Глава 20

После того как мы обсудили план проникновения в святая святых – кабинет директрисы, Бригги решила устроить мне небольшой допрос касательно моих чувств. – А теперь давай начистоту. Влюбилась же, да? Я вздрогнула. Когда спрашивают вот так в лоб, мысли путаются и сложно дать разумный взвешенный ответ. – С чего ты взяла? – спросила я, пытаясь спрятать за ответным вопросом свою растерянность. – Ты бы видела свои глаза, когда говоришь о лорде Виране, – улыбнулась Бригги. – Тут никаких сомнений. Попала ты, подруга. Я вздохнула. А к чему отнекиваться? Ведь действительно, и сердце бьётся в присутствии Риада быстрее, и кровь приливает к щекам, и хочется касаться его рук, дать волю горячим губам… – Эй, а ну хватит мечтать! – Перед моим носом пролетела ладонь подруги. – Влюбилась – это, конечно, хорошо. Но только если взаимно. Он-то что? Какие у вас планы в дальнейшем? Я снова вздохнула. Вот тут мне ответить было нечего. Я понятия не имела, испытывал ли Риад ко мне ответные чувства или просто терпел и играл роль, пока действовал наш договор. Про последнее пришлось тоже рассказать Бригетте. Теперь не было необходимости утаивать условия сделки с Риадом, и я открыла ей то, что не смогла рассказать в письме. Бригги, конечно, поворчала по этому поводу – как так, я не сказала всей правды с самого начала! Но после подумала и согласилась, что подобные вещи лучше бумаге не доверять. – Не знаю, – я развела руками. Лгать подруге не хотелось. – Мы… как-то не говорили об этом. – Оу-у-у! – Бригги закатила глаза. – Как всё запущено! Вскочив со стула, она начала мерить комнату широкими шагами. – Значит, так. План такой. Сначала мы выясним всё о твоём прошлом. Разберёмся с королевой и противным лордом Лотаром. А потом выдадим тебя замуж за лорда Вирана. А то ишь какой, влюбил в себя девочку, а замуж позвать забыл. Непорядок! Я нервно засмеялась. Ну да, ну да… Сдалась я лорду Вирану, когда вокруг столько знатных и готовых на всё леди! В душе противно заскребли лысые Халаны. Мотнув головой, я усилием прогнала дурные мысли и улыбнулась подруге. – Я скучала по тебе, – просто и бесхитростно призналась я. Бригги даже прервала незавершённый маневр, занеся ногу для нового шага, но так и не ступив на пол. – Дурашка моя, я тоже! – воскликнула подруга и, подлетев ко мне, крепко обняла меня. Сколько мы так простояли обнявшись посреди комнаты, я не знаю. Но именно объятия подруги вернули мне пошатнувшуюся уверенность в том, что я со всем справлюсь. Так или иначе, с Риадом или без него, а я добьюсь поставленных целей! И плевать на интриги сумасбродного Страуда. Я сама вершу свою судьбу. * * *Ночь наступила слишком быстро. Я едва успела расслабиться в ванной – не такой роскошной, как во дворце или в доме Риада, но столь желанной после долгой дороги в пансион, – как пришло время собираться. Для вылазки мы с Бригги выбрали тёмные платья, чтобы не светиться в темноте коридоров светлыми тканями. В этот раз к выбору вспомогательных зелий я отнеслась со всей серьёзностью. Повторение ошибки, допущенной в поместье семьи Виран, было недопустимо. Всего одно зелье – для дополнительной маскировки в темноте – и рядовые инструменты взломщика безо всякой магии. Мы были обречены на успех! До двери кабинета директрисы мы добрались без приключений. Пока Бригги занималась взломом замка, я сторожила наш покой, прислушиваясь к тишине спящего пансиона. Боги нам благоволили. Услышав тихий щелчок, я выдохнула. Адреналин щекотал нервы, а сердце заходилось в напряжённом стуке, но я интуитивно чувствовала, что в этот раз всё пройдёт без проблем. – Заходи, – первой в кабинет юркнула Бригетта, и я, напоследок глянув в темноту коридора, последовала за подругой. Осторожно закрыв за собой дверь, я обернулась. Бригги уже подошла к шкафу