Глава 14

Анна неспеша открыла глаза. Лучи солнца будто заигрывали с ней, щекоча веки и заставляя её улыбнуться. Взгляд наконец сфокусировался, но сознание отказывалось принимать реальность:

— Оооо… — протянула она, осознавая, что всё ещё здесь.

Где «здесь» — вопрос философский. В её мире не было замков с витражами, отражающими свет тысячами бликов, не было садов, где цветы пахли так, будто их поливали не водой, а эликсиром вечного лета. И уж точно не было высокомерных, но чертовски привлекательных мужчин с глазами цвета звезд, которых так и тянет поцеловать в лунном свете.

— А вдруг, если я просижу тут вечность, всё решится само собой? — Анна натянула одеяло на голову, прячась от реальности, как страус от проблем.

Но тут же вспомнила вчерашний поцелуй в саду. С Каспианом.

— Что это вообще было?! — прошептала она в подушку.

Может, он её околдовал? Нет, он же не колдун… Хотя кто их знает, этих местных. Вдруг у них тут у всех по паре заклинаний в кармане на чёрный день?

Размышления могли бы длиться вечность, но под одеялом катастрофически закончился свежий воздух. Анна высунула голову, жадно хватая ртом кислород, как рыба, выброшенная на берег.

— Делать нечего, — вздохнула она. — Придётся вставать и делать вид, что ничего не произошло.

Или что это было временное помешательство.

Или что её подменили.

В общем, главное — сохранять невозмутимость.

Анна подошла к шкафу и достала нежно-жёлтое платье — лёгкое, как утренний ветерок, с кружевными рукавами и тончайшей вышивкой, переливающейся при свете. Оно напоминало ей солнечные блики на воде, и в нём она чувствовала себя… собой.

Странно. В своём мире она не помнила, чтобы что-то заставляло её сердце биться чаще. А здесь каждый день — как прыжок в неизвестность.

Спускаясь вниз, Анна услышала голоса — Каспиана и Люциуса. Они говорили напряжённо, почти шёпотом, но по интонации было ясно: что-то идёт не так.

— Веди себя как ни в чём не бывало, — прошептала она себе и вошла в гостиную с безмятежным:

— Доброе утро!

Мужчины резко замолчали и разом повернулись к ней.

— Доброе… утро, — ответил Люциус, чуть неестественно улыбаясь.

Каспиан лишь кивнул, но его взгляд говорил: «Ты тоже притворяешься, что вчера ничего не было? Отлично, давай так».

Анна села на диван, и в комнате повисла тягостная пауза.

Люциус, видимо, решил, что молчание зашло слишком далеко, и начал:

— Ну что ж, я думаю, что…

Но тут дверь с треском распахнулась, и в комнату ворвалась рыжеволосая бестия с криком:

— Каспиан, дорогой!

Каспиан и Люциус подскочили с мест, будто на диван упала граната.

Люциус драматично закатил глаза — он явно недолюбливал эту девушку.

Каспиан же сжал кулаки и произнёс с ледяной яростью:

— Руби?! Что ты здесь делаешь?

— Ну как же, милый, — язвительно улыбнулась она, — ты забыл, что у нас скоро свадьба?

Анна, до этого сидевшая тише травы, теперь буквально вжалась в диван.

Свадьба?!

Люциус испуганно посмотрел на Каспиана, будто ожидая взрыва.

И не зря.

— Свадьбу? — Каспиан произнёс так, что стены замка, кажется, дрогнули.

Руби лишь наигранно усмехнулась:

— Ой, ну хватит драматизировать!

Люциус, наконец осознав, что Анна всё это слышит, резко встал:

— Нам лучше уйти.

И, не дожидаясь ответа, схватил Анну за руку и поспешно вывел из гостиной.

Она даже не сопротивлялась. Наоборот, в душе благодарила Люциуса за спасение.

Пока они уходили, Каспиан и Руби смотрели друг на друга, как два хищника перед схваткой.

Анна же думала только одно:

«Поздравляю. Ты поцеловала жениха. Причём чужого. И теперь тебе конец».

***

Тяжелые двери гостиной едва успели закрыться за Анной и Люциусом, как в воздухе снова натянулась струна напряжения. Каспиан повернулся к Руби, и его золотистые драконьи зрачки сузились в тонкие щелки.

— Зачем ты здесь? — его голос был тише, чем прежде, но от этого не менее опасным. — И как ты смеешь говорить о свадьбе?!

Руби лишь улыбнулась, будто не замечая его ярости. Ее алые губы растянулись в вызывающей ухмылке, а пальцы с длинными острыми ногтями легонько пробежали по его груди, цепляясь за складки рубашки.

— Я тоже скучала, — прошептала она, придвигаясь ближе.

Каспиан резко схватил ее запястье, сжимая так, что кости хрустнули.

— Отвечай на вопрос, — прошипел он сквозь зубы.

Но Руби лишь рассмеялась, вырвала руку и, оставив его без ответа, неспешно пошла по комнате, будто осматривая владения. Ее длинное платье шуршало по полу, а высокие каблуки мерно стучали по паркету. Каспиан следил за каждым ее движением, словно хищник, готовый в любой момент наброситься.

Выждав паузу, Руби остановилась и повернулась к нему, склонив голову набок.

— Ну хватит тебе, — протянула она, разводя руками. — Ну было и было. Подумаешь, я расстроила нашу свадьбу. Ну подумаешь, убежала с другим… — Она бросила взгляд, полный сарказма. — Разве люди не могут измениться?

Ее ресницы невинно захлопали, но в глазах читалась только насмешка.

— Ты же знаешь, что нам нужно соединить наши жизни, — продолжила она, изображая скучающий тон. — Чтобы продлить драконий род, бла-бла-бла… Ты сам сто раз слышал эту мантру от наших родителей. — Она развела руки в театральном жесте. — Так что вот она я!

Руби гордо указала на себя, словно представляя драгоценный трофей. Потом ее губы скривились в ухмылке.

— А кстати, кто эта смазливая девчонка? Неужели Люциус обрёл себе подобную? — Она язвительно засмеялась.

Каспиан, до этого момента молчавший, лишь скрестил руки на груди. Его взгляд был ледяным.

— Нет, — прозвучало тихо, но так, что мурашки побежали по коже. — Она моя .

Руби замерла. Ее круглые глаза стали еще больше, а губы слегка приоткрылись. Она стояла, словно немая рыба, не зная, что ответить.

Но быстро оправившись, она фыркнула и рассмеялась, хотя в этот раз смех звучал чуть более нервно.

— О-о, не против, — протянула она, играя с локоном своих рыжих волос. — Око за око. Погулял, «отомстил»… и хватит.

Каспиан шагнул вперед, и теперь между ними оставалось лишь расстояние вытянутой руки. Его дыхание стало тяжелее, а в глазах вспыхнуло пламя.

— Ты ошибаешься, — прошипел он. — Это не месть .

Руби почувствовала, как по спине пробежал холодок. Впервые за все время ее уверенность пошатнулась.

Но отступать она не собиралась.