Глава 21

После завтрака в просторной столовой повисло тягостное молчание. Солнечные лучи пробивались сквозь высокие витражные окна, играя бликами на серебряной посуде, но атмосфера от этого легче не становилась. Анна нервно теребила край скатерти, Люциус отрешенно разглядывал потолок, а Руби, откинувшись на спинку стула, изучала ногти с видом полного безразличия.

Каспиан, сидевший во главе стола, глубоко вздохнул. Кто-то должен был заговорить первым.

— Нам нужен план. Вернее, даже два, — его голос прозвучал твердо, но в глубине чувствовалось напряжение. Он медленно перевел взгляд сначала на Анну, потом на Люциуса и, наконец, на Руби.

Анна и Люциус синхронно уставились на него, будто он только что объявил о нашествии драконов.

— Подожди, Руби теперь тоже при делах? — Люциус скривился, словно откусил лимон, и вопросительно посмотрел на Анну.

Та лишь пожала плечами, устремив на Каспиана недоуменный взгляд.

Руби театрально взметнула бровь и прошипела:

— Да ладно вам, я далеко не бесполезна, — её губы растянулись в язвительной ухмылке, а в глазах вспыхнул знакомый всем хитрый огонек.

Каспиан закрыл глаза на секунду, будто собираясь с мыслями, затем выдохнул:

— Как бы мне не хотелось, но Руби нам действительно ещё пригодится.

Анна скрестила руки на груди, а Люциус презрительно фыркнул.

— Так что за планы нужно придумать? — Руби подперла подбородок ладонью, всем видом показывая, что именно она сейчас держит нити разговора в своих руках.

Каспиан откашлялся и, переведя взгляд между Анной и Люциусом, начал:

— Значит так. План первый — нужно придумать для родителей историю, откуда у нас в доме появилась Анна, им не безопасно знать всю правду, слишком большая цена — Он приподнял бровь, бросив на ее взгляд с едва уловимым кокетством. — А второй план — придумать, как нам подобраться к «Золотой библиотеке» Ричарда.

Руби громко прочистила горло, привлекая к себе внимание, и деловито заявила:

— Хоть вы меня и списываете со счетов, но с первым планом я могу помочь. Я много раз рассказывала твоим родителям, — она кивнула в сторону Каспиана, — о своей кузине. Даже чаще, чем им хотелось бы о ней слышать. И они, в конце концов, захотели познакомиться с ней. Так вот, это идеальный вариант.

Она ехидно улыбнулась, явно довольная своей изобретательностью.

Люциус не упустил возможности съязвить:

— Это, конечно, хорошо, но как ты объяснишь родителям Каспиана, почему ты здесь? Сначала бросила его в день свадьбы, а теперь — «здравствуйте»?

Торжественная улыбка мгновенно сошла с лица Руби.

Анна, заметив её замешательство, быстро вмешалась:

— Руби, ты, кажется, говорила, что твой отец болен. Я, конечно, понимаю, что это ложь, но можно сказать, что ты приехала сюда, чтобы попросить их семейного лекаря помочь твоему отцу. А я с тобой просто… напросилась. Ну, и ещё… попросить извинения, что бросила Каспиана у алтаря.

Последнюю фразу Анна произнесла с едва скрываемым злорадством.

Руби скрестила руки на груди и фыркнула:

— Вполне сносная ложь. Допустим. А как же нам пробраться в библиотеку Ричи? — Она вопросительно посмотрела на Каспиана.

Тот глубоко вздохнул.

— Здесь всё намного сложнее. А ещё больше усложняет моя вражда с Ричардом. Если бы не она, он бы с лёгкостью дал мне всю нужную информацию.

Анна с надеждой посмотрела на него:

— Так вот оно! Тебе нужно с ним помириться!

Люциус громко рассмеялся:

— Шутишь? Эта ссора у вас уже десять лет идёт. Ты думаешь, он в минуту решит снова завязать дружбу?

— О, Господи, ну детский сад! — Руби закатила глаза. — Вы что, игрушку не поделили? Что за самовлюблённые ящерицы!

Анна невольно хихикнула, но тут же прикрыла рот ладонью.

Каспиан, бросив на неё короткий взгляд, продолжил:

— Поскольку ты, Анна, человек новый и незнакомый ему, на балу тебе нужно будет его отвлечь, пока мы с Люциусом не проберёмся в библиотеку и не найдём нужную информацию.

Анна ошарашенно уставилась на него:

— Ты что, пошутил? И как, скажи мне на милость, мне его отвлекать?

Руби тут же вмешалась:

— Да, действительно. Давай этим займусь я. У меня-то опыта да и шарма побольше.

Она ехидно улыбнулась, но Анна лишь презрительно фыркнула:

— Конечно, это всё очень странно. Столько сложностей из-за ваших дурацких ссор… Но я попробую.

Каспиан одобрительно кивнул, в его взгляде мелькнула благодарность.

Люциус поднялся из-за стола.

— Ну что, мы всё порешали? А то меня ждут ещё дела в библиотеке.