директрисы, где за стеклом хранились длинные ряды со множеством папок. Сколько судеб хранили эти безликие серые «книжечки», тонкие и такие одинаковые. – Готова? – спросила меня подруга, касаясь ладонью дверцы шкафа. – Чем раньше начнём, тем быстрее освободимся. – Согласна, – кивнула Бригги и открыла шкаф. К нашему счастью, в кабинете директрисы не было охранных чар. То ли она доверяла своим воспитанницам, то ли экономила на магических замках. Но какой ни оказалась бы причина, а отсутствие охранных чар нам было на руку. – Нам нужны папки попавших в пансион двадцать лет назад, – пробормотала себе под нос Бригги. – Кстати, мы и про меня можем узнать. Вдруг что-то интересное удастся выяснить? Конечно, дочерью королевы мне не быть, но вдруг мои родители были настолько щедры, что оставили какой-то намёк о себе? – Ох, Бригги, – я обняла подругу за плечи. – Мы не нужны нашим родителям. Пора бы уже свыкнуться с этой мыслью. – Не всегда избавляются от нежеланных детей, – возразила подруга. – Иногда это крайняя вынужденная мера, продиктованная внешними обстоятельствами. – Давай займёмся поиском. Мне очень неуютно находиться здесь. Такое впечатление, что мадам Мациль может зайти в любую секунду. – Согласна. Так, смотри. Вот эта полка с нужными нам документами. Твоя часть слева, моя справа, в середине сойдёмся, если не найдём твою папку раньше. На том и решили. На какое-то время в кабинете директрисы снова воцарилась тишина, нарушаемая лишь звуком шелеста страниц. Мы сосредоточились на поиске нужных документов и даже не перебрасывались шуточками, как обычно делали во время любых наших проделок. – Нашла! – громким шёпотом сообщила мне Бригги. – Смотри! Я взяла из рук подруги серую папку, такую же, как и ту, что только что достала с полки. Чтобы освободить руки, отдала свою папку подруге. – Эмма Циенн, – прочитала я своё имя. Внутри что-то всколыхнулось, будто я стояла на пороге раскрытия самой страшной тайны. – Ой, а это моя, – воскликнула Бригги и тут же закрыла себе рот ладонью. – Ой, прости. Но просить прощения было поздно. Я услышала тяжёлые шаги мадам Мациль. – Бери папку, и пошли к нам, – быстро сориентировалась я, прижимая к груди бесценные для меня документы. – Позже сможем вернуть папки на место. Сомневаюсь, что мадам их часто достаёт из шкафа, чтобы почитать. – Согласна, – кивнула Бригги. Шаги всё приближались, и я с ужасом поняла, что мы просто не успеем сбежать в коридор и не столкнуться при этом с директрисой. – Через окно! – уловив ход моих беспокойных мыслей, прошептала Бригги, для верности указав рукой в сторону окна. Второй этаж, высоковато для прыжков… Но выбора у нас не было. Я первой вылезла на карниз, продолжая одной рукой прижимать папку с документами к рёбрам, а второй цепляясь за фигурные каменные изваяния, расположенные под подоконником. Подвинувшись в сторону, я освободила место для выползающей подруги. – Два, три, – прошептала Бригги и прыгнула вниз. Я поспешила за ней, и мы упали в пышные кусты, растущие под окнами кабинета. – Тихо! – одними губами прошептала Бригги, но я и без неё знала, что сейчас нельзя было себя выдать даже шелестом веток. Мы замерли, превратившись в своеобразные статуи, и выдохнуть смогли лишь тогда, когда услышали звук захлопнувшегося окна. – Фух, почти попались! – сказала Бригги, выползая из кустов. – Бегом в спальню. Там наконец сможем спокойно прочитать, что же написано в этих документах, – ответила я, стряхивая с одежды налипшие листья. Капризная богиня удачи была в ту ночь на нашей стороне, и мы смогли добраться до нашей спальни без приключений. Лишь оказавшись в надёжных стенах родной комнаты, мы смогли выдохнуть и расслабиться. – Я за чаем, – положив папку на стол, сказала Бригги. – Чувствую, это затянется надолго. Я пожала