Глава 14. Верх неуклюжести

— Ари, не нервничай так. Все хорошо, — Итта успокаивала меня всю дорогу до зала торжеств. — Да, это слабое утешение, когда перед тобой маячат ещё два наказания, но ты жива, ты в своем уме и прямо сейчас на тебя не наложено ни одного заклинания.

Итта всхлипнула, придержала меня за руку и крепко обняла.

Объятия подруги по-прежнему были родными и теплыми. Мне мгновенно полегчало. Итта до сих пор оставалась связующим звеном между мной и моей предыдущей жизнью. Сейчас всё менялось на глазах, я безбожно отставала от хода событий и с трудом верила происходящему. С такими обычными девушками как я, такого не случается!

Но действительность доказывала обратное.

Я крепче обняла подругу, не позволяя себе расплакаться. Отведу душу вечером, когда мы вернёмся к себе в комнату. А сейчас я никому не доставлю удовольствия тыкать в мое красное зареванное лицо пальцем и говорить, что это из-за стыда за развратную прогулку по академии.

На торжественный ужин я надела самую строгую форму, и она удивительным образом дарила мне чувство защищённости. Ну и обещание Тира, что он разберётся с каждым, кто посмеет бросить на меня хоть один косой взгляд.

— Побежали! — потянула я за собой подругу и понеслась, чтобы не обращать никакого внимания на стекающихся на пир студентов.

Мы с Иттой заняли свои места, и тут я снова занервничала. Подруги-однокурсницы похоже объявили мне бойкот. И если из-за соседних столов я нет-нет и ловила презрительные ухмылки в свой адрес, то за нашим столом меня попросту игнорировали.

— Итта, я еще чего-то не знаю? — я склонилась к уху подруги. — Почему они смотрят на меня, как на пустое место?

— Не бери в голову, Ари. Они просто глупые курицы, — пояснила Итта, но понятнее мне не стало, поэтому я продолжила свой допрос: — Итта, что произошло? Я должна знать! Я была готова к издевкам и насмешкам, а они… Почему?

— Потому что Криштиан сказал, что никогда в жизни не видел никого прекраснее тебя. И что ты была похожа на богиню во время этой своей прогулки.

Я поперхнулась. Криштиан был пятикурсником и считался самым красивым парнем нашей академии. Его любили, уважали, к его словам прислушивались.

— На богиню? Я? Вот уж это точно издёвка!

— Нет, Ария, — смутилась Итта. — Я видела тебя только мельком, уже у самых покоев повелителя Ледяных. И ты была такой… — подруга запнулась. — Давай поговорим об этом вечером, хорошо? А на них не обращай внимания — это просто зависть. О! А вон и твой Тир.

— Итта, прекрати, — я залилась румянцем, потому что все еще не могла свыкнуться со словами Тира о нас и нашем будущем.

— О-о-о, а вот главное блюдо! — Итта повернулась в сторону раздаточных столов, я последовала за ней взглядом и чуть не захлебнулась слюной.

Несмотря на то, что Тир кормил меня как не в себя, я уже была голодна.

В памяти моментально всплыло воспоминание, как он отделял для меня мясо от косточек, окунал аккуратные кусочки в острый соус, подносил их к моим губам, просил открыть рот…

Милостивая Айлана!

Я судорожно сглотнула, взглянула на Ледяного, но заставила себя оторвать от него взгляд и переключиться на еду.

А посмотреть было на что!

Вдоль дальней стены зала торжеств стояло пять вертелов с запеченными барашками, кабанчиками и огромным бычком. Шеф-повар академии был настоящим профи в деле приготовления мяса. Поэтому на наших пирах частенько можно было встретить очень важных персон, которые приезжали сюда только для того, чтобы отведать эти деликатесы.

В этот же раз были только свои…

Король, гадина Бланш, её шестерка ректор и троица Ледяных.

Я опять вернулась взглядом к Тиру.

Сердце усиленно забилось. Отчаянно захотелось оказаться с ним рядом, прижаться к сильному, надёжному телу, пропустить пальцы сквозь жёсткие вихры его волос, провести губами по жёстким чешуйкам на шее и согреть их своим дыханием. Вновь ощутить силу его желания — пугающую и влекущую одновременно.

Внезапно мое тело напряглось. Я среагировала на движение Тира за столом — он встал и следом за ним поднялась Бланш.

Он приводил в исполнение наказание. Наказание, которое Бланш, в отличие от меня полностью заслужила!

До стола повелителя было слишком далеко, я не видела злополучного пузырька, только руку Тира, зависшую над бокалом принцессы.

Бланш медленно встала со своего места. Гордо вздернула подбородок, взяла бокал, приподняла его на уровень глаз, отсалютовав Тиру, и неожиданно дернула рукой.

Я своими глазами видела это движение! Движение случайно выскользнувшего из руки бокала, но в следующий миг бокал вновь был у неё в руке, и поверх неё его сжимали пальцы Тира.

