Глава 3. Инициатива наказуема

Тир Лоук

Я принял приветствие королевских гончих и перевел взгляд на ректора. Он будет удивлен, что именно в его академии мы будем базироваться.

А все из-за демоновой ведьмы!

Я подавил готовый вырваться из горла рык и чуть дернул подбородком. Ати заметил мой жест и вышел чуть вперед, чтобы самому провести переговоры с ректором.

— Давит? — сочувственно поинтересовался Инг.

— Душит! — сквозь зубы выдавил я.

— Это она, да?

Я только кивнул.

— Ты чуть ее не прибил, Тир. Будь аккуратнее, что ли. Людишки очень хрупкие.

Было сложно контролировать эмоции, когда они клубами пара вырывались из ноздрей, как у адских псов.

— Она не сдохла. Но еще пожалеет об этом, — пробормотал я, тут же улыбаясь ректору и благосклонно кивая на его добрые пожелания. — Я устрою ей такую жизнь, что погибель покажется избавлением.

Именно над этим я думал, пока Ати договаривался с посыльными Короля и ректором о нашем размещении и месте для отбора и тренировок бойцов.

— У нас небольшая академия, — извиняющимся тоном заговорил ректор. — Возможности довольно скромные в части удобств.

— Ерунда, — отрезал я. — Мы привыкли к походным условиям. Решите вопрос с местом для тренировок. Это нужно больше вашему Королю, чем мне.

— Конечно, повелитель Тир.

Я поморщился, но из дипломатических целей, продолжал изображать военного консультанта. Если Огненный повелитель драконов узнает, что я лично тренирую боевой отряд магов, нейтралитет не удержать.

А я не хотел войны для своего народа! Мы веками избегали всех этих политических интриг, чтобы сохранить численность и не исчезнуть с лица этого мира.

Пока не появилась ведьма и не поставила меня на колени в прямом и переносном смысле.

Ректор суетился. Он понимал, что в ближайший месяц будет вынужден выворачиваться наизнанку из-за меня и из-за частых визитов своего Короля. Но я не планировал оставаться здесь надолго. Ровно до того момента, как избавлюсь от ошейника подчинения.

В этом мне точно поможет ведьма.

А потом я убью ее!

От этой мысли дышать становилось легче, и я смаковал подробности расправы над маленькой неумелой магичкой.

У магов нет шансов против Огненных драконов и демонов, если они в академии набирают таких гусынь.

Я хмыкнул.

С другой стороны, гусыня подчинила меня магией, которая мне не подвластна. Поймала в детские ловушки, которые мы не смогли разрушить сразу. И чуть не растерзала огненными пастями животных из фейерверка.

Как ни крути, а в сообразительности ведьме не откажешь!

Если бы мы встретились на поле боя, и девчонка была с подкреплением, я бы с парнями попотел, отбиваясь от магических атак.

Ати осмотрел выделенные нам апартаменты, одобрил и сразу пошел на кухню, организовывать обед. Инг выжидал время, когда мы останемся одни, чтобы проверить мое состояние.

Чем дольше я искал девчонку, тем сильнее затягивался магический ошейник! Инг настоял на том, чтобы сопровождать меня.

— Мы больше не можем потерять Повелителя, Тир. Тем более, когда ты обручился с принцессой Огненных драконов.

Это была моя победа! Помолвка с принцессой и возможность вернуть благосклонность драконов, потерянную много веков назад.

Мой брат мной бы гордился…

— Снимай камзол, — распорядился Инг.

— Я нормально себя чувствую. Пока не злюсь на ведьму…

— Арию Лив.

— Мне все равно, как ее зовут! Но пока мысленно не душу ее — ошейник не душит меня.

— И все же я должен проверить, повелитель. Ты взял меня, потому что я целитель и твой друг.

— Инг, ты навязался мне как целитель. Как друг все равно бы поехал со мной.

И все же он заставил снять камзол, чтобы осмотреть магическую оплетку на моей шее.

— Отечность спала, но останется некрасивый синяк. Ты должен был чувствовать, что нанося вред ей — ты убиваешь себя.

Я только поморщился. В тот момент мной руководил праведный гнев и было не до легких неудобств.

— Теперь, когда она рядом, ошейник больше не давит, — сознался я. — Думаю, можно избавиться от него и проучить девчонку.

