Глава 21 · Темные побратимы

– Кайра, ты уже все? – Фил влетела в комнату. – Ой, простите… Все забываю, что вы молодожены.

Я отстранилась от Блая и спросила убегающую девушку:

– Фил, что ты хотела?

Развернувшись, подруга стеснительно произнесла:

– Хотела подарок на свадьбу подарить.

– Так не было ее пока…

– Одна церемония была, как же без подарков? Да и извиниться хочу, что недавно подвела тебя.

– Ты сейчас о чем? – удивилась я.

– О посылке, которая пришла не вся, – вздохнула Филиппа. – Сапоги и фляга с некроэнергетиком ко мне так и не вернулись, я окончательно их потеряла.

Блай нехорошо прищурился:

– Некроэнергетиком? Ты пьешь вредные усилители физических способностей, Кайра?

Спросил так, словно это что-то неприличное!

– Он безобидный, если не злоупотреблять, так что иногда можно.

По упрямому выражению мужского лица я поняла, что уже нельзя.

Молчаливый запрет мужа не вызвал чувства протеста. Наоборот, на душе потеплело от понимания, что его волнует мое здоровье. Но… если остро понадобится, я выпью некроэнергетик, Блаю придется смириться.

– Так я покажу подарок, Кайра? Он подойдет идеально, я использовала твои параметры!

Набравшись смелости, подруга схватила меня за руку и потащила в свою мастерскую.

– Лорд Эйликс, это подарок Кайре и косвенно – вам тоже. Вы ведь хотите, чтобы супруга была защищена даже на светском рауте? Или куда вы там с ней пойдете?

Язык волнующейся Филиппы нес околесицу и не унимался, пока мы не вошли в ярко освещенную комнату.

– Мой подарок! – Девушка с гордостью указала на манекен, на котором висело бальное платье.

Шикарное белое платье – элегантные линии кроя, цветочное кружево поверх плотной материи. Знакомое и оттого пугающее.

– Со мной поделились особым материалом – нитью паука-серебрянки, – трещала Фил без остановки. – И я подумала, раз дали, то почему бы не поэкспериментировать? Только я пойду дальше – добавлю в пояс камни с щитами и от физических ударов. А то негоже, когда платье выдерживает энергошар, но позволяет стукнуть по голове свою владелицу…

Рассказ почти не воспринимался. Перед глазами проплывали картины моего видения. Сад школы кромешников. Синие колокольчики под ногами мужчины, девушка на его плече. Я, Блай и взрыв…

Блай тронул меня за локоть, вырывая из мучительных воспоминаний:

– Что случилось?

– Я видела это платье в видении.

И я пересказала его. Давно нужно было это сделать.

– Это шиздец, – позволила себе ругательство растерянная Фил.

– Три варианта. Или это буду не я, а кто-то под моей личиной. Или в скором времени я сойду с ума, раз устрою подобное, – серьезно заявил эмиссар. – Или те люди, которые взорвались, были ненастоящими.

– Это как? – робко спросила Филиппа. Ее большие глаза от удивления стали еще больше.

– Иллюзия, – коротко ответил Блай.

– Что ж, выход один, – решительно произнесла она. – Нужно уничтожить платье.

– Зачем? – удивилась я. – Чем это поможет?

– Если вынуть один правильный кирпичик, здание разрушится, – ответила Фил метафорой. – Начните менять плохое будущее с мелких деталей.

– Уничтожить платье, заткнуть фонтан, выкосить колокольчики, – с иронией произнесла я.

– Язва! – обиделась Филиппа. – Я ведь хочу помочь и готова уничтожить платье, в которое вложила частичку своей души.

– Извини, мне просто страшно.

Молчавший некоторое время эмиссар предложил:

– Давайте действовать так, как предложила леди Филиппа.

– Госпожа, – пискнула она, поправляя.

– Но при этом я куплю это платье и следующее. У вас ведь остался необходимый материал, сможете повторить?

– Да, только зачем? – спросила печальная Филиппа.

Великодушно предложив уничтожить свой труд, она загрустила.

– Любая работа должна быть оплачена, – заявил Блай. – А еще платье понравилось моей жене, я хочу, чтобы она его надела, когда все закончится.

