Глава 3

Казалось, дракон вот-вот загорится, настолько горячей была его кожа. Несмотря на страх, мне было в высшей степени любопытно, по какой причине он так отреагировал на обычный по сути вопрос.

Внутренний голос упрямо твердил, что это каким-то образом связано со мной, но рассудок яро отрицал это. Предположим, тринадцатый дом уничтожен, а все знают — драконы всегда доводят начатое до конца. И будь это предположение верно, я бы сейчас не "наслаждалась" обществом его светлости.

Если же просто прервалась линия наследования, то почему на его лице была такая мука? Почему сейчас нет ни единого упоминания о тех драконах? Почему их имена не звучат из уст жрецов во время церемоний, подобно именам усопших лордов из двенадцати правящих родов, и из уст преподавателей истории?

Я кусала губы, силясь разгадать эту головоломку, но любое предположение разбивалось о непоколебимую каменную стену аргументов, которые мгновенно возникали в моем разуме.

Вопросов становилось все больше, и липкое, неприятное чувство водоворота, который утягивает меня в толщу воды, становилось все более явственным.

Возможно, этому ощущению способствовала быстрая речь лорда-протектора, впрочем, обращенная не ко мне.

Я моргнула и постаралась сосредоточиться на происходящем вокруг меня, и огляделась.

Мы с драконом стояли посреди просторного холла, в котором находились и другие люди. Лишь один из них, помимо его светлости, был драконом, и он стоял немного в стороне, в куда более расслабленной позе, чем обслуга.

— И, наконец, мой помощник, Норил, — юноша, стоящий немного поодаль, поклонился, и я кивнула ему, удерживаемая драконом от реверанса. — Он поможет освоиться тебе в доме, а заодно соберет свои вещи и подыщет себе новое жилье.

Норил нахмурился, но ничего не сказал, лишь сухо кивнув.

— Да, а Вас ожидают в зале советов, — сказал юноша.

Я отметила, что взгляд у говорившего — сама невинность, а вот его светлость взглянул на него с некоей долей скептицизма. Мой нежеланный муж своим взглядом будто бы спрашивал: "Не слишком ли очевидно ты меня выгоняешь из моего же дома?".

— Так же необходимо будет подготовить ее светлость к представлению совету, — Норил не спрашивал, он утверждал, будто это было прописной истиной. — Когда Вы планируете это мероприятие?

В глазах хозяина дома вновь блеснул гнев, и он резко мотнул головой, зыркнув на собравшуюся прислугу, которая быстро вышла из холла. Да уж, не ожидала я, что представление штату слуг пройдет столь незаметно для меня.

— Представления совету не будет, — резко ответил дракон, едва не прорычав эти слова.

Норил нахмурился, но кивнул. Было заметно, что юноша является своего рода голосом разума, и вот сейчас осторожно пытается подобрать слова:

— Ваша светлость, это традиция, — мягко заметил юноша. — Совет имеет право знать о Вашей избраннице, у нее будут обязанности и…

— Представления совету не будет, познакомятся на каком-нибудь приеме, — отмахнулся лорд-протектор. — Придешь ко мне после обеда, поможешь разобраться с документами.

Лицо Норила стало таким измученным, что я невольно пожалела его. Да, не повезло парню с начальником… Неожиданный кашель в паре шагов позади меня заставил вздрогнуть, и я оглянулась.

Передо мной стояла опрятная девушка в платье, практически полностью отражающем моё, только на незнакомке был передник. Она улыбнулась.

— Амолина, Ваша светлость, — тихим голосом представилась девушка. — Я буду Вашей личной горничной.

Кажется, я видела её, но какое счастье, что она решила вновь назвать свое имя.

— Пойдемте, я покажу Вам ваши комнаты, — улыбнулась горничная.

Я кивнула, ощущая себя куклой, которую хотят запереть в идеальном доме, так еще и нарядить в соответствии с последними модными веяниями. Опустив взгляд, я пошла за своей провожатой, мысленно благодаря Норила за то, что он увязался за мной следом.