А потом я стала свидетельницей того, что однажды уже видела в конюшне академии, когда конюху нужно было дать выпить эликсир молодому жеребцу.

Тир перехватил рукой подбородок Бланш, заставил ее запрокинуть голову, надавил на подбородок, чтобы она не смогла закрыть рот и влил ей содержимое её же бокала.

Толчком от себя он отпихнул её в кресло, развернулся ко мне и сдержано кивнул — возмездие свершилось.

С этого момента всё вокруг перестало для меня существовать. Я как одержимая следила за каждым движением Бланш. Мне не хотелось пропустить ни единого мгновения её расплаты. Я никогда не была злопамятной, но всегда верила в высшую справедливость и в то, что зло должно быть наказано. А за плохие поступки рано или поздно настигнет кара.

Время принцессы пришло!

Минута. Вторая. Пятая…

Ничего не происходило.

От того, как напряженно я смотрела на Бланш, у меня начало рябить в глазах, а ей было все нипочем.

Она всё так же сидела в своем кресле между Тиром и королем, рассматривала сидящих в зале и время от времени прикладывалась губами к кубку.

А что если мы ошиблись?

Что если зелье, которым она хотела воздействовать на Тира влияло только на мужчин? Что если это наоборот было успокоительное, направленное на избавление от чересчур ярких эмоциональных перепадов.

Я перебирала в памяти последствия применения любовных эликсиров: бешеная страсть, неукротимое влечение, неспособность сдерживать либидо и невозможность контролировать свои поступки. Необходимость во что бы то ни стало удовлетворить свою нужду.

Звериная сила и своя же темная сущность, вышедшая на первый план.

Но Бланш была спокойна как змея, сожравшая пару-тройку кроликов.

— Ария, перестань прожигать её взглядом, — шепотом отвлекла меня Итта и пододвинула ко мне тарелку, уже наполненную ароматной мясной нарезкой и нежнейшим гарниром из запеченных овощей. — Тебе непременно нужно поесть. Ты сейчас тратишь столько сил, что вообще должна есть за троих.

— Угу, за десятерых, — истерично хихикнула я и облегченно выдохнула. Близость подруги позволяла отвлечься и не изводить себя мыслями, что принцесса выйдет сухой из воды.

Будь как будет, решила я, взяла в руки нож и вилку, занесла их над мясом и тотчас же сморщилась от противного звука, ударившего по ушам.

А исходил он от все того же металлического кубка, из которого пила принцесса, и от ножа ударившего по нему несколько раз.

— Прошу внимания, — громко проговорила Бланш, отрывая студентов от болтовни и заставляя их притихнуть. — Ваш уважаемый ректор, — она с усмешкой скосила взгляд на вмиг побледневшего мужчину, — и мой не менее уважаемый отец произнесли вдохновляющие речи, — лицо принцессы скривилось. — Я могла бы сделать то же самое. Внушить вам ложную надежду, потешить ваше завышенное чувство значимости и откровенно соврать, что если вы будете упорно трудиться из вас выйдет толк. — Бланш томно вздохнула, облизала губы, встряхнула своими идеально уложенными локонами. — Но я скажу вам правду.

Мгновение, и она взлетела на стол.

В зале воцарилась мертвенная тишина.

— А правда заключается в том, что…

— Бланш, — перебил её речь грозный голос короля.

— О, пап, я как раз об актуальном для нас нынче вопросе, — оскалилась она в ответ.

Но король не стал ждать, он совершил несколько пассов руками, среди которых я успела увидеть связывающее заклинание.

Но принцесса раскатисто рассмеялась и, отшвырнув ногой мешающие ей на столе блюда, завертелась, создавая вихрь защитного поля. Это была магия высшего уровня, доступная только сильнейшим магам. А Бланш была сильна. А ещё она на глазах всей академии оказала сопротивление королю.

Преподаватели и студенты пялились на спонтанное представление раскрыв рты. Итта под столом до хруста сжала мою руку. Тир исподлобья следил за действиями Бланш, словно выжидая её следующего хода.

Но ход последовал не от неё.

Ректор поднялся со своего места, натужно улыбнулся и охрипшим от напряжения голосом сообщил:

— Давайте поблагодарим аплодисментами нашу дорогую принцессу Бланш за демонстрацию непревзойдённого владения силой воздуха.

Раздались редкие хлопки.

Бланш прекратила вращение, но пространство вокруг нее продолжало вибрировать, образуя едва различимый защитный кокон. И я бы даже восхитилась, но злобный блеск ее глаз говорил о том, что ничего не закончилось.

— О нет, жалкий слизень, я только начала! — подтвердила она моё предположение. — И с вашего позволения… Хотя кому оно нужно?! Я продолжу в любом случае.

