Глава 22

Ранним утром мы с Айрениром вышли из подземелий крепости на мощеный двор. Конечно, можно было войти в донжон и через тайный ход в холле, но слишком уж я хотела глотнуть свежего воздуха!

Прощание с Даггертом прошло сухо и скомканно, король был чем-то весьма озабочен. А вот Мерильен, наоборот, оказался довольно весел и даже пару раз таинственно подмигнул, лукаво намекая на только нам известные обстоятельства.

На поверхности было настолько холодно, что я почти мгновенно окоченела, невзирая на кучу одежды. Этим утром Айренир принес мне тёплые бриджи чуть ниже колена и ботфорты на меху с такими высокими голенищами, что они закрывали эти самые колени, а еще рубашку из тонкой шерсти и пушистый меховой жилет. Кроме того, у меня имелась уже упомянутая шубка, муфта и капор, но я все равно ощущала себя сосулькой.

Принц кутался в уже привычный черный плащ, под которым сверкали серебром галуны на его мундире.

Ночью Айренир связался с Брейном, все-таки эти зеркала – отличная штука. Мой верный друг обещал ждать нас на границе своих земель и сопровождать столько, сколько потребуется. Даже возмущался, что в Рохе я была без защиты его людей.

Надеюсь, принц не рассказал ему о моих похождениях в крепости? Как-то не хочется портить репутацию светлого существа неудавшимся Армагеддоном.

У ворот донжона нас ожидал начальник гарнизона. Он смерил меня раздраженным взглядом – видимо, не забыл, что я его обманула – но все же нагнул голову в приветственном поклоне.

Окружающая действительность казалась декорацией к готическому фильму: древние стены из грубо отесанного камня, пустынный двор, ледяной ветер, несущий по низкому небу сизые облака. На уцелевших башнях реют черные с серебром флаги, между осыпавшимися зубцами темнеют мундиры солдат. А у подножия огромной мрачной башни стою я в короткой шубке, пряча в муфту озябшие ладони, и два дроу в развевающихся черных плащах.

Нервный смешок случайно сорвался с замерзших губ, и вверх взлетело облачко пара. Айренир укоризненно глянул на меня, но ничего не сказал.

Вслед да капитаном Рах'Хайвеном мы поднялись по винтовой лестнице на самый верх донжона, туда, где в потайной комнате скрывались пространственные ворота. Я уже знала болезненную и неприятную процедуру прохода, но на сей раз нам повезло. Каждый из нас обладал достаточной силой, чтобы открыть портал для себя. Поделившись с аркой кровью и магией, мы взялись за руки и шагнули в светящийся проем.

***

Мы прошли восемь арок за три часа, пока наконец не достигли цели этого путешествия: самой южной оконечности темноэльфийского королевства, крепости Галориан. На каждом этапе нас ожидали подготовленные люди, которые открывали следующую арку ценою собственной крови и магии. Если бы все восемь порталов пришлось держать нам самим, то к концу этого марафона я бы стала похожа на жертву вампира.

В Галориане нас снабдили двумя оседланными лошадьми и двумя с поклажей. В туго набитых переметных сумах находились продукты, походная утварь вместе с палаткой, несколько теплых одеял и нужные на природе артефакты. Гарнизон крепости был заранее оповещен, а потому постарался все подготовить к нашему прибытию. Там нас еще и хорошенько накормили, тем более что путешествие в подпространствах требует очень больших затрат энергии. Именно поэтому невозможно одним порталом перемещаться на дальние расстояния, можно просто сгореть от истощения, пока длится переход. Вот и пришлось нам сменить восемь порталов, а не прыгать прямо из пункта А в пункт Б.

Хорошенько подкрепившись и немного отдохнув, мы двинулись верхом по залитой лунным светом дороге. Это в Рохе занимался рассвет, когда мы пустились в путешествие, здесь же была глубокая ночь. Там царила вечная зима, здесь только чувствовалось приближение холодов. Поэтому я не стала менять одежду, хотя шубку пришлось сбросить и отправить назад доброй комендантше. Зато жилетка оказалась как нельзя кстати.

И вот теперь мы неслись на лошадях, сопровождаемые лишь дробным стуком копыт. С каждой пройденной милей мы приближались к цели своего путешествия, но что-то подсказывало, что это еще не конец!