Амолина взглянула на него через плечо со всем возможным недовольством, но промолчала. Юноша же ухмыльнулся, и я заметила его взгляд, остановившийся на тонкой талии девушки, идущей впереди нас. Как же захотелось толкнуть его в бок!

— Его светлость велел рассказать о порядке в доме и собрать мои вещи, — в последних словах послышалось расстройство, и мне было даже страшно подумать, по какой причине ему так не хочется уезжать из дома начальника.

— А Вы уезжаете? — стараясь скрыть радость, спросила Амолина, даже замедляя шаг.

— Я весьма опечален, что мне придется подыскать квартиру, — проворчал он.

Амолина лишь передернула плечами и пошла дальше, я же во что бы то ни стало решила узнать побольше о юноше, идущем по правую руку от меня. Хотя кто сказал, что он так молод? С учётом драконьей сущности он вполне может годиться мне в отцы, если не в дедушки.

— А все же, как так произошло? — полушепотом спросил Норил, испепеляя меня своим любопытствующим взглядом.

Казалось, если я не отвечу ему — он будет готов даже запытать избранницу своего начальника. Интересно, он не думает о гневе его светлости или попросту решил, что это не столь страшно, чем выпытывать информацию у лорда-протектора?

Впрочем, все это ни к чему, подробности рано или поздно дойдут до столицы, и лучше я расскажу все сама, чем это докатится до него помноженное на такие домыслы, что правды и вовсе не останется.

— Если бы я сама знала, — прошептала я, уверенная, что Амолина не услышит моих слов. Все же она была человеком и наши с Норилом голоса заглушались шагами и шуршанием юбок. — Десять дней назад у меня была свадьба. И нет, не с его светлостью. С милым юношей, только рисунок брачной метки появился не у него.

Норил хмыкнул:

— Интересно, — протянул он, воздержавшись от любых других комментариев.

— Мне тоже. Потому что я никогда не видела его светлость до прошедшей ночи, когда решила увидеть лицо того, с кем меня соединила судьба, — я сделала паузу. — Никаких желаний, связанных с Вашим начальником, никаких приворотов и прочей любовной магии, никаких обетов. Да я вообще о нем ничего не думала, кроме как то, что он тот еще любитель женщин…

Юноша выслушал меня и задумчиво кивнул:

— Интересно, — повторил он, впрочем, сейчас в его тоне не было и доли насмешки, скорее — настороженность.

— Вот мы и пришли, — прервала наш разговор, который мог бы стать очень содержательным и интересным, если бы продолжился, Амолина. — Кабинет для Вас, Ваша светлость, приготовят.

Я с ужасом переступила порог комнаты, осознавая, насколько обжитое место предстало перед моим взглядом. На письменном столе лежали артефакты связи и бумаги, на каминной полке стояли рамки с лицами, по всей видимости, дорогими хозяину дома.

— Это… — осторожно начала я, с обидой глядя на Норила, который потоптался на пороге и ушел, будто бы его что-то не пустило сюда.

— Это комнаты его светлости. Дверь ведет в Вашу спальню. Там есть ванная и гардеробная. А кабинет Вам подготовят в ближайшее время, — говорила Амолина, кажется, не понимающая, что очень сильно напрягает меня.

Мне придется жить в одной комнате с драконом. Спать с ним на одной кровати и… Впрочем, об этом самом “и” думать совершенно не хотелось. Главное, продержаться пару дней, возможно, предложить ему переночевать на диване или у одной из его пассий, а дальше я вполне смогу найти убежище в кабинете, который будет моим…

— А отдельных комнат для супруги разве не предусмотрено? — спросила я, сама удивляясь медовому тону голоса.