Инг отошел, но я видел по выражению его лица, что он хочет что-то добавить.

— Говори уже.

— Тир, я скажу как друг. Мне показалось, что Ария Лив не совсем осознавала кто ты и что тебя тревожит. А значит, ее заклятие не было намеренным.

— Какая мне разница? — вспылил я. — Ты, как друг и как мой подданный, понимаешь чем нам грозит сорванная помолвка с драконицей?! Если эта маленькая дрянь не снимет этот позор с моей шеи, то Ледяным никогда не вернуть былое величие! Никогда не прикоснуться к истинной магии. И никогда не спасти моего брата…

Последнее я буквально прохрипел. Каждый раз, как я вспоминал Рига, заточенного во льду, чтобы не дать ему умереть, сердце болезненно сжималось.

Я все еще хранил надежду, что с примирением между Огненными драконами и Ледяными, к нам вернется настоящая магия, которая исцелит брата.

— Я понимаю, Тир. Но боюсь, тебе придется привязать к себе девчонку, чтобы найти способ снять ошейник. На это потребуется больше времени, чем ты думаешь.

— Я найду. Найду! Я не уйду отсюда, пока напрочь не отобью у нее желание пользоваться непроверенными заклятиями!

Но это было проще говорить, чем сделать. Я не хотел, чтобы хоть кто-то прознал про мое подчинение. В это время, когда мир был крайне нестабильным, против меня могла играть любая сторона.

Я видел, что Огненный повелитель не в восторге от помолвки. Он будет рад найти возможность разорвать ее со мной, если я дам повод. Находясь здесь, на территории магов, я уже нарывался на скандал. Но если Огненный дракон узнает, что я связан с человеческой девкой, то помолвку с принцессой мне не спасти.

А Король магов хотел получить Ледяных в союзники. Я уже отказал ему, пока не случился конфуз с ведьмой. И мне пришлось связаться с Королем, чтобы найти неумелую магичку.

Я не согласился стать союзником магов и выступать против Огненных драконов и демонов, но обещал стратегическую помощь в обучении боевых магов и лично провести тренировки с лучшими отобранными бойцами.

Король согласился, все еще надеясь, что уговорит Ледяных встать на его сторону в войне. Но я хотел как можно быстрее отделаться от девчонки и ее заклятия, и вернуться в Ледяные пустоши, чтобы подготовиться к свадьбе с драконицей.

— Как скажете, мой повелитель, — Инг отошел, слишком демонстративно перейдя от обращения друга к покорности подданого.

Весь вечер за ужином нас развлекал ректор, рассказывая байки академической жизни.

— Как давно ваша академия переквалифицировалась в боевую? — спросил я, отказываясь от следующего мясного блюда.

Не знаю, на кого был рассчитан этот пир, но мы не привыкли есть такими порциями. У себя на родине приходилось очень рационально подходить к расходу пищи и тепла. Расточительство магов и драконов казалось слишком нарочитым.

Я в очередной раз почувствовал, насколько ущемлен мой род древним проклятием.

Если бы не кристаллы-накопители, которые водились только на наших пустошах, о нас вообще бы забыли. А так вынуждены были считаться и и платить за кристаллы.

Ледяные были богаты и влиятельны. Но мне этого было недостаточно! Я хотел вернуть Ледяных в земли драконов. И очень хотел вернуть и исцелить брата.

Между тем ректор нахмурился, пытаясь уловить подвох в моем вопросе. Но его не было. Я просто успел заметить, как много девушек учится в академии. Обычно в боевые набирали парней, именно им отдавали предпочтение. Девушки учились в академиях бытовой магии или на целителей. Отсюда я и предположил, что академию сделали боевой совсем недавно.

— Примерно с год назад… Да-да, как раз перед предыдущим зимним праздником Король перепрофилировал все академии в боевые.

— Похвально, — пробормотал я, принимая кубок с согревающим напитком. — Как вы оцениваете потенциал ваших учеников? За год они смогли перестроиться на другое обучение? Что вы практикуете в приоритете, обороняющие или атакующие заклинания?

Ректор замялся, но его неожиданно выручил Ати:

— Год назад, говорите? Это означает, что у вас на носу Зимний праздник?

Я недовольно нахмурился, когда Ати перевел беседу с обучения на какие-то увеселения. Зато ректор обрадовался и принялся описывать, как масштабно проходит подготовка к балу. Как девушки украшают зал и репетируют сценарии.