Порывистый ветер трепал нашу одежду, хлестал по лицу, не давая сказать ни слова. Мы мчались сквозь ночь, как молчаливые призраки, но это молчание не было тягостным, ведь мы прекрасно чувствовали эмоции друг друга. Азарт, интрига, предвкушение, остро приправленные настороженностью и опаской, сдобренные внутренним напряжением и малой толикой фатализма. Все это закручивалось в яркий клубок, переливалось из меня в Айренира и обратно, как вода в сообщающихся сосудах. Я уже четко видела, насколько неразрывны узы между нами: мы стали одной автономной системой на духовном и ментальном уровне, будто я – светило, а он – моя планета, и мы не можем разойтись, чтобы не нарушить свои орбиты. Но и сойтись окончательно нам не дает что-то извне, какой-то блок, не позволяющий сделать последний решающий шаг.

Выложенная бетонными плитами дорога, ведущая от Галориана на юг, незаметно перешла в грунтовую. По обеим сторонам темнел густой лес, настоящие дебри, а над нами в фиолетовом небе летели целых три луны, освещая наш путь.

Когда на востоке появилось розоватое свечение, мы уже оставили позади себя достаточный отрезок пути. Уставшая и голодная, я держалась в седле лишь с помощью магии, а потому была несказанно рада, когда Айренир решил остановиться на отдых.

– Привал! – он сверкнул белозубой улыбкой и придержал своего коня.

Я начала медленно сползать по лошадиному крупу. Всё-таки верховая езда не мой конек, такой вот каламбур. Принц легко подхватил меня на руки, не давая упасть, на мгновение прижал к себе, а затем поставил на ноги и спокойно начал расседлывать свою лошадь.

Я даже растерялась от нелогичности его поступков. Смотрела на широкую мужскую спину, пока он, отвернувшись от меня, снимал с лошадей поклажу, и размышляла: а где мой поцелуй, где внимание? Откуда это отсутствие интереса? Мне даже обидно стало.

Неожиданно спина Айренира напряглась, потом его плечи мелко затряслись, и ночную тишину нарушил приглушенный смех.

– Я и не знал, что это так забавно, – оборачиваясь, весело произнес принц, – подслушивать чужие эмоции! У тебя внутри настоящая каша.

– Каша?! – возмутилась, яростно сжимая кулачки. – Ах ты!..

С этими словами я накинулась на него, искренне желая стереть с его лица эту самодовольную ухмылку.

Мне удалось лишь раз ударить его в грудь, а в следующий момент он уже захватил меня в стальные объятия, зажимая мои руки между нами. Его лицо кривилось в страшном оскале, но глаза откровенно смеялись, наблюдая за моей реакцией.

– Вот ты и попалась, маленькая эльфиечка! – прохрипел он загробным голосом. – Теперь тебе не уйти от возмездия!

И впился в мои губы с такой страстью, что я вмиг присмирела, испуганная его напором.

Губы Айренира, на вид сухие и жесткие, умели быть удивительно нежными и умелыми. Каждый раз, когда он целовал меня, я теряла самообладание и подчинялась чарующему искушению его страсти. Вот и сейчас с тихим стоном впустила его алчный язык, который без зазрения совести обследовал мой рот. Его прикосновения, то резкие и страстные, то нежные и осторожные, заставили разлететься все мысли. В голове осталась лишь звенящая пустота, а тело безвольно обмякло в крепких руках.

Издав низкий стон, он оторвался от моих губ и пристально вгляделся в подернутые истомой глаза.

– Ты такая сладкая, – хрипло прошептал, скользя по моему лицу ищущим взглядом, – не провоцируй меня, малышка, я могу не сдержаться.

Я только громко сглотнула комок, ставший поперек горла, и нервно опустила глаза. Доказательство его слов упиралось мне в живот, вызывая горячие воспоминания и табун мурашек по всему телу.

Айренир глубоко вздохнул, вернул контроль над эмоциями и уже обычным голосом произнес:

– Нужно организовать ночлег. Я разобью палатку и разожгу костер, а ты посмотри, что там в сумках. Нам не помешает перекусить перед сном.

