Глава 24

Адреналин ударил в виски Анны бешеным молотом. Крик охранника за спиной, зияющая щель в запретной двери – и секунда на решение. Мысль промелькнула молнией: Библиотека! Дверь открыта! Больше шанса не будет!

Думать было некогда. Действуя на чистом инстинкте и отчаянии, Анна не просто схватила Кайна за руку – ее пальцы впились в воротник его дублета, буквально за шкирку. С силой, которой сама от себя не ожидала, она рванула его на себя, в темный проем библиотеки, одновременно сама бросаясь вперед. Кайн, застигнутый врасплох этим внезапным и грубым рывком, не успел среагировать. Они влетели в полумрак, спотыкаясь друг о друга.

ХЛОП!

Массивная дверь, захлопнулась за их спинами с глухим, окончательным стуком, автоматически защелкнувшись. Звук шагов и крики охранников мгновенно приглушились, словно их отрезало толстой стеной.

Анна, потеряв равновесие от своего же рывка и толчка Кайна, падала вперед. Он, пытаясь устоять, но сбитый с ног ее порывом, рухнул на спину. Анна грохнулась сверху, всей тяжестью, выбив из него хриплый выдох. Ее руки инстинктивно уперлись ему в грудь, их лица оказались в сантиметрах друг от друга. Она чувствовала его горячее дыхание на своих губах, твердость его тела под своим, запах кожи, и чего-то неуловимого, дикого – как лес после грозы. Ее юбки взметнулись, обнажив ноги, волосы выбились из прически и рассыпались водопадом по его плечу и щеке.

Они лежали, тяжело дыша, в гробовой тишине библиотеки, нарушаемой только их прерывистым дыханием и бешеным стуком сердец. Анна задыхалась не только от падения, но и от дикого страха: Что я наделала? Охранники! Мы пойманы! Каспиан... Люциус... все пропало!

Внезапно, в полумраке, который начал рассеиваться по мере того, как их глаза привыкали, она увидела его лицо. И выражение на нем изменилось. Исчезла легкая растерянность от падения. Исчезла и наглая самоуверенность Кайна. Взгляд, который уставился на нее из-под темных прядей, был теперь острым, холодным, пронизывающим – как лезвие. И на губах играла ехидная, опасная усмешка. Усмешка человека, который вдруг оказался на высоте.

– Ну что ж, леди Анна, – произнес он, и голос его звучал иначе. Ниже, тверже, с металлическими нотками власти. Его руки, до этого лежавшие по бокам, медленно обхватили ее талию, нежно, но с недвусмысленной силой прижимая ее еще ближе к себе. Анна попыталась оттолкнуться, но его хватка была как сталь. – Не ожидал, что знакомство с библиотекой начнется с такого… пикантного падения. Вы всегда так страстно бросаетесь на мужчин, которых только что встретили? Или это особая методика проникновения в закрытые помещения?

Анна вспыхнула от стыда и ярости. Его слова, его прикосновение, его внезапно изменившаяся манера – все это сбивало с толку и пугало.

– Отпустите меня! – вырвалось у нее, и она с силой вырвалась из его объятий, откатившись в сторону. Она вскочила на ноги, торопливо отряхнула платье и поправила волосы. Сердце колотилось как бешеное.

– Я… я просто очень хотела посмотреть библиотеку! Вы же сами предложили! А когда услышала крик… испугалась, что нас арестуют за попытку взлома!

Она вздернула подбородок, пытаясь придать голосу уверенность, которой не было внутри. Глупо, Анна, звучит глупо!

Кайн медленно поднялся, его движения были теперь грациозными, полными скрытой силы, как у хищника. Он не спеша отряхнулся, его глаза не отрывались от нее, изучая каждую деталь. Улыбка не покидала его губ.

– О, верю, верю, – сказал он с легкой насмешкой. – Страсть к знаниям – это похвально. Особенно к таким знаниям.

Только теперь Анна смогла оглядеться. Библиотека оправдывала свое название – "Золотая". Но не буквально. Стены от пола до высокого, куполообразного потолка были выложены темным деревом, но полки… Полки сияли теплым, глубоким золотом, как будто были вылиты из чистого солнечного металла. На них, в идеальном порядке, стояли тысячи томов. Кожаные переплеты всех цветов – от выцветшего бордо до глубокого сапфира, от черного бархата до белоснежной кожи дракона. Некоторые книги были опоясаны серебряными или золотыми застежками, инкрустированными рубинами, изумрудами, сапфирами, которые ловили слабый свет, исходящий от самого потолка – там, среди росписи звездных карт и созвездий, мерцали крошечные, как светлячки, магические огоньки. Воздух был напоен ароматом старой кожи, пергамента, пыли веков и… силы. Ощутимой, древней магической силы, которая вибрировала в пространстве.