— И конечно, на праздничный бал мы готовим отменные угощения, а к финалу запускаем в небо невероятные фейерверки…

Тут я нахмурился, а ректор осекся, глядя на меня.

— Да, уже видел. Не думал, что бал у вас закончится так скоро. Или это была репетиция?

Пока физиономия ректора сменяла весь спектр эмоций, я вернулся к интересующей меня теме:

— Как зовут ту старательную ведь… студентку?

— Ария Лив, — вмешался Инг.

Я зыркнул на него, чтобы заткнулся. Но к счастью, ректор подтвердил, и я задал следующий вопрос:

— И какой у нее уровень боевой магии?

Ректор засмеялся, немного нарочито, чтобы разрядить напряжение за столом:

— Никакой! Ария не входит ни в одну боевую группу! Если бы не эта выходка, вы не увидели бы ее ни разу. На экзамен ей ход закрыт.

— Почему? — мне смеяться не хотелось, я еще помнил огненные пасти наколдованных фейерверков, которые неслись к нам, чтобы разодрать и превратить в пепел.

— У нее нестабильный дар. То элементарного заклинания произнести не может, то выплескивает всю силу и не контролирует ее.

Я переглянулся с друзьями. Это усложняло или упрощало нам задачу?

— Зачем тогда вы держите ее в магической академии? — строго спросил я. — Поставили бы блокирующее клеймо и отправили к родным.

Ректор заерзал:

— Она была первой ученицей в академии, пока нас не перепрофилировали в боевую. В части бытовых заклинаний ей нет равных. Ария… У нее дар воссоздавать утерянные заклинания и восстанавливать формулы. Я отправил ее в библиотеку работать со старыми фолиантами. Из нее выйдет очень ценный архивариус.

Я сцепил челюсть, чтобы не взвыть!

Эта ведьма-самоучка бесконтрольно применила ко мне что-то из старых проклятий или придумала новое на ходу! А это плохая, очень плохая новость. Такое колдовство можно соскребать с себя долго и до костей.

— Факасс меня подер-р-ри!

После вечернего пира я метался по своей спальне, не в состоянии обрести покой. Инг почувствовал и пришел.

— Что случилось?

— А ты не слышал? — взревел я. — Неуправляемая магия, самородок с доступом к старым фолиантам и подчинение, доступное только высшей магии! Как она провернула это со мной?

— Я думаю, надо заставить ее повторить призыв еще раз. Может что-то найдем в заклинании? Или в начерченной пентаграмме?

— Точно, — ухватился я за идею. — Она могла применить против меня магию демонов! Факасс, как я раньше об этом не подумал. Ты должен осмотреть меня.

Не думая больше ни секунды, я сорвал с себя одежду и вышел в круг света, чтобы Инг проверил, не появились ли на мне червоточины демонов.

В дверь постучали.

Я выругался, уверенный, что это Ати проявляет излишнюю деликатность, и сделав знак Ингу, подошел к двери и резко распахнул ее:

— Что еще?!

За дверью стоял не Ати, а ректор. Он сразу выхватил взглядом мою обнаженную шею и перехвативший ее магический ошейник.

Вот так накрываются секреты.

— Простите, повелитель. Ваш слуга…

— Друг, — резко поправил я, — у нас нет слуг.

— Конечно, — сразу же согласился ректор, — ваш друг. Он подчеркнул ежевечерние омовения, я распорядился принести ванну в ваши комнаты.

Я кивнул, отходя от двери и давая пройти ректору. Я не выпущу его отсюда, пока не запечатаю в нем информацию об ошейнике.

Но следом за ним потянулась вереница девушек с кувшинами. Каждая скользнула по мне взглядом. Кто-то из девиц смущенно отводил глаза, кто-то краснел и хихикал, кто-то жадно разглядывал, запечатляя каждый мет моего тела. Ни одну из них не интересовала моя шея.

— Тир, — сзади подошел Инг и набросил мне на плечи халат с высоким воротником.

С недавних пор вся моя одежда была перешита, и в моду Ледяных пустошей благодаря мне вошли высокие воротники.

Трое сильных парней внесли медную ванну, с которой давно слезла позолота. Девушки наполнили ее водой из кувшинов, и цепочкой стали выходить обратно, когда я задержал ректора.

