Глава 8

Смотреть на то, как воркуют Доска и Ги, было неприятно. Не такой я представляла нашу встречу. Первым побуждением было подойти и подпортить воздушнице прическу, но я осталась на месте. Так сьерры себя не ведут, к тому же затевать драку неблагоразумно. Я должна действовать осмысленно. Да и успею еще украсить ее синяками, куда спешить?

Первое раздражение и ревность скоро отступили. Закипала злость. Не удивительно, что Ги пользуется успехом, он хорош собой — этого нужно было ожидать. Только я почему-то надеялась, что юноша отринет поползновения местных красоток, ведь он вроде как со мной.

Но злилась я вовсе не на Ги, и не на девицу. А на себя. В мечтах Ги бросался ко мне навстречу, и никакие Доски на нем не висли. Я вновь оказалась доверчивой и наивной дурехой!

Отвернувшись от неприятного зрелища, я попыталась понять, чего больше в душе: разочарования или оскорбленной гордости?

Тут кто-то дернул меня за рукав — долговязая девица в бордовом костюме нетерпеливо заглянула мне в лицо:

— Ты та самая новенькая? Скажи, это правда, что наш декан тащил тебя вчера с тренировки на плече?

Я заморгала от неожиданности, в очередной раз поражаясь, как быстро тут разносятся слухи!

От необходимости отвечать меня спас Яр. Как и вчера, красавец-блондин появился очень вовремя.

— Светлого дня, Дана!

Однако его громкое приветствие привлекло всеобщее внимание к моей скромной персоне. Обернулись также Ги и его девушка, которые уже направлялись к выходу. Блондинка — с любопытством, а Ги Марвейн застыл на месте и смотрел так, словно я явилась из-за Грани. Побледнел, показалось даже, что синие глаза вот-вот вывалятся из орбит.

Мне было не смешно, но я улыбнулась.

— Дана, ты?..

— Я. А вы не ожидали?

— Нет! Мне сказали, что ты погибла…

Вот так помрешь, а твой молодой человек через две недели уже весело смеется с какой-то плоской Доской!

— Ясно.

Взволнованный вид молодого человека остудил кипящую обиду. Чуть-чуть. Ги явно нервничал и беспокойно мял в руках тетрадку.

— Но как ты здесь-то оказалась, Дана?

— Ги, мы опаздываем на завтрак, снова все места займут! — вмешалась блондинка. В ее голосе, на редкость противном (я не придираюсь, нет!), послышались капризные, недовольные нотки.

Марвейн, видимо, только сейчас вспомнил о своей спутнице. Заморгал, разрываясь между нами. Помогать ему я не собиралась. Кого бы он ни выбрал — будет в проигрыше. Ги это понимал, потому завис надолго.

Яр, сложив руки на груди, наблюдал эту сценку, и, похоже, многое понял из обрывочных фраз и взглядов.

— Сьерра Дана, позвольте проводить вас в столовую? Не будем задерживать остальных, иначе нас тут раздавят.

Его слова заставили меня отвлечься от переживаний и посмотреть вокруг: действительно, в холле было не протолкнуться. Отметив пропуск, студенты не спешили на завтрак, а задерживались, стараясь подойти к нам, как можно ближе. Те, кто пришел раньше, вводил в суть дела вновь прибывших. Вероятно, симпатяга Ги — в числе популярных персон академии, как и Яр. Чужое любопытство показалось несносным. Я бросилась к инфо-экрану, приложила пропуск, а затем, с помощью Яра, протиснулась к выходу.

Лишь на улице вздохнула свободно. Солнце и ударивший в лицо свежий ветерок скоро развеяли странное послевкусие от встречи с любимым.

С любимым?

А не обманули ли меня первый взрослый вальс на вечере в военной академии и желание влюбиться, навеянное романами?

Я повернулась к Яру.

— Насколько это жалко выглядело?

Оборотень усмехнулся.

— Юнец смотрелся глупо. Но я рад, что тебя интересует, как именно выглядела ты: значит, сердце не болит.

Я пожала плечами. Правда, пока не жалуюсь на сердечную боль. Возможно, это шок? Но была ли любовь?

— Не думаю, что найдется хоть одна девушка, которая обрадуется, если увидит, что ее жених ухаживает за другой. Гордость пострадала, это уж точно.

— Ты вела себя как леди. Молодец.

Мы направились к столовой.

— Дана, подожди! — нас быстрым шагом нагонял Ги, за которым тащилась его недовольная подружка. — Мы должны поговорить! Я же ничего о тебе не знал…

Я обернулась, синие глаза Марвейна смотрели беспокойно. На нас по-прежнему были устремлены все взоры.

