Глава 21

Второй месяц беременности промелькнул как-то быстро, потому что мне стало чуть лучше и Князь разрешал изредка, но все же звонить маме. Я начала спускаться к завтраку, потому что в противном случае Александр бы сам заходил за мной в комнату, а я этого не хотела. Фаина была в доме не всегда, иногда Князь сам что-то нам готовил, и я должна признаться, у него это получалось не хуже, чем у нее, а я… я чувствовала, как потихоньку мое тело меняется. Еще не было животика, но начала болеть грудь, стала такой чувствительной, и постоянно хотелось есть. Я в жизни так часто и такой голодной не была, а еще я думала, как мне сбежать отсюда, и вариантов не было. Я боялась, что, если снова попытаюсь, Князь что-то сделает маме, да и у меня тупо не было сил на долгие лесные забеги, но была одна идея, которая должна была сработать. Папа. Полиция мне не поможет, а он точно да. Он единственный, кто сможет меня вытащить отсюда. Пусть он нас оставил, но он ведь мой отец. Он поможет, скорее всего, он просто не знает, что я здесь, так бы давно уже меня забрал. Я знаю. Я так думаю. – Александр! Подхожу к Князю после обеда, догоняю его в коридоре. Он останавливается, окидывая меня цепким взглядом. Слегка прищуривается, смотря на меня. Я же пытаюсь скрыть дрожь в голосе, потому что плохо умею лгать. – Можно мой телефон? Маме позвонить, – тараторю, даже не мигая, я уже пару раз так просила у него телефон. Князь не отказывал, и надеюсь, что в этот раз тоже прокатит. – На. Дает мне мобильник, и я чувствую тепло его руки. Какой-то парадокс, потому что мне кажется, что этот мужчина очень холодный. Как айсберг. – Спасибо. Выдавливаю короткую улыбку и жду, пока Князь уедет, а после торопливо набираю отцу. Это мой единственный шанс спастись. Последний. Долгие гудки, а после голос на том конце провода: – Слушаю. – Это я, пап! – Кто? – Полина. Странно, я ведь подписана у него. В трубке тишина, тогда как я ошалело смотрю в окно. Я боюсь, что Князь может вернуться. – Полина? Что случилось, почему ты звонишь? Что-то с матерью? – Нет, меня забрал к себе Князев Александр! Скажи, это ты… это ты сделал с его семьей? Снова молчание в трубке. Я слышу тяжелый вздох отца. – Вызови полицию, если у тебя проблемы. – Папа, ты меня не слышишь? Ему плевать на полицию! Пожалуйста, забери меня, я нахожусь дома у этого человека! Он… он хочет мести. Жизнь за жизнь! Он хочет забрать моего ребенка! Я беременна от него, – почти шепотом, прикладывая ладонь к животу. Этот малыш ни в чем не виноват, и я не отдам его Чудовищу ни за что на свете. – Почему ты звонишь мне? – Как… ты же мой отец. Князь винит тебя. – Ты уже взрослая! Тебе двадцать лет, Полина! Хватит быть ребенком! – Это ты сделал, да? Просто скажи, это ты? – Не звони мне больше. Ты уже взрослая. Ты должна решать свои проблемы самостоятельно. – Нет, папа! Отец, пожалуйста! Быстрые гудки. Он бросил трубку! Просто взял и сбросил вызов. Отец меня оставил одну с Чудовищем, которое ненавидит весь наш род. Сжимая телефон, я поворачиваюсь и вижу Князя. Он стоит у двери, оперевшись о нее плечом и скрестив руки на сильной груди. Его строгий взгляд не сулит мне ничего доброго. – Я… я маме звонила, – оправдываюсь, хотя сама знаю, как это звучит. Глупо и неправдиво. – Телефон. Верни. Протягивает раскрытую ладонь, и я медленно подхожу к Князю, хоть от его близости у меня дрожит каждая клетка и сильно напрягается живот. Сжимаю мобильник в руке. Это мое единственное средство связи, но в следующую