Глава 18. Сияй

Когда Итта с Ингом вызволили меня из подвала, я не думала ни о чем другом, только бы найти Тира и успокоить его. Со мной ничего не случилось. Всего лишь пропустила начало бала.

Ну и конечно я хотела забрать его и протанцевать с ним весь бальный вечер. Только с ним. Вдвоем.

Как же горели мои глаза, когда я увидела этого ледышку, присосавшегося к какой-то девчонке!

Вот значит какая его любовь. Недолгая. Ветренная. Вспыльчивая. Зажигается и гаснет, как искра. Такая же изменчивая, как огонь!

— Ария! — где-то сзади пискнула Итта, но у меня не было сил повернуться к ней и успокоить. Весь мой мир сосредоточился только на Тире Лоуке.

— Предатель! — все что смогла произнести я, прежде чем развернуться и броситься прочь.

Все расступались передо мной, наверное только поэтому я не упала, хоть ничего и не видела перед собой из-за слез.

Ну почему я поверила, что могу быть с ним? Что у нас есть будущее?

— Постой же!

Его рык сотряс воздух. Я украдкой смахнула слезы и повернулась. Что он скажет? Что я была ошибкой? Что ведьма не достойна быть с Ледяным?

Тир Лоук стоял в нескольких шагах от меня и не мог дотянуться.

Я видела как он изо всех сил пытается прорвать невидимую преграду между нами, но его усилий не хватает.

— Прекрати сопротивляться!

Тир смотрел мне в глаза, просил остановиться, но…

— Я ничего не делаю, — растерянно отозвалась я и осмотрела себя и платье.

Вокруг меня вихрились иллюзии. Их было чуть больше, чем я наколдовала вначале, но видимо опять все пошло не по плану. Наверное из-за расстройства я что-то напутала и эффект стал громоздким что ли.

— Убери стихии! — продолжал давить Ледяной, пытаясь приблизиться ко мне, но его словно что-то не пускало.

Ноги Тира приросли к каменным плитам зала, при попытке дотянуться до меня на него обрушивался шквалистый ветер, а невероятный белоснежный камзол, словно созданный изо льда, начинал чернеть и обугливаться в тех местах, где соприкасался с моими иллюзиями.

— Это не я… Я так не умею, — запричитала я, делая шаг к Тиру навстречу.

Его отшвырнуло от меня, заставив магов закричать и расступиться.

Я поспешно захлопала по платью, пытаясь отключить глупые иллюзии, но от моих попыток они только сильнее кружились, расширяя пространство вокруг меня.

— Кто это, факасс подери?! — вскричал представительный мужчина как-то очень сильно напоминающий повелителя драконов, которого я видела только на картинке.

Ректор сразу же выступил вперед, мелко кланяясь и извиняясь за меня.

— Одна из наших студенток… Хи-хи… Ничего стоящего. Она всего лишь слабая девчонка, не способная укротить собственную стихию, повелитель.

Ага! Значит, я права, это и есть дракон!

— Которую из четырех? — взревел он.

— В каком?.. То есть, это не стихии, — снова трусливо захихикал ректор. — Это иллюзии! В иллюзиях она искусна. Наш лучший бытовой маг!

Неужели я услышала гордость за меня от этого предателя?

— Разуй глаза! Ее защищают все четыре стихии! Остановите девчонку!

Когда дракон двинулся на меня, я всерьез испугалась.

— Итта! Итта, где ты? Помоги залить пламя! — взмолилась я, оборачиваясь к подруге.

Вся укрытая парящей вокруг ее платья росой, она моментально произнесла заклинание и на меня сверху обрушился поток воды.

Но не долетел…

Мое пламя испарило весь водопад за долю секунды. С шипением пар рванул к потолку и спустился по стенам, заставляя студентов-магов визжать и отпрыгивать.

— Огненная! — изумился дракон останавливаясь на полпути ко мне.

— Айлана, приди и защити! — воскликнул потрясенный ректор, прячась за спиной дракона.

