20

Клара

В то утро доставили подарок. Небольшую бархатную коробочку, перевязанную атласной лентой. Подарки мне теперь присылали часто. Цветы, сладости, украшения...

Этикетка бурно радовалась такому проявлению моей популярности. В отличие от меня. Все шло не по плану. Маркиз Пэмбрук велел мне отваживать потенциальных женихов. Но я почему-то, наоборот, привлекала их.

Утренние визиты и доставки вошли в привычку. Насколько вообще может привыкнуть девушка низкого сословия к знакам внимания от представителей высшей аристократии.

— Такими темпами к концу сезона ты получишь много предложений, — довольно сказала книжка.

— Вот только ни на одно из них я не смогу ответить согласием.

— Если твоей руки попросит Стивен Бакстон — отказываться грех!

— Только не герцог! Он же не знает, что я ненастоящая маркиза.

— К тому моменту он так сильно влюбится в тебя, Клара, что ему будет все равно на твое происхождение.

— Это исключено! Сомневаюсь, что Бакстон вообще способен любить. Он просто хочет получить то, что ему недоступно. А когда это получит — потеряет интерес. 'Самовлюбленный и надменный осел - вот кто он!

— Такого красавца называть ослом! Побойся бога, Клара. Герцог — блестящая партия. Ты разбиваешь мне сердце! — укорила Этикетка. - Ладно, открывай скорее! Нет ничего лучше, чем подарок от поклонника, чтобы поднять настроение бедной расстроенной книге...

Я не разделяла ее настроения. Но крышку с коробки сняла. Там оказался сложенный вчетверо лист плотной кремовой бумаги.

— Тут стихи.

— А, очередное послание от Олина Тейпа, — разочаровалась Этикетка. — Кто-нибудь скажет бедному юноше, что слагать поэмы - не его?

— Это не от Олина.

Подойти к ней и заговорить — Все равно, что пройти по карнизу. Мне нельзя ее боготворить, Но хотя бы увидеть маркизу...

Я прочитала целиком. Голос мой дрожал. Я не была ценительницей стихов. Ничего в них не понимала. Сочинения Олина только смешили меня. Но эти строки легли на сердце. Отдались в глубине души, наполнив ее радостью и неизведанным переживанием.

— Тебе посвятили дивной красоты сонет! — ликовала Этикетка. - Кто автор?

— Здесь подпись...

Я запнулась и отбросила листок, как ядовитую змею.

— Ну, чья? — изнывала книжка. - В могилу меня сведешь, Клара!

— Подпись Стивена Бакстона.

Проклятый герцог! А я-то надеялась, что он хотя бы от ухаживаний за маркизой Эльвиной Пэмбрук отказался. Но нет. Это послание, поначалу приличное и сдержанное, а в конце полыхающее страстью, говорит об обратном. Самое ужасное было в том, что мне хотелось вновь взять лист в руки. Прижать его к груди и перечитать.

Оно затронуло меня сильнее, чем я могла подумать. Как будто заклинание, сопротивляться магии которого было невозможно. Мне так хотелось думать о Стивене, как о напыщенном развращенном болване. Но такие строки мог написать только человек, у которого был ум, душа, глубокие сильные чувства...

— Идеален, — с благоговением вымолвила впечатлительная Этикетка. — Идеален во всем! Ты обязана выйти за него замуж!

Образ блестящего красавца с глазами цвета черненого серебра встал передо мной, как наяву. О боже, нет! Мне нельзя влюбляться в герцога!

— Ухаживает за маркизой и одновременно подбивает клинья к простой кухарке из таверны. Он просто обманщик! — разозлилась я, чтобы хоть как-то притупить это глупое очарование.

— Его просто тянет к тебе. В любом твоем образе. Любящая душа чувствует, что Эльвина и Лара - одна и та же девушка.

— Стивен Бакстон — не любящая душа, а пустоголовый франт! Думаю, эти стихиписал вообще не он. Наверное, заплатил какому-нибудь поэту и тот сочинил их на заказ.

Да, точно. Так и было. Эта мысль отрезвила и помогла приглушить вспыхнувшее чувство, которое меня испугало. Я скомкала листок и бросила его в мусорную корзину. Так лучше. Вообще-то на сегодня у меня были планы, связанные с таверной. Но Гертруда Четвид настояла, чтобы мы отправились на променад.

