ГЛАВА 42

То, что было до сих пор, как-то растворилось, смазалось.

Ширас смотрел на светловолосую красавицу, в которую превратилась его малышка Амра, и ждал. Примет она его или откажет, остальное неважно.

Однажды от него уже отказались.

Это перевернуло его жизнь, дало толчок и в конце концов привело сюда. А теперь замкнулся его личный жизненный цикл. Примет или не примет?

Сердце стучало как бешеное, взгляд метался от её лица к руке и обратно. И наконец, остановился на глазах. Да или нет? Только это имело значение сейчас. Он весь мир готов был положить к её ногам.

А секунды текли, и между ними натягивалась кровью тугая красная нить.

- Я небрит и грязен, как черт, - начал он, глядя в её глаза.

«Тебя не было пять лет!» - говорил её взгляд.

«Один месяц, две недели, пять дней, одиннадцать часов и семь минут»

«Я думала, ты...»

«Люблю тебя»

- Ты будешь танцевать со мной?

***

Он звал её замуж,  а для Амры это было все равно что в пропасть прыгнуть.

Ждала этого все пять лет, чтобы потом все случилось так внезапно?! И столько слов накопилось за эти пять лет тревог и ожиданий, их просто не высказать. Сдавило горло - и никак.

А он ждет. И смотрит. И чем дольше она молчит, тем тяжелее становится и наливается горечью его взгляд. Амра вдруг поняла. Высказать все накопившиеся обиды, ругать, мучить, любить его - для этого у нее будет вся жизнь. А сейчас надо просто решать.

- Да! - сказала она и вложила руку в его ладонь.

Он шумно выдохнул, прикрывая глаза. Крепко сжал её руку в своей и повел её в центр зала.

***

Мужчина и девушка, молодые, серьезные, прекрасные, замерли в центре зала, держась за руки.

Там только что закончился поединок. Все еще кипело в душе, захлестывало переживаниями. Но в этом был глубокий смысл, в том, чтобы на месте смерти немедленно дала ростки новая жизнь.

Господи... Мороз по коже.

Слезы наворачивались, Наиля смахивала их, но откуда-то из глубины души приходили новые, выливались огромным облегчением и счастьем. Она ведь предвидела многое из того, что сегодня произошло. И то, что на поединок выйдет Вагит, и будет опасность для Амры. Этот летящий в нее сюрикен... Его она тоже видела. Но не видела главного, её дар предвидения почему-то спрятал от нее это.

Зато оно наступало сейчас.

- Вот оно, случилось... - Эрида незаметно подошла и теперь стояла рядом, и в её глазах тоже блестели слезы. - Я ведь поняла это сразу, как только  вас с Сахой увидела.

Да уж, тогда, двадцать лет назад... Наиля невольно улыбнулась. Выходит, и книгу ту волшебную она ей неспроста подарила? Как платок Диле и туманный клинок Асе. Эрида воистину всезнающая.

А та тронула Наилю за руку и неожиданно спросила:

- Знаешь, почему наши мужчины так с ума сходят из-за вас, ведьм? - сама же и ответила: - Потому что ваша жизненная сила для нас сладкая. И вы если любите, то один раз, и на всю жизнь.

И вдруг шикнула:

- О... Вот, началось... Смотри, смотри!

Ширас  поднял руку, пламя в жаровнях взмыло вверх и заиграла музыка. Горячая, бьющая по нервам, зовущая.

Танец был живой и резкий, но такой гармоничный. Они сходились и расходились, соединялись плечами, кружились и притопывали. И за все это время ни разу их руки не распались. А в какой-то момент он вдруг выпустил огромные изумрудные крылья и взмыл вместе с ней в воздух. И на глазах у всех между ними вилась призрачная красная нить.

Это было так завораживающе и немыслимо прекрасно. И просто невероятно!

Зал ахнул, увидев крылья, до всех наконец дошло, что означали слова Шираса: «Сын Зоара из рода Волха-воина. Первый из первых». И почему он смог с ноги вынести двери древнего зала. Феникс! Первый из первых - правитель.

Потрясенный ропот еще продолжался, а последний аккорд уже отзвучал.

Теперь они стояли на полу. Ширас по-прежнему крепко сжимал руку Амры в своей. Оба дышали силой и улыбались. Вот так, держась за руки, они и подошли к Эриде и замерли перед ней.

Прямо здесь и сейчас выбор свершился.

И... тут неожиданно возникло еще одно обстоятельство.

***

Не успела Амра ахнуть, а её бывший личный телохранитель Вагит уже перехватил Элху за руку и крикнул, обращаясь к судье:

- Я претендую на нее!