Что «все»? Вопрос крутился на языке, но я решила, что задам его позже. И так невольно втянули Фил в дела ордена.

– Хорошо, я согласна. Платье – черновик, давайте испытаем его! Только нужно перенести в специальное помещение, оно в саду.

Фил ловко стащила белоснежное чудо с манекена.

В коридоре мы столкнулись с целительницей. Она переоделась в синее платье и белое пальто с пышным меховым воротником, который красиво подчеркивал иссиня-черный цвет волос девушки.

– Филиппа, я ухожу, – сообщила Горейская.

– Легкой дороги! – от души пожелала подруга. – Черкни мне, когда вернешься в столицу.

Целительница также попрощалась и с нами.

Первой выйдя из дома, Фил вдруг застыла:

– Подождите… Вы слышите это?

Мы замерли.

– Что? – шепотом спросила Горейская.

Филиппа встревоженно завертела головой.

Эйликс шагнул вперед, будто прикрывая нас собой.

Черный вихрь сбил его с ног, попутно снося и старую яблоню.

Целительница от неожиданности закричала. Я кастовала энергошар, но побоялась его бросить.

Фил вскинула руки вверх, активируя артефакт. Над нами раскрылся радужный УУЩ. Универсальный усиленный щит очень энергозатратный, надолго его не хватит.

– Выпусти меня! – потребовала я.

– Ты там не нужна, – нагло ответила Фил.

– Филиппа! – Я повысила голос, с тревогой следя за тем, как два черных вихря слились в один гигантский.

– Здесь есть еще некто, – прикрывая рот ладошкой, ответила подруга. – Пока он наблюдает, не вмешивайся. Если выйдешь из-под щита, мало ли что может случиться.

– Она права, – прошептала целительница. – К тому же девушке лучше не лезть, когда дерутся мужчины.

Спелись… Вот только забыли, что я не только девушка, но и некромантка с боевого факультета!

Не понимая, что происходит, не видя, в каком состоянии Блай, я едва дышала от переживаний и не сводила глаз с эпицентра тьмы и ярости.

Богиня, если ты слышишь, помоги!

* * *

– Привет, Мэттхольд. Давно не виделись, – произнес Эйликс, блокируя мощный удар чистой тьмой.

– Здоро́во, Блай! Давно, по твоей милости лет двести, – весело согласился черноволосый гигант, усиливая натиск.

Два смерча из тьмы на миг разошлись, чтобы вновь сцепиться.

– Что ты здесь забыл? Следил за мной?

– А как ты, хранитель артефактов Тьмы, думаешь? Кое-кто решил, что приведешь нас к спрятанному. А ты женушку выгуливаешь… Кстати, поздравляю.

– Спасибо.

Новый удар – последняя листва осыпалась с деревьев по всему саду.

– Признаю, Блай, ты оказался прав: суженая ждала тебя в будущем. И счет в банке – отличная идея, проснулись, как и раньше, с состоянием, а не с голым задом.

Мэттхольд волной силы отшвырнул побратима вверх и сразу же догнал в воздухе.

Блай врезал щитом из тьмы, сбрасывая гиганта на землю.

Два чернильно-черных смерча, сцепившись, сделали полукруг, отдаляясь от переживающих девушек.

– Что происходит, Мэтт? Где принц? Его саркофаг исчез из храма. Он проснулся или нет?

– Или нет, – эхом отозвался Мэтт. – Формулируй правильно вопросы, Блай.

– Зреющий заговор – не ваше детище? Дай хоть один намек, Мэтт!

– Спроси у наследника нынешнего императора из ветви Альторн, все ли они доводят до конца? Хорошо ли стерегут древний лед и зачем превратили его в бесполезные висюльки?

Лицо Мэттхольда исказила боль, из носа хлынула кровь.

Большой смерч разделился на два. Усохшая груша, будто скошенная невидимой гигантской косой, рухнула на кусты орешника.

Эмиссары, прикрываясь смерчами, вновь сошлись в поединке-диалоге.

– Клятву пытались обойти? – спросил Блай.

– Нет, твоей подсказки дожидались, благодетель! – хохотнул гигант и вдруг, заинтересованно глядя на жавшихся друг к другу девушек, протянул: – А ничего так кошечка…

– Это моя жена, не смей даже смотреть! – гневно рыкнул Блай.