— Стойте! Не смейте приближаться к ней! — рявкнул Тир Лоук, неожиданно окружая себя снежно-ледяной стихией и уверенно направляясь ко мне.

— Нет! — пискнула я и вытянула руки, стараясь удержать его.

Но упрямая ледышка конечно проигнорировал мое предостережение. Наши стихии соприкоснулись, закручиваясь в новый вихрь урагана.

Воронка вокруг нас завывала вьюгой и ревела огнем. Снежинки смешивались с искрами, таяли и тут же превращались в жалящие ледяные осколки. В ушах стоял дикий гул, за которым я только угадывала крики Короля и Бланш.

— Выбегайте! Спасайтесь! Все на улицу! Прочь из зала!

Молнии разрывали пространство, переплетаясь золотыми и серебристыми косами. Но несмотря на все сопротивление Тир шаг за шагом приближался ко мне.

В миг, когда его пальцы коснулись моих, битва стихий резко прекратилась.

— Я с первой встречи ломал голову, почему ты кажешься мне знакомой, — прошептал он.

Но теперь, в звенящей тишине, отчетливо было слышно каждое его слово.

— Почему?

— Потому что ты предназначена мне, — просто ответил Тир и притянул меня к себе, смыкая руки за моей спиной.

Под чье-то изумленное аханье стихии снова поднялись, сплетаясь замысловатым узором из льда и огня вокруг нас. За моей спиной взметнулся алый плащ покорного мне магического огня. А за спиной Тира взметнулись снежные крылья с острыми ледяными наконечниками вместо перьев.

Весь его наряд переливался ослепительными чешуйками, отбрасывая на лицо Ледяного блики, отчего и Тир казался облеплен такими же чешуйками.

Я не удержалась и протянула руку, чтобы коснуться пальцами его лица.

— Любовь моя, — проговорил Тир, — ты примешь меня? Станешь моей на всю жизнь, что отмерена нам Фреей?

— О, великая Айлана, не допусти этого… — где-то сбоку простонал ректор, как всегда вмешиваясь и портя такой прекрасный момент.

— Отец, ты не собираешься остановить этот беспредел?! Он — мой жених!

Я с удивлением повернулась к девушке в белоснежном платье. К той, кого так бесцеремонно целовал Тир, когда я вошла в зал.

Гнев и обида снова обдали жаром. Но моя ладонь уже лежала на щеке Ледяного, так что пощечина оказалась стремительной и оправданной.

— Ари! — взревел Тир, потирая ярко-алую скулу.

Хм, а сил то у меня с укрощением магии прибавилось!

Я с восторгом поглядела на свои руки, чувствуя в них невероятную силу. Впервые! Полную!

— Тебе пора определиться, чей ты жених, Тир Лоук, — произнесла я отступая от него на шаг.

Связь между нами оборвалась. Мой огненный плащ и его снежные крылья опали, но сияние от нас все еще исходило, поглощая внимание всех оставшихся в зале.

— Тир Лоук, ты не можешь сделать предложение другой, будучи помолвленным с моей дочерью! — громогласно проревел дракон. — На кону пророчество и спасение всех драконов и Ледяных!

— Согласно пророчеству, я должен заключить союз с моей Истинной, — спокойно ответил Тир, не сводя с меня своих побелевших глаз. — И с дочерью огня.

Я привыкла к индиговым, но когда Тир поднимал свою магию, они у него белели, делая совсем уж нереальным. Вот и теперь он пугал и подавлял своим ледяным взглядом.

— Твоей Истинной может быть только огненная принцесса. Моя дочь! — упорствовал дракон.

— Вегер Асса, приглядись к Арии. Она никого тебе не напоминает? — смеясь, ответил Тир.

И ведь еще находит время для шуточек! Откуда повелитель драконов может меня знать?! Я с ним никогда не встречалась, а он про меня вообще не слышал до сегодняшнего дня.

— Ари, — мягко пророкотал Тир, — а тебе знаком этот мужчина?

Я неуверенно кивнула:

— Это повелитель драконов. Верно?

Ледяной кивнул.