— Ария, — тревожно зашептала Итта, — мне кажется, сейчас самое время тебе отсюда уйти. Не знаю, какого факасса с ней происходит, но в том, что рано или поздно она обратит внимание на тебя, у меня никаких сомнений.

Подруга была права. К тому же возмездие вершилось каким-то странным образом. Я вновь посмотрела на Тира, и наши взгляды встретились. "Жди", — произнес он одними губами, и мне стало немного легче.

— Так на чем меня прервали? Ах да, на правде, — продолжила Бланш. — А правда в том, что все вы жалкие неудачники! А я рождена для страсти! — прошипела она сквозь зубы. — Для диких необузданных чувств! — дыхание принцессы стало рваным. — Я сама жажда! Само желание! Я вижу, как вы на меня смотрите. Что творите со мной в своих грязных фантазиях. Как подтираете свои слюни. Но ирония в том, что здесь, да и в нашей чертовой стране в целом нет ни одного достойного меня претендента! А тот, кому я готова себя отдать, выбрал никчемную, безродную девку! — Бланш со злобой выплюнула последние слова, а секунду спустя в меня на невероятной скорости полетел её кубок.

По лицу пробежал холодок невидимого щита, но он не пригодился, потому что взметнувшееся в воздух бело-синее пушистое облачко обезвредило снаряд раньше, чем он достиг своей цели.

Разъяренный крик принцессы разрезал пространство, и в следующий миг все тарелки, стоящие перед студентами взмыли в воздух и смачно впечатались в лица своих хозяев.

По залу прокатился вой разочарования. Нет, счастливчики типа Итты с хорошей реакцией и не менее отменной координацией тоже были. Подруга резко уклонилась в сторону. Я нет, но передо мной все ещё маячил щит Тира, поэтому кусочки мяса и овощей просто сползли по невидимой преграде, а вот тарелка от удара о жесткую преграду разбираюсь вдребезги.

Но и этого Бланш показалось мало.

Она взлетела в воздух, приземлилась на первый ряд столов, обернулась к повелителю Ледяных и показала ему неприличный жест. Затем одним движением расстегнула свой темно-синий вышитый золотом корсет, отстегнула длинную пышную юбку и, оставшись в высоких сапогах, в едва прикрывающем пятую точку белье и обтягивающем лифе, она зашагала по столам то и дело откидывая мешающую ей посуду носками своих сапог.

— Почему они её не остановят? — Итта посмотрела на меня выпученными от шока глазами.

— Это защитный кокон максимального уровня. Пока Бланш не истощит свой ресурс, его просто невозможно пробить. Ты знаешь, мне кажется в обычном состоянии она бы не продержалась так долго.

— Что значит, в обычном состоянии? — нахмурилась Итта.

— Э-э-э… А ты думаешь, она стала бы вести себя так просто так?

— Ну вообще она та ещё дрянь!

Мы инстинктивно пригнулись от оглушительного удара у входной двери.

— Нет-нет-нет! Отсюда никто не выйдет, пока я не позволю. А я не позволяю! — вновь заорала Бланш.

Мы оглянулись.

Самый крайний стол, от которого в разные стороны отползали испуганные студенты, со всего маха врезался в дверь, забаррикадировав вход в зал торжеств.

— Смотри, Итта, — дернула я подругу за рукав, переключая её внимание, — король все это время пытается пробить защиту Бланш. И это тоже исчерпывает ее силы, но их слишком много.

— А почему не вмещается кто-то из преподавателей? Или Тир Лоук? У него всяко есть, что ей противопоставить.

— Да, но…

Возмездие вершилось прямо сейчас. И повелитель Ледяных не собирался его прерывать, тем более оно, кажется, входило в свою самую активную фазу.

Бланш дошла до конца ряда, слегка согнула колени, оттолкнулась от поверхности стола и одним прыжком оседлала быка на вертеле.

— Ну что, это похоже единственная достойная внимания особь мужского пола в этом зале. — Принцесса томно поерзала по туше бедного животного. — При том, что он уже не живой! — истерично заржала она. — Как вы вообще живёте, понимая, какие вы ничтожества? — движения Бланш стали динамичнее. — О, Факасс! Да-да-да! — она извивалась в исступлении. — Дай уже огненным драконам прийти сюда! И взять нас! Вот для кого я была создана! А не для жалкого недоящера, возомнившего себя драко…

Речь Бланш внезапно прерывалась, и она тюком свалилась с обесчещенного бычка.

Мой взгляд метнулся к королю, но тут же перешёл на поднявшегося со своего места Тира.

Это он прервал откровения принцессы.

Я посмотрела ему в глаза и поддержала такое решение. Бланш упала достаточно низко, вытирать сейчас об нее ноги, значило испачкаться самому.

Моя жажда отмщения была утолена. Тира тоже.

Король молча встал, коротко кивнул Ледяному, перевел взгляд на дочь и одним движением глаз, приказал слугам позаботиться о Бланш.

