Глава 32

Я обошла его и направилась вглубь комнаты. Здесь, на огромной кровати, в ворохе подушек и одеял лежало существо, не имеющее ничего общего с сердцеедом и красавчиком Эрионаром.

Повелитель Молний стал похож на жертву анорексии: обтянутый кожей череп, потускневшие волосы, темные провалы глазниц и сухие потрескавшиеся губы. Истощенный до невозможности, он тяжело и поверхностно дышал, а каждый его вздох сопровождался грудным хрипом.

Я отодвинула одеяло и с тихим ужасом уставилась на некогда великолепное тело. Сейчас это были кости, обтянутые кожей.

– Теперь ты понимаешь? – произнес рядом со мной Леоверен.

В его голосе прозвучала неприкрытая боль.

– Что с ним?

Да, совсем не так я представляла нашу встречу.

Эрионар задышал чаще, застонал сквозь зубы, но так и не открыл глаза. Чувство, похожее на жалость, кольнуло мое сердце. Я протянула руку и осторожно сжала пальцы асура. Они были холодными и сухими, будто принадлежали неживому существу.

По моей коже пробежал едва заметный электрический разряд. Я тут же убрала руку.

– После твоего побега он сильно бесновался, порывался лететь за тобой, но я не мог этого допустить, – глухо проговорил Владыка, не спуская с сына тяжелого взгляда, – я удалил все воспоминания, связанные с тобой, но не смог оборвать связь, которая установилась между вами. Мы не похожи на эльфов и веров. Когда асур встречает свою виалле, запускается очень сложный процесс, связывающий двух существ воедино. Связываются не только души, но и ауры. Если эту связь не завершить, аура асура остается разомкнутой, и жизненная энергия просто вытекает в никуда. В тот миг, когда мой сын увидел тебя, дотронулся, вдохнул твой запах, его судьба была решена. Он должен был либо стать твоим мужем, либо умереть. Боги знали это, но все равно потребовали тебя.

– Это ужасно, – я с невольным состраданием смотрела на некогда прекрасное лицо и чувствовала, как на глаза наворачиваются слезы.

– Сначала он начал терять интерес к развлечениям, потом к делам. Стал молчалив и рассеян, перестал спускаться в гостиную и все дни проводил, запершись в своих покоях. А потом перестал есть. После того, как он не появлялся три дня, его крыло забило тревогу. Они сразу же связались со мной, но было уже поздно. К тому времени, как я прибыл, он вот так и лежал. Джанна каждый день уговаривает его поесть, но он давно перестал реагировать на чье-либо присутствие.

Внезапно Владыка до боли сжал мои плечи.

– Если ты спасешь его… – он оборвал себя и с усилием сглотнул, – если спасешь… можешь требовать у меня все, что захочешь. Даже мою жизнь… Я не задумываясь отдам ее, если такова будет плата за жизнь моего сына.

Я передернула плечами.

– Владыка, вы не забыли, что перед вами сид? Я не могу оставить нуждающегося без помощи, даже если это мой злейший враг. Даже если бы хотела!

Позади нас разрыдалась Джанна.

– Заберите жену и позвольте мне приступить к своим обязанностям, – сухо бросила я и откинула одеяло прочь, обнажая высохшую грудь Эрионара.

Владыка подошел к жене и начал что-то говорить ей вполголоса. Я не прислушивалась, ибо мне это было безразлично. За моей спиной с легким стуком закрылась дверь, оставляя меня наедине с тем, по кому столько времени страдала моя душа.

***

Оставшись наедине с Эрионаром, я наконец-то смогла спокойно вздохнуть. Близость его венценосных родителей, неприкрытое горе матери и тщательно скрываемое отчаяние отца оказались слишком тяжелым грузом для моей нервной системы. Это пугало, ведь до сих пор я слышала только эмоции Айренира, да и то благодаря арзолитовому кольцу. Неужели во мне просыпается дар эмпатии?

Но кроме Леоверена и Джанны я больше никого не слышу… Разве что Эрионара.

Я села на кровать рядом с асуром и коснулась его груди.

Кожа была сухой, холодной, будто принадлежала покойнику. Легкий разряд тока ударил мне в пальцы. Я недоуменно отдернула руку, такого со мной еще не случалось! Быстро расфокусировала взгляд, меняя зрение, и ошеломленно уставилась на его ауру.

Это было нечто…

Нет, не так, это было НЕЧТО!

Обычно аура живого существа представляет собой замкнутую систему, наполненную переплетением светящихся нитей. Эти нити имеют различные цвета и оттенки, разную длину и толщину. Иногда на них встречаются узлы и разрывы, говорящие о болезнях или душевных переживаниях, но еще никогда мне не доводилось видеть ауру, у которой нет внешнего контура! А у Эрионара оказался именно этот случай. Его нити словно обрезали по краям, заставив жизненную энергию изливаться в окружающее пространство.

Но вот что странно, стоило мне вновь дотронуться до него, как жалкие, потускневшие обрывки дернулись в мою сторону. Едва они коснулись внешнего контура моей ауры, как он будто растаял, пропуская их, а меня вновь прошил электрический разряд.

На этот раз я сдержалась и не отпрянула. Положила на грудь Эрионара уже обе руки и молча наблюдала, как аура асура начинает медленно, но настойчиво связываться с моей.

Первая реакция – вскочить и убежать. Но я сдержала себя усилием воли и крепко прижала ладони к выступающим ребрам несостоявшегося жениха.

А что мне еще оставалось? Я-то думала, что поделюсь с ним жизненной энергией, подпитаю немного, и пусть его семейка дальше разбирается, как выводить сынка из коматозного состояния. А вышло-то вон как…

Не нужна ему моя магия, ему нужна я, причем целиком и полностью, чтобы отдать свою. Значит, вот оно – настоящее проклятие асуров. Жаль, я не догадалась посмотреть на ауру Леоверена, могла бы раньше понять, что меня ждет. Зато теперь ясно, что "половинка его души" у асуров действительно половинка, способная составить с ним одно целое.

Получается, когда асур находит свою виалле, его аура начинает активно вплетаться в ее, чтобы стать единым целым. Проблема только в том, что женщины других рас не страдают такой особенностью и вполне способны прекрасно жить без мужа-дракона. Вот и я неплохо себя чувствую, даже замуж вышла, пока он тут лежал и высыхал, превращаясь в мумию.

Жалею ли я о связи с Айрениром? Нет.

Считаю ли, что поторопилась? Тоже нет.

Просто жалко это несчастное существо, лежащее передо мной.

Права была Джанна. Только от меня зависела жизнь ее сына, только от моего решения. Они не в силах приказать мне связать с ним судьбу, но я и без этого понимаю, что не могу поступить иначе. И дело не в том, что я чувствую себя виноватой, этого нет. Просто Эрионар не только несостоявшийся жених. За ним стоят его земли и расы, живущие на них. Брейн, Арлет, Эовен с ее ребенком…

Список можно продолжать до бесконечности.

Короли должны защищать свой народ, королевы тоже. Веры принесли мне вассальную клятву, мой муж – наследник дроу. Мне есть о ком позаботиться.

Решительно сжав зубы, я рванула рубашку и полностью оголила грудь асура. Затем стащила с себя сапоги, расстегнