнетка бросает сумочку на стойку и лениво скользит по мне взглядом. Разглядывает. Мне становится неуютно.

— Здравствуйте, — киваю ей.

— Здравствуйте, — ее красные губы расплываются в улыбке, и лицо становится вполне приветливым, — Поздравляю вас!

— Спасибо… — стараюсь улыбнуться женщине в ответ. Может, у меня паранойя?

— Хороший выбор, — она окидывает взглядом платье и задерживается в районе живота.

— Аня, — зову продавца, — Мне все нравится, помогите развязать корсет, пожалуйста…

— Анечка, ты печатай отчеты, — брюнетка подходит ко мне, — Пойдёмте, я помогу вам.

Внешне Ангелина Андреевна — сама любезность, но я кожей чувствую, что не нравлюсь ей. Она хищно скалится Гоше, приветствует и задёргивает занавеску прямо перед его носом.

— Жених? — резко дёргает первый узел.

— Нет… — меня обволакивает запах ее духов, и я стараюсь не дышать, — Охрана.

— Ооо… — тянет и срывает петли, — Это ты молодец. Аня записала где и когда состоится праздник?

— Пока нет…. А зачем?

— Ну а как же, — ухмыляется брюнетка, — У нас со всеми салонами и загсами общая база. Чтобы случайно платья не повторялись. Зачем портить невестам настроение? Каждая в этот день — особенная. На крайний случай — даже время переносим.

— Поняла…

— И какого ж ты завидного отловила? Ну между нами девочками… — она ловит мои глаза в зеркале. Губы снова улыбаются, а глаза… Нет… У меня точно паранойя.

— Регистрация завтра в двенадцать часов. Центральный загс. Жених — Ярослав Буров, — выдаю ей желанную информацию. Мне кажется, или ее пальцы на секунду застывают возле моей шеи.

— Не знаю такого, — говорит она холодно, — Одевайся, я пока запишу информацию и упакую платье.

Брюнетка задёргивает за собой штору, а я наконец-то вдыхаю полной грудью. Мне безумно хочется домой. К Ярославу. С ним мой мир становится понятным и спокойным, а без него… Я будто снова балансирую над обрывом. А что если… Нет! Кричу у себя в голове, зажмуриваю глаза и закрываю уши. Я доверяю своему будущему мужу.

Следующий час брожу по торговому центру, делая покупки самого необходимого. Я действительно не беру ничего лишнего, стараясь управиться как можно быстрее. Джинсы, кроссовки, пара платьев, пара футболок, носки, туфли… Гоша следует за мной молчаливой тенью. Мне хочется от него где-то спрятаться, чтобы позвонить Ярославу. Одной удаётся остаться только в примерочной магазина нижнего белья. Здесь позволяю себе немного роскоши и покупаю целых десять комплектов. Один из них белоснежный, воздушный с кружевным халатиком — идеальный для невесты. Почему я думаю об этом? Краснея, представляю, как Ярослав будет развязывать шёлковые ленты на халате и по бокам трусиков. О сегодняшней ночи я не жалею. Во-первых мне было хорошо, а во-вторых… похоже, что чувства к Бурову решили плотно обжиться в моем сердце. Или это временное очарование? В конце концов, любить собственного мужа это же не плохо? А если он не отвечает взаимностью? Закусываю губу и с колотящимся сердцем нажимаю клавишу соединения. Слушаю, как механический голос в трубке говорит мне, что абонент временно недоступен. Пробую ещё — эффект остаётся тот же. Гоша оплачивает покупки и мы выходим из магазина.

— Голодна? — мой охранник тормозит около входа в ресторан.

— Нет… — отрицательно качаю головой. Даже если была голодна, то точно не стала бы есть в его компании. А ещё… Мне почему-то кажется, что Ярослав не знает о смене моего сопровождающего.

— Может быть кофе? — Гоша давит интонацией но при этом пытается остаться доброжелательным, — С пирожным?

— Нет… Отвези меня, пожалуйста, к Ярославу.

— Как скажешь… — в голосе проступает метал. Больше вопросов мужчина не задаёт. Мы спускаемся на парковку, укладываем покупки в багажник и рассаживаемся по местам — я сзади, а Гоша спереди за руль. Это позволяет прикрыть глаза и немного расслабиться. После выезда на трассу я действительно начинаю дремать. Сказывается почти бессонная ночь. Просыпаюсь только тогда, когда машину начинает ощутимо потряхивать.

— Где мы? — оглядываюсь по окнам.

— Ты просила к Ярославу? Я привёз, — примерно через пять минут Гоша тормозит и выходит из машины.

От неожиданности я мешкаю, но затем решительно открываю дверь со своей стороны. В нос бьет запах смолы. Вокруг меня лес. Такой прям, настоящий, еловый, густой. Сумерки здесь уже чувствуются, не смотря на то, что время всего шесть вечера. По краям узкой накатанной дороги стоят автомобили охраны Ярослава. Я узнаю их по буквенным сочетаниям в номерах. Людей не видно, но отчетливо слышны мужские голоса.

— За мной иди, — кивает Гоша и движется между деревьями.

Спотыкаюсь об корни, потому что не смотрю под ноги. Мне очень нужно увидеть Ярослава издалека. И я вижу. И я застываю.

Как в замедленном кино Ярослав поднимает руку с оружием. Слежу взглядом за его прицелом и понимаю, что целится он в живого человека! Который убегает, петляя между стволами деревьев, на расстоянии примерно пятидесяти метров. Буров легко жмёт курок несколько раз подряд. Хлопки вводят меня в состояние транса. Он попал! Каждый раз попал. Живая мишень падает. А меня скручивает от приступа тошноты. Желчь подкатывает к горлу, и я прячусь за широкий ствол, сгибаясь пополам.

— Твою, бл*ть, мать, — сбоку от меня знакомый голос, — Ты нах*я ее сюда привёз?

Ярослав

— Ты был недоступен, Ярослав… — мямлит несостоявшийся охранник Василисы, — Гоша… Он отпустил…

— Когда задачу. Ставлю я, — мой вкрадчивый голос разрезает тишину леса. Парни попритихли на позициях. Мне хочется порвать Валеру за то, что Гоша сейчас с Василисой вдвоём, — То и спрошу за ее выполнение с тебя по полной программе тоже я! — с силой вбиваю «магазин» в пистолет, — Переодевайся. Броник у пацанов возьмёшь. Будем тренировать понимание.

— Ярый, — Миша пытается воззвать к адекватности, — Гоша — его непосредственный начальник. Парень не в теме ваших закусей из-за девки.

— Она… - я понижаю голос и со скрипом сжимаю зубы, — Василиса завтра станет моей женой, если ты забыл.

— У тебя вообще на ней башка отключается, — качает головой брат.

— Это мне сейчас про адекватности втирает человек, всадивший по мишеням двадцать «магазинов»? — ехидно ухмыляюсь.

— А что будешь делать, если барышня ведёт двойную игру? — Миша хмурит брови, скрещивает на груди руки и не открывает от меня серьёзного взгляда.

— Если мы не можем в своей норе найти крысу?! — меня припекает и я подхожу вплотную к брату, — То при чем тут она?

— А ну ка отойдём… — он опять хватает меня за больное плечо. Стискиваю зубы и иду следом, — Мне тут ребята нарыли кое что… Ты знаешь, что тот парень, которому ты сломал в клубе нос… Сын Елецкого? — я торможу, будто налетая стеклянную на стену, и не знаю, как уложить этот факт в голову.

— Если это шутка… — зло шиплю…

— Не знаешь… — подводит черту Миша, — А если после завтра тебя грохнут. Девочка отбудет к своему любовнику богатой вдовой, и никто не сможет доказать, как и в случае с женой Владимира, что тебя заказала она.

— Остановись, — прошу я Мишу. Делаю глубокий вдох, но гадкое чувство подозрения расползается в сознании.

— А теперь жена Королева решила свидетеля грохнуть и на тебя повесить, — продолжает нагибать меня брат, — Герой, бл*ть, любовник.

— Пока у тебя нет доказательств, это — домыслы.

— Да в том то и дело, что мы с тобой смотрим чьё-то шапито, — резко разворачивается ко мне лицом брат, — Думай! Зачем и кому нужен контроль над тобой? Зачем нужно делать из тебя невыездного? Менты, вся возня бумажная, котлы, сэс — это же ширма!

— Повестка на после завтра. Девять утра. Вот и поговорим… с капитаном.

Мы замолкаем и пару минут идём, думая каждый о своём.

— Я не верю, что Вася лжет, — меня просто раздирает на эмоции. А ещё здесь не ловит сеть, и я не могу услышать ее голос! — Я — ее первый мужчина. Без брехни было, — вижу, что Миша хочет мне возразить, и останавливаю его жестом, — Не могу отказаться от неё. Надо разобраться. Вообще первый раз слышу, что у Елецкого есть ребенок.

— Там мутная история. Сын его год назад где-то по наркоте встрял, его бы посадили, если бы не вмешался отец. Отмазал, в институт устроил. Там парень к Васе и подкатил.

— Она могла не знать…

— Могла… — качает головой брат.

— Хочу придерживаться этой версии…

— Весь персонал на детекторе сидит. Я найду крысу, — Миша лупит кулаками пару стволов, пока мы возвращаемся к ребятам, — А ты просто хотя бы не нарывайся.

— Готов? — смотрю на Валеру в трико и бронежилете, — Фора у тебя пятьдесят метров на восток. Ноги не переломай. Задача… чтобы я в тебя не попал, — ухмыляюсь сам себе и равнодушно наблюдаю, как мой водитель петляет между сосновых стволов.

Это он молодец, но зачем же так равномерно и предсказуемо? Поднимаю пистолет, жду, когда фигура отделиться от дерева и спускаю по две пули в каждое плечо. Валера падает. Твою ж! Говорил ноги беречь! К Валере уже спешат парни. Ставлю оружие на предохранитель, разворачиваюсь и вижу Василису, которую сгибает пополам. Впечатлительная ты моя! К ней подбегает Миша, что-то говорит, стоящему в десяти шагах от неё Гоше. Тот огрызается и идёт в сторону дороги. Захожу сбоку, догоняю его возле внедорожника.

— Ты это, братик, что творишь? — дёргаю за плечо и впечатываю спиной в дверь, — Я запретил тебе подходить к Василисе! — хочется смачно приложить его пару раз затылком. Но я только плотнее сжимаю лацканы кожаной куртки.

— Заботливый… — цедит мне в лицо друг, — Руки, Ярый! Убрал… — в его глазах мелькает что-то нездоровое и я подчиняюсь, — Кому ты ее доверил? Он себя защитить не может! Я делал свою работу.

Сейчас мне нечего ему возразить. Но Валера не самый плохой из бойцов, и Гоша это знает. К нам подбегает Миша, обхватывает меня рукой за шею и нагибает, прижимая мою голову к своей.

— Если сейчас ты не хочешь подорвать авторитет начальника безопасности в глазах подчинённых, а свой — в усмерть перепуганной невесты, — шипит в самое ухо, — То дай ему уехать.

Я понимаю, что брат прав. В бессилие скриплю зубами и сжимаю кулаки. Гоша криво усмехается и под моим взглядом садится в машину. Сука! Он знал, что Вася обязательно увидит здесь то, что ее напугает. Но ей придётся привыкнуть. Ко мне. К моему миру.

Оставляю брата разбираться с Гошей и возвращаюсь к ребятам. Окружили мою девочку, как мухи. Уже что-то сидит пьёт. Щеки розовые от смущения. Нравится тебе мужское внимание? Улыбается живому и здоровому Валере, гладит его по руке… Кровь разгоняется по венам. Миха прав. У меня от неё сносит голову.

— Отжила? — подхожу к ней сзади и сжимаю плечи. Она замирает, оборачивается и обдаёт меня ураганом эмоций в глазах. От радости до липкого страха, который я чувствую бегущей вибрацией под пальцами, — На следующей неделе будем веселиться наоборот, — киваю ребятам, — Я один против вас. Пятерку можете выбрать сами.

— А можно я? — скалится Валерий.

— Можно… — сжигаю взглядом своего водителя, — Тебе прямо сейчас, — достаю свой травмат и подаю ему, — Пошли.

— У него вывих, Ярослав, — начинают шуметь парни.

— Стоять он может, — жестко прерываю их, — Алексей дай мне свой, — Пошли с нами, Василиса.

——

Вася резко встаёт с кресла. Каблучки туфель вязнут в мягком еловом ковре, и девушка, потеряв равновесие, влетает в меня. Тело реагирует на неё моментально. Ловит бешеный пульс. Руки стискивают талию, удерживая от падения.

— Ммм… — веду носом возле ее губ, — Коньяк? Кто же спонсор?

— Два глотка, — нервно облизывает губы, — Поехали домой… Пожалуйста, Ярослав, — Вася просит по-настоящему, заглядывает в глаза, видимо, ощущая, что меня несёт в нездоровые экшены. Холодные пальчики сжимают ткань поло. Я тонко чувствую, что она на грани. Слишком много событий для психики. Приходится признать. То что я задумал, ее просто доломает. Прикрываю веки, глубоко вдыхаю в лёгкие еловый запах и прижимаю девушку к себе.

— Все свободны, ребят. Давайте по домам, — плечи девушки расслабляются в моих руках, — Алексей, спасибо — возвращаю ему оружие, — Проследи, чтобы завтра твоя пятерка в костюмах была. Поедете с нами в ЗАГС. Ни к чему привлекать внимание.

— Сделаем, Яр.

— Рабочий день завтра, как обычно, — поворачиваюсь к Валере и забираю свой пистолет, — Форма одежды — костюм.

— Я думал, что отстранён… — парень смотрит в замешательстве.

— Лучше подумай, как до завтра снять отёк, — прерываю бессмысленный диалог и веду Василису к машине.

Вырвать свою руку из моей девушка не решается, даже когда я переключаю передачи. Она то набирает в лёгкие побольше воздуха, то снова его выдыхает, сглатывает и молчит.

— Ну спрашивай, — иду первым на диалог.

— Зачем ты с ними так серьезно? — опускает глаза в пол.

Отвечаю ей не сразу. Смотрю на мелькающие вдалеке огни города и подбираю слова.

— Я их учу оставаться живыми. Если взял в руки оружие — стрелять. В реале мишени не стоят и не ждут, пока в них попадут. Они двигаются, прячутся, появляются неожиданно и чаще всего для того, чтобы выстрелить по тебе первыми, — отпускаю ладошку и перекладываю руку на руль, — Как платье? — задаю вопрос специально, чтобы съехать с темы. Я пока не готов погружать ее еще глубже, — Купила все, что нужно?

— Платье! — Вася даже подпрыгивает на сиденье, — Все пакеты у Гоши в машине остались!

— Не переживай, — опускаю руку на ее колено и сжимаю, — Миша все переложил в нашу.

— Спасибо. Там просто… — она краснеет, — В пакетах… Не хочу, чтобы кто-то видел.

— Что? — мне становится интересно.

— Нижнее белье, — она краснеет ещё гуще, а у меня тяжелеет пах.

Нервные импульсы устремляются к члену, и мне приходится развести ноги шире, чтобы ослабить давление джинс.

— Ты думала обо мне, — моя рука скользит по внутренней стороне ее бедра под край платья, голос хрипнет, — Когда покупала его?

— Яр, — она смущенно ловит ладонь и не пускает к краю трусиков, — Не надо здесь…

Специально смотрю только на дорогу. Я и не собирался. Просто так заманчиво, так охренительно от того, что у девочки сбито дыхание, а в трусиках… Неожиданно для Васи вдавливаю ткань между губок и чувствую влагу пальцами… Из ее рта срывается короткий стон. Ммм… мокрая. От этого меня сносит, как ударной волной. Съезжаю на обочину. Торможу.

— Иди ко мне, девочка, — сгребаю растерянную Василису с кресла и вжимаюсь губами в ее рот, — Говори, думала? — скольжу губами по подбородку, шее и прикусываю кожу на ключице, — Хочу с тебя его снять.

С удовольствием отмечаю реакцию женского тела на мои слова. Кожа покрыта мурашкам. Под платьем прорисовываются напряженные соски. Не могу отказать себе в удовольствии и прикусываю их по очереди через ткань. Вася гладит руками мои плечи, шею, запускает тонкие пальчики в волосы.

— Да, — прогибается в спине мне навстречу, — Думала…

В голове проносится безумная мысль взять девушку в машине. Я же могу сейчас довести ее до такого состояния, что она не откажется, а будет просить сама. Сокращаюсь от этой мысли, от ощущения власти над своей женщиной. Нет. Не здесь… Запечатываю подрагивающие губы поцелуем и возвращаю Васю на место.

Надо как-то сдерживать себя. Давать ей чувство хоть какого-то выбора. То, что происходит между нами и так нездорово. И обстоятельства нездоровые. Постоянно вылазят какие-то скелеты из шкафов. Но я нах*й не верю, что эта нежная девочка сможет меня предать. Ты же просто гуляла с тем гандом, маленькая? Ничего не знала? Мне до одури хочется спросить, но я почему-то молчу. А ты простишь мне, что я не до конца честен с тобой? Да, мне просто нужно, чтобы Вася привыкла и не смогла уйти. Потом, когда все успокоится. Скольжу взглядом по ее растрепанным длинным волосам, осоловелым глазкам, припухшим от поцелуев губкам. Грудь, тонкая талия…

— Ярослав, — не сразу слышу ее вопрос.

— Что? — стряхиваю с себя желание и облокачиваюсь на руль.

— Так что с утренним капитаном?

— А что с ним? — втыкаю передачу и выруливаю на дорогу.

— Ну… — чувствую на себе ее пристальный взгляд, — Как закончилось ваше общение?

— Хорошо закончилось, — вжимаю педаль газа в пол, включаю радио и, пресекая дальнейшие вопросы, увеличиваю громкость.