– Больно надо, – фыркнул Мэттхольд. – Я о красотке рядом. Ладно, пора заканчивать.

– Пора, здесь скоро будут местные, – согласился Эйликс.

– Ну вот и попытай их… А это тебе мой подарок на свадьбу, побратим. – Мэттхольд не поставил блок, специально пропуская удар в нос.

– Выпендрежник, – буркнул недовольно Эйликс. – Я могу набить тебе морду и без таких подарков.

Мэттхольд Мэтиас хохотнул:

– Как-нибудь надо проверить – все же два века прошло!

Оставаясь в форме смерча, он метнулся к орешнику. Подхватив невидимого наблюдателя, растворился в воздухе.

Эйликс бросился к девушкам.

* * *

Это был самый страшный бой в моей жизни. Вероятно, из-за того, что я в нем не участвовала и никак не могла повлиять на исход? Или потому, что сражался дорогой мне мужчина?

Блай мне дорог… Как никто и никогда ранее. Осознание взбудоражило душу.

С детства я считала нормальной мысль, что, если не встречу подходящую пару во время обучения, мне помогут выбрать мужа родители. Это будет достойный во всех смыслах человек, но любовь придет уже в браке. Или не придет, но возникнет взаимоуважение. Чувства – чистое везение для аристократки.

А потом был эксперимент прадеда, и у меня появилась главная цель в жизни – стать сильной некроманткой, чтобы освободиться от него. Какие отношения? Какая любовь? Смерть барона принесла новую зависимость уже от навязавшегося жениха. До сих пор не понимаю, зачем молодому герцогу понадобилась я…

Эмиссар Тьмы тоже не мой выбор.

Я боялась, сопротивлялась судьбе, пока не заглянула в его глаза в реальности. Проснувшись после магического сна, толком не соображая, он сразу поверил в видение и позаботился в первую очередь о моей безопасности, не позволив свалиться в пропасть.

Исподволь Блай захватил мое сердце. А принятое в храме Тьмы решение отказаться от сути и могущества, лишь бы я жила, и вовсе позволило ему пробраться в мою душу.

Хочет мой свет? Он давно уже его…

Смерчи из тьмы серьезно прошлись по саду Филиппы, уничтожив несколько деревьев, при этом не задев дом и нас. Удивительная избирательность…

– Смотрите, магмобили летят! – громко прошептала Фил, глядя в небо. – Вроде бы к нам.

Я отвлеклась лишь на миг и пропустила момент, когда бой завершился.

– Кайра, все хорошо? – спросил подскочивший к нам Эйликс.

Он прошел сквозь универсальный щит, даже не заметив его…

– Как ты? Ранен? – Я потянулась к нему, пытаясь обследовать тело, залечить мелкие царапины.

Не успела. Тьма на глазах затягивала раны, стирая кровь и грязь. Даже порванный мундир восстановился, зарастив прореху на рукаве.

– Хочу изучить возможности кромешников, – вдруг призналась зачарованная увиденным Горейская. М-да, вся в своего деда, исследовательница…

– Кто мешает? Ищи себе кромешника и изучай, – резко предложила я логичный выход.

Целительница хмыкнула и, подхватив Фил под руку, оставила нас наедине.

А дальше началась суматоха.

Магмобили действительно летели к нам.

Его величество Эрик прибыл с боевыми магами. Чуть позже объявился и сам кронпринц со свитой из кромешников в черной форме офицеров давелийской армии.

Впечатленные случившимся, Филиппа и Хельена не сразу смогли прийти в норму, им даже предложили помощь целителя. Это встряхнуло Горейскую, и она вкатила себе и Фил двойную порцию успокаивающих чар, затем, подумав, зачем-то и мне.

И меня сразу повело.

– Горейская, ну спасибо… Я же после обезболивающего!

– Тупой скальпель, – выругалась шепотом брюнетка и виновато добавила: – Ладно, поспишь немного.

Эмиссар удивленно следил за нашей перепалкой:

– Что случилось?

– Успокоительное в сочетании с обезболивающим вызывает сильную сонливость, – покаялась целительница. – И бодрить вашу жену теперь противопоказано.

– Может, и к лучшему, – сказал Блай. – Кайре не помешает отдых.