— Мы обязательно поговорим, Ги, обещаю. Только не сейчас. Нам всем нужно на занятия. Пока!

Мы с Яром ускорили шаг.

***

Завтрак на третьем уровне прошел на удивление спокойно. Шеллар и компания отсутствовали. Я съела воздушный омлет с грибами, запила эту вкуснятину сладким травяным отваром. Пока жевала, успокоилась и выбросила утреннее происшествие из головы. Встреча с Ги словно отрезвила меня. Даже его тонкая мальчишеская красота не произвела былого ошеломительного впечатления. Может, это потому, что сейчас мне есть с кем сравнивать? Или я сама изменилась, и теперь уже не влюблюсь в первого встречного?

Аудитория в корпусе факультета Теоретической магии подавила меня своими размерами. С портретов на стенах смотрели мрачные и серьезные магистры былых лет. За высокой, из темного дерева кафедрой преподавателя висел огромный инфо-экран. Ряды парт уходили вверх; большинство мест уже были заняты, и студенты все прибывали. На лекцию по магической физике собрался весь первый курс боевого, среди бордовых костюмов мелькала черная форма некромантов, а также фиолетовая — менталистов. Гомон стоял невообразимый.

Едва я вошла, встретила множество глаз, горящих откровенным любопытством, а то и злорадством. На меня показывали соседям, шушукались. Заметив у многих в руках маговизоры, я поняла, как именно здесь расходятся сплетни. Следует избегать скандалов и не давать им больше повода.

Не выбирая особенно, я остановилась возле первой же парты. Здесь, с краю, рядом с симпатичной девушкой-огневиком (судя по нашивке на рукаве), имелось свободное место. Я даже спросить не успела, не занято ли. Дева неэстетично фыркнула и бросила сумку на стул, не давая мне сесть. На такие штучки в пансионе я, не задумываясь, отвечала пощечиной. Это что у нас тут за хозяйка парты? Уже приготовилась сбросить сумку нахалки на пол, но тут услышала оклик:

— Дана!

Я оглянулась. Марвейн звал меня с третьего ряда. Он показал на свободное место за своей партой. А где же Доска? Огляделась и в пятом ряду, довольно далеко от Ги, заметила надутые губки блондинки.

— Садись сюда, здесь свободно, Дана.

Серьезно?

Хотя, почему нет?

Мне что, все три года сторониться бывшего возлюбленного? Еще чего! Да и учебу со скандала начинать, пожалуй, нехорошо. Ведь только что давала себе зарок.

Я обаятельно улыбнулась стерве с первого ряда и разрешила, глядя прямо в ее вытаращенные глаза:

— Живи пока.

Взбежала по узкой лесенке к третьему ряду и аккуратно села на предложенное место. Не обращая внимания на выжидательное молчание соседа, достала из сумки тетрадь и стилос.

Тут в аудиторию вошел пожилой магистр, на ходу начиная начитывать лекцию.

***

Размеренный голос магистра усыплял, перо стилоса бесшумно скользило по тетрадному листу.

— Таким образом, скорость магического заряда, зависит от свойств среды. Кто скажет, как изменится скорость заряда в водной среде? — Профессор ди’Бри обвел аудиторию испытующим взглядом.

Большинство присутствующих, и я в том числе, немедленно опустили глаза в раскрытые тетради.

— Вот вы, девушка в третьем ряду, — вызвал профессор.

Я опасливо подняла голову. Ошибиться невозможно — ди’Бри указывал на меня!

— Да, вы! Я так понимаю, новенькая? Отвечайте на вопрос.

Похоже, отсидеться не удастся. Я неуверенно поднялась, по рядам рассыпались смешки, но не слишком громкие — магистр де’Бри не терпел постороннего шума и чуть что начинал колотить линейкой по кафедре.

— М-м, думаю, в воде заряд будет двигаться медленнее, — говорила наобум, вспоминая вязкие топи болот, по которым выбиралась на лодке.

— Верно. Почему, как вы думаете?

Э, ну как бы сформулировать? Вода более вязкая, что ли? Скажешь не так, нарвешься…

«Вода обладает большей плотностью по сравнению с воздухом» — послышался шепот Ги.

Верно, плотность! Повторила фразу, и заслужила еще один благосклонный кивок профессора. Вот только напоследок он сказал:

— Лорд-ректор назначил вам дополнительное занятие по моему предмету. К субботе я попрошу вас выучить с первого по пятый параграф. Знать всю теорию, определения и уметь решать задачи.