— А как ты узнала, ведь на его прибытии ты отсутствовала?

— По картинке…

— По какой картинке, Ари? Все изображения драконов в человеческом облике запрещены, — продолжал давить Тир.

Но тон его оставался по прежнему мягким, поэтому я не ждала от него подвоха.

— Мне мама показывала. Еще в детстве. И говорила, что это повелитель драконов.

Еще она говорила, что если я увижу рядом этого мужчину, то должна бежать от него сломя голову. Но этого я Тиру говорить не стала. Потом может расскажу, если после всего случившегося выживу.

Тир впервые отвел от меня свой ледяной взгляд и уставился на дракона.

— Значит, моей Истинной может быть только огненная принцесса? Ваша дочь? Но не странно ли, что ее мать хранила вашу карточку в человеческом обличии? Кому вы могли сделать такое исключение и подарить свой портрет?

— Папа? — девушка в белом с удивлением посмотрела на дракона.

Тот побагровел и как будто пошатнулся.

К нему тут же подошел Ати. Я думала, чтобы поддержать повелителя, но тот протянул дракону другую карточку. Глянув на нее, дракон простонал, как смертельно раненный, и произнес имя моей матери.

— Тир, что происходит? — всхлипнула я, напуганная реакцией дракона и его странным изучающим взглядом. Я чувствовала себя сахарной косточкой для голодного Цветочка, и это ощущение мне категорически не нравилось.

— Прости, любимая. Мне пришлось покопаться в твоем прошлом, чтобы понять, с кем связала меня судьба.

— Моя дочь? — пораженно прошептал дракон. — Так вот почему твоя мать сбежала от меня… Она пыталась скрыть…

— Отец?! — снова закричала девушка в белом. — Ты можешь объяснить, что здесь происходит.

— Это старая история, Аника, — все еще потрясенным голосом ответил дракон. — Я не могу поверить… Но кажется, у меня две огненные дочери…

У меня уже кружилась голова от кучи новостей. Все как будто происходило не со мной, но я вынуждена была стоять здесь и смотреть. Наблюдать за истерикой принцессы драконов. Принимать повелителя драконов за отца. А что Тир?

Я перевела взгляд на Ледяного. Тот уже стоял рядом и поддерживал меня за локоть.

— Я чуть не потерял тебя по собственной глупости, Ари. Но отныне, если ты примешь меня, обещаю быть с тобой до конца!

Мне очень хотелось просто закрыть глаза и прижаться к Ледяному. Обнять и поверить. Все мое существо тянулось к нему, открывалось и обещало согреть нас двоих даже в его Ледяных пустошах.

— Если поцелуй с Аникой никак не проявился, — снова вмешался дракон. — Должно быть в твоих выводах есть смысл. Прими Ледяного, дочь моя. Возможно, он твой Истинный.

Слова дракона оглушили меня, но Тир как всегда не терял времени. Я тут же оказалась распластанной на его груди, наши губы соединились, и я отдалась потокам силы, перетекающим из меня в него и обратно.

Время застыло, пока магия меняла нас и наши судьбы.

Я чувствовала Истинного как себя. Знала, что он наполняется чувством меня. Мы уже не были Арией и Тиром, мы переплетались, становясь одним целым на двоих.

— Люблю тебя, — прошептал Тир.

Или подумал…

— Ты моя жизнь, — ответила я.

Или подумала…

Но как только наши губы разъединились, Тира подбросило вверх. Его голова безвольно откинулась а на месте ошейника прорезались тонкие линии, наполненные невыносимым ослепительным светом.

— Нет-нет-нет, — заскулил ректор, пригибаясь. — Этого не должно было случиться…

— Все прочь из зала!!! Он сейчас взорвется! — нечеловеческим голосом заорал дракон, хватая рукой свою дочь, другой — меня, и вытаскивая нас из зала, где уже посыпался потолок и закрошились стены от невероятной мощи, исходящей от Ледяного.

— Тир! — вопила я, вырываясь из хватки дракона. — Тир! Прости! Я не хотела! Ти-и-ир!