– А допрос? – Я кивнула в сторону кромешников, уже принявшихся за Фил.

Я не забыла, как основательно меня допрашивали в пещерах, король даже в голову влез, получив на то разрешение.

– С допросом разберемся, – пообещал Блай и…

…подхватил меня на руки.

И я опять не стала протестовать. Не потому, что не было сил, просто не захотела.

Блай подошел к наследному принцу Давелии, зорко следящему, как подчиненные осматривают территорию.

Синие глаза блондина опасно сверкнули, когда он увидел меня на руках эмиссара.

– Ваше высочество, нам с супругой желательно поскорее вернуться в школу. Прошу выслушать наши свидетельства.

– Леди Кери, я могу вас поздравить с замужеством? – обманчиво мягко спросил принц.

Ого, он интересуется, добровольно ли я вышла замуж!

– Я уже леди Эйликс, ваше высочество, – с улыбкой поправила я будущего императора. – С удовольствием приму поздравления.

Взгляд кронпринца, направленный на эмиссара, смягчился.

– Пусть Тьма благоволит, щедро одаряя ваш союз, – пожелал он добродушно и тотчас, посерьезнев, добавил: – Да, директору нельзя надолго оставлять вверенных ему детей. Нам необходимо удобное место для разговора.

Оно нашлось в гостиной Филиппы. Саму хозяйку дома и целительницу отвели в другое помещение.

Король и принц заняли кресла. Блай устроил меня на диване рядом, обняв за плечи. Ловя удобный момент, он каждым жестом и словом подчеркивал, что я его.

И это не пугало, не раздражало. Нет, это будило во мне щемящее ощущение нежности.

– За нами следили начиная от школы. – Признание Блая вернуло в реальность.

– Да, мои люди отыскали следы неизвестного кромешника и некроманта во дворе госпожи Джун, – подтвердил его величество Эрик.

Услышав о неизвестном коллеге, я даже подскочила на мягком диване:

– Дохлые квакусы у стен школы! И рисунки одного из курсантов! Этот некромант ошивается возле школы не просто так!

Принц бросил вопросительный взгляд на эмиссара, затем попросил:

– Давайте начнем сначала и не жалейте подробностей. Любая деталь может оказаться важной.

И я рассказала о поднятых гигантских жабах, которые сидели в засаде. Это нетипичное поведение для нежити, значит, их заставили напасть. Поведала и о задании для курсанта Джоэла, о том, как быстро и безукоризненно он выполнил то, на что у студентов с отделения некромантов КУМ уходят месяцы тренировок.

– У внимательного парня твердая рука, – осторожно заметил кронпринц. – Бывают самородки во всех сферах.

– Нет, в том-то и дело, что курсант пишет, как ворона лапой! Эти печати нарисовал человек, имеющий с ними дело не один десяток лет, опытный некромант. – Пока говорила, меня осенило, и я добавила твердо: – Более того, уверена, он специализируется на изгнании и подчинении духов.

Проклятие, незавершенные дела, трагичная случайность лишь часть причин, по которым души умерших не отправляются в сад богов. Долг некроманта – помочь им уйти. Иногда дух остается в качестве помощника мага Смерти, но каждый такой случай может проверить Совет и наказать недобросовестного духовладельца. Надеюсь, неизвестный коллега не из числа нарушителей.

– Леди Эйликс, ваши наблюдения бесценны, но давайте не сосредотачиваться на одном подозрительном человеке. Еще кто-то кажется странным?

– Лорд Архан, – предложила я сразу.

– Что не так с Марием? – удивился король.

И я вспомнила, что впервые увидела лорда Архана рядом с ним, коронованным менталистом. Неужели его величество не распознал бы предателя? Впрочем, он ведь не ежеминутно заглядывает в чужие головы? И лорд Архан не постоянно думает о том, что предатель?

– Он странно вел себя и до последнего поддерживал бывшего директора, хотя все указывало на то, что тот мошенник и казнокрад.

А еще он поддерживал бесчестного курсанта Джоэла, связанного с таинственным некромантом. Об этом я не стала говорить.

– Лорд Архан пытался внедриться в ряды заговорщиков по моему приказу, – сообщил кронпринц. – Вы же не думаете, что мы не заметили, что директор ведет себя неадекватно? Не вмешиваясь, пытались через него добраться до тех, кому он передает деньги.