плечами. Папки были совсем тонкими, и вряд ли там было так уж много информации, чтобы изучать её полночи. Но после нервной вылазки я и сама не отказалась бы от чашечки горячего чая, поэтому спорить с подругой не стала. * * *– В ночь с пятого на шестое второго месяца весны под двери пансиона была подкинута корзинка с новорождённой девочкой… – уже ознакомившись со всей информацией, я зачитывала теперь основные данные Бригетте. – Стой! – перебила меня подруга. – Что такое? – я с удивлением подняла взгляд от бумаг. – Чай пролила? – Нет, – Бригги для верности даже убрала свою чашку на стол. – Ночь с пятого на шестое, говоришь? – Да, – я ещё раз пробежалась глазами по ровным строчкам. – А что? – А вот что! – Бригги взяла свою папку и ткнула пальцем в первые строки. – Читай! – В ночь с пятого на шестое второго месяца… погоди! – я взглянула на подругу с удивлением. – И ты тоже?! – Забавно, да? – Бригетта улыбнулась. – Бывают же совпадения! Мы столько лет вместе, и только сегодня узнали, что оказались в пансионе практически одновременно! – Да уж, – задумчиво протянула я. – А что по родителям? У тебя есть зацепки? – Не-а, – Бригги заметно взгрустнула. – Пусто. Всё банально, стерильно и абсолютно без данных. Кроме имени в записке не было указано ровным счётом ничего. Жадины эгоистичные. Я кивнула, соглашаясь с подругой. – А у тебя? – поинтересовалась она. – Есть информация? Я пожала плечами. – Только описание корзинки, дорогие пелёнки, платок с вышитой чёрной орхидеей. И листок с именем. – Негусто, – согласилась Бригги. – Но всё же больше, чем ничего. Увидеть бы этот платок… – Боюсь, к таким вещам доступа у нас точно нет, – расстроилась я. – Ты же знаешь, что все вещи, с которыми подкидывают детей, остаются в хранилище до выпуска. Лишь покидая пансион навсегда, мы можем получить частичку своего прошлого. Раньше времени никто не даст прикоснуться к истории. Мы замолчали одновременно, осмысливая новые факты. – Знаешь, – первой заговорила Бригги спустя несколько минут, – а ведь мы с тобой считай сёстры-близнецы. Пусть и родители у нас разные. – Согласна, – кивнула я, поднимаясь со стула. Подошла к подруге и обняла её за плечи. – Ты всегда была мне близка, как родная сестра. – Так, хватит сантиментов! – воскликнула Бригги, и я заметила, как она быстро смахнула из глаз влагу. Да что там говорить, я и сама была готова разреветься. Вечер превратился в сплошную ностальгию и переживания. – Давай посмотрим, что ещё написано о нашей первой ночи в пансионе. Мы склонились над раскрытыми страницами. Помимо того, что попали в пансион в одну ночь, нас объединяло ещё кое-что. – Смотри, тебя тоже принимала Бранк Манник! Это же… – Да, наша бабушка Бранни! – улыбнулась я. Эта добрая женщина была с нами столько, сколько мы себя помнили. Она заменила нам и мать, и отца, и прочих родственников, окружив заботой и любовью несчастных сирот. – Слушай, – протянула Бригги, – а ведь это мысль! Мы же можем поговорить с первоисточником! Вдруг она сможет рассказать нам что-то ещё? Что-то, что не попало в сухие сводки документов! Я кивнула. Идея и впрямь была отличной. – Только давай займёмся этим прямо с утра. У меня очень мало времени, Риад просил вернуться до возвращения королевы. – Риад, – с улыбкой передразнила меня подруга. – Любовь, как ты прекрасна! – Замолчи! – засмеялась я и, подхватив с постели подушку, кинула её в подругу. Та не осталась в долгу, и через мгновение мы дурачились, заливаясь смехом и от души избивая друг друга мягкими пуховыми снарядами. Пока наше веселье не нарушил настойчивый стук. Мгновенно стихнув, мы попрятали улики и с самым виноватым видом открыли сердитой директрисе дверь. – Девушки, вы совсем забыли, где находитесь! – проворчала мадам Мациль, сурово сдвинув брови. – Ещё один звук, и я буду