— Вам придется принести мне клятву, остановил я его на пороге, захлопывая перед носом дверь.

— Я… я ничего вам не должен. Я не ваш подданный, повелитель. Вы здесь всего лишь гость.

При всем его неуверенном поведении, в словах ректор был на удивление тверд.

— Это небольшая клятва, — осторожно усмехнулся я. — Касается причастности к моей личной жизни. Вы же не хотите нарушить мою неприкосновенность и репутацию?

Ректор замотал головой и тут же проявил поразительную сообразительность:

— Дело касается вашего…

Он не договорил, но показал пальцем на свою шею.

— Именно. Вы дадите мне клятву на крови, что никто из ваших уст не узнает об этом.

Ректор недолго тянул время, прежде чем протянуть руку. Инг стал свидетелем принесенной клятвы.

— Раз уж я теперь связан обетом молчания, — проговорил ректор, не торопясь уходить, — могу я поинтересоваться, кто посмел надеть на своего повелителя подобный знак… рабства?

Если бы не кровная клятва, я бы его убил! Никто в моем окружении, из тех, кто был посвящен в секрет, не смел шутить на счет рабства.

У истинных магов, драконов и демонов, ошейник означал меру наивысшего наказания. Ледяные тоже приняли эту традицию наказания. Не потому, что когда-то принадлежали к истинным, а потому, что нас было крайне мало, чтобы убивать за преступления.

Ошейник подчинения символизировал рабство. Его надевали виновному, лишая воли и подчиняя воле хозяина. Срок рабства определялся соразмерно преступлению и степени вины.

И конечно, никогда повелитель своего народа не мог носить на себе позорную метку раба! Это неслыханное унижение! А в моем случае еще и риск потерять помолвку и такое необходимое воссоединение с Огненными драконами.

— Это сделал не мой народ, а один из магов… Точнее, недомагов вашего народа.

По выражению лица ректора я понял, насколько тот поражен наглостью и безрассудностью безумца.

— Я не собираюсь раздувать из-за этого политический скандал, но надеюсь вы поможете мне наказать обидчика.

— Я?

— Да. Этот маг учится в вашей академии.

— Учится?!

Ректор упал на колени и уткнулся лбом в мои голые стопы:

— Все что угодно! Назовите его имя! Этого студента в тот же миг исключат из академии и поставят ограничительное клеймо на магию…

— Нет. Пока она не снимет ошейник, выгонять и тем более ограничивать ее магию не нужно.

— Её?!

— Встаньте.

Когда мы с ректором снова оказались лицом к лицу, я обратился официально:

— Я требую сатисфакции. Вы выдадите мне девчонку, наказав ее соразмерно нанесенному оскорблению.

Инг совершенно точно подметил, что ведьму надо привязать к себе, пока она не снимет с меня ошейник. И я хотел, чтобы девчонка-самоучка надела такой же ошейник, какой носил я. Чтобы подчинялась каждому моему слову. Ловила каждый мой взгляд и чувствовала мою боль каждую секунду своей никчемной жизни!

Утром я шел в сопровождении друзей, придворных Короля и ректора в отдельную столовую, чтобы за завтраком познакомиться с магами-преподавателями. После неформальной обстановки у нас была назначена внутренняя комиссия, в которой мы обговорим условия и порядок отбора в особый боевой отряд.

Я потерял к нему интерес сразу же, как отыскал ведьму, но данное Королю магов слово держало меня здесь и требовало выполнения долга.

Пока мы проходили через прямые и длинные коридоры академии, нас пристально разглядывали. За охами и шепоточками я точно угадывал смешки и вздохи девушек.

Значит, вечерние омовения не остались тайной, а поползли пикантными подробностями по академии.

Я только сильнее стиснул челюсть, стараясь не обращать внимания на повышенный интерес к своей персоне.

Я — повелитель. Я привык. Более того, мой природный дар был направлен на очарование всех вокруг. Мной всегда восхищались! Только я никогда не задумывался, было ли это восхищение приложением к дару, или во мне восхищало что-то другое.

Теперь, когда я остался без природного дара истинных, я точно знал, что обсуждают и чем восхищаются студентки-магички.

Той, которую я ненавидел, среди них не оказалось.

— После комиссии я хочу получить девчонку, — сквозь зубы процедил я ректору.

