Глава 24

Весь вечер не могу найти себе места, потому не выдерживаю и выхожу из комнаты, стучусь в кабинет Князя. Впервые. – Да. – Можно? – Входи. Александр сидит за столом на большом кожаном кресле. Напротив какие-то бумаги, похожие на договоры. Становлюсь напротив, но слова выдавить не могу. Так долго в спальне репетировала, а сейчас все выветрилось из головы. – Тебе что-то надо? – Да, то есть… нет. Спасибо, что спасли меня сегодня от тигра. И за вещи тоже спасибо. Вы не обязаны. – Не за что. Что-то еще? Начинаю нервничать сильнее. Вот так просто говорить с Князем, не ссорясь, сложнее, чем я думала. – Я хотела спросить. – О чем? Сглатываю. Разворачиваюсь. – Да… Ни о чем. Иду к двери, но Князь быстро поднимается и подходит, догоняет меня, берет за руку, останавливая. Впервые он не делает больно. Просто касается моей ладони, осторожно привлекая к себе. А еще я вижу, как он смотрит на мой подросший живот. С каким-то трепетом, и мне нравится этот его взгляд. Я впервые замечаю в нем нежность, пусть даже к ребенку, и это хорошо. – Стой. Говори, что ты хотела? Ты можешь сказать. – Моя учеба… Меня отчислили. – Нет. У тебя академ, но, если хочешь, ты можешь учиться дистанционно. Интернет у тебя уже есть. Эта новость меня радует, и я не могу скрыть улыбку. Пусть времени у меня не так много, но зато Князь позаботился об этом, и я не знаю почему. Наверное, чтобы я просто не сошла с ума от ничегонеделанья в его особняке, ожидая смерти. – Спасибо. Это было важно для меня. – Пожалуйста. Полин. – Поддевает мой подбородок, заставляя посмотреть себе в глаза. – Как ты себя чувствуешь? – Мне лучше. Уже не тошнит. Князь нежно проводит пальцем по моей щеке, а я не знаю почему, но прикрываю глаза. Мне нравится, пусть это ласка от зверя. – Ты можешь мне говорить, если тебе что-то надо, девочка. – Хорошо. Я буду говорить. Ради ребенка буду. Открываю глаза, не знаю зачем, но накрываю его ладонь своей. Князь не обидит меня, пока я беременна. Таков наш уговор. – Александр… Можно снова маме позвонить? Я очень скучаю по ней. – Нет. Мы это уже обсуждали. Резко убирает руку, а я вспыхиваю как спичка: – Она переживает за меня! Я обещала, что буду ей звонить! – Я сказал нет и я не повторяю дважды! – гремит, но и я молчать не стану: – Почему вы такой жестокий? Я не виновата в том, что мой отец… – Ни слова больше! – Нет, буду! Мне жаль вашего сына, но я не смогу родить его копию! Так не получится, Александр, так не бывает! Он будет другим. А если будет девочка, то что? Что сделаете, скормите тигру?! Ребенок ведь от меня тоже! Если в малыше что-то будет напоминать меня, вы же его не полюбите никогда! Вы будете так же его ненавидеть, как и меня. Поймите, так нельзя! – Хватит! С силой ударяет огромным кулаком по двери, и я делаю шаг назад. Вот кто дикий и бешеный. Этот зверь, который одним махом может отбить мне голову, а не бедная кошка, сидящая в клетке в саду. – Мы уже договорились, что ты меня слушаешься! Иди отдыхай, дыши свежим воздухом и пей витамины. На этом все. – Я не… – Я сказал, иди в комнату! – гремит, и я не спорю больше. Князь потерял жену и сына из-за моего отца. Что я могу ему сказать на это? Какие слова ему помогут? Никакие. Нет ничего страшнее потери ребенка. Он ненавидит весь мой род, и, наверное, я тоже в этом виновата. – Не надо вам было мешать Торну нападать на меня. Вам бы стало легче, если бы я просто умерла. Вы бы так не жалели теперь, что я все еще дышу, Александр, – говорю тихо и выхожу из кабинета. Принимаю душ, забираюсь на кровать и укрываюсь одеялом. Я не могу думать о том, что Александр будет ненавидеть нашего ребенка так же, как и меня. *** Проходит часа три, однако уснуть не выходит. Мне как-то плохо становится после этого нашего разговора. Мысли прыгают в голове, я никак не могу успокоиться, а потом у меня просто начинает болеть живот. Я уж было грешу на то, что съела слишком много пирога от Фаины, но боль не проходит и становится еще более острой, такой… как спазмы. Прождав еще несколько минут, я не выдерживаю и выхожу в коридор. Снова стучусь в кабинет Князя, точно зная, что он там. Никто не отвечает, и я открываю дверь. Александр сидит за столом, откинулся на спинку кресла. Такой большой, суровый, в расстегнутой на груди рубашке. Кажется, он спит. Рядом замечаю закуски, сигареты и почти пустую бутылку коньяка. Он ночует тут уже четыре месяца, ни разу не нарушив моего сна, хоть я и очень боялась поначалу, что он тронет меня беременную. Князь слышит мои шаги, открывает уставшие красные глаза. – Почему ты не спишь? – Александр… Едва сдерживаюсь. Живот болит уже просто невероятно, но мы в доме одни. Если не Князь, то никто мне не поможет, телефона у меня тоже нет. – Чего тебе? Поздно уже. Поля. – Я хотела попросить. Пожалуйста… Перед глазами как-то темнеет, и я ухватываюсь за край двери, однако ближе к нему не рискую подходить. Князь просто в стельку пьян, и я даже думать не хочу, что он может сделать со мной в таком состоянии. Он снова наливает себе коньяк в стакан и выпивает одним махом. Кивает на дверь. – Иди отсюда. Я пьян. Иди спать, Полина! – отвечает, и я понимаю, что все зря. Александр меня не слышит и, даже если бы был трезвым, не помог бы. На что я только надеялась? Кое-как я доползаю до своей кровати и поворачиваюсь на бок. Обхватываю живот руками, глажу его, но лучше не становится. Болит… болит, болит! Живот словно каменным стал и жутко просто тянет.