Впрочем, вызвано это было не радостью, а мимолетной картинкой, на которой я собственноручно душу своего мужа. Слишком много места этот малознакомый дракон неожиданно занял в моей жизни. Слишком многое он отнял. Привычную жизнь, работу, на которой я ощущала свою полезность, возлюбленного.

Я вспомнила о Фрапе. Нет, нельзя сказать, что он был для меня всем, да и невероятной любви между нами никогда не было. Скорее, была дружба, берущая свое начало в достаточно нежном возрасте.

Когда я попала в пансион после смерти родителей, мне отчаянно не хватало впечатлений и свежего воздуха, и в редкие выходные я в одиночестве исследовала город и его окрестности. Помню, в день нашего знакомства я забралась слишком далеко, влекомая свежими порывами ветра, скатывающегося с гор. До сих пор ощущаю аромат сосен — настолько ярким было воспоминание.

Пытаясь поскорее спуститься с гор в долину, где находился город, я сильно упала, не только испортив платье, но и разодрав колени и ладони в кровь. На мои жалобные подвывания пришел Фрап, также исследующий красоты природы. Он не только имел при себе небольшую аптечку, но и помог быстрее добраться до города, показав незаметную со стороны тропинку, ведущую вниз.

С тех самых пор мы часто устраивали вылазки вместе, и сложно было сказать, когда он впервые проявил интерес ко мне, как к девушке. Возможно, это было в момент первого поцелуя, или немного раньше?..

— Ваша светлость, Вы будете завтракать? — судя по громкому голосу Амолины, этот вопрос она задавала не в первый раз.

— Завтрак? — выныривая из воспоминаний, спросила я, осознавая, что так и не получила ответа на свой предыдущий и отчаянно важный для меня вопрос. — Амолина… А комнаты… У меня не будет своей спальни?

Девушка покраснела и опустила взгляд. На ее лице отразилась тень недоумения. Кажется, она не понимала, как можно не желать ее хозяина. Пробормотав что-то, отдаленно напоминающее отрицательный ответ, она выскользнула из комнат, позволяя мне тщательно осмотреться вокруг.

Скажи мне кто еще вчера, что я не то что буду жить — увижу такую изысканную роскошь, я бы рассмеялась ему в лицо. Еще вчера меня ждала жизнь отверженной и опозоренной учительницы, которую терпят на ее месте разве что за умение общаться с детьми и подготовку, которую я могла дать. Несмотря на все это — я до сих пор корила себя за любопытство: не начни я гадать, дракон бы не появился в моей комнате, разрушая устоявшуюся жизнь.

Обойдя гостиную, в которой хватило бы места для большой компании, но, судя по поведению Норила, ход сюда посторонним был закрыт, я остановилась перед закрытой дверью.

Толкнув ее, я оказалась в спальне. Оглядевшись, улыбнулась — идеальный порядок и чистота, но и здесь ощущалось присутствие дракона. Несколько книг на тумбе рядом с кроватью сообщили мне — мой новоиспеченный муж может не только волочиться за юбками и блистать на политической арене. Он еще и очень образован…

Я заворожено коснулась кожаного переплета, на котором были изображены символы древнего языка. Такие же символы испещряли мое левое запястье, поднимаясь к локтю.

Язык магии. Язык жизни и смерти.

По переплету книги пошла опасная рябь, предостерегая меня от получения знаний, которые мне постичь не дано.

Я тяжело вздохнула, стараясь не смотреть на кровать, на которой, по моему скромному мнению, было место лишь для одного. Или для двоих — его и его любовницы.

"Необходимо будет предупредить его, что, если он приводит девушку в дом — пусть предупреждает", — подумала я, удивленно ощущая укол ревности.

Нет, мне хотелось чтобы этот дракон принадлежал мне. И в то же время я отчаянно боялась этого. От этих противоречивых мыслей сердце начинало биться сильнее. Я сама боялась себя, своей реакции и предстоящего вечера. Хватит ли мне сил, чтобы противостоять его гипнотическому обаянию?