вынуждена принять меры. – Мы больше не будем, – хором протянули мы, стараясь не улыбаться. – Обещаем! – Спокойной ночи, – сжав губы, пожелала нам директриса. – И, Эмма. Завтра после обеда жду в кабинете. – Буду вовремя, мадам, – поклонившись, ответила я. * * *Утро наступило внезапно. Казалось, вот только положила голову на подушку, а уже пришло время вставать. Проснулись с Бригги мы одновременно – обе с горящими от возбуждения глазами. Потому что впереди нас ждала вторая часть нашего расследования – общение с любимой Бранни! Мы быстро собрались, даже не обсуждая предстоящий визит. Напряжение всё нарастало. Я чувствовала, что непременно узнаю что-то, что прольёт свет на события двадцатилетней давности. Возле комнаты Бранк Манник мы замерли. В это время любимая нянечка могла быть на кухне, но проверить всё же стоило. Бригги постучала в дверь. Я закрыла глаза и глубоко вдохнула. Да что же это такое? Что за нервное предчувствие меня охватило, заставляя сердце то быстро-быстро биться, то почти останавливаться в ожидании. Вот только чего? – Кто там? – раздался знакомый голос, и я выдохнула. Всё, время отступать истекло, теперь только вперёд! – Эмма и Бригетта, – ответила за нас обеих подруга. – Можно к вам зайти? – Конечно. – По ту сторону двери раздались шаркающие шаги старой нянечки, а после мы услышали характерный щелчок замка. – Доброго утра, девочки, – улыбнулась нам Бранни. – Что-то случилось? – Да, – ответила Бригги. – Нет, – одновременно с подругой сказала я. Бабушка Бранни сделала широкий жест рукой, приглашая войти в её комнату. – Проходите. Вижу, вас что-то беспокоит. Мы гуськом просочились в уютную и такую родную обитель любимой нянечки. Сколько мы здесь провели часов, беседуя с ней о жизни! Только она нас понимала, только ей мы доверяли свои проблемы, свои заботы и переживания. Она нам заменила тех, кто так легко отказался от нас – наших родителей. Мы расположились на креслах вокруг круглого стеклянного столика. – Сейчас, сейчас, милые мои, – бабушка Бранни засуетилась вокруг нас, доставая из буфета вазочки с печеньем и конфетами. – Вы же не завтракали, небось, пташки мои? Мы синхронно замотали головами. – То-то же, знаю я вас, козочек суетливых. Сейчас чайничек поставлю, и расскажете старой Бранни, что тревожит ваши сердечки. Эх, как бы я хотела рассказать доброй старушке всё, что успела пережить за столь короткое время, проведённое с лордом Вираном! Но нельзя. Что-то я не могла рассказать в силу договора с Риадом, а что-то не хотела раскрывать, пока сама не разберусь, что со всей этой информацией делать. Мы дождались, пока Бранни поставила перед нами чашки с ароматным чаем, и лишь после заговорили. Точнее, беседу начала Бригги, а я трусливо спряталась за фарфоровые бортики чашки. – Бабушка Бранни, ты же знаешь, какие мы любопытные, да? – сказала Бригги и прихватила из вазочки кружок хрустящего печенья. – Да кто ж не знает, – улыбнулась старая нянечка. – Весь пансион свидетель! – В общем, мы тут узнали, что, оказывается, нас с Эммой подбросили к дверям пансиона в один день. Точнее, ночь. Бранни сморщила лоб, очевидно вспоминая события давно минувших дней. А после посмотрела на нас строго, но с неизменной любовью. – И от кого же вы, милые мои, позвольте узнать, услышали эту информацию? Что-то подсказывает мне, что вы добыли её не совсем легальным путём. Мы с Бригги многозначительно переглянулись и синхронно вздохнули, признавая правильность догадки старой нянечки. – Что ж, я расскажу вам все, что помню. Вот только не уверена, что это хоть чем-то вам поможет. Знаю я мечты всех наших воспитанников – найти своих родителей. Вот только тут я вам точно не помогу. А после мы услышали рассказ Бранни о той самой ночи, когда наши с Бригги корзинки оказались на пороге пансиона.