Тот поспешно кивнул, оглядываясь на студенток. Тоже искал взглядом ведьму. А у меня на нее срабатывал маячок прирученного. Ее тут точно не было. И вдали от нее было сложно дышать полной грудью.

После завтрака и комиссии я с Ати и Ингом сразу прошел в кабинет ректора.

— Я до сих пор поражен, что Ария Лив могла…

— Могла-могла. Вопрос, сможет ли снять и как быстро, — перебил ректора Ати.

— Тогда пойдемте вместе со мной. Я покажу вам Арию, вдруг это какая-то ошибка…

Ати кивнул, посмотрел на меня, ожидая одобрения, и я отпустил, оставшись с Ингом.

— Не нравится мне этот ректор, — проговорил Инг, — скользкий какой-то.

— Нам с ним не воевать, — пробормотал я, невольно переносясь мыслями в тот злополучный день, когда ведьма выдернула меня из собственной ванной.

Я лежал в горячей воде, расслабляясь после бурной ночи и, что скрывать, планируя продолжение. Когда вода неожиданно пошла вниз и утянула меня сквозь дно ванны.

В следующее мгновение я нырнул в ледяную воду проруби. Острые ледяные края полоснули по плечам, рассекая кожу, а я, еще находясь под водой, уже группировался, чтобы на поверхности начать схватку с неизвестным мне врагом.

Мысли скакали как снежные блохи, опережая время и движения.

Кто посмел выдернуть меня из магически защищенного Ледяного дворца? Я чувствовал, как магия бурлила вокруг меня. Она была невероятной силы. Такая сила подвластна только истинным.

Дракон?

Может моя невеста, драконица?

Но почему прорубь? В Эдеме реки и озера никогда не замерзают.

А если не драконы, значит демоны?

Демоническая магия совсем иная. Ее тоже можно черпать и управлять, но она подлая, как и сами демоны. Никогда нельзя предугадать результат заклинания. Демонова магия всегда вывернет заклинание наизнанку.

Я вынырнул, готовый сражаться с демоном голыми руками!

Но на кромке льда у проруби сидела тонкая перепуганная девушка, а рядом с ней валялся сачок, ее единственное оружие.

И это было только началом сюрпризов!

После короткой схватки, когда я попытался проучить мелкую ведьму, та отшвырнула меня обратно в прорубь. Затащить ее с собой в портал не получилось, я упал в пустую ванну, извергаясь проклятиями так, что ко мне вбежала перепуганная любовница.

Я пытался ее успокоить и воздействовать своим очарованием. Оно никогда меня не подводило. Но не в этот раз. Испуганная девушка быстро сбежала, запрещая мне вызывать ее снова.

Это был первый неприятный сюрприз. Обычно девушки ко мне липли. Из-за моего природного дара и просто из-за престижа побыть рядом с повелителем Ледяных. Но в этот раз что-то не получилось. Тогда я не обратил внимания, что дар исчез.

Потому что не мог прийти в себя от второго неприятного сюрприза, когда обнаружил на своей шее ошейник подчинения!

И только через три дня, с помощью Инга, я понял, что ведьма заклеймила меня и отняла дар истинных.

Но сегодня я ее накажу!

* * *

Ее привели в кабинет, и я сразу почувствовал, как внутренняя струна, натянутая до предела, отпускает. Это было магическим поощрением от близости хозяина. В моем случае, хозяйки. Что злило еще больше! Но и злиться не мог. Магия слишком тонко дергает инстинкты, и в присутствии ведьмы я радовался.

Конечно никому этого не показывая, но себя то обманывать глупо!

— Ария, ты знаешь этих господ? — начал ректор, оставляя девчонку стоять в окружении нас, а сам благоразумно заходя за огромный ректорский стол, с наложенными под столешницу защитными рунами.

— К сожалению, да, — выдохнула ведьма, но даже глаз на меня не подняла.

Я на секунду прикрыл глаза, пытаясь остановить неожиданно приятное головокружение от звука ее голоса. Что за наваждение? Неужели ее связь со мной крепнет?

Страшно подумать, что будет со мной через месяц, если мы не снимем ошейник. Но сейчас я больше думал, дошли ли до девчонки слухи о моей мужественности. Хотя она же уже видела и не соблазнилась. Почему?

— Тир Лоук, повелитель Ледяных, требует официального наказания, по всей строгости наших законов, — произнес ректор, а ведьма вздрогнула и посмотрела…

Нет, снова не на меня, а на ректора.

