Глава 17. Парк

Всю неделю Женя вёл себя очень странно, проявляя какую-то трепетную заботу обо мне: то ли он действительно испугался за меня после моего прыжка и ещё не отошёл от шока, то ли подлизывался, чтобы что-то попросить у меня потом. Я склонялась ко второму варианту, косвенное подтверждение своим подозрениям я получила в четверг, когда Женя завёл разговор о том, что неплохо бы нам с ним прогуляться по городу в субботу, например, сходить в парк.

— Только ты и я? — подозрительно спросила я.

— Ну, не только, — неохотно промямлил Женя. — Ещё Саша.

— А, всё ясно. Ради того, чтобы я послужила вам ширмой, вы готовы потерпеть третью лишнюю.

— Чтобы ты не чувствовала себя третьей лишней, будет Ник.

— Интересно, чья же это идея?

— Вообще, моя, но он сразу же согласился, — признался Женя.

— Значит, чтобы спокойно провести время со своим другом, ты готов самолично бросить меня в лапы самого ужасного бабника на Земле с отвратительнейшим характером, от общения с которым ты меня раньше так трепетно оберегал?

— Не преувеличивай, Том. Тем более, он тебе нравится. Ты в его присутствии начинаешь источать столько яда, — Женя игриво повёл бровями.

— Интересно, что же ты тогда думал обо мне в первый месяц нашего знакомства?

— Что ты от меня без ума! — широко улыбнулся Женя.

— Придурок, — я шутливо отвесила ему подзатыльник.

— Том, ну это всё равно лучше, чем просто дома сидеть. Ну, пожалуйста, соглашайся, — я согласилась, на всякий случай сделав недовольную мину.

В парк я поехала на маршрутке — три остановки, и уже там. Я долго боролась с соблазном отправиться туда на мотоцикле, но решила, что благоразумнее будет воспользоваться общественным транспортом: так хотя бы не придётся выслушивать нотации обоих братьев. Когда я вошла на территорию парка, Ник и Женя уже ждали меня. Саши ещё не было. Женя поприветствовал меня ставшим привычным за время нашего фиктивного «жениховства» поцелуем в щёку, а Ник, встав со скамейки, приветливо улыбнулся. Я отметила про себя, что светло-голубая рубашка ему очень идёт, но тут же поспешила отвести взгляд. Вспомнив высказанные Женей подозрения в том, что Ник мне нравится, я в очередной раз задумалась над тем, что неплохо бы научиться контролировать своё выражение лица: фигово быть юристом, которого каждый может прочитать как открытую книгу.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил Ник, вероятно боясь, что прыжок со скалы не прошёл для меня бесследно.

— Я нормально, а вот Женя всю неделю скулил, что у него всё тело болит. Странно, что больничный не взял.

— Издеваешься? — спросил Женя.

— Нет, просто пытаюсь поддерживать твоё мнение о моей безумной любви к тебе, — ухмыльнулась я, припомнив ему его слова.

Минут через пять на аллее появился Саша, как всегда идеально одетый, с небрежно уложенными прядками смоляных волос. Саша поздоровался, не подав Нику руку. Весьма предусмотрительно с его стороны, ехидно подумала я: лучше не протянуть, чем потом оказаться в идиотской ситуации, если её не пожмут. А Ник уж точно не пожал бы.

— Саш, ты почему так долго? — накинулся на него с упрёками Женя.

— Предсказуемо. Дамы всегда опаздывают, — Ник не удержался от колкости, а Саша пропустил её мимо ушей.

Сначала мы бесцельно бродили по дорожкам парка. Саша, руководствуясь инстинктом самосохранения, старался держаться от Ника на почтительном расстоянии. Ник с любопытством поглядывал на Сашу, иногда ухмыляясь своим мыслям. Могу сказать, что свободно себя никто не чувствовал.

Вдруг мне на глаза попался тир, похожий на сколоченный из широких досок навес, в котором я увидела своего давнего знакомого Витька. Витёк держал стационарный тир недалеко от моего дома, куда я частенько наведывалась по выходным. Видимо, он решил, что в парке в сезон он сможет заработать куда больше, и вложился в открытие этой точки. Но судя по тому, что я увидела, особо он не тратился и руководствовался принципом «дёшево и сердито».