секунду, не дожидаясь моей реакции, Князь с легкостью отнимает у меня телефон. – Больше матери звонить ты не будешь. – Почему? – Потому что ты меня обманула. – Пожалуйста, не забирайте! Не будьте таким чудовищем! – Иди к себе! Кивает на дверь, а мне так паршиво становится, что я сжимаю кулаки и ураганом проношусь мимо Князя, однако добежать до комнаты у меня не получается, ведь в коридоре возле двери я врезаюсь в чью-то грудь. Мужчина. Такой же высокий, как и Князь. И глаза… у них похожие глаза, только у этого человека не борода, а короткая щетина и чуть отросшие волосы. – Кто ты, птичка? Он ловит меня за каких-то пару секунд. Прижимает к стене. – Полина. – Та самая… ты же Климова! Разглядывает меня с интересом и ненавистью, заставляя затаиться и притихнуть. – Не ваше дело! Толкаю его, но незнакомец с легкостью ловит мои руки и выкручивает их, больно заламывая за спину. – А-а-ай! – Пусти, Ринар. Александр выходит к нам, пока я едва сдерживаю слезы. Мне больно. Этот мужик мне чуть руки не выломал. – Это же она, да? Эта тварь? – Да, она. Я сказал, пусти ее! Не трогай. Еще миг, и цепкие руки меня отпускают. На пороге появляется Князь. Они здороваются. – И ты все еще ждешь, братишка? Я бы ее повесил, хотя нет. Сначала бы вытрахал во все дыры и положил гранату в карман. Путь к отцу бежит. Сучья дочка! – Ринар, это не твоя забота. – Я просто не понимаю, почему она все еще живая, а Влада и мой племянник нет! – Потому что я хочу сына! И получу! И только потом она сдохнет! Вон пошла. Живо! – Князь рычит на меня, и, машинально обхватив себя руками, я сбегаю в свою комнату. Прикрыв дверь, жадно хватаю ртом воздух. Три месяца прошло, но ничего не изменилось. Ненависть… в нем только ненависть ко мне. Князь все так же меня люто ненавидит и желает мне смерти. Это все равно случится, глупо отрицать и надеяться на что-то! Нет вообще никакой надежды, она давно умерла. Вне себя от страха я хватаю стул и бросаю его в окно. Острые осколки сыпятся мне под ноги, и я беру самый большой из них. До скрипа сжимаю в руке. Надежды нет, но есть выход, и я знаю, что должна делать. *** Она любит папочку так сильно, что слезно умоляла его забрать ее от меня. Маленькая лисичка подумала, что я такой лох и не пойму, когда она мне врет, тогда как у Полины все было на лице просто отпечатано. Огромные глаза и страх в них, расширенные зрачки, дрожащий голос, а еще… еще она смотрела на мою реакцию, когда врала мне в лицо. Истинная дочь своего отца. Климов не отреагировал даже на просьбу дочери. За все это время он ни разу не попытался пойти на контакт, и это начинало напрягать. Ему совсем не ценна Полина? В жизни не поверю, тогда что… Почему игнорирует? Или он сильнее боится за собственную шкуру, зная, что, как только я найду его, сразу уничтожу? Ринар. Он напугал девчонку, и мне не понравилось, как брат прикасался к Полине. Будто она была его, тогда как Климова была только моя! И только я могу притрагиваться к ней, и наказывать ее тоже моя задача. В ней мое дитя растет, и это то единственно важное, что сейчас у меня есть. Получу ребенка, избавлюсь от девки и урою подавленного Климова. Я отомщу за семью, но сначала ребенок. Я вхожу в комнату через десять минут, слыша из коридора треск битого стекла. Открыв дверь, вижу Полину, которая стоит у разбитого окна и держит в руке осколок. И все бы ничего, да вот только стекло это она направляет не в мою сторону, как это было раньше. Полина прикладывает чертов осколок стекла к своему животу.