Чтобы стряхнуть, это бесячее притяжение, я отвел взгляд от хозяйки…

Факасс прищеми! От ведьмы! Какая она мне хозяйка?! Удавлю!

Сосредоточиться на ректоре оказалось труднее. Мне хотелось смотреть только на нее и ловить каждое ее слово. Но это изменится. Как только на нее наденут ошейник от меня, мы окажемся в равных условиях.

— Я полагал, мы договорились о наказании по нашим законам, — напомнил я ректору, но тот качнул головой.

— Сегодня меня вызвал мой Король. Ему доложили о неприятной ситуации, возникшей при вашем прибытии, повелитель. Мне пришлось сказать…

В кабинете повисла очень напряженная пауза. На нем кровная клятва. Он не мог…

— Что вы потребовали наказать девчонку, — договорил ректор. — Король лично потребовал применить к ней самое суровое наказани. Пообещал прибыть и лично принести вам извинения!

От раздражения, я заскрипел зубами. Пусть. Какое угодно наказание, лишь бы освободило меня от влияния девчонки и от ее ошейника.

— Что же ей полагается по строгости ваших законов? Я упоминал, почему блокирующее клеймо исключено.

— Не клеймо, повелитель. Ария Лив пройдет семь испытаний Основателей.

— Что?! За что?! Ведь никто не пострадал! За фейерверки бесчеловечно так наказывать! — вскричала Ария, подскочив вплотную к столу, у которого стоял я.

Я понятия не имел, что это за испытания, но тревога ведьмы передалась мне.

— Как пострадавшая сторона, я могу узнать, в чем суть наказания?

— Конечно. Виновный обязан искупить преступление своими страданиями. Пройти через испытания семи Основателей, которые дали жизнь нашему миру. Это опасные испытания, каждое из которых может закончиться смертью. Каждое проходит на ваших глазах. Вы почувствуете ее раскаяние, или Факасс заберет ее жизнь.

Ария Лив встрепенулась, прижимая руки к груди:

— Но я же не совершала преступления! Клянусь справедливой Айланой! За что меня так жестоко наказывать? Вы не хуже меня знаете, что такие испытания назначаются в крайних случаях, которых в нашем королевстве не случалось уже больше двух веков!

Я скосил взгляд на ведьму и уточнил:

— Ты считаешь, что тебя обвиняют только в неумело наколдованных фейерверках?

— А разве нет?

Я развернулся к ней всем корпусом, прислоняясь бедром к массивной столешнице.

— Сними ошейник, и я отменю наказание.

Не торопясь, я демонстративно оттянул воротник, следя за ее реакцией. Но кроме злости на меня и страха перед наказанием, ведьма ничего не излучала.

— Это не я! Не знаю, с чего вы решили, что я виновата.

Девчонка-недоучка поджала губы и отвернулась.

Мелкая вредина!

Но ее смерть никак не входила в мои планы. По крайней мере до того, как будет снят факассов ошейник подчинения.

— Я тоже считаю, что семь испытаний слишком суровое наказание. Я настаиваю на наказании по законам Ледяных. Готов сам договориться об этом с Королем.

Ведьма снова повернулась ко мне:

— А как у вас наказывают?

— Оденешь точно такой же ошейник и будешь выполнять каждый мой приказ, пока я не удовлетворюсь.

Ведьма прищурила свои хитрые глазищи и повернулась к ректору:

— Я подданная нашего Короля! Я не нарушала никаких законов. Вы не можете отдать меня Ледяному или подвергнуть испытаниям Основателей.

Ректор откашлялся, переводя взволнованный взгляд с меня на девчонку и обратно.

— Повелитель, у вас есть свидетели, что именно Ария Лив своим заклятием надела на вас этот ошейник?

— Нет!

— Нет у него свидетелей.

Мы ответили одновременно и сразу сцепились взглядами с девчонкой. Сколько ей? Точно больше двадцати, иначе ее не рассматривали бы на зачисление в боевой отряд. И не определили бы на работу архивариусом.

Я окинул тщедушную фигуру, спрятанную под балахонистой формой. Может под ней и скрывалось что-то женское, но меня это совершенно не трогало. Я видел только вредную зазнайку-самоучку, устроившую мне крупные неприятности.