Я молча кивнула и послушно направилась к тому месту, где дроу скинул с лошадей поклажу. Сами лошади, уже расседланные и стреноженные, мирно паслись, не отходя далеко от будущего бивуака.

В голову опять полезли разные мысли: об Айренире, о моем отношении к нему, о моих отношениях с ним…

Вот как я люблю все анализировать и драматизировать! Лучше бы действительно занялась чем-то полезным!

В сумках оказалось достаточно провизии, чтобы приготовить почти королевский ужин. Айренир со сноровкой бывалого туриста натянул палатку и разложил костер. Я искоса наблюдала за его неспешными четкими движениями, испытывая тайную гордость от того, что этот мужчина всецело в моих руках. Может, правы были древние дроу, когда признавали над собой власть своих женщин? Особенно ярко я чувствовала это именно сейчас, когда ощущала испытываемое им желание, которое он сумел обуздать лишь неимоверным усилием воли.

Наш маленький лагерь был разбит между гигантских деревьев с широкой листвой. Тяжелые ветви клонились книзу, создавая нечто вроде шалаша над небольшой полянкой в нескольких метрах от дороги. Именно там Айренир и расположил палатку, создав таким образом дополнительную маскировку и утепление. Костер был спрятан в наспех вырытой яме, не позволявшей разглядеть огонь на расстоянии, но запах дыма и готовящейся еды замаскировать оказалось намного труднее.

Плотно поев, я заползла в палатку. Принц задержался, чтобы создать охранный контур.

Рассвет уже разливался по небу, яркие солнца поднимались над лесом, а это означало, что до вечера у нас достаточно времени, чтобы отдохнуть и набраться сил.

Впереди еще две ночи скачки, как подумаю об этом, так сразу выть хочется. Вряд ли Айренир сможет выдержать путешествие под солнечными лучами. На улице хоть и осень, но солнечный свет по-прежнему ярок для чувствительных глаз дроу, привыкших к искусственному освещению подземелий. Хорошо еще, что больше нет проблемы с моим самочувствием. Светлая магия снова доступна мне, и я могу сама себя исцелить. Иначе лежала бы сейчас трупом с затекшими мышцами и натертой попой.

Интересно, а почему мы вообще путешествуем на лошадях? Могли бы и на грифонах, так даже быстрее.

– Айренир, – обратилась к дроу, который ужом скользнул в палатку, забрался ко мне под одеяла и прижался сзади всем телом.

– Да, моя эльфиечка, – мурлыкнул принц, соблазняюще дыша мне в затылок.

– А почему мы на лошадях, а не на грифонах?

Он вздохнул и немного отодвинулся.

– Вообще-то полеты разрешены только над нашими землями, – сказал он. – Это приказ Владыки. К тому же грифоны едят сырое мясо и очень независимы. Если лошадь можно пустить пастись, то чтобы накормить грифона, мне пришлось бы охотиться. Пусти его самого – и вряд ли дождешься обратно. Он явится, только когда сам захочет. Дух свободы сильнее привязанности к хозяину.

– Как же вы с ними управляетесь? – я развернулась лицом к нему.

– Нужен постоянный контакт. Совместные полеты, тренировки… Грифоны не совсем обычные животные. У них существует примитивный разум. Им невозможно приказать, как собакам, они не рабы своих хозяев, скорее боевые товарищи. Каждый дроу может выбрать новорожденного грифона и начать воспитывать его. Маленький грифончик живет со своим хозяином, ест и спит вместе с ним. Таким образом, хозяин из господина превращается в брата, друга. Понимаешь разницу?

– Жаль, с грифоном мы бы уже завтра были на месте, – я устало зевнула и, прижавшись плотнее к теплому телу, спрятала лицо у него на груди.

Айренир издал короткий смешок и обнял меня еще крепче.

– Ты так хочешь поскорее от меня избавиться? – провокационно прошептал мне на ухо.

– Не говори ерунды! – насупилась я.

– Похоже, тебя уже не возмущает перспектива по-настоящему стать моей женой? – ухмыльнулся несносный дроу.

– Меня возмущает перспектива не выспаться! – ворчливо отозвалась я и демонстративно засопела.

– Спи, моя эльфиечка, – он ласково скользнул губами по моей макушке, – завтра нас ждет трудный день.