Я рухнула обратно за парту. Попала! И когда все успеть?

До конца урока я пребывала в легком шоке: не сложная тема — движение магических частиц, но расчеты требовали формул — их тоже надо запоминать, а еще столько учить!

Переходить в другой корпус нам не требовалось: следующие две лекции пройдут в этой же аудитории. По завершении первого часа, я, вместе с однокурсниками, вышла на улицу — хотелось глотнуть свежего воздуха. Парк встретил тихим шепотом ветра в листве. Как же здорово здесь! Ноги утопали в густой траве. Я прислонилась к стволу толстенного явора и зачарованно посмотрела вверх на переплетение тонких ветвей на фоне пронзительно голубого неба. Лучики солнца пробивались сквозь кроны, на аллеи и тропинки ложились кружевные тени.

— Я помогу тебе подготовиться, Дана, — Ги не отходил ни на шаг, это немного раздражало. Вьется над душой.

— Спасибо, разберусь сама. Попытаюсь, по крайней мере.

— Но если будут вопросы, обращайся непременно!

Я кивнула.

Повисла неловкая пауза.

Ну давай, говори уже, чего хотел!

— Прости, что так получилось… С Меленой… — Вид у парня был довольно жалкий. Как сердиться на такого! Обнять и плакать хочется. — …мы не встречаемся…

Он так и будет лепетать, бедный птенчик?

— Ги, все к лучшему! Думаю, там, в Надании, мы сильно торопили события…

Синие глаза полыхнули яростью. Марвейн вдруг обрел утраченный пыл. Даже насмешка почудилась:

— Это из-за Яра Тореддо? Думаешь, ты нужна этому оборотню? Он, конечно, богач, но уже женат, как и принято в их племени. Ты несколько опоздала.

— Ах, как жаль! — я рассмеялась и развела руками. — Придется теперь в девицах век коротать. Что делать?

Ги некоторое время внимательно смотрел на меня.

— Такая же язвочка, как была, — восхитился он непонятно чему.

Ну нет, надеюсь, что уже совсем не такая глупая и доверчивая!

Наше уединение нарушила стайка девчонок с язычками пламени на форменных пиджаках. Я было напряглась, но тут же успокоилась, заметив их улыбки.

— Привет, ты ведь Дана? — девочки спрашивали меня, но задорно стреляли глазами в воздушника. — Приятно познакомиться!

Широко улыбнулась, и меня засыпали именами одногруппниц. А затем, студентки приступили к тому, что их на самом деле интересовало:

— Это правда? Правда? Говорят, что сам Адер принес тебя вчера на плече в общежитие!

Я поразилась, но не тому, что сплетня вновь настигла меня.

— Вы что, зовете декана по имени? — я вытаращилась на одногруппниц.

Ну вот никак не могу представить, что строгий дей’Хант не против такой вольности. Впрочем, себе-то он в вольностях не отказывает!

В ответ девочки так и покатились от смеха:

— Нет, конечно! Только за глаза! Он бы на клочки нас разорвал, если бы узнал!

— Так это правда? — снова подступила ко мне Амара — брюнетка с двумя задорно торчащими кверху хвостиками.

— А что вас удивляет? — я совсем не понимала, что такого в том, что декан вытащил из меня душу, а потом не оставил валяться в пыли. Он ведь отвечает за студентов. — Загонял на полигоне, как последнего наала, потому и пришлось меня тащить, ведь резерв до капельки израсходовала. Что в этом такого?

— Так он с тобой занимался сам? — восхитилась рыженькая девушка с пухлыми щечками, ее имя я тоже запомнила — Лотти. Остальные сделали вид, что эта информация вызвала у них головокружение, а то и обморок. Ги презрительно фыркнул, свысока глядя на все это.

— А что не так? — я все еще пыталась понять, в чем дело.

Наконец, мне объяснили:

— Декан до сих пор ни на одну тренировку огневиков не являлся! Занятия ведет наставница эр’Лоренн.

Эльфийка? Наверное, та, что вчера обучала воздушников крутить вихри из листьев. Отлично, кто угодно, лишь бы не тиранодекан! Измором он меня решил взять, надо же!

Прозвенел звонок и мы вернулись в аудиторию на «Бытовую магию». От этой лекции я не ждала неприятных сюрпризов, но мэтру Резе удалось удивить. Предметом изучения оказались не заклинания — большинство из них каждый знал и практиковал с детства — а то, как они работают. Заумные формулы и графики зависимости силы от результата. Я вспомнила, что накануне вертела в руках увесистый учебник по этому предмету. И здесь мне придется нагонять ускоренными темпами.

