43

– Что ж, – произношу я, стараясь выглядеть как можно строже, и понимаю, что не могу. – Почему ты мне не сказал? Я как–то сразу вся сдуваюсь, в моей груди клубится разочарование, но злости там больше нет. Я не хочу ругаться с Торвальдом, но мне действительно больно от того, что он утаил столь важную часть своей биографии. – Прости меня, Бритта, прошу, прости, я такой идиот, – Торвальд аккуратно сжимает мои запястья, – я должен был рассказать раньше, ты полностью права. – Но не с самого начала, когда мы только встретились нельзя было мне говорить такое, тогда я бы не стала с тобой сближаться, хотя я могла бы не поверить. По слухам никто никогда не видел Северного Лорда без маски и странного балахона, я бы решила, что ты надо мной смеешься, всерьез представляясь тем, кому меня хотел продать Кристенсен. – Да, я не правильный Лорд, в этом ты права, – усмехается Торвальд, – слишком уж люблю театральщину, она позволяет мне легче относиться к жизни. Ты познакомилась с моими родственниками, находиться рядом с ними можно только обладая большим чувством юмора. Вот как–то оно и повелось. – Ясно, – киваю и к своему ужасу понимаю, что и обида на Торвальда прошла, слишком легко я его прощаю. – Я должна спросить, – буквально заставляю себя, – все те легенды, слухи о девушках, которых тебе привозили, они правдивы? Торвальд молчит, отвечает не сразу, что заставляет мое сердце биться сильнее. – Давай зайдем в твою комнату, буквально за порог, я не останусь там надолго, дядя не поймет, – предлагает он вместо внятного ответа. «Нет, неужели он на самом деле мерзавец?» – стону про себя. Впрочем, я не могла всерьез считать кого–то, кто стал главным на материке, белым и пушистым. Но это так ужасно, получается, что Торвальд обошелся лишь со мной хорошо, остальным девушкам не повезло. – Ты себе что–то не то надумала, не нужно уметь читать мысли, чтобы это понять, – хмурится мой «жених», закрывая дверь комнаты. – Ты до этого все спокойно обсуждал в коридоре, а тут настоял на большей приватности, что еще я могу подумать? Конечно, что правда меня сильно ошеломит. – Да, она тебя ошеломит, но не в том смысле. Я попросил продолжить разговор здесь, чтобы ненароком не испортить свою репутацию, совсем не потому, что я делал что–то поистине ужасное с невинными девицами. Дядя и так догадывается, что ты не знала, кто я такой, в коридоре мы не обсудили ничего, что я бы хотел от него скрыть. – Ладно, – скрещиваю руки на груди, неосознанно дистанцируясь от Торвальда, – как скажешь. Так куда делись девушки? Или все же ты использовал их в особо черных ритуалах? Как бы там не было, у меня есть собственная мораль, и я не уверена, что она позволит мне спокойно находиться рядом с Торвальдом, так и не узнав правду. – Конечно, все так и было. А по утрам я умывался слезами красавиц, чтобы всегда выглядеть молодо и свежо. И вообще, я на самом деле упырь, которому скоро стукнет тысяча лет, а дядю я загипнотизировал, чтобы он считал, что я его племянник, – с серьезной миной на лице произносит Торвальд. – Не смешно. – Не веришь? А зря, это один из самых странных слухов обо мне. Правда, обычно дядя в нем не фигурирует, но все считают, что я гипнотизирую своих ближайших приспешников. Собственно, балахон и маска нужны для того, чтобы я мог выходить на свет днем. – Если верить легендам, одежда не спасет упыря, как и шляпа, – хмурюсь я. – Так что не подходит версия. – Ха! Конечно, не подходит. Я не упырь, как ты успела заметить, и ни слезами, ни кровью невинных девиц я не умываюсь и уж тем более не питаюсь. И справедливости ради стоит заметить, что за все время бытности мною Северным Лордом мне привозили лишь троих девушек, но слухи сильно увеличили их количество. Каюсь, я приложил руку к этим домыслам, но это все, в чем я повинен. – Так а сами девушки где? – тороплю я Торвальда продолжить рассказ. – Далеко. Двоим я помог сбежать к их возлюбленным, а одна изъявила желание жить одной. Единственным моим условием было не возвращаться в наши края и не пытаться общаться с родственниками, что было не так уж и сложно выполнить, учитывая, что родственники их продали. – Правда? – Мне сразу становится легче дышать. Торвальд помог не только мне, он настоящий джентльмен, я в нем не ошиблась. – Ты не обманываешь меня? – Нет, милая Бритта, я не обманываю, – улыбается Торвальд и целует мою руку. – Поверь, все с теми девицами хорошо. Было, по крайней мере, когда они от меня сбегали в ужасе. – Сбегали? – Я не мог взять их и отпустить, приходилось выкручиваться, целые спектакли ставить так, чтобы не испортить свою репутацию, – разводит Торвальд руками. А я вдруг начинаю смеяться, напряжение окончательно покидает меня.