— Угу, а говядины, к сожалению, мы сегодня так и не попробуем… — тоскливо пробормотала я, но услышали меня только Итта и Цветочек, гипнотизирующий быка. Вот он похоже кое-что себе урвет.

Через час мы с Иттой уже сидели у себя. После того, как король и Ледяные покинули зал торжеств, ректор произнес мутную речь про то, что родители не отвечают за поступки своих детей, напомнил про уважение к своему повелителю и прямым текстом указал на вред сплетен.

Затем он напомнил, что до последнего времени профиль нашей академии был бытовым и превратил продолжение пира во внеурочную практику — мы убирали следы погрома, устроенного Бланш.

Студентам хватило ума не роптать слишком громко, за что они были вознаграждены остатками еды. Далее последовал приказ разойтись по своим комнатам и не покидать их до особого распоряжения.

Мы с Иттой воздержались от пищи, ощущение было такое, что Бланш умудрилась загадить своей желчью даже то, к чему не прикасалась.

— Кто ж знал, что её прорвет прямо на пиру, — сокрушалась подруга, извлекая наши запасы на случай как раз таких форс-мажоров.

На столике появилось печенье, засахаренные фрукты, а комнату заполнил умопомрачительный аромат травяного чая.

— Мы знали, — я закусила губу, решив признаться подруге. — Тир Лоук дал выпить Бланш зелье, которое она вручила ему перед испытанием искушения. Она должна была на себе прочувствовать все прелести своих же благодеяний.

— Э-э-э… Тогда что это было? — озадаченно уставилась на меня Итта, — Если возбуждающее, почему она просто не висла на всех мужчинах подряд? Это вообще было похоже на воздействие эликсира правды.

— Ну… Она же четко назвала свой интерес, — сконфуженно напомнила я.

— Огненных? Знаешь, будь мы с ними в состоянии войны, это потянуло бы на королевскую измену.

— Думаешь, на нас наложат заклятие молчания?

— Думаю, это будет зависеть от переговоров короля с Ледяным, причем не без твоего участия, Ария. Ведь это была расплата за то, что принцесса вмешалась в твои наказания, верно?

— Да.

— Тогда не вздумай ее жалеть! Бланш не белая и пушистая овечка. Все ее действия были заранее спланированы. Она намеренно подвергала твою жизнь смертельной опасности, Ария. И расплата должна быть соответствующей.

Итта с грохотом опустила чайник на стол.

— Извини, что завелась. И дело не только в том, что ты моя близкая подруга, и я за тебя переживаю. Дело в том, что принцессе многое дано и природой, и по праву рождения. А в итоге мы видим беспринципную гнилую эгоистку с зашкаливающим самомнением, которой и сейчас всё может сойти с рук.

Я перехватила ладони Итты, сжав их в своих.

— Я не знаю, какое решение примет король. Но уверена, Тир позаботится о том, чтобы Бланш надолго запомнила свое выступление и то, почему это с ней случилось.

— Да будет так, справедливая Айлана! Пей чай, Ари, а то пока мы с тобой болтаем, придется разогревать его заново.

Я отхлебнула целебный напиток. Тепло заструилось вниз по горлу, согрело желудок и потекло дальше по венам, успокаивая и расслабляя.

— Итта, а что всё-таки с моей прогулкой по академии? — вернулась я к тому, о чём на пиру упомянула подруга.

— Впечатление, — немного подумав, произнесла она. — Не знаю, Ария, сколько там было от тебя, а сколько от суккуба, но ты не выглядела пошло.

— А как?

— Красиво. И даже немного божественно, не лиши меня Айлана языка за такое сравнение!

— Это голой и с одержимостью в глазах?

— Да.

— Мамочки…

— Да брось, после того, что выкинула Бланш, о тебе и не вспомнят. А те, кто вспомнит, то только с тоской, — хихикнула Итта.

В дверь постучали. И этот стук мы узнавали уже с первого удара.

— Итта, открой, пожалуйста! — бросила я подруге и метнулась к шкафу.

— У вас свидание? — стрельнула она в меня хитрым взглядом.

— Я обещала показать Тиру пророчество, которое нашла в библиотеке. Оно было в форме.

Я судорожно перебирала вешалки. Нет, ее здесь нет.

— Ария, ты наконец-то поняла, что нужно срочно обновить гардероб? — подразнил меня вошедший Тир.

Я закатила глаза, но не обернулась и на полном серьёзе подтвердила:

— О да! У Бланш были такие прекрасные чулочки, увидела и поняла, что мне срочно нужны такие же! Тир, жить без них не смогу!

Из-за дверцы послышался спертый смех Итты.

— Чулочки значит, — безэмоционально повторил Ледяной.

— И сапожки, да! — обернулась я к нему, едва сдерживая смех. — Чтобы так же лихо расшвыривать посуду со стола.