Мэтр, молодой гном, равнодушно бубнил, читая лекцию по конспекту. На инфо-экран за его спиной выводились формулы и графики. Мы прилежно перерисовывали все в тетрадь, а потом снова слушали: «бу-бу, бу-бу».

— А что за история с деканом? — не утерпел Марвейн. Он повернулся ко мне вполоборота и прикрыл рот рукой.

Вот чувствовала, что его прямо-таки распирает от любопытства. Не утерпел.

— Да я же все рассказала девчонкам… — шепотом ответила я.

— Но почему…

— Молодые люди на третьем ряду, мы вам не мешаем? — взорвался мэтр внезапно. Те, кого его нудный голос успел укачать, ощутимо вздрогнули. — Может, вы хотите взойти сюда и продолжить лекцию?

Мы с Ги ничего такого не хотели и дружно опустили глаза в тетради.

Урок продолжился в том же сонном ритме.

***

После «Бытовой магии» первокурсники вновь вырвались из строгого корпуса теоретиков, где с каждой стены на новое поколение беспечных студентов смотрело хмурое лицо светила магической науки. Я тоже вышла на залитую жарким солнцем аллею.

Марвейна, который все также неотступной тенью следовал за мной, приятели отвлекли разговорами. А меня поманила прохлада парка. Вновь оказавшись под зелеными кронами, я жадно вбирала свежие и пряные ароматы — глазами, кожей, легкими. Бежала по шелковистой травке и наслаждалась ее мягкостью. Вот бы Черныша сюда!

Что со мной?

Скучаю по зарослям и глубокой тени тропических лесов, что ли? Не может быть! Что я забыла там, кроме тоскливого одиночества и бесприютности? Голодная и измученная, я скиталась по дебрям в компании Черныша, и каждый шаг мог стать последним.

Но сердце тихонько ныло, а мысли то и дело возвратились к странному ночному кошмару. Зачем этот сон, и что вообще происходит со мной?

— Эй, Дана! А я тебя ищу!

Я оглянулась. Ко мне направлялся Яр с пестрым стаканчиком из кафетерия в руке.

— Скучаешь одна?

— Нет. Отдыхаю.

— Понимаю. Это тебе. — Мне в руку впихнули стакан, полный ягод. — Значит, любишь бывать на природе? Но ты ведь не эльфийских кровей. Чувствую в тебе лишь драконью кровь, но она не давит на меня. И это хорошо.

— «Давит» кровь? Как это? Это потому, что ты оборотень? Так вы чувствуете власть дракона?

— Ха-ха, сколько вопросов, детка. Ты любопытная. Это трудно объяснить. Сильная кровь, или как еще называют — активная, именно давит. Неодолимо. Так что плечи гнутся, а колени подгибаются. — Молодой оборотень нахмурился. — С драконами у нас сложные отношения. Мой клан, «Ледяной ветер», они давным-давно объявили мятежным и подлежащим истреблению. Впрочем, у иллирийских драконов[4] плохие отношения почти со всеми.

Вот почему с Нико так трудно ладить: он видит во мне врага, ведь я не драконица. Тхар, снова думаю о ледяном! Я положила в рот кисло-сладкую ягодку.

— А ректор как же? Он также давит тебя?

— Он нормальный мужик. И остальные драконы из преподов — тоже ничего. Но они много лет живут бок о бок с людьми, — может, это делает их самих человечнее?

Мне такая мысль пришлась по душе.

— Арк’Брокк мне понравился. Он показался нормальным — способен выслушать и понять других. Огненные из Надании не такие. Да взять хотя бы моего отчима — властный тип, которому ничего не стоило выдать меня замуж, лишь бы уберечь драгоценных дракониц от замужества с чужаком-ледяным!

Ой, я увлеклась, вспоминая споры с лордом Дирком, и наболтала лишнего! Впрочем, наверное, Яру неинтересно? Однако, взглянув на оборотня, убедилась, что и без того яркие глаза разгорелись от любопытства. Потому, взяв слово хранить секрет, кратко обрисовала свои похождения.

— Вот это да! И все это пережила ты, хрупкая девушка! А я… На мою долю выпало единственное жуткое приключение, и то я ничего не помню.

— Как это?

— Великий Кристалл Тьмы лишил меня памяти, вычеркнул примерно год из жизни.

— Расскажешь[5]? — с надеждой спросила я; забытые ягоды истекали соком в стакане. — Ну, что помнишь, хотя бы.