– У лорда Архана с лордом Роттой была точка соприкосновения, – добавил его величество. – Брат Мария дружил с сыном директора и был его секундантом на дуэли с другим кромешником. Юный лорд Ротта был эмоционально нестабилен и после гибели своего соперника сорвался, а затем добровольно ушел в храм Тьмы.

– То есть лег в саркофаг? – Мое сердце сжалось от жалости. Неудивительно, что директор, потеряв сына, ударился во все тяжкие.

Король Эрик с сожалением кивнул:

– Парень сам осудил себя, сам привел приговор в исполнение.

Я вспомнила историю, которую мне рассказывал лорд Архан в пещерах. Ссора из-за девушки, поединок, закончившийся трагедией…

– Предположу, что директор резко изменился после трагедии. А почему его не попросили покинуть пост?

На меня посмотрели так, что стало стыдно за свою черствость.

– После ухода сына лорда Ротту держала только школа, по крайней мере, мы так думали длительное время, – объяснил принц.

Ясно, пожалели убитого горем отца, а он не оправдал оказанного доверия.

– Таким образом, Марий Архан не может быть связан с заговорщиками, его не успели завербовать, помешало появление новой фигуры – проснувшегося эмиссара Тьмы, – подытожил кронпринц и, не меняя тона, спросил: – Лорд Эйликс, что рассказал вам побратим? И кто это был?

– Мэттхольд Мэтиас. На второй вопрос отвечу, если вы ответите на мои вопросы.

Неожиданный поворот!

Я покосилась на Блая, затем перевела взгляд на короля и кронпринца. Как отреагируют? Станут ли считаться с тем, кого многие воспринимали и продолжают воспринимать преступником?

– Я отвечу, если это не противоречит интересам империи, – произнес спокойно принц.

– Почему не все жители Давелии могут стать кромешниками?

Странный вопрос, учитывая, что орден не смотрит на социальный статус и принимает в свои ряды не только аристократов, потомственных магов и военных, но и обыкновенных горожан и парней из деревни, главное, чтобы и их отметила Тьма.

– Все равны перед ликом Кромешной, – заметил король.

Блай покачал головой:

– Почему же я до сих пор не встретил среди кромешников ни одного оборотня или вампира? Или скажете, что Тьма перестала их отмечать? Не поверю. Почему вы не обучаете в школе кромешников представителей других рас?

– Когда Ольгорн, старшая ветвь рода Карриатор, пала и на трон взошел представитель младшей, Альторн, он решил, что иные расы слишком несдержанные и ненадежные. И действительно, в числе заговорщиков их было больше, чем человеческих магов.

– Он забыл, что богиня не прощает пренебрежения ее дарами. Сейчас орден слабее, чем пару веков назад, – мрачно произнес Блай, не сводя глаз с кронпринца. – Из этого вытекает мой второй вопрос. Почему вы не позволяете членам ордена проходить испытания на уровень эмиссара? По сути, вам сейчас некого противопоставить моим побратимам.

Король Латории прищурился и бросил быстрый взгляд на принца Давелии. Похоже, тоже заинтересовался этим вопросом.

Будущий император молчал, будто решая, ответить честно или соврать.

Блай отрезал ему пути отступления новым замечанием:

– Я видел кромешников, которые могли бы пройти испытание богини и увеличить свою мощь. К примеру, его величество Эрик. Однако только вы, принц, имеете силу эмиссара, но не знания.

Ой… кто же такое говорит в глаза да при свидетелях? Мне стало неуютно.

– Слегка ослабить орден тоже было решением первого императора Альторна, – после долгой паузы ответил принц. – Я не считаю его правильным. И в будущем планирую изменить ситуацию.

– Пока вы станете императором, ваше высочество, может статься, что нечего будет менять, – зловеще произнес Блай.

– И мы возвращаемся к тому, с чего начали. Что сказал вам побратим?

Невероятно волнительный момент, но я зевнула, прикрываясь ладонью. Хотелось спать, глаза предательски закрывались, и в этом была виновата Горейская! Не везет мне с представителями этой семьи, определенно.