— Да, — ответил Каспиан.

Люциус вышел, а Каспиан встал и жестом пригласил Анну:

— Прогуляемся?

Та улыбнулась и кивнула.

Руби, до этого сидевшая тихо, теперь ехидно процедила:

— Господи, мне сейчас станет плохо от этой слащавости.

Каспиан и Анна синхронно закатили глаза и вышли из столовой, оставив Руби наедине с собой.

Как только дверь закрылась, ехидная улыбка соскользнула с лица Руби. В глазах появилась грусть, а уголки губ задрожали. Она глубоко вдохнула, сжимая кулаки, чтобы не дать слезам вырваться наружу.

— Так, соберись, не раскисай! — прошептала она себе и резко встряхнула головой.

Через мгновение её лицо снова стало холодным и бесстрастным. Маска была надета.

Но сердце всё равно ныло.

О нем.

***

Тёплый ветер шевелил листья магнолий, а под ногами Анны мягко хрустела усыпанная лепестками дорожка. Она шла за Каспианом, чувствуя, как его пальцы сжимают её руку — крепко, почти будто боясь, что она вырвется. И хотя он вёл её куда-то уже в который раз, Анна не сопротивлялась. Не потому, что не могла, а потому, что… не хотела.

Сад, казалось, тянулся бесконечно. Высокие кипарисы, увитые плющом, беседки с резными арками, пруды, в которых отражалось небо. Всё было прекрасно, но в воздухе висело напряжение. Каспиан молчал, и Анна чувствовала, как его мысли кружат где-то далеко, будто тучи перед грозой.

И вдруг он остановился.

— Я знаю, что тебе, возможно, всё это не нравится… — его голос прозвучал глухо, и он тут же замолчал, словно поймав себя на том, что не знает, как продолжить.

Анна увидела, как его пальцы непроизвольно сжались в кулак. Он нервничал.

— Чёрт побери… — Каспиан резко выдохнул, отводя взгляд. — Я даже не знаю, что тебе вообще на это сказать.

Она почувствовала, как что-то сжалось у неё внутри. Не раздумывая, Анна остановилась, взяла его лицо в ладони, заставив встретиться с её взглядом.

— Всё нормально, — её голос звучал твёрдо, но мягко. — Мы справимся.

И прежде чем он успел что-то ответить, она приподнялась на цыпочках и коснулась его губ своими.

Поцелуй был лёгким, почти невесомым, но Каспиан замер, словно поражённый молнией. Когда Анна отстранилась, на его лице уже расцветала улыбка — та самая, которая делала его глаза живыми, а черты — мягкими.

— Вот, это совсем другое дело, — довольно сказала она, слегка прищурившись.

Каспиан рассмеялся, и напряжение будто растаяло. Они снова зашагали по дорожке, но теперь между ними уже не было этой неловкой тишины.

— Расскажи мне про него, — осторожно начала Анна, глядя на алые розы, растущие вдоль тропинки. — Про Ричарда.

Каспиан вздрогнул, и его плечи напряглись. Он нервно вздохнул, но кивнул.

— Мы с ним… были как братья, — начал он, и в его голосе прозвучала горечь. — С детства. Жили не далеко друг от друга, делились всем — даже мечтами.

Анна молча слушала, наблюдая, как его лицо омрачается воспоминаниями.

— Потом поступили в Академию Воинских Искусств. Обещали, что будем сражаться плечом к плечу… Он замолчал, сжав зубы. — Но на третьем году обучения всё изменилось.

Анна видела, как тяжело ему говорить, но ждала.

— Ричард… выбрал сторону тех, кто хотел свергнуть Совет Магистров. Он знал, что я никогда не предам их. И когда заговор раскрыли… он сказал, что это я был его сообщником.

Глаза Каспиана потемнели.

— Меня чуть не казнили. Если бы не вмешательство магистра. Он резко оборвал себя и провёл рукой по лицу. — В общем, с тех пор мы не виделись. А теперь он вернулся.

Анна почувствовала, как её сердце сжалось от боли за него.

— Мне жаль, что так всё получилось, — тихо сказала она.

Каспиан грустно усмехнулся.

— Да… мне тоже.

Они продолжили путь в тишине, но теперь она была не тяжёлой, а спокойной. Анна незаметно прижалась к его плечу, и Каспиан, не говоря ни слова, обнял её за плечи.

Где-то вдали запела птица, и солнце, пробиваясь сквозь листву, осыпало их золотыми бликами.

Что бы ни готовил им завтрашний день — они встретят его вместе.

Гостиная поместья Морвенов была погружена в тишину, нарушаемую лишь шелестом страниц и нервными вздохами. Анна, Люциус и Каспиан сидели за массивным дубовым столом, заваленным старинными фолиантами. Они лихорадочно перебирали книги, надеясь найти хоть какой-то намёк на способ снять проклятие, тяготевшее над Каспианом.

— Опять ничего! — Каспиан швырнул очередной том в стопку уже просмотренных, и книга с глухим стуком приземлилась на остальные.