— Тогда, по закону, я обязан попросить тебя принести клятву правды, — проговорил ректор.

Почему я сам не догадался об этой простой проверке? Я кивнул, давая согласие, и отошел от стола, чтобы не мешать ритуалу.

— Ати станет свидетелем, — распорядился я.

Запястье Арии перевязали заговоренной бечевкой, хвостик которой свободно повис вдоль подола. Ведьма откашлялась и твердо произнесла:

— Я, Ария Лив, торжественно клянусь, что не собиралась призывать Ледяного и тем более надевать на него ошейник покорности…

Я не выдержал и рявкнул, поправляя недоучку:

— Подчинения!

— Жаль, что с ошейником в комплекте не шел намордник, — съязвила она, не поворачиваясь.

— Если в течение месяца ты не найдешь способа снять заклятие, то я надену на тебя пояс верности, — не остался я в долгу. — Будешь носить его до скончания времен.

А к поясу надену на нее такой же ошейник и буду выгуливать как барса на поводке!

Но клятва так и осталась не произнесенной, когда бечевка дернулась и обвилась вокруг моего запястья.

— Что это значит? — возмущенно спросил я, пытаясь снять веревку, но ничего не получилось.

— Только то, что вы оба виноваты в заклятии, мой повелитель, — задумчиво произнес Ати.

— Это не только ее магия. Что неудивительно, ведь она человек. Ей бы просто не хватило сил поработить тебя, Тир, — добавил Инг.

Теперь и ведьма дергала за веревку со своей стороны. А я почувствовал себя куклой привязанной к кукловоду. Я в ответ дернул сильнее. Ведьма покачнулась и упала на колени. Теперь снизу на меня смотрела маленькая рассерженная фурия.

— В свою очередь могу сказать, что если заклятие не будет снято до конца этого месяца, то вам придется сочетаться браком, — заключил ректор.

— Это невозможно, — зарычал я, чувствуя, как сердце пронзают ледяные клинки страха. — Я помолвлен, и помолвку расторгнуть нельзя!

— Хотя есть еще один способ, добавил ректор.

— Говорите!

— Какой? — одновременно с ведьмой произнесли мы.

— Заклятие спадет, если один из вас погибнет.

Мы снова сцепились взглядами с ведьмой.

Прибить ее проще простого! Это быстрее всего решит мою проблему.

— Тогда я принимаю предложенное наказание, — мрачно произнес я. — Пусть будет испытания Основателей.

— Ненавижу, — прошипела ведьма, но я только рассмеялся.

— Сегодня на закате. Сразу после ужина. Мы приведем ее к той арке, где вы впервые встретились, — произнес ректор.

— Нет, — прошептала ведьма.

— Отлично, — усмехнулся я и сделал знак Ингу и Ати следовать за мной.

* * *

Вечером меня задержал прибывший Король магов.

Ужинали мы отдельно от остальных. Король предлагал мне перейти в столичную академию всячески расписывал удобства, но я отказался. Я мог бы поменять место, но не мог придумать причину, зачем бы тащить за собой провинившуюся ведьму. Это выглядело бы странно ровно настолько, чтобы заподозрить еще одно обстоятельство.

А распространяться о нем опасно.

— Наказание очень суровое. В нашем королевстве давно не применялось, — нехотя начал Король, — но для вас мы пошли на исключение.

— Да, я ценю, — проговорил я и выпил последний кубок крепкого напитка.

Случайная смерть ведьмы во время наказания снимет с меня ошейник и оставит непричастным к гибели. Я покину территорию магов и забуду все как страшный сон.

— За прохождением будут смотреть наблюдатели, буду присутствовать я и конечно вы. Испытания длятся месяц. Весь этот месяц вы обязаны провести здесь.

Я поперхнулся напитком и тут же схватился за полотняную салфетку.

Так вот в чем их хитрый план! Продержать меня в академии не меньше месяца! Так вот почему было выбрано это забытое наказание! Как я раньше не догадался?

— А… Побыстрее прогнать ее через испытания нельзя? За неделю, например? — уточнил я. — Как правитель магов вы знаете, что я не могу так долго быть отлучен от своего народа и своей территории.

Король понимающе покивал и развел руками.

— Она не справится. Даже Основатели не справлялись с испытаниями, а тут простая девочка… Мы должны дать ей шанс выжить.