Часть моей популярности доставалась хозяевам дома, в котором я гостила. И Четвиды явно намеревались выжать из этого максимум. Излюбленным местом для прогулок высшей знати Лемурии было озеро Лидс.

Красивые виды, широкая набережная, множество мостиков на разных ярусах, яркие клумбы, палатки с быстрой едой все это способствовало комфортной увеселительной прогулке. При желании можно было проехаться вокруг озера на дилижансе, по самому озеру катались на лодках. Благодаря магу-стихийнику здесь всегда поддерживалась хорошая погода — ни холодного дождя, ни пронизывающего ветра.

Рай, да и только!

Гертруда Четвид намертво вцепилась в мой локоть и болтала без умолку. При этом и со всеми знакомыми она останавливалась на пару слов. Так что терпеть все это мне предстояло еще два часа. Именно столько занимала прогулка вокруг Лидса. А с нездоровой общительностью леди Четвид и все три!

Чтобы сильно не тосковать, я принялась придумывать рецепт нового салата. В одной из палаток на рынке продавали морских гадов, с которыми я раньше дела не имела. Здорово было бы попробовать приготовить что-нибудь необычное!

— У вас такой сосредоточенный вид, леди Пэмбрук. Отвлекитесь — посмотрите, какая вокруг красота.

Стивен Бакстон склонился передо мной в галантном полупоклоне. Да уж, наивно было полагать, что я не встречу здесь герцога. Как назло, Гертруда заговорилась с какой-то парой. Поэтому Бакстон запросто перехватил мой локоть. Я попыталась вернуть свою конечность, но легче было вытащить кирпич из стены. Герцог Бакстон держал меня намертво. Чтобы не устраивать сцен, пришлось идти с ним рука об руку.

— Вы не похожи на ценителя природных красот.

— Это заблуждение, маркиза. Например, я могу вечно смотреть на фонтан магии, бьющий из только что открывшегося источника. Нет зрелища великолепнее. Разве что ваши глаза. Такие глубокие и такие синие. Бросьте мне спасительный круг, я тону. Его откровенный тон смутил меня. Я отвернулась.

— Ничем не могу помочь, — как можно холоднее сказала я. — Однако, полагаю, вас будет, кому оплакивать.

— Вы в это число не входите?

— С чего бы? Вы мне не друг, брат или возлюбленный. А в данный момент тащите меня почти силком. При этом больно сжимаете мою руку.

— Даже в жестокости вы очаровательны, — усмехнулся Бакстон и усилил хватку.

Я едва не вскрикнула. На самом деле мне не было больно, а было... Волнительно. И от этого волнение усиливалось.

— Чего не могу сказать о вас!

— О, вы просто еще не разглядели, — с тихой лаской сказал герцог. – Давайте исправим это ужасное недоразумение. Мое предложение об уроке танцев в силе. Впрочем, о прогулке тоже.

— Насколько я могу судить, именно этим мы с вами сейчас и занимаемся, —прошипела я.

— На озере Лидс, конечно, красиво. Но слишком многолюдно. Предпочитаю более уединенные места.

— Предпочитайте себе на здоровье, Ваша Светлость. Я не собираюсь иметь к этому отношение.

Стивен Бакстон нахмурился.

— Не понимаю, почему вы так упорно избегаете меня, Эльвина.

— И не поймете. Просто оставьте меня в покое, герцог.

— Этого я вам обещать не могу.

Взгляд Стивена скользнул по моему лицу и остановился на губах. А я была так им увлечена, что только сейчас поняла. Мы уже не шли, а стояли друг напротив друга, вызывая любопытные взгляды и перешептывания.

— Вы впустую тратите время, — постаралась как можно равнодушнее сказать я, хотя внутри все дрожало. - Моя сопровождающая будет недовольна долгим отсутствием. Прошу меня извинить.

Как хорошо, что я могу отговориться сопровождением Гертруды Четвид. Все-таки, есть польза и от нее. И почему близость герцога так на меня действует? Ведь я знаю, что на самом деле он не такой уж галантный благородный кавалер. Если Стивену Бакстону станет известно, кто я на самом деле, от его интереса не останется и следа. Хорошо еще я про стихотворение с ним не заговорила. А то бы герцог подумал, что я растаяла. Ведь на самом деле так оно и было. По предложению леди Четвид мы с ней присели на лавку у самой воды.

— Полагаю, Стивен Бакстон испытывает к вам интерес, моя милая, — с неожиданной проницательностью заметила Гертруда. — Кажется, Ее Величество так же заинтересована в этом союзе.