— Завтра, все будет, — на лице Тира не дрогнул ни один мускул и, кажется, он был даже был доволен.

Он что подумал, что я раскручиваю его на одежду?

— Я пошутила! — я тут же дала задний ход.

— А я, нет. И как раз об этом мне нужно с тобой поговорить, Ария Лив, — шагнул Ледяной ко мне навстречу, вынудив прижаться спиной к полкам.

Дверца шкафа скрыла на обоих от Итты, и Тир бесстыдно этим воспользовался: обнял за талию, притянул к себе, слегка приподнял и поцеловал.

Поцеловал так, как будто мы не виделись целую вечность и встретились.

И я не могла не ответить, потому что чувствовала то же — бесконечную радость от близости, желание никогда, никогда не расставаться, жить ради друг друга и любить растворяясь друг в друге.

Не знаю сколько продлилось бы наше безумие, но в ногу, что-то ощутимо толкнулось.

Моё дыхание сбилось, я поперхнулась и отпрянула от Тира, посмотрев под ноги.

— Цветочек! — ахнула в шоке, уставившись на своего фамильяра.

Он завалился на бок, выставив раздувшееся круглое пузо. Его лапки торчали вверх и расслабленно свисали кончиками. А пасть открывалась и закрывалась в попытке дожевать огромный кусок мяса.

— Эй ты, обжорка! Куда тебе ещё?! — присела я перед бедным животным и попыталась забрать у него добычу.

Он возмущённо прорычал и показал мне часть своих клыков, не выпуская мясо.

— Оставь его. У монолисов отличный метаболизм. Вот увидишь, к утру он опять проголодается.

— Ладно, Цветочек. Только не вздумай лезть с этим куском на кровать! — я назидательно погрозила фамильяру пальцем и вспомнила, чем я тут вообще занималась. — Тир, ты меня отвлек, а я искала пророчество!

— Оно пропало? — покосился он на лиса, словно точно знал, что тот виновен в исчезновении.

— Нет. Просто я не могу найти форму, в которую его положила.

— И когда ты надевала ее в последний раз? — Тир задал вопрос как заправский детектив.

— Когда пошла на встречу к ректору, — похолодела я от своего воспоминания. — Раздеваться я начала в его кабинете…

Мои щеки зарделись.

— Уверен, Ария, что твоя форма найдётся. Но, думаю, быстрее будет просто сходить в библиотеку, — участливо поддержал меня Тир. — Как насчёт сейчас?

Я посмотрела на часы.

— В библиотеке ещё есть дежурный. Нас пропустят, но, дело в том, что ректор запретил покидать свои комнаты.

— Он запретил покидать их студентам, — Тир улыбнулся уголком губ.

— Так я и есть…

— Нет, ты моя невеста, — безапелляционно отрезал он.

Я чудовищно смутилась, сердце надсадно застучало, душа заныла, потому что второй вариант пророчества мог в корне все изменить.

Мы с Тиром шли по коридорам академии, и я будто её не узнавала. За предыдущие годы учебы она стала для меня вторым домом. Мне нравились большие аудитории с высокими сводчатыми потолками. Древние потускневшие гобелены на стенах, к которым приходилось внимательно присматриваться, чтобы разобрать на них героические сцены. Тишина во время занятий и гулкое эхо шагов, улетающее в бесконечность.

Но всё изменилось.

Нет, не так. Всё менялось. И сейчас я не могла даже предположить, что будет завтра.

Присутствие Тира рядом успокаивало, дарило надежду, что я смогу пройти испытания до конца, защитить свою честь и освободить его от собственного заклятья.

Что будет дальше, ведомо только всезнающей Айлане.

— Ария, теперь я знаю точно, что тебя ни при каких обстоятельствах нельзя оставлять наедине со своими мыслями, — Тир придержал меня за руку, вынуждая остановиться.

— Ой, прости! Я совсем забываю, что ты меня чувствуешь, — я коснулась пальцами его плеча, медленно провела ими по твердой напряжённой мышце Ледяного, пытаясь загладить свою вину.

Только моих терзаний ему сейчас и не хватало. Но вместо того, чтобы назидательно указать мне на вред подобных дум, глаза Тира вспыхнули, их разрезали два черных вертикальных зрачка, а утробное дыхание вырвалось из его расширившихся ноздрей с громким шумом.

Мгновение спустя мы уже стояли в темной нише, недалеко от главного входа в библиотеку.

Ну как стояли…

Стоял Тир, а я висела в его объятьях, с трудом соображая, что же мне делать.

— Ещё… — обожгла его просьба мою шею.

— Что? — прошептала я, не понимая, чего он от меня хочет.

— Хочу чувствовать тебя всю, — простонал он в ответ и прижал к себе с такой силой, что мне стало трудно дышать.

— Тир, мне больно, — просипела я, и он тотчас ослабил хватку.