— Да рассказывать-то нечего. Меня похитил орден фанатиков, пытали, — Оборотень отогнул ворот рубашки, обнажая сильную шею. Я привстала на цыпочки, рассматривая тонкую паутинку шрамов на смуглой коже. Раны были страшными, если остался след — у оборотней ведь великолепная регенерация. — Очнулся уже в безопасности. И ничего не помню…

Яр заметно помрачнел, засунул руки в карманы и понурил голову, о чем-то размышляя. Я не стала расспрашивать, чтобы не бередить раны. Может быть, то, что забыл его разум, до сих пор помнит душа? Нет сомнений, что происшествие оставило глубокий рубец в сознании. Хотела бы я помочь.

Резкие трели звонка проникли и под кроны деревьев в парк.

— Пора на занятие. Спасибо за угощение, Яр, ягоды вкусные.

Пустой стаканчик отправился в мусорное измерение — вот Тхар, думать теперь, сколько силы я приложила, чтобы переслать предмет по назначению с помощью бытового заклинания.

Оборотень словно очнулся.

— Я провожу тебя, Дана.

— Не стоит, не заблужусь!

Я быстро обошла плотные заросли цветущего кустарника и вышла на аллею. Здесь меня встретил Ги.

— Дана, я тебя искал…

Тут он увидел выходящего за мной Яра и побледнел. Кулаки сжались. Порыв неожиданно холодного и резкого ветра ударил в лицо.

— Эй, Ги, ты чего? Остынь!

Марвейн не ответил, отодвигая меня себе за спину.

— Что, решил подраться за красотку, желторотик? — Яр откровенно ржал над попытками воздушника-первокурсника.

Я не собираюсь терпеть подобное! Схватила Ги за руку и с силой потянула прочь.

— Извини, Яр. Не знаю, что на него нашло! Бежим, Ги, мы опаздываем на историю!

Белокурый оборотень рассмеялся и, махнув на прощание, умчался в сторону полигонов.

Не могу сказать, что без труда уговорила Марвейна успокоиться. Еще трудней было объяснить, что он не вправе ревновать. Все, что обещали друг другу в Надании, осталось в прошлом. Мир вокруг нас изменился. Мы сами стали другими, потому наша первая любовь останется лишь прекрасным воспоминанием. Боюсь, Ги так и не уяснил это до конца. Мужчины порой так тупы! В результате хоть занятия начитаются здесь не сразу после звонка, а лишь с приходом преподавателя, на лекцию по истории магии и мира мы бежали, словно спасаясь от стаи диких зар.

Тишина и безлюдье в светлых широких коридорах, а также закрытые двери в аудиторию подсказали, что мы все-таки безнадежно опоздали. Ги аккуратно постучал, и мы тихонько скользнули в дверь. Со всех рядов на нас устремились взгляды — студенты только рады любому, даже крошечному происшествию, чтобы развлечься.

— Воды Великого океана служат домом множеству существ и…

Молодая преподавательница с простоватым лицом оборвала фразу и смерила нас недовольным взглядом с высоты кафедры. В строгом сером платье, с туго стянутыми на макушке светлыми волосами, наставница Эрмина Солей все равно казалась слишком молодой для преподавателя академии, потому держалась со студентами неестественно строго. Вот и сейчас она резко выпрямилась, словно проглотила палку, и насупила тонкие брови.

— Садитесь, Марвейн, стыдно опаздывать!

Я хотела пройти на место вслед за приятелем, но меня пригвоздили к месту громким:

— А вы стойте, студентка. Насколько я поняла, вы только что приняты на курс, но, видимо, плохо читали устав. На занятия запрещено опаздывать. Я отстраняю вас от моих лекций. Отправляйтесь к ректору и пишите объяснительную, пусть он дает вам допуск. Вон отсюда!

В огромной аудитории повисла тишина, — кажется, слышно, как об оконное стекло бьется муха. Все ожидали моей реакции.

Чего они ждут? Что я заплачу или буду просить эту надменную мымру?

К чести ребят, многие удивились или даже возмутились наказанию, несоразмерному проступку. Все ругают опоздавших, но отсылать к ректору? Тогда почему Ги прощён? Каждый мог представить себя на моем месте. Хотя, разумеется, нашлись и те, кто улыбался и потирал руки. Мелена, подружка Марвейна, кажется, и вовсе готова аплодировать.

Окунувшись в огорченный взгляд Ги, словно в теплое голубое озеро, я спокойно вышла из аудитории и тихонько притворила дверь.

Что ж, к ректору — так к ректору! Давненько на меня разъяренный дракон не орал.