Господи! Почему все вокруг только и делают, что говорят мне, какая Стивен Бакстон блестящая партия!

Даже королева! Но ей-то что с того?

— Я слышала, она обожает, когда складываются красивые пары. Но советую вам остерегаться его ветрености. В прошлом сезоне герцог ухаживал за одной милой леди...

Расспросить об этом захотелось так сильно, что аж руки зачесались. Но не успела я и рта открыть, как нас прервали. Широкоплечий видный слуга с черными волосами, заплетенными в толстую косицу, отвесив поясной поклон, вручил мне круглый футляр, расшитый белым атласом.

— Миледи, вам просили передать.

— От кого это?

— Джентльмен не назвался.

— Случайно, не он? - я указала на Стивена, который не отошел далеко и внимательно наблюдал за мной.

— Вовсе нет, миледи. Хотя тот джентльмен тоже весьма видный собой.

Ну и хорошо. Значит, можно открывать без опасений. В футляре на белом атласе оказался красивый жемчужный браслет. Хм, а этот тайный поклонник очень даже угадал. Браслет здорово подойдет к моему ожерелью-морфозу, которое тоже из жемчуга. Под пристальным и, как мне показалось, ревнивым взглядом Стивена, я взяла браслет в руки, чтобы получше рассмотреть. Герцог отвернулся и пошел прочь. Похоже, его это действительно задело.

Что ж, этого мне и надо. Задеть и заставить поверить в то, что сближение со мной невозможно. Каждая жемчужина словно сияла изнутри. Таких симпатичных и притягательных украшений мне еще не дарили.

— О боже мой, это же галопогосский жемчуг! — воскликнула девушка, которая в этот момент проходила мимо. — Какая красота и редкость! Откуда он у вас, миледи?

Она присела рядом со мной, с восхищением рассматривая браслет. Девушка, выглядящая очень мило и дружелюбно, представилась виконтессой Лорейн Гамильтон.

— А вы - маркиза Эльвина Пэмбрук, я знаю. Я видела вас на представлении, а затем на балу дебютанток.

— Приятно познакомиться, виконтесса.

— На дебюте вы выглядели немного растерянной, милая маркиза, — с участием сказала Лорейн. - Как я вас понимаю! Мой дебют состоялся в прошлом сезоне. Я так волновалась, что едва могла дышать. А вам еще хуже. Наверное, это так непривычно. После деревенской глуши оказаться в огромном городе, где все чужое и незнакомое. Королевский двор — сущий ад для непосвященной особы.

Когда Лорейн говорила, светлые кудряшки покачивались вокруг ее лица. Она изо всех сил старалась проявить ко мне участие. Но я вдруг почему-то почувствовала отторжение.

— Не могу сказать, что была настолько ошеломлена, — возразила. — Привыкнуть можно к чему угодно.

— Ах, не надо ложной скромности, леди Эльвина, — виконтесса махнула рукой. — На вашем месте я бы только и мечтала о том, на кого можно было опереться в это непростое время после дебюта. Очевидно, вы немного испуганы.

— Вначале я, конечно, испытывала волнение, но сейчас это прошло. Тем более барон и леди Четвиды, у которых я гощу, весьма внимательны ко мне.

— Неужели вы не знаете, маркиза, что Гертруда Четвид не всегда была леди. На самом деле — она из простых. Когда-то работала — фи! — прачкой. Вы представляете себе этот резонанс?

Лорейн неестественно засмеялась, приглашая меня посмеяться вместе с ней. Но мне, наоборот, захотелось побыстрее прекратить этот разговор. В Лорейн было что-то фальшивое. Она из кожи вон лезла, чтобы это заглушить, но получалось плохо. Не замечая моего настроения, виконтесса продолжила болтать.

— Будь я на месте Их Величеств, то изгнала барона Четвида, который посмел ввести в наш круг простолюдинку, — продолжила Гамильтон.

— Было приятно познакомиться, леди Лорейн, но я, наверное, пойду, — сухо сказала я.

— Не будьте такой дикаркой, маркиза! — блондинка растянула губы в улыбке. – Я могу быть весьма полезной для вас.

Кажется, я начала догадываться. Неспроста эта Гамильтон ко мне подошла. Сначала я хотела уйти, но решила остаться и послушать, что она скажет.

— В чем же эта польза?