— Ты такая, Ари… — тяжелый вдох, — вкус-с-сная…

— Ты тоже не поужинал? — с ироничным смешком уточнила я, чтобы хоть чуть-чуть снизить градус.

— Я не о еде, — он и не подумал пойти мне навстречу, а лишь усилил накал.

— Тир-р-р! — приглушённо застонала я, когда он бесцеремонного добрался до моей шеи и не больно, но достаточно чувствительно прикусил кожу. — Библиотека закроется! А ты должен увидеть пророчество!

— К факассу его! — он поднял голову, в упор посмотрел на меня и смял мои губы властным, требовательным поцелуем.

На секунду из меня выбило дух! Всё тело вспыхнуло, жар мгновенно заполнил внутренности, превышая все допустимые нормы в одном конкретном месте. Все мои мысли завертелись вокруг него, но…

Он так легко отмахнулся от пророчества, которое может помочь его народу? Он вообще обалдел?!

Я втянула носом воздух и изо всех сил выдула его Тиру в рот.

Наш поцелуй прервался, но он тут же решил продолжить, перехватив рукой мой затылок и заставляя приблизить к себе лицо.

И я приблизила, но в последний момент вывернула шею и впилась своими зубами в верхнюю часть его уха.

— Ар-р-р! — возмущённо взревел Тир. — Ари, ты что творишь?!

— Я? Это ты что творишь? Отпусти меня немедленно! Мы опаздываем в библиотеку! И в мои планы совсем не входило вламываться в неё после закрытия.

— Можно подумать, ты этого не делала раньше, — огрызнулся Ледяной, потирая упущенное ухо о плечо, но так и не выпуская меня из рук.

— Если я это и делала, то одна. А ты, — я ткнула его пальцем в лоб, — совсем ненадежный подельник. Вот что это за поведение во время важной миссии? — с укором произнесла я и грозно нахмурилась.

Тир продолжал недовольно сопеть, прожигая меня неморгающим взглядом, а затем моргнул и расхохотался в голос.

— Как только разберусь со своими факассовыми делами, возьму у тебя несколько уроков, Ария Лив.

— Каких уроков? — я уставилась на него с подозрением.

— По сплоченной работе в паре. Хочу быть твоим надёжным подельником.

— Ой, а зачем ждать? Дам тебе один совет прямо сейчас. Слушай, что я тебе говорю и беспрекословно выполняй. Успех гарантирован!

— Это как на озере в первый раз? — ухмыльнулся он.

— Нет, как на озере во второй раз, когда всё получилось! Видишь, как мы здорово сработали в паре, — быстро показала ему язык я, и заметив, как вновь начал расфокусироваться его взгляд, поспешила призвать Ледяного к порядку: — Пророчество ждёт нас!

К счастью, оно действительно нас дождалось!

Я с трепетом в сердце переворачивала тонкие, пожелтевшие страницы древнего фолианта, почему-то переживая, что пророчество мне померещилось.

Но все обошлось, я осторожно провела пальцами по рукописным буквами, откашлялась и прочитала уже знакомые строки вслух:

— Пополам будет лед расколот

Как избавление от грехов,

Когда дитя огня поднимет молот,

Чтоб разрубить оковы прошлых снов.

Как избавление от заблуждения,

Она соединит в себе всю магию.

Вернет всем проклятым величие,

Прогонит тварь бездушную в изгнание.

Для Ледяного станет нареченной,

Единственною с повелителем обрученной.

Тир молчал.

Я обернулась и вздрогнула.

У Ледяного был такой взгляд, как будто он хотел испепелить пророчество. Более того, в его глазах была решимость уничтожить книгу любой ценой.

Я инстинктивно сдвинулась вправо, загородив собой ни в чем неповинный фолиант.

— Оно полностью противоречит первому пророчеству, — с едва сдерживаемым бешенством в голосе процедил Тир.

— Да, оно другое, — подтвердила я.

— Что это за книга? — он в одно мгновение оказался рядом, как пёрышко оттеснил меня в сторону, поднял фолиант и стал внимательно его изучать.

— Тир, положи его на стол. Такие старые книги требуют бережного обращения.

— Возможно, а возможно, ими следует топить печь.

— Ты что?! — подпрыгнула от негодования я и потянула его за рукав, призывая оставить в покое бедную книгу.

— Если это ложь, то ей не место в архиве.

— Какая ложь? Вот смотри, на книге стоит магическая метка, подтверждающая её соответствие времени создания.

— И что? Думаешь, тогда не было лжецов?

— Не знаю. Но какой в этом смысл?

— Вот и мне хотелось бы знать, кто это напророчил.

Тир закрыл книгу, засунул её себе подмышку и потянул руку ко мне.

— Куда? — вытаращилась я на него.

— Ко мне. Я должен показать её Ати. Уверен через несколько дней мы будем знать имя ловкого прохвоста, который решился на такой наглый обман, думая, что потомки ничего не заметят.