Неужели это из-за моего ошейника? Месяц уже прошел и Тира настигла расплата?

Все попытки вернуться и спасти его не удались. Я была во дворе академии, когда купол торжественного зала рухнул вниз, погребая под собой Тира Лоука.

Из глаз брызнули слезы бессилия.

Стоило ли обретение мной магических сил жизни моего любимого?

На плечо опустилась рука повелителя огненных:

— Не плачь, Ария. Теперь ты не одна, — с утешением обратился он. — Я заберу тебя с собой, дитя.

Но я не понимала его слов. Все мое существо скорбело из-за потери любимого.

— Как просто было не лезть туда, куда не просят! — вдруг раздалось за спиной.

Я настолько поразилась пренебрежительной насмешке в голосе, что не сразу поняла, кто это говорит. Но все взгляды сейчас были направлены на говорившего.

Ректор?

Я смахнула набегающие слезы, чтобы прогнать слепящую пелену, и пыталась разглядеть ректора, но он все равно словно расплывался, став оболочкой чего-то большего.

Или кого-то…

— На колени перед вашей богиней, — прогремел божественный глас.

— Невероятная Айлана, — прошептала рядом Бланш и рухнула на колени.

За ней рухнули все остальные.

Только я, дракон и его дочь остались стоять.

— Ахаха, узнали? Просите у меня милости, людишки, трепещите, восхваляйте! Ни один из вас даже лико мое не может узреть! Вы слепы и глупы!

Я обернулась на дракона. Тот в отличие от меня и Аники даже не щурился. Свет богини не слепил его, как нас. Маги же вообще не поднимали лиц, припав к земле.

— Вы видите его? — тихо спросила я дракона, не в состоянии разглядеть ректора.

— Ее, — также тихо подтвердил он. — Демоницу.

Я смешалась, но спорить не стала. Все же знают, что Айлана — богиня. Но может у драконов как-то иначе устроено зрение.

— Ты! — богиня обратилась ко мне, выделив меня своим перстом. — Должна была сгинуть. Никто еще не проходил все семь испытаний Основателей!

Меня пробрала дрожь, но я снова с горем посмотрела на руины некогда прекрасного павильона с залом для торжеств. Я бы не выжила, если бы не Ледяной. Он каждое испытание защищал меня. Спасал, подставлял свое плечо и даже останавливал время, чтобы я не погибла.

И все напрасно.

«А может это судьба?»

Как перезвон ледяных колокольчиков в голове раздался странный голос. Такой нежный и хрустальный, что сердце зашлось от радости.

Но это совершенно точно не было его судьбой! Это я должна была погибнуть за слишком амбициозные желания, а не Тир Лоук, который хотел спасти не меня, а всех своих подданных. Всех Ледяных. А теперь они обречены.

«Если бы ты не призвала Ледяного, не связала его как своего фамильяра, ты бы погибла».

В голове продолжал звенеть приятный голосочек, пока я силилась отвернуться от разрушенного павильона и рассмотреть великую Айлану.

Боги никогда не являлись людям. Только первородным драконам, и то тысячу лет назад!

— Я прекрасно знаю, чье ты оружие, глупышка. Жаль, что и ты умрешь, несмотря на то, что выдержала все испытания, — донеслись до меня слова Айланы, занявшей тело ректора.

Я не успела посмотреть на нее, когда в мою сторону полетели тысячи поднятых в воздух острых ледяных осколков.

В ужасе я вскинула руки и с кончиков пальцев само собой сорвалось заклятие жара. Меня, дракона, Анику и всех близ стоящих на коленях обдало брызгами воды. Зимой особенно освежающе. Об этом я успела подумать и сразу запустила вихрь подогретого воздуха, чтобы просушить случайных очевидцев моей неумелой магии.

Ректор засмеялся неприятным скрежещущим смехом.

Я невольно сравнила собственное восприятие от голоса, звучащего внутри моей головы, и от смеха богини. Разве не должно быть все в точности наоборот? Не должно ли сердце от голоса Айланы трепыхаться от восхищения? Почему при ее смехе меня пробирает дрожь и ужас?