— Может, постреляем? — спросила я, на что Ник пожал плечами, Женя замотал головой, видимо, вспомнив, как я безуспешно пыталась научить его стрелять, а Саша предложил Жене сходить вместе с ним за мороженым.

— Барышни редко любят оружие, — задумчиво произнёс Ник, глядя вслед удаляющимся Жене и Саше. — Ну, а мы развлечёмся немного.

Подходя к этой несуразной конструкции и увидев расплывающуюся лыбу обрадовавшегося мне Витька, я покачала головой и незаметно для Ника поднесла указательный палец к губам. Витёк намёк понял и сделал вид, что просто рад очередным клиентам.

— У нас акция. Только сегодня вы можете выиграть для своей спутницы этого прекрасного белоснежного мишку, — Витек указал рукой на уродливого плюшевого полярного медведя.

— Выиграть для тебя? — Ник посмотрел на меня и улыбнулся своей фирменной озорной улыбкой.

— Конечно, и пусть этот прекрасный белоснежный мишка будет напоминать мне о таком же прекрасном человеке, — в конце я не сдержалась и захихикала.

— Отлично. Вам нужно попасть точно по центру во все десять мишеней. Время ограничено. Но вам, я думаю, это будет несложно, — Витёк с улыбкой протянул Нику ружьё.

Ник повертел его в руках, осмотрел, зарядил, прицелился. Девять попаданий в десятку из десяти, при попадании в последнюю мишень пулька сместилась немного влево. Витёк одобрительно покивал головой и попросил не расстраиваться: в другой раз повезёт.

— Том, ну и зачем тебе этот медведь? У него глаза в кучу, одно ухо больше другого, и вообще, у него, видимо, генетические отклонения, — начал уговаривать меня Ник, будто я когда-то жаждала обладать этой игрушкой. — Да и всем известно, что они мухлюют в этих тирах.

— Но-но, полегче, — возмутился Витёк. — Ничего я не мухлюю. Ну, слегка промазал, с кем не бывает. Нечего порядочных людей обвинять. Том, покажи ему.

Ник с подозрением покосился на меня, поняв, что Витёк и я знакомы. Я взяла в руки ружьё, думая, как бы сейчас по закону подлости не облажаться перед Ником. К моему счастью, этот паскудный закон в этот раз не сработал. Я точно попала во все мишени, а Витёк развернулся к полке и взял убогого расхваленного им медведя, чтобы отдать мне, но в последний момент засомневался:

— Том, тебе он нужен?

Я покачала головой.

— Так я и думал, — сказал Витёк и поставил медведя на место, и, обращаясь к Нику, добавил. — Ну вот, а ты говоришь, мухлюю.

— Да вы знакомы, на пару мухлюете, — с улыбкой заявил Ник.

— Том, а кто это? — не сдержал любопытство Витёк.

— Это брат Жени, помнишь, со мной приходил в тир?

Витек наморщил лоб, а потом выдал:

— А, ну этот хотя бы стрелять умеет. Ты заходи к нам как-нибудь на Сочинскую, я там по субботам бываю, и друга своего бери.

Витёк ещё пару минут жаловался мне на то, что его достали проверками администрация, менты, налоговая, пока не подошли Женя и Саша, держа в руках эскимо для нас с Ником. Мы попрощались с Витьком и решили пройтись к аттракционам. Мы побывали в уже набившем оскомину очередном музее восковых фигур, потом в лабиринте страха, после которого Ник заявил, что в предыдущем месте было намного страшнее, и тут Ник обратил внимание на американские горки и потащил нас к ним.

— Не-не-не, — сразу же запротестовал Саша, — мы с Женей лучше в кафе посидим, а?

— Я тоже так думаю, — ответил Женя.

— Том, ну хоть ты не включай трусиху. Это намного безопаснее, чем прыгать со скалы, — Ник не хотел сдаваться и принялся уговаривать меня.

Услышав про прыжок со скалы, Саша вопросительно посмотрел на нас, а Женя сделал ему молчаливый знак, мол, потом объясню.

— А вдруг меня на тебя стошнит? — спросила я, надеясь, что этот веский аргумент сработает безотказно.

— Ничего, как-нибудь переживу, — беззаботно ответил Ник.

— Подождите нас, — попросила я Женю. — А потом вместе в кафе сходим.