– Мэттхольда связывает клятва, но он попытался намекнуть. Цитирую дословно: «Спроси у наследника нынешнего императора из ветви Альторн, все ли они доводят до конца? Хорошо ли стерегут древний лед и зачем превратили его в бесполезные висюльки?»

Принц нахмурился и повторил последние слова:

– Древние висюльки…

Будто ошпаренный бочкой кипятка, он вскочил с кресла и молча вылетел из гостиной.

Что же там за висюльки такие, что заставляют бегать принцев одним своим упоминанием?

Еще раз зевнув, я сдалась на милость победителя – сонливости.

Прижавшись к плечу Блая, закрыла глаза.

– Если вам что-то необходимо, говорите сейчас, подготовим, – успела услышать слова короля, прежде чем уснула.

* * *

– Просыпайся, соня, мы подлетаем к вратам школы, – произнес Блай тихо.

Я открыла глаза, ощущая себя полной сил. Затемненные окна в салоне магмобиля, удобное, широкое сиденье и теплый плед – эмиссар позаботился о моем комфорте.

– Долго я спала?

– Часов шесть.

Значит, некоторое время мы оставались в Латории, прежде чем отправились обратно.

– К чему вы пришли? Ты понял, о каких висюльках шла речь?

– Сложно сказать, под это определение попадает множество артефактов ордена, – уклончиво ответил Блай. – Например, Сердце Тьмы.

Я машинально коснулась невидимого кулона.

– Думаешь? А мне кажется, что нет. Сердце такое одно, уникальный предмет, а речь шла о висюльках. – Я подчеркнула окончание слова, указывающее на множественное число.

– Мэттхольд мог и неправильно выразиться, – возразил Блай.

Так-так, супруг лукавит, что-то недоговаривая?

Допросить его не успевала: крылатая машина пошла на снижение. В темноте показалась цепочка огней – магические фонари на территории школы.

– Кстати, а почему ты можешь летать над долиной Адарай, а другие – нет?

Не отвлекаясь от показаний циферблатов на панели, Блай пробормотал:

– Может, потому, что я сильный, умный, везучий и просто красавчик?

– А еще ты очень скромный, – засмеялась я. – И все-таки, у тебя есть секрет?

– Парочка найдется.

– Блай, я серьезно.

Магмобиль мягко опустился на землю и плавно поехал в сторону школьных врат.

– Ладно, уговорила, открою страшную тайну. Я накрываю магмобиль своей силой, как щитом. Окутывая его полностью, частично захватываю и окружающее пространство.

Кто-то сказал, что все гениальное просто. Присоединюсь к нему.

– Выходит, любой кромешник так может сделать?

– Нет, только с уровнем эмиссара, остальным не хватит силы.

Беру свои слова обратно. Все просто, когда у тебя есть возможности и средства, для остальных очень даже сложно.

Магмобиль остановился напротив врат, но их открывать никто не поспешил.

– Смена караула? – предположила я, стараясь гнать дурные мысли прочь.

– До него еще нескоро.

– Тогда, может быть, пройдешь сквозь врата и откроешь их с той стороны?

– А если где-то притаился квакус? Я не оставлю тебя одну в магмобиле до тех пор, пока не научишься им управлять.

О… Он ведь не шутит?

У герцога Горейского, как и у некоторых состоятельных латорийских аристократов, был свой нелетающий магмобиль. До разрыва помолвки я как-то попросила научить меня водить машину. Герцог отказался, мотивируя это тем, что женщине не место в кресле водителя столь сложного изобретения. При этом он научил управлять машиной своего секретаря и Пэйтона. Последний, вообще, особо не хотел, просто герцога достала просьбами тетка Цисса.

– Я буду рада стать твоей ученицей.

– А я твоим учителем, – отозвался Блай с улыбкой. – Осталось только разобраться с тем, что творится вокруг, и решить проблему моих побратимов.

Удобный момент, чтобы задать столько вопросов, но в голове было пусто. Я засмотрелась на улыбающегося кромешника и могла думать лишь о том, что хочу его поцеловать.

Наваждение… Дурман… Я не понимаю, что со мной происходит в последние дни.

– Кайра, ты смотришь на меня так, что хочется развернуть магмобиль и уехать в ночь, – хрипло произнес Блай.

– Поздно, – вздохнула я, – врата открыли.