Глава 18

Она сидела как мышь все эти дни, а после поплелась в детскую Макара, и я просто озверел. После всего эта тварь меня еще и психопатом называет! Сука. Боже, как же я ненавидел Климову, от нее у меня кровь вскипала, но и убить я ее не мог. Не так и не сейчас, рано, сначала ребенок, которого нужно было еще зачать. Я думал, Климова и в этот раз начнет истерить, будет упираться, но она тихо вышла из душа, стащила полотенце и опустилась предо мной на колени. Красивая, блядь, аж смотреть страшно, а еще я заметил, что она дышит короткими быстрыми вдохами. Поверхностными, чтобы не начать задыхаться, и еще Полина дрожит. Вот-вот схватит приступ снова. Девчонка была на грани, а возиться с этим я не хотел. Дал ей таблетку, и она повелась. Глупая, молодая еще, зеленая. Глаза только округлила и зашипела на меня, чертовая ведьма. Будь у нее нож в руке, всадила бы мне его в шею, не раздумывая. Положил ее на живот и коснулся промежности. Конечно, сухая, кто бы сомневался, а после я увидел ее узкую талию, выпирающие лопатки и несколько позвонков. Она похудела за эту неделю. Сучка, так ей тяжелее будет вынашивать моего ребенка, и уверен, она делает это специально. Чтобы шансов было меньше и я не получил то, чего хочу. Расставил ей бедра и провел по округлым ягодицам. Ни грамма лишнего, пластичная, легкая и охренительно красивая. Если бы я не знал, чья Полина дочь, точно захотел бы ее поцеловать, а так я скорее в удавку залезу, чем коснусь ее губ. Смочил ее, не хотел снова драть насухую, и она отреагировала. Дернулась, быстро задышала, а я запах ее вдохнул. Жасмин, легкий, пьянящий, возбуждающий за миг просто. Меня повело, как пьянел от нее, я ее захотел, и у меня встал так, как даже в прошлый раз не вставал. Колом просто. Вошел в ее тугую промежность пальцами, обхватил пышную грудь, и Полина запищала, вцепилась в простыню. Я слышал, что она даже дышит через раз. Ее грудь оказалась очень упругой, полной, мягкой. Соски небольшие, как горошины, быстро стали твердыми, а потом я не знаю, что случилось. Я начал ее ласкать. Мне нравилось, что она реагирует – и так, как надо мне. Она даже спину начала прогибать, она меня захотела. Полина быстро стала мокрой, она текла от моих пальцев, шипела, но текла. Дикая кошка, она меня бесила, но все же до чертей завела. Я ее захотел. Как мужик хочет бабу, как самец хочет самку, так и я захотел ее взять, покрыть собой, накачать спермой до краев, чтобы понесла, и просто я хотел ее трахнуть. Я обхватил член и приставил к ее промежности. Маленькая и аккуратная, как роза, нежная и безумно узкая. Начал толкаться в нее, девка запищала, а после я обхватил ее груди руками, с силой сжал соски, и она отреагировала моментально. Шире расставила бедра, прогнула спину, подчинилась мне впервые. Полина расслабилась, насколько это было возможно, и я просто озверел. Начал трахать ее, долбиться в ее тело до упора, ненавидя себя за то, что так адски хочу ее! Не просто оплодотворить. Я хочу ее трахать, я хочу драть ее как чертов зверюга до утра и не останавливаться ни на миг. А потом девка потекла, и ненавидеть ее стало еще сложнее, ведь она не была сухой, и сделать ей больно у меня вряд ли получилось. Полина возбудилась, я это видел прекрасно и чувствовал сам, отчего у меня просто спустились тормоза, и я трахал ее на всю длину, а после она закричала, начала сокращаться, и я, блядь, понял, что она кончила, хотя это вообще не входило в мои планы. Полина задрожала, но, видимо, испугалась этого и начала кашлять. Я прижал ее за спину и трахал, пока не кончил. Я не хотел снова видеть, как девка закашливается и ревет, я хотел в нее кончить и просто ее хотел. Я охрененно кончил в Полину, содрогаясь в сильном оргазме, сам уже едва хватая воздух. Я был весь мокрый, с меня аж текло, и перед глазами мелькали пятна. Мы оба тяжело дышали, и, как только вышел из нее, Полина перевернулась на бок и притихла. Вся простыня под ней была влажной. Она тоже кончила, ее бедра были мокрыми. Я ушел в душ, а когда вернулся, увидел раскиданные витамины на полу, Полина лежала на кровати и ревела. В голос. – Что такое? Почему ты снова ревешь? – Вы меня обманули! Это не был возбудитель! – закричала, истерично хватая воздух, бросая в меня подушку со всей дури. – Он тебе и не нужен, как ты понимаешь. Ты и так хочешь меня. Поймал подушку, швырнул ее в Климову, которая с силой ее отмахнула от себя. – Нет! Я думала, что это таблетка! Я была уверена… – прошептала, поправляя волосы, и натянула на себя одеяло. Затихла, но по плечам я заметил, как