Женя кивнул, и они с Сашей расположились на лавочке неподалёку, сразу же принявшись о чем-то увлечённо болтать.

Усевшись в открытую кабинку и пристегнувшись, я нервно сглотнула: предстоящее обещало быть настоящей пыткой для моего вестибулярного аппарата. Когда кабинка двинулась и стала набирать скорость, я закрыла глаза и стала считать про себя, чтобы как-то отвлечься от надвигающейся дурноты. Незаметно для себя я мёртвой хваткой вцепилась в руку Ника, который, вероятно, успел пожалеть, что предложил эту затею. Когда я поняла, что всё позади, у меня даже не было сил обрадоваться. Меня заметно штормило, а когда Ник посмотрел на меня, чтобы оценить моё состояние, по его лицу я поняла, что что-то не так, и уже потом почувствовала, что у меня началось кровотечение. Я зажала нос ладонью, вспомнив, что забыла с собой взять сумочку и мне совсем нечем вытереть кровь. Ник махнул рукой Жене, и он сразу же подбежал ко мне, ошарашенно глядя на меня.

— Постой с ней, я сейчас, — быстро проговорил Ник и куда-то ушёл, а Женя обхватил меня за плечи, поддерживая.

Вскоре Ник вернулся, держа в руках пачку салфеток.

— Выпросил в кафешке, — пояснил он, прикладывая к моему носу сразу несколько салфеток. — Что это с тобой?

— Ничего, у меня бывает, если перенервничаю, — неохотно призналась я.

— Странно, когда ты прыгнула со скалы, у тебя такого не было, — медленно произнес Ник.

— Прыжок длился пару секунд. Я просто не успела.

Салфетки быстро пропитывались кровью, которая не спешила останавливаться, и Ник предложил отвезти меня домой или в больницу.

— Ещё в больницу с такой фигней ехать, скажешь тоже! Поехали домой, — согласилась я на предложение Ника, заметив, как обрадовался Саша тому, что теперь сможет спокойно общаться с Женей наедине.

Ник поддерживал меня, пока мы шли к машине, несмотря на мои возмущения. В машине всю дорогу Ник с беспокойством поглядывал на меня, а потом, доведя меня до дверей квартиры, он с сомнением спросил:

— Может, мне всё-таки остаться с тобой, чтобы убедиться, что всё в порядке? Или давай вызовем врача.

— Кровь остановилась, всё в порядке. Не переживай ты так, у меня не в первый раз. Я привыкла уже.

Поколебавшись немного, Ник попрощался и, подождав, пока за мной захлопнется дверь, ушёл. А я, оказавшись в прихожей и закрыв дверь на замок, опустилась на пол и, обхватив голову руками, сидела так некоторое время. Потом, умывшись, я нашла в кухонном шкафу початую бутылку вискаря и налила в стакан. Настроение было паршивым, мысли в голове путались, но, как ни странно, после второго стакана в голове стало проясняться. Вся эта история, в которую я влипла по Жениной милости, мне показалась очень противной. Зачем всё это было? Чтобы утереть нос ужасному брату, который по факту оказался не таким уж ужасным. Да, между братьями отношения были более чем натянутые, но Ник Женю любит, это мне было понятно, и заботится о нём, а Женя воспринимает эту заботу словно сквозь кривое зеркало. Да, Ник далеко не прекрасный ангел с белоснежными крыльями, но и не демон, каким его живописал Женя. Ник был довольно умён, чтобы сразу же раскусить нашу с Женей ложь, но, тем не менее, он не выдал брата и даже нам подыгрывал. Перед их родителями же мне не было совестно ни капельки: странно обделять любовью одного ребёнка, и так показательно чрезмерно любить второго, усугубляя пропасть между братьями. Если бы Ник и Женя всё-таки сумели найти общий язык, я бы была искренне рада. Незаметно я выглушила полбутылки и, сложив руки на столе, уронила на них вдруг ставшую такой тяжёлой голову. Из ступора меня вывел звук дверного звонка. Пошатываясь и держась за стенку, чтобы не упасть, я добралась до двери и открыла её. На пороге

— Почему ты так долго не открывала? Я минут десять звоню. Я уже беспокоиться начал, — напустился на меня Женя.

— Извини, не слышала, — я поняла, как сильно заплетается мой язык.

— Да что с тобой? — округлил глаза Женя и, почувствовав запах алкоголя, сделал верный вывод. — Да ты пьяна!