— Тир, но книгу нельзя выносить из библиотеки! — зашипела я на него.

— Пришло время проверить, Ария Лив, как мы работаем в паре. Ты отвлекаешь дежурного, а я позабочусь, чтобы книга не среагировала на магические ловушки.

— Тир, так нельзя! — и пока я глотала воздух от такой наглости, он уже направился на выход.

— Отлично сработано, напарница! — встретил он меня с широкой улыбкой около знакомой нам ниши.

— Знаешь, Тир, чего я опасаюсь?

— Чего? — улыбка мгновенно слетела с его губ.

— Как бы не выяснилось, что ты и есть потомок этого автора! — обличительно прошептала я, привстав на носочки и заглянув в бесстыжие глаза Ледышки.

— Ати умеет хранить тайны, так что не переживай об этом.

— Я? Очень надо! — фыркнула я.

— Ну как же, а вдруг это перейдет детям.

— К-каким д-детям? — сглотнула я из-за внезапно пересохшего горла.

— Нашим, — отрезал он, поцеловал меня в губы и потащил в свои покои, где мы провели ещё час, ужиная и слушая занимательную лекцию Ати о времени создания книги с пророчеством.

В нашу с Иттой комнату я возвращалась сытая и относительно спокойная.

У двери Тир нежно дотронулся пальцами моей щеки, погладил на прощание. На этот раз мне хватило ума, не касаться его в ответ, а у него сил, чтобы сдержать своё желание.

— Ари, возьми, — он протянул мне красивый, вышитый золотой нитью мешочек.

— Что это? — смутилась я.

— То, что позволит тебе подготовиться к Зимнему балу.

Я потянула тканевые края в стороны и застыла, там было три довольно крупных кристалла.

— Тир, я не возьму.

— Возьмёшь. И будешь самой потрясающей студенткой на балу.

Студенткой? Моментально среагировало моё сердце. То есть уже не невестой? А это отступные?

Губы предательски задрожали. Не то чтобы я уже срослась с ролью невесты или жены Тира, но внезапная потеря статуса застала меня врасплох.

— Хорошо! — вымучила улыбку я. — Я буду! — и без всяких прощаний юркнула в комнату, захлопнула дверь, моментльно заперев её на замок.

— Ари, ну что опять не так? — прорычал из-за двери Тир.

— Спокойной ночи, повелитель! — с обидой процедила я и с грустью повернулась к Итте.

— Так что не так? — она с любопытством смотрела на меня.

— Вот мои отступные за то, что он слишком поторопился назвать меня невестой.

Я подошла к ней поближе и вытряхнула на ладонь три кристалла.

— Ого… — присвистнула Итта. — Ну-у-у… с такими отступными ты можешь называть себя как захочешь, — нервно хохотнула она.

— А вот да! — коварно прищурила глаза я.

План подготовки к Зимнему балу мы с Иттой обговорили тут же. Ничего не менялось. Нам нужны наряды, украшения и иллюзии. И если на первые два пункта финансовое положение студента влияло значительно, то последний зависел только от собственных навыков и умений.

Абсолютно все учащиеся академии обожали Зимний бал, даже те, кто не мог блеснуть ни шикарным нарядом, ни своим мастерством. На празднике всегда было на что посмотреть и чем восхититься!

Вдохновение лилось через край. Студенты старших курсов устраивали такие представления, что мы с Иттой потом не спали ночами, гадая, что и как было использовано. Непременно хотели достичь такого же уровня волшебства и даже его превзойти. Ну а самые красивые наряды и украшения задавали моду на весь следующий год.

Иллюзии для бала мы давным-давно отработали. В этом году Итта выбрала рой пчел, сопровождающий её повсюду и принимающий различную форму по запросу своей хозяйки.

Мой выбор остановился на огне. Да, даже здесь я подсознательно стремилась взять его под контроль. По подолу моего платья разгоралось и затухало пламя, в особенные моменты огонь скрывал меня полностью, а затем разлетался причудливыми созданиями. Зрелище, обещало стать невероятным во время танцев.

— Итта, бери все необходимое с собой. Мы не будем сюда возвращаться. Пойдем сразу в город, — напомнила я подруге утром перед выходом на занятия.

— Да, Ария. Надеюсь, хотя бы сегодняшний день пройдет спокойно. Ай, — вскрикнула она, когда Цветочек, как обычно, попытался протиснуться между ногами подруги и открытой дверью и не смог. — Ария, он что вырос? — Итта резво отпрыгнула в сторону в изумлении глядя на исчезающий хвост манолиса.

— Не знаю. Сегодня он спал на полу. — озадаченно закусила губу я. — Думаешь вчерашний ужин так сильно на него повлиял?

— Ну да, мясо, к которому прикоснулась сама принцесса Бланш, обладает поистине великой силой, — ухмыльнулась Итта. — Может мне и померещилось, но будь готова к тому, чтобы наложить на кровать заклинание укрепления, потому что теперь она может не выдержать его прыжков.