Анна невольно замерла, впечатленная величественной красотой и мощью этого места. Здесь хранились знания, способные менять миры.

– Величественно, не правда ли? – голос Кайна прозвучал рядом. Он подошел к одной из ближайших полок, небрежно проведя пальцем по корешку массивного тома в черном переплете с серебряными рунами. – Здесь собраны труды великих, запрещенные гримуары Темных Эпох, трактаты по управлению стихиями, утерянные на полях великих битв… И даже, – он повернулся к Анне, его взгляд стал пронзительным, – оригинальный дневник самого Ричарда Старшего, основателя этого рода и этого особняка. Говорят, в нем записаны секреты, которые могут сокрушить империи.

Он сделал паузу, наблюдая за ее реакцией. Анна старалась сохранять нейтральное выражение лица, но ее глаза невольно блеснули при упоминании дневника Ричарда. Это то, что нужно Каспиану!

Кайн медленно подошел к ней. Его шаги были бесшумны по толстому ковру.

– Тебе здесь действительно нравится, – констатировал он, не спрашивая. – Видно по глазам. Это не просто любопытство светской дамы. Это… жажда. Интерес к конкретным знаниям.

Он остановился в шаге от нее. Его рост теперь казался еще более внушительным, его присутствие – подавляющим.

– И знаешь, что еще интересно? – его голос стал тише, опаснее. – Это солнце на твоем ожерелье. Очень искусная работа. Почти парная к той броши, что носит Каспиан Морвен. Символ их дома. Ты пришла сюда не одна, правда, Анна? Ты – с Каспианом.

Анна почувствовала, как кровь отхлынула от лица. Он знает! Он все понял! Ее рука инстинктивно потянулась к ожерелью. Заметил?

Кайн улыбнулся, видя ее панику.

– О, да. Я знаю Каспиана. Мы… старые знакомые. И его появление на моем балу, да еще с такой очаровательной и внезапно заинтересованной в моей библиотеке спутницей… это было более чем подозрительно. – Он сделал еще шаг, сократив дистанцию до минимума. Анна почувствовала исходящий от него холод. – И вот теперь ты здесь. В самом сердце моей крепости. С помощью довольно… экстравагантного метода.

Его взгляд скользнул к двери, а затем вернулся к ней, полный ледяного торжества. – Так что скажи мне, милая Анна, что именно вы с Каспианом искали в моей Золотой Библиотеке? Дневник Ричарда? Или что-то более… опасное?

Анна открыла рот, пытаясь что-то вымолвить, придумать отговорку, но слова застряли в горле. Страх сковал ее. Он знал все. Он знал Каспиана. Он назвал особняк своим…

В этот самый момент, когда напряжение достигло пика, раздался скрежет массивного механизма. Дверь библиотеки медленно, с торжествующим гулом, начала открываться. На пороге стояли Каспиан и Люциус. Их лица были полны решимости.

Но их решительный вид сменился шоком, когда их взгляды упали на сцену внутри.

Каспиан увидел Анну явно напуганную. Увидел высокого мужчину стоящего слишком близко к ней. И когда его взгляд встретился с насмешливым, холодным взглядом Кайна, лицо Каспиана исказилось чистой, неконтролируемой яростью. Он узнал его мгновенно.

– Ричард! – вырвалось у Каспиана, и это имя прозвучало как плевок. Его рука сжалась так, что костяшки побелели.

Люциус замер, его обычно насмешливый взгляд стал острым и настороженным, оценивающим опасность.

Анна же почувствовала, как земля уходит из-под ног. Ричард?! Кайн – это Ричард? Хозяин особняка?! Тот самый Ричард, враг Каспиана?! Ужас и стыд накрыли ее волной. Она попала в ловушку.

Ричард лишь шире улыбнулся, наслаждаясь произведенным эффектом. Он медленно, демонстративно повернулся к Каспиану и Люциусу, его поза была расслабленной, но полной превосходства. Он не выпускал Анну из поля зрения, словно она была его трофеем.

– Каспиан, Люциус, – произнес Ричард с ледяной вежливостью, в которой звенела сталь. – Как любезно с вашей стороны присоединиться к нашей… приватной экскурсии. Леди Анна только что с таким жаром рассказывала о ваших планах на вечер. Вернее, на мою библиотеку.