— Чуть-чуть, — сказала я, пропуская его. — А где же Саша?

— Дома.

— И что, ты даже не воспользовался ситуацией? — удивилась я.

— Воспользовался, — сказал Женя. — Но ты на звонки и сообщения не отвечала. Я беспокоился и решил проверить, всё ли в порядке.

— Проверил? — я громко икнула. — Всё в порядке. Можешь возвращаться к любимому.

— Ну уж нет. В таком состоянии я тебя не оставлю.

Я взяла его за руку и потащила на кухню, налила стакан и поставила перед Женей.

— Тогда пей. Чтоб лучше понимать друг друга.

— Не буду, — Женя отодвинул стакан.

— Тогда проваливай! — я махнула рукой в сторону двери.

Женя взял стакан и с трудом сделал глоток.

— Жень, нам пора заканчивать с этим комическим шоу. Это неправильно. Ник этого не заслуживает, да и родители тоже. Если ты не можешь сказать им правду, то хотя бы перестань водить за нос.

— И что тебя навело на такие мысли? Бутылка виски? — усмехнулся Женя.

— И она тоже. Знаешь, в детстве я всегда мечтала о старшем брате, который мог бы меня защитить ото всех. Но брата у меня не было. Поэтому я защищала себя сама. Ко мне особо никто и не докапывался почему-то.

— А в Нике ты видишь своего несуществующего брата, который сможет защитить тебя?

— От некоторых вещей не защитит и он, — тихо сказала я.

— Я защищу, — так же тихо сказал Женя.

— Если вдруг случится зомби-апокалипсис, я тебя позову. Помнится, мы это уже обсуждали, — улыбнулась я.

— Меня, а не Ника? — прищурившись, переспросил Женя.

— Тебя. Ника я долго не вытерплю. А вот тебя долго терпеть не придётся, — я засмеялась, а потом продолжила. — Может быть, Ник и самодовольный болван, но он тебя любит. Если бы он хотел, он бы выставил и тебя, и меня на посмешище перед вашими родственниками. А чего ему стоит рассказать твой маленький секрет родителям?

Пока я это говорила, Женя недовольно морщился, а потом сказал то, отчего даже мой пьяный мозг пришел в шоковое состояние.

— А если оставить всё, как есть? Будем вместе жить, как раньше. Всё равно у тебя никого нет.

— У меня такое ощущение, что это ты только что выжрал полбутылки виски, а не я, — мне даже показалось, что я стала значительно трезвее. — А вдруг у меня кто-то появится? Мы станем тогда жить втроём? А вдруг ты положишь глаз на моего парня?

— Да кто у тебя появится! Не обманывай себя. С твоим-то характером! — ну, это было уже наглостью со стороны Жени, эта фраза и разозлила, и покоробила меня одновременно.

— Знаешь что, когда любят стараются как можно больше времени проводить со своим возлюбленным, а не припираются к пьяной женщине с дурным характером, и, тем более, не бухают с ней. Так что вали, — я резко поднялась со стула, чтобы показать Жене, что больше я его терпеть не намерена, но тут же осела, оглушенная сильной головной болью, пронзившей левый висок.

Я практически не помнила, как Женя дотащил меня до дивана, помню только, что он укрыл меня пледом и сидел рядом, бормоча под нос:

— Хоть гони, хоть не гони, никуда я не уйду. По крайней мере, сегодня.

Утром, вернее уже ближе к обеду, меня разбудил Женя, держа в руках миску с пельменями в ароматном бульоне.

— Сам лепил, что ли? — недоверчиво поинтересовалась я.

— Нет, в магазин сгонял, — зевая, ответил он. Вид у него был помятый и сонный — на кресле спал, догадалась я.

Я взяла миску и ложку и поняла, как сильно у меня дрожат руки. Всё-таки алкоголь был вчера лишним. Вернув миску назад, я попросила Женю, поискать тонометр. Давление было пониженным, а пульс зашкаливал. Я попросила Женю дать мне мои таблетки и принести стакан воды.

— Завтра я не пойду на работу. А ещё лучше возьму больничный на неделю. Надо будет позвонить врачу: она мне никогда ни в чём не отказывает. Так что будешь отдуваться сам, — я слабо улыбнулась, а Женя вздохну