— Сделаю вечером. Подстраховаться не помешает, — я пригладила волосы, проверила мешочек с кристаллами, который положила в сумку ещё вчера вечером, мы вышли в коридор, быстро добежали до столовой, почти без разговоров позавтракали и пришли на первую пару.

Всё было почти как всегда, за тем исключением, что студенты вели себя чуть тише и сдержаннее, чем обычно.

Все расселись по своим местам, преподаватель вышел к кафедре, прочитал заклинание присутствия, удовлетворённо кивнул, но вместо того, чтобы начать лекцию, откашлялся и заявил:

— Хочу вам напомнить, уважаемые студенты, что при поступлении в академию каждый из вас подписал договор о том, что ни при каких обстоятельствах не будет очернять имя принявшего вас заведения. А поэтому в свете последних событий и во избежание слухов порочащих светлое имя академии, мы приняли решение о небольшой процедуре, которая гарантированно позволит это предотвратить.

Несколько секунд, и в двух противоположных углах аудитории появились два мага. Мага в форме специальной королевской службы.

— Зачем они здесь? — ошарашенно прошептала Итта, а я судорожно оглянулась, потому что для массового наложения заклинания им не хватало третьего.

Нет, хватало.

Третий маг стоял в самом последнем ряду в центральном проходе между столами. Его руки уже были подняты.

— Расслабься, — прошептала я Итте и выдохнула воздух из лёгких, приглушая сознание.

Противостоять тройственному заклинанию без сильнейших амулетов невозможно, сопротивление возвращалось мощным ментальным ударом.

Дело было сделано.

Никто из присутствующих не сможет поделиться информацией о том, что произошло в академии вчера вечером.

Маги с чувством выполненного долга покинули аудиторию, и занятие продолжилось как ни в чем не бывало.

Мы молча пялились друг на друга. Такой пункт договора действительно существовал, и мы его спокойно подписывали, потому что точно не собирались порочить светлое имя академии. Вопрос был в том, какое отношение к нему имела Бланш.

Меня разрывало от желания обсудить случившееся с Иттой, но преподаватель использовал все свои навыки, не позволяя нам этого сделать. На перерыв мы вылетели, как пробки из бутылки, но улететь далеко не смогли.

Возле дверей меня уже ждали.

Ректор, Тир и два его друга.

Факасс… Опять наказание?!

— Доброе утро, Ария. — Тир предложил мне руку, а я нервно оглянулась на подругу. Предпоследнее наказание ставило крест на всех наших планах. — Итта, ты пойдешь с нами, — спокойно произнес Тир. — Ректор уже подписал ваше освобождение от занятий, верно?

— Да, — зыркнул на нас он. — Давайте уже покончим со всем этим, и покой наконец вернётся в нашу академию.

— В нашу жизнь, — подкорректировал его слова Тир, и не обращая внимания на ректора повел меня вперёд. — Как ты себя чувствуешь? — мягко сжал он мои пальцы. — Чего ты испугалась час назад? Но потом сразу же успокоилась.

— Ты так сильно меня чувствуешь?

— Ещё как. Я не спал вчера полночи из-за твоей обиды. Ария, нельзя быть такой гордой. Нужно уметь принимать помощь. Так чего ты испугалась? — не стал углубляться во вчерашнюю проблему Тир.

Я честно попыталась сказать о тройственном заклинании и не смогла. Ну конечно саму процедуру они тоже внесли в запрет!

— Потом. Хорошо?

— Хорошо.

Тир притянул меня к себе прямо на ходу и поцеловал в щёку.

Ну вот зачем?! Если уже и так понятно, что ничего не будет.

— И, пожалуйста, привыкай быть со мной на людях.

Мне оставалось только закатить глаза и хлопнуть себя по лбу.

— Но зато из-за твоего вчерашнего воинственного настроя, я понял, что поспать мне точно не светит и вернулся в библиотеку.

— Зачем? — в ужасе уставилась я на Ледяного, представляя, что он ещё успел оттуда стащить.

— За тем, чтобы наконец-то изучить твои оставшиеся наказания.

— Да? — замерла я, и у меня в груди болезненно защемило.

Сколько себя помню, мне всегда приходилось заботиться о себе самой. Не потому что было некому. Я всегда считала себя сильной. Я могла справиться со всем. И вот сейчас, когда моих сил почти не осталось, эта забота Тира была такой… уместной… Я хотела её, и он мне её дал.

— Спасибо, — я поблагодарила его, сглотнув слезы.

Он повторно сжал мою руку.

— По заключительному ничего конкретного, а предпоследнее вполне понятно. Я сам потребовал у ректора ускорить его. Ты будешь под нашим присмотром, тебе нечего опасаться, Ари. Наказание "неуклюжести". Нечего делать!! Разделаемся в два счета.