66

– Как равную? – переспрашиваю я, наконец–то оказываясь самостоятельно стоящей на полу. Правда, от неожиданности меня немного пошатывает, и Торвальд меня не отпускает, придерживает за спину. – В каком смысле? Я понимаю, что совсем ничего не понимаю, давно причем перестала понимать. Пожалуй, еще с момента странных земных импульсов от моих топаний ногами. – Ты хочешь быть подчиненной супругой? Никогда не думал, что ты захочешь такие отношения. Ты все же подумай, быть равной мне гораздо приятнее, нет? Не волнуйся, все мужские обязанности в браке буду выполнять я: заботиться, обеспечивать тебя и прочее. В этом аспекте все традиционно. – Нет, подчиненной супругой я быть точно не хочу, – отвечаю растерянно, все еще пытаясь понять, что здесь происходит. – Вот и отлично! – восклицает Торвальд, сбивая меня с мыслительного процесса. – Значит, решено. Мы на равных, мы идеально подходим друг другу, осталось получить благословление, и можно отправляться обратно на поверхность. – О каком благословлении может идти речь, если мне никто не делал предложение! – возмущаюсь я, сбрасывая оцепенение. – Твоя шутка затянулась, не смешно. Договор между нами был только на фиктивную помолвку перед твоими живыми родственниками, предков я не намерена обманывать. – Ты права, Бритта, а я идиот, – кивает Торвальд и становится передо мной на колени. – Прошу тебя, моя драгоценная, стань моей настоящей, не фиктивной невестой. Мы предназначены друг для друга, с кем–то другим мы будем несчастны, поверь мне. Я чувствую такие вещи, как чувствую то, что мы с тобой истинные половинки друг друга. В недоумении смотрю на Торвальда и глупо хлопаю ресницами, понятия не имея, что же ему сказать. – Ты сейчас всерьез, да? – спрашиваю отчего–то шепотом. – Потому что если шутишь, то шутка плохая. – Драгоценная моя, я всерьез, я не могу шутить там, где меня осудят предки, иначе ты выйдешь на поверхность, а я нет, – отвечает мне Торвальд. И я почему–то верю ему. Что–то в тоне его голоса и в его глазах заставляет поверить в столь неожиданное и экстравагантное предложение руки и сердца. – Ты просто не знаешь, как устроить мою жизнь безопасно по–другому нежели без брака, да? Мы ведь договаривались, что ты мне поможешь, но ты не придумал ничего лучше, чем жениться на мне, – киваю я. – Милая моя Бритта, несомненно, это достойная причина, – смеется Торвальд, – но основную я уже назвал. – Мы истинные половинки, с другими нам будет худо, я услышала. Вот только, знаешь, девицы обычно иные слова ждут от женихов. – Бритта, ты моя жизнь, ты мое все, я дышу тобой! Между нами еще нет той самой всеобъемлющей любви, но уже есть симпатия, привязанность и влюбленность. Прошу, дай нам шанс, уверен, любовь придет в ближайшее время, нам просто нужно позволить ей прийти. Скажу честно, меня притянуло к тебе с первого взгляда, я ведь не склонен помогать незнакомым девицам в беде. Ты была первой такой девицей, первой и единственной. Я мог бы вылить на тебя целый арсенал обольстительных речей, но не лучше ли правда и искренность? Ведь то, что мы испытываем друг к другу еще очень хрупкое, но, главное, оно настоящее и не пропадет ни через месяц, ни через год, ни через десять лет. Мы с тобой предназначены самой судьбой, прошу тебя, согласись стать моей настоящей, нефиктивной невестой. Обещаю, нам не всегда будет легко, но мы всегда будем любить друг друга, поддерживать и чувствовать единение истинных.