Он сделал паузу, его янтарные глаза сверкнули зловещим огоньком. – Жаль, что вы опоздали. Самые интересные откровения вы уже пропустили. Но не волнуйтесь, – он бросил многозначительный взгляд на Анну, – я уверен, у нас еще будет время обсудить… все детали вашего визита.

Каспиан стоял как вкопанный. Злость, ненависть и страх за Анну боролись в его глазах. Он понимал – они попались. Ричард был на шаг впереди. И теперь Анна была в его власти.

Библиотека, наполненная древней магией, внезапно показалась не сокровищницей, а золотой клеткой. И ключ от нее был в руках у человека с опасной улыбкой и глазами хищника.

Анна стояла, оглушенная раскрытием. Ричард . Не просто наглый незнакомец Кайн, а заклятый враг Каспиана. Ее сердце бешено колотилось, смешивая страх, стыд и яростное возмущение от того, как ловко он их провел. Секунду, две она молчала, потеряв дар речи, глядя на его самодовольную улыбку. Но затем внутри что-то перевернулось. Страх отступил перед волной праведного гнева. Он издевался над ними все это время!

Она сделала шаг вперед, подняв подбородок с вызовом, который контрастировал с бледностью ее лица. Голос прозвучал резко, отчеканивая каждое слово.

– Милостивый государь... Ричард. Позвольте спросить, почему вы с самого начала не удостоили меня чести представиться настоящим именем? Играть в кошки-мышки с гостьей на собственном балу – это ваше обычное развлечение?

Ричард не смутился. Его ехидная улыбка лишь стала шире, в глазах заплясали искорки холодного веселья. Он слегка склонил голову, делая вид учтивого поклона, но в нем читалась лишь насмешка.

– Леди Анна, простите мое коварство, – парировал он с преувеличенной любезностью. – Но видя, с каким... энтузиазмом вы и ваши спутники стремились посетить мою скромную библиотеку, я решил подыграть. Разве не интереснее было изучать особняк под видом беззаботного гуляки, чем трепетать перед его грозным хозяином?

Люциус, казалось, был полностью поглощен созерцанием библиотеки. Он небрежно оперся о резную деревянную колонну, поддерживающую один из балкончиков с книгами, его острый взгляд скользил по золотым полкам, словно оценивая коллекцию. Люциус запоминал расположение секций, возможные потайные ниши, пути отхода. Его пальцы чуть шевелились, будто перебирая невидимые ключи или карты. Он искал слабое место в обороне Ричарда и его сокровищницы, мысленно намечая, где начать поиски нужного фолианта или артефакта, если представится малейшая возможность.

Ричард наблюдал за ними всеми троими с явным удовольствием ловца, в чью сеть угодила диковинная добыча. Он видел гнев Анны, напряженную ярость Каспиана и скрытую активность Люциуса. И все это было ему лишь игрой. Игрой, правила которой диктовал только он.

–Ну что ж, – Ричард развел руками, его голос зазвучал мягко, но с неумолимой властностью. – Мы зашли в тупик, друзья мои. Вы вторглись в мою святая святых с явно недобрыми намерениями. Я раскрыл вашу маленькую игру. Теперь вопрос: что с вами делать?

Он сделал театральную паузу, наслаждаясь моментом. – Вызвать стражу? Объявить ворами и шпионами? Предсказуемо и… скучно.

Каспиан нахмурился. – Что ты хочешь, Ричард? Говори прямо. Игры в вежливость между нами излишни.

– Прямо? Хорошо. – Ричард улыбнулся, как кот, готовящийся съесть канарейку. – Я знаю, зачем ты здесь, Каспиан. Ты ищешь ключ к снятию своего… недуга. Проклятия, как ты его называешь.

Наступила тягостная тишина. Анна замерла, предчувствуя недоброе. Люциус перестал осматривать полки, его внимание полностью сосредоточилось на Ричарде.

–И? – сдавленно спросил Каспиан.

– И я готов их тебе дать, – Ричард произнес это так легко, будто предлагал стакан воды.

–В обмен на что? – Каспиан скрестил руки на груди, не веря ни единому слову.

Ричард медленно прошелся перед ними, его взгляд скользнул по Анне, задержался на ее лице, полном страха и недоверия, а затем вернулся к Каспиану. В его глазах вспыхнул холодный, хищный огонь.

– В обмен на нее. – Он указал пальцем на Анну.