— Ну конечно, — буркнул я под нос.

— Но у вас остается открытый портал. Там всегда доступны два коридора. В Ледяные пустоши и в мой дворец, — улыбнулся хитрый маг. — А сегодня я хочу познакомить вас с моей дочерью. Она изъявила желание тоже пройти испытания…

— Основателей?! — удивился я. Ради чего Королю рисковать своей дочерью и наследницей?!

— Ну что вы! — нервно захохотал Король. — Испытания в вашем отборе! Она мечтает тренироваться у самих Ледяных. О вас ходят слухи даже в нашей столице. Да что там, слухами полнится весь дворец. Я не мог ей отказать.

Я кивнул, поднимаясь.

— Тогда предлагаю начать.

— Да-да, нас проводят. Первое испытание пройдет на стыке стихий. Называется “Воздушные мосты”. Испытывать девушку на прочность предстоит ветру, воде и морозу.

Король словно читал актерскую афишу, завлекающую зрителей на интереснейшее и опасное представление. А я хмурился, не зная, чего ждать.

Мы вышли на самом верхнем этаже, в продуваемые арочные коридоры, которые опоясывали академию по кругу. Внизу собрались студенты. Это была самая большая толпа зрителей. Наверху, в арочном коридоре стояли мы с Королем, мои друзья Ати и Инг, ректор с несколькими учителями и ведьма.

Она молчала и смотрела в пол.

— Начинайте! — громогласно проговорил Король.

И в ту же минуту с ведьмы сняли теплую плащ-накидку, оставив на морозе в одной белой свободной рубашке до колен.

Она вздрогнула, но не издала ни звука.

Я поежился от непонятных, но крайне неприятных ощущений. Мы вместе с девчонкой застыли в ожидании дальнейшей расправы. Я не знал, что подразумевает испытание, названное “Воздушными мостами”, а она?

В эту минуту перед ней поставили ведро воды.

— На колени, — распорядился ректор.

У меня подкосились ноги, но я устоял, а вот ведьма рухнула вниз. Ректор стал произносить заклинание стихий, закрепляя ветер с морозом и водой в ведре.

— Что это? — потрясенно спросил я.

— Обязательный ритуал испытания. Пока ее будут подготавливать, я представлю вам свою дочь.

Король отвлек меня от ректора, колдующего над ведьмой, и я повернулся в сторону двери, за которой находился портал. В ту же секунду оттуда вышла молодая девушка в светлых, я бы даже отметил, снежных одеждах.

— Ох, папочка, я не опоздала?

— Нет, милая, они только готовятся. Подойди ко мне, моя принцесса.

Девушка приблизилась к нам, ни на миг не переставая лучезарно улыбаться.

— Моя дочь — Бланш Руалд. А это сам повелитель Ледяных — Тир Лоук.

Я поклонился ровно настолько, чтобы подчеркнуть свое уважение, но не преклонение. И тут по моей коже прошла ледяная волна. От шока я застонал и опустил голову, чтобы скрыть смешанные чувства: неожиданного холода, дикого стыда, лютой ненависти и обреченной покорности.

Это не мои чувства!

— Я же тебе говорил, что ни один мужчина в здравом уме не останется к тебе равнодушным, — расхохотался рядом Король, а принцесса вторила ему звонким смехом.

Я распрямился и повернулся к ведьме.

В этот момент она вставала с колен, оставаясь в рубашке, но теперь насквозь мокрой, не скрывающие ни мета ее женственного тела.

Сорочка услужливо очерчивала каждую плавную линию, каждое волнительное возвышение ее тела, запекая в моих легких воздух от внутреннего жара. Потяжелевшим взглядом я окинул практически голую ведьму взглядом, отмечая темные точки-вершинки под мокрой тканью и даже мурашки на коже. А потом я напоролся на ненавидящий колючий взгляд ведьмы.

И вздрогнул от столкновения ее чувств и моих.

Ее озноб и ненависть натолкнулись на мое нестерпимое вожделение и вспыхнули внутри тысячей искр, разрушая барьер между моими эмоциями и ее.

Разрушая. Внутри. Меня!

Как, Факасс всех подери?!

Я не хочу проходить все испытания вместе с ней! Я не хочу чувствовать ее страдания! Я не желаю знать, что она чувствует…

Но ведьма делает шаг, и ее ощущения пронзают меня изнутри.