— Твои иллюзии смешны, Фрея, — зло произнесла она в мою сторону. — Как и попытки избавиться от меня! Факасс забыл тебя. Сгинь и ты вместе со своим огненным дитя! Тебе уже ничего не поможет. Ледяной погребен навеки вечные!

Почему она меня назвала Фреей? Кто такая Фрея?

Я снова оглянулась, но словно всей кожей почувствовала, как черная магия накатывает на меня.

Я открыла рот, чтобы закричать в последнем предсмертном крике, но изо рта раздался уже знакомый мелодичный голосок:

— Не спеши хоронить моих детей, Айлана. Рождение дракона всегда проходит через боль.

Я, (или уже не я?), успела отразить атаку бликующим щитом света, и в тот же миг время снова зашевелилось. А ведь до этого словно ползло еле-еле, тягучее и такое плотное, что казалось, его можно потрогать руками.

Со стороны павильона раздался грохот и сверхъестественный рев! Я вздрогнула и повернулась в ту сторону.

Все маги, люди и драконы забыли про богиню и неестественное поведение ректора, и теперь смотрели только туда, откуда слышался рев чудовища.

Из центра завала взлетали и рушились огромные обломки каменных конструкций. Земля под ногами дрожала, заранее предупреждая нас об опасности. Те маги, кто стояли недалеко от павильона, в ужасе и с криками побежали прочь, как можно дальше.

Среди них я заметила Итту, поддерживаемую Ингом, но мой голос потонул в грохоте, издаваемом чудовищем.

— Этого… не может быть…

Я только на секунду отвела взгляд от развалин и посмотрела на потрясенного повелителя драконов. Тот менялся. Очертания его тела стали такими же зыбкими и неуловимыми глазу. Он словно распадался на частицы расширялся и рос.

Его дочь отскочила от отца и отбежала подальше. Я еще не поняла, что сейчас, прямо на моих глазах, повелитель принимает истинную форму огненного дракона!

Я не ожидала, что за свою маленькую жизнь стану свидетельницей таких невероятных событий! Я не выдержу! Я ведь простой бытовой маг!

«Уже нет, дитя. Ты мое оружие. Продолжение меня. Ты — особенная».

— Нет, нет, я не такая. Я боюсь…

«Ария Лив, ты прошла семь испытаний Основателей. Ты покорила сердце Ледяного. Ты пробудила свою магию. Отныне твоя жизнь не будет прежней. Прими себя».

— Я не смогу.

Дракон снова собирался в себя из мелких частиц, но теперь он был огромен! От него просто фонило силой и магией. Из глаз непроизвольно лились слезы от страха и восхищения.

Воевать с драконами? Кто вообще мог до такого додуматься? Они же подобны богам!

Внутренний голосочек зазвенел переливами смеха. Но и он замолк, когда над полуразрушенными арками павильона показался ледяной хребет белого дракона…

Мир еще не видел такого существа. Даже боги рядом со мной и внутри меня застыли и замолчали, завороженные зрелищем Ледяного дракона.

— Мамочки, — прошептала я и таки рухнула на колени. Но не от почитания, а от от благоговения, когда ноги просто перестали держать.

Ледяной легко перевалил через разваленную каменную стену, тряхнул головой, заставляя ледяные чешуйки на шее зазвенеть, и расправил невероятные белоснежные крылья.

Многие не удержались и ахнули от восхищения.

Огненный дракон ощерился, но не делал никаких резких движений, пока расплывающийся в очертаниях ректор вновь не заорал голосом ненавистной теперь мне богини Айланы:

— Убей его! Уничтожь! Во имя Факасса!

Вот тогда Огненный взревел и прыгнул на Ледяного. Я завопила, но ноги как будто приросли к месту, не позволяя сделать ни шагу.

— Довольно! — вырвалось из горла, рука взметнулась и время остановилось, не действуя только на меня, ректора-Айлану и моего Ледяного дракона, который выглядел точь-в-точь как фамильяр из сна!