она содрогается и ревет. Ревет баба после секса со мной. Снова. Влада всегда ластилась ко мне после, мы долго целовались, а с этой… я даже поцеловать ее не смог. Максимум, что получилось, – впиться зубами в шею Полины. Ощутить вкус ее соленой ядовитой крови. Как зверь, захватить самку за гриву. Это все, что я сумел. Все моя ласка истлела, превратившись в нечто черное, и не было там просвета, одна только тьма. Я чертыхнулся и вышел за дверь. Ненавидел ли я себя? Да, но ее все равно ненавидел сильнее! В тысячу раз, а еще я хотел Климову снова, снова и снова! Я хотел ее трахать, потому что ее тело охрененно привлекательное и приятное. Длинные худые ноги, подтянутая задница, тонкая талия, пышная грудь. Она стонала и прогибалась как кошка мартовская подо мной, а ее чертов запах жасмина бил прямо в голову. Я вышел из спальни и не ночевал там в эту ночь, чтобы не сорваться. Я уже не знал, чего хочу больше: удушить эту девку или затрахать до смерти. *** После той ночи я не вижу Чудовище всю неделю. Я не знаю, где Князь, он не приходит даже спать в свою же комнату, тогда как каждую ночь я с содроганием жду его. Что снова придет и сделает это со мной. Нет, не любовь, не близость. Он просто покроет меня, как самец самку, чтобы оплодотворить, чтобы я “понесла” от него. Все эти дни я как на иголках и прислушиваюсь к себе. Мне нормально, ничего не болит, и я не знаю, что должно резко измениться, чтобы я поняла, что беременна. Меня даже не тошнит, хоть я с замиранием сердца прислушиваюсь к себе и частенько кладу руки на живот. До этого я не задумывалась о детях. Третий курс университета – надеялась, успеем еще с Антошей, который, видимо, уже и думать про меня забыл. Сегодня просыпаюсь рано оттого, что я голодная. Притом настолько, что не могу дождаться завтрака. Фаина мастерит что-то на кухне, и я накладываю себе еще горячие блинчики с творогом, варенье, чай и кусочек масла. Также беру бутерброды с рыбой, от которых отказаться просто не могу. Я очень голодная сегодня, волка бы съела, но, как только откусываю свой бутерброд, на кухню входит Князь, и я вся сжимаюсь. Я боюсь его, он не только силен, но и хитер, в прошлый раз он с легкостью меня обвел вокруг пальца. Александр садится за стол и отпивает кофе. Я же не знаю, куда себя деть, особенно когда ловлю на себе его изучающий взгляд, и мне становится плохо. Все плывет перед глазами, а потом меня тошнит, притом так резко, что я бросаю свой завтрак и, закрыв ладонью рот, выбегаю из кухни мимо Князя. Мой завтрак оказывается в унитазе, я дважды чищу зубы, умываю лицо от слез. Новый тест на беременность сверкает на тумбочке, но я принципиально его не беру. Не могу просто увидеть, что там, хотя, кажется… я уже знаю результат. Через пять минут тест у меня в руках, и я вижу на нем две полоски, а после дверь открывается и в спальню входит Князь. – Ты беременна? – Нет. Прячу тест в карман, тогда как Александр подходит ближе и сканирует меня строгим взглядом. От запаха его одеколона и низкого тембра голоса дрожит тело. Он выше меня на голову, больше, сильнее, и он может творить со мной, что только захочет. – Раздевайся тогда. Кивает, начиная медленно расстегивать рубашку, тогда как я от ужаса просто замираю. – Зачем? – А сама как думаешь? Расстегивает рубашку полностью, и я вижу подтянутый торс, бронзовую, переливающуюся в свете утра кожу, черные волосы на его груди, уходящие дорожкой вниз под ремень. Он очень подтянутый и крепкий, красивый, завораживающий и дикий, ненавидящий меня. – Пожалуйста… Не делайте. – Ко мне, – командным тоном, как собачонке, велит, и, кажется, мои нервы сдают. – Нет! Сжимаю руки в кулаки и иду к двери, тогда как Александр одним движением захлопывает ее прямо перед моим носом. Ненавижу! – Мало у батареи сидела? Еще хочешь? Оборачиваюсь, а он надвигается на меня как танк, вжимает в дверь спиной. – Да вы… вы просто чудовище! Вы… Вы… Я все пытаюсь подобрать слова для этого подонка, но в какой-то момент у меня начинает кружиться голова, и я падаю. Вот так просто заваливаюсь прямо под ноги Князю. *** – Наблюдаемся, УЗИ по плану. И кормите девушку! Анализы не очень. Открываю глаза. Я лежу в постели, укрытая одеялом. Рядом стоит Князь, напротив Сергей Николаевич. – Что со мной? – Все прекрасно. Вы беременны. Поздравляю! – заключает врач, я перевожу взгляд на Князя, который выглядит более чем довольным, а я… я не знаю, как реагировать. Шок, пожалуй, наиболее точное определение для первой в жизни беременности от мужчины, который ненавидит тебя всей душой и телом.