— В паре ценных советов, которые я вам дам. Прошу не обижаться, ведь мной движет исключительно сочувствие и добрые побуждения. Во-первых, я бы посоветовала вам сменить модистку. Ваш гардероб оставляет желать лучшего. Даже это платье, которое сейчас на вас... Весьма странный фасон.

Я точно знала, что с моим гардеробом все в порядке. Пусть я не разбиралась во всех этих турнюрах и кринолинах, но бдительная Этикетка стояла на страже хорошего вкуса. Да и своей модистке, мадмуазель Глиссе, я доверяла на все сто процентов. Кстати, в последнее время у нее прибавилось заказов. Она сказала, что я стала для нее великолепной рекламой. И самой любимой клиенткой!

— А во-вторых?

Мой тон был холодным, но Лорейн будто не заметила, изо всех сил пытаясь изобразить доверие.

— А во-вторых, вы должны держаться подальше от герцога Стивена Бакстона.

— Почему же? Даже Ее Величество считает герцога великолепной партией.

Лицо Гамильтон исказилось. Это составило явный контраст с доброжелательностью ее тона.

— Ах, вы не должны доверять его ухаживаниям. Ведь Стивен Бакстон по уши влюблен в меня. Он закидывает меня любовными посланиями... Прохода не дает! Вот, смотрите...

Лорейн достала из сумочки какие-то письма.

— Не имею привычки читать чужую переписку.

— Я совершенно не против. Показываю вам, как подруге, чтобы доказать мою искренность.

Лорейн положила письма мне на колени, но я с неприязнью отодвинула их подальше. Она была явно не тем человеком, которого бы мне хотелось назвать подругой.

— Все-таки лучше на словах, виконтесса.

— На словах... Что ж... Стивен без ума от меня, — в голосе Лорейн появилось высокомерие. — В скором времени он сделает мне предложение руки и сердца. Вы же окажетесь в унизительном положении, если станете принимать его ухаживания. Над вами все будут потешаться, маркиза. Уже потешаются.

Мне стало так противно, что захотелось уйти сию же секунду. И все-таки нужно все ВЫЯСНИТЬ.

— Зачем тогда вообще герцог проявляет ко мне внимание, вместо того, чтобы объявить о помолвке с вами?

— Милочка, неужели вы не поняли? - громко захохотала Лорейн. — Стивену скучно. Он просто развлекается. Вы должны держаться от него подальше, иначе станете всеобщим посмешищем.

Наверное, не стоило ее злить, но наглость и снобизм Гамильтон разозлили меня. Она еще указывать будет, что мне делать?

— Знаете, виконтесса, именно так я и собиралась поступить. Но после ваших добрых советов еще подумаю. Любопытно, насколько далеко герцог может зайти. Спасибо, что предупредили о неблаговидных планах Бакстона. Значит, я вооружена.

— О... не стоило благодарности, — через силу выдавила Лорейн, пряча в сумочку свои письма. — Приходите ко мне на утренний чай. Я познакомлю вас с подругами —Мюриэль и Шейлой. Они горят желанием подружиться с вами.

— Благодарю за приглашение, но, боюсь, у меня много дел, виконтесса. Благодарю и за приятную беседу. Но нужно идти. Гертруда меня уже разыскивает.

Я с облегчением поднялась:

— Постойте! А вы не хотите примерить жемчужный браслет, который вам подарили?

Так хочется взглянуть, как он будет смотреться на вашей руке.

— Непременно, но позже.

Избавившись от общества Лорейн Гамильтон, я вздохнула с облегчением. Таких навязчивых и неестественных людей я еще не встречала.

Гертруда нашлась очень быстро -— разговаривала с очередными знакомыми. Бывшая прачка была в восторге от внимания и выглядела очень оживленной. Но сейчас я была ей даже рада.

— Смотрю, вы познакомились с виконтессой Лорейн Гамильтон, маркиза. Какое совпадение, это та самая леди, о которой я вам говорила.

— За которой в прошлом сезоне ухаживал Стивен Бакстон?

— О да. Но теперь герцог ухаживает за вами, — Гертруда увлекла меня дальше по набережной. — Жаль ее, но такое случается. Не зря говорят, что если джентльмен не сделал леди предложение в сезоне, то предложения вообще не поступит. Бедняжка леди Гамильтон. Думаю, она еще найдет свое счастье. Помимо Стивена у нее были и другие поклонники. Такая милая и добрая особа. Не находите, маркиза?

— Да уж, — усмехнулась я. — Необыкновенно мила.