Главное было понять — почему он не хочет отказываться от этого брака, ведь у драконов были пары. По крайней мере, об этом говорили, как говорили и о том, что избранницей этого существа может быть лишь девушка, равная по силе.

Я же пусть и владела магией, но далеко не идеально, порой дар отказывался меня слушаться, и мой наставник говорил, что мне предстоят еще годы тренировок, чтобы окончательно огранить свой дар. Может быть, просто я для него идеальный вариант — скромная, небогатая и непритязательная провинциалка точно не будет мешать его устоявшейся жизни, но при этом он получит статус семейного человека. Постепенно забудут о его похождениях, нанесших урон его репутации.

Вся картина складывалась идеально, разве что это не могло быть абсолютной правдой, потому что нас связала судьба, когда мы были на расстоянии тысяч лье друг от друга. Неожиданная мысль пронзила меня. Драконы по сути своей — манипуляторы, а их магия — безгранична. Наверняка был ритуал, который он мог бы провести, чтобы найти себе супругу, отвечающую определенным требованиям, и жениться на ней, не утруждая себя ухаживаниями.

Я глубоко вздохнула, открывая дверь, которая, как оказалась, вела в огромную гардеробную. Ровно половина этой комнаты оказалась свободной, привлекая взгляд абсолютно пустыми полками и ящиками.

Мой взгляд зацепился за туалетный столик, который был девственно чист. Даже расчески не было.

Я обессиленно опустилась в кресло, стоящее у окна, и завороженно посмотрела на низкий деревянный столик, выложенный разноцветными деревянными пластинами. Такого я в родном захолустье не видела.

— Ваша светлость, а я Вас потеряла, — тихо проговорила горничная, несущая поднос, на котором, помимо кофе, были тосты и сладкое. — Миа Шипс скоро придет.

Кивнув, я взглянула на девушку, отмечая, что между нами нет различий, но по жестокой прихоти судьбы… или дракона, она вынуждена прислуживать мне.

— Она шьет такие платья, просто мечта! — начала рассказывать Амолина, заметившая мое кислое выражение лица, и я покачала головой.

Это меня сейчас интересовало в последнюю очередь.

— Я видела модели в журнале, — ответ даже мне самой показался безразличным.

Амолина покачала головой, хотела что-то сказать, но присела в реверансе и тихо вышла из комнаты, оставляя меня наедине со своими мыслями.

Осматривать вещи его светлости мне было абсолютно не интересно, так что, взяв чашку с бодрящим напитком, я подошла к высокому окну, прижимаясь разгоряченным лбом к ледяному стеклу. Сколько я провела в подобном оцепенении, не видя расстилающегося передо мной сада, я не знала.

Из этого состояния меня вывел мелодичный, высокий и громкий голос:

— Ну-с, девушки, и где ваша новая хозяйка? — вопрос был столь неожиданным, что я резко оглянулась, наблюдая весьма комичную картину.

Бедная покрасневшая от стыда и неловкости Амолина указывала на меня, и, стоило мне взглянуть на нее, как девушка спрятала руку за спину и опустила взгляд.

Отлично, меня приняли за обслугу. Впрочем, этого следовало ожидать — все же мое платье походило на наряд горничной, особенно, если не слишком разглядывать последнюю.

— Миа Шипс, — стараясь быть любезной, произнесла я.

— Ваша светлость, — я не поняла, вопрос ли это, или утверждение, полное удивления.

Гостья, одетая дорого и изысканно, осматривала меня, впрочем, после беглого осмотра моего лица она едва заметно кивнула.

— Мы с Карисой принесли варианты тканей, которые модны в этом сезоне, также необходимо будет снять с Вас мерки, — сказала Миа Шипс, тихо прося принести ей и ее помощнице кофе.

Я же не только размышляла, каким образом мне избавиться от этой дамы, вызвавшей у меня сильную антипатию, но и где раздобыть хотя бы пару платьев и ночных сорочек, в которых мне будет комфортно…