- Эй? - шикнула Элха и вытаращила на него большие глаза.

Но было уже поздно. Притихший было зал тут же взорвался выкриками:

- Что?! Хвостатый хочет нашу телку?! А ему не жирно?

- Не обмочи свой хвост!

- Щас мы тебе его открутим!

На что синеглазый красавец - Наг спокойно ответил:

- Берегите личики, шестирукие, как бы я не сделал вас еще красивее.

Это уже был явный подкол. Потому что Наги славились своей красотой, а вот носатых чернявых асуров только с большой натяжкой можно было назвать красивыми. Что тут сразу началось... Но выкрики были хоть и обидные, однако без злости. И смешков слышалось гораздо больше.

- Хорошо, - сказал Рохас. - Ты заявил свое право, ты его получишь. Ты можешь биться за эту женщину с любым из свободных мужчин в этом зале.

А Вагит кивнул, поцеловал руку Элхе и встал в центре.

Его троллили и провоцировали, но никто не вышел принять вызов. Возможно, сыграло свою роль то, что синеглазый Наг уже проявился себя тем, что не побоялся выйти против Арса, которого здесь боялись многие. А может быть, все уже так устали от нервотрепки, что просто хотели праздника.

Наконец кто-то крикнул:

- А телка-то согласна? Если согласна, пусть забирает её.

- Тихо! - вскинул руку Рохас.

Оглядел зал и проговорил:

- Засчитано.  Право твое, Вагит Батуров из клана Черных Нагов. Можешь назвать эту женщину своей невестой.

И опять все кричали. А у Амры от этого шума и от эйфории закладывало в ушах. Такие эмоциональные качели! Дикая встряска, и в конце счастье.

Они стояли и смотрели на танец, а мелодия звучала, томная, текучая, жаркая. И не важно, кто и как танцевал, ведь нет четких правил. Главное, чтобы руки не распались.

Потом все обнимались и поздравляли. Так шумно, сумбурно, смешно. Саха долго стискивал Шираса, что-то шепнул ему и стукнул кулаком в плечо. Рядом, прижавшись к мужу вовсю хлюпала носом Диля и бормотала:

- Вот засранцы...

Наконец все встали перед Эридой. А она застыла, прижав пальцы к губам, в глазах слезы. Покачала головой, прикусила расползающиеся в улыбке губы и проговорила:

- Дети мои... Даю...

Но тут еще кто-то вмешался.

- Обряд будет, или что? - выкрикнули несколько голосов из зала. - Очень пафосно, но давайте уже за столы, а то у всех животы подвело!

- Вам лишь бы пожрать! - хохотнул Рохас, слезая с трона и отходя в сторону.

Конечно же, нужен был обряд*. Потому что асуры - старшая кровь, обладающие жизненной силой. И если разделить жизнь пополам, они будут жить вместе бесконечно долго и не состарятся.

Теперь на месте каменного трона между горящими ярким пламенем жаровнями стоял узкий каменный постамент примерно в половину человеческого роста. Древний алтарь.

По одну сторону они, две пары, которым предстояло разделить жизнь, по другую властительница асуров. Глаза её светились багровым пламенем бездны, а жаркое пламя плясало вокруг, отбрасывая на стены отблески и черные тени.

Страшно было на нее смотреть и невозможно отвести взгляд.

- Будет больно, - предупредила она.

Но  Амра сейчас была так счастлива, произнося слова древней клятвы, что даже боли почти не почувствовала, когда Ширас надел ей огненное кольцо на палец.

Ну вот и все?

 - Все, - кивнула Эрида. - Отныне вы принадлежите друг другу навечно.

Мороз по коже. Навечно... Не верилось даже.

Они снова держались за руки. И тут Ширас сказал:

- Мы уходим.

Родня сразу же заволновалась. Как это? Куда? Кажется все были против, кроме бабушки. Но Ширас быстро успокоил всех, развел руками и выдал:

- Мне отмыться надо, или как? Вернемся через три дня, а вы готовьте свадьбу!

Потом подхватил Амру на руки и не успела она оглянуться, как они уже были далеко оттуда.

***

Но прежде Ширас успел шепнуть матери на ухо:

- Отец ждет тебя.

Примечание:

* - Во время древнего брачного обряда по обычаю асуров (обряд разделения жизни) после выражения согласия происходит обмен огненными кольцами. А после произносится заклятие, разделяющее жизненную силу обоих пополам. Когда огненные кольца полностью уходят под кожу и исчезают, обряд считается завершенным.

У других рас существуют аналогичные обряды, у каждой расы этот обряд проводится по-своему.