— Мы уже перерыли половину библиотеки, но ни единого упоминания о подобных заклятьях, — пробормотал Люциус, проводя рукой по лицу.

Анна молча сжала губы, чувствуя, как внутри закипает отчаяние. Она потянулась за следующей книгой, но тут же замерла, услышав резкий звук из коридора — шаги, голоса, скрип двери.

Все трое встревоженно переглянулись.

— Кто это? — прошептала Анна.

Люциус нахмурился: «Мы не ждали никого сегодня…»

Не успели они опомниться, как в гостиную вошли двое — высокий статный мужчина с пронзительным взглядом и элегантная женщина с холодной, но благородной красотой.

— Мать? Отец? — Каспиан вскочил, глаза его округлились от шока. – Вы же должны были приехать только завтра!

Люциус тоже поднялся, но быстрее брата пришёл в себя и шагнул вперёд: «Мы не ожидали вас так скоро».

Родители улыбнулись, и в следующую секунду оба сына бросились к ним в объятия. Анна осталась сидеть, словно парализованная, наблюдая за этой сценой. Её пальцы непроизвольно сжали край стола.

И тут взгляд мистера Морвена упал на Руби, которая до этого момента спокойно сидела в кресле, приводя в порядок свой безупречный маникюр.

— О, хвала богам! Руби, ты вернулась! — воскликнул он, сияя от радости. – Ты одумалась? Осознала, что совершила глупость? Я так рад! Тебе место рядом с Каспианом. Я знал, что всё именно так и произойдёт!

Анна почувствовала, как кровь отливает от её лица. Она сидела, словно невидимка, а все взгляды были прикованы к Руби.

Та сладко улыбнулась, поднялась и сделала несколько театральных шагов вперёд.

— Ооо, мистер и миссис Морвен, я так рада вас видеть, вы даже не представляете! — её голос звучал медово, но в глазах читалась ехидная усмешка. – Но нет, я не вернулась к Каспиану.

Родители замерли, улыбки на их лицах сменились недоумением.

Руби сложила руки, изобразив наигранное раскаяние:

— В первую очередь я хотела бы попросить у вас прощения... — она опустила глаза, сделав виноватое выражение лица. – За то, что произошло на свадьбе. Я должна была расторгнуть помолвку раньше, а не бросать Каспиана у алтаря.

Каспиан стиснул зубы, но промолчал.

— И ещё... — Руби продолжила, наклонив на бок голову. – Я здесь не просто так. Мой горячо любимый отец болен, и я слёзно прошу вас помочь ему — ваш лекарь единственный шанс на его спасение.

На её глазах блеснула слеза — мастерски сыгранная.

Мистер Морвен тут же смягчился и шагнул к ней, обняв:

— Конечно, дорогая! Какие могут быть вопросы? Мой лекарь поможет твоему отцу.

Руби улыбнулась ещё слаще и, воспользовавшись моментом, резко перевела взгляд на Анну.

— Кстати, а это моя кузина Анна! — она жестом представила её, словно показывала диковинную зверушку. Я вам много про неё рассказывала.

Анна, до этого момента сидевшая словно в оцепенении, резко встрепенулась.

— Анна? — миссис Морвен нахмурилась, переводя взгляд с Руби на неё. – Ты же говорила, что твою кузину зовут Кетрин?

Руби едва заметно дрогнула, но тут же собралась.

— О, нет, миссис Морвен, я не могла так сказать! — она язвительно рассмеялась, хватая Анну за руку и вытягивая её вперёд. Вот же она — Анна! Бедняжка, никогда не видела аристократов такого масштаба и величия, как вы, вот и увязалась за мной. Она же жила скромно, и для неё большая честь оказаться в вашем поместье.

Анна резко сверкнула глазами, но сдержалась. Сейчас было не время для ссор.

— Мне очень приятно познакомиться, — сказала она, заставляя себя улыбнуться. – Ваше поместье мне очень понравилось.

— Спасибо, милая, — ответила миссис Морвен, но её улыбка была холодной. — Я стараюсь обустроить здесь всё с любовью.

Мистер Морвен же вообще не удостоил Анну ни единым добрым словом — лишь бросил на неё ледяной оценивающий взгляд, от которого у неё побежали мурашки по спине.

Неужели он заподозрил ложь?

Затем он перевёл взгляд на сыновей:

— Идем, нужно поговорить.

И они вышли, оставив Анну и Руби одних.

Руби, понимая, что лучше увести Анну подальше от лишних вопросов, тут же схватила её за руку и слащаво произнесла:

— Сестрёнка, нам уже пора спать! — она театрально зевнула. – Завтра тяжёлый день — подготовка к балу. Это всегда так утомляет!

И, не дав Анне и слова сказать, потащила её наверх, в комнату.

Анна шла, стиснув зубы.

Но самое страшное было впереди.

Потому что если родители Каспиана и Люциуса узнают правду...

Всё пойдёт прахом.