Глава 36

– Какие роды? Ты что… Епт! Черт меня дернул набрать Рождену сегодня – и она услышала то, чего не должна была! Еще и венки эти проклятые увидела, Полина испугалась, наше такое хрупкое равновесие разлетелось на острые куски всего за секунду. Полину как подкашивает, она держится за живот, тогда как я едва успеваю ее подхватить. Голая, в одной только ночнушке, девчонка начинает плакать, и я вижу, как у нее по ногам что-то струится. Воды отошли. Как-то рано, еще же месяц, блядь. – А-а! Больно-о-о! – Вскрикивает, и я понимаю, что это ни хрена уже не тренировочные схватки, у нее роды начались. – Тише, тише, Поль. Подхватываю Полину на руки и несу в гостиную. Она даже не касается меня. Ревет, тогда как у меня мороз идет по коже. Скорая? Пока они доедут, она мне тут на диване родит. Самому везти надо, притом везти срочно. Хватаю покрывало и закутываю девочку в него. Беру ингалятор, вкладываю ей в руку. – Держи. Пусть будет с тобой! – Не трогайте меня! Не надо! – огрызается, не дает к себе прикоснуться, напряглась вся, сжалась в комок и дрожит. Аж подкидывает ее, блядь. Боится она. Меня боится на полном серьезе, притом так, как волчица раненая. Не подпускает, за живот только ухватилась и ревет. – Поль, не бойся, в больницу отвезу. – Не хочу я! Ничего я от вас не хочу! Я сама рожать буду! Не нужна мне ваша больница. А-а-ай! – снова вскрикивает, кашлять начинает, и я не выдерживаю: – Иди сюда, Полин. Держись за меня! Подхватываю ее на руки и быстро отношу в машину. Укладываю на заднее сиденье. Всю дорогу Полина кричит, а у меня пальцы почему-то на руле подрагивают. – Поль, ты как? – Не надо в больницу… Я сама рожу. Сама! – ревет, тогда как я понимаю, что что-то не так. Еще до хера времени до назначенного срока. Слишком рано и как-то резко все. Не так должно быть, стрессанула она, испугалась – и вот результат. Не надо было мне говорить при ней. Папаша ее чертов и тут, сука, вмешался. Поднимаю всех врачей, нас там уже ждут. Каталку прямо до машины подвозят, и я осторожно перекладываю Полину на нее. – Все нормально будет, слышишь меня? Все будет хорошо. Ловлю ее перепуганные глаза в последний момент, она ничего не отвечает, шарахается лишь от меня как от огня, будто не было этих трех месяцев последних, где у нас все наладилось, Поля подпускала к себе, мне даже казалось, что доверять мне начала. Разрушилось теперь все, и я сам виноват в этом. Полину быстро забирают сначала в смотровую, а после сразу перевозят в операционную, тогда как я не понимаю, какого дьявола происходит. – Почему в операционную? Что там такое? Ловлю какую-то медсестру. Куча врачей посбегалось, я до скрипа сжимаю телефон в руке. – Сергей Николаевич на кесарево сечение пациентку забрал. Экстренно делать будем. Угроза есть. Готовим уже. – Какая угроза? Что за угроза? – Ждите. Никто не выходит ко мне минут двадцать, пока я хожу под дверью операционной как на ножах. Где новости? Хотя бы что-то, мать их! Закрылись там все, и я вскакиваю, когда дверь резко распахивается, выходит та самая медсестра. – Говори! – Эпидуральную анестезию сделали, но у пациентки приступы один за другим. Сергей Николаевич сказал вас позвать, чтобы вы жену успокоили. Если хотите присутствовать, конечно. В этот момент меня словно холодной водой обливают. Я вообще не был готов ни к тому, что Полину резать будут, ни к тому, что я еще и буду при этом присутствовать. Влада родила Макара за два часа. Сама и очень легко. Мне в руки дали уже готовый белый конверт с румяным ребенком в памперсе. Блядь. Захочет ли Полина видеть меня в этот момент? Сильно сомневаюсь, да вот только просьбу врача игнорировать просто не имею права. – Я буду присутствовать. Что делать? – Идемте. Меня забирают в какую-то промежуточную комнату, где заставляют вымыть руки стерильным раствором, а после надевают на меня полупрозрачный медицинский костюм, шапку и маску, бахилы на ноги. Во всей этой спецодежде меня заводят в операционную, и я вижу ЕЕ. Полина лежит на высоком хирургическом столе. Над ее животом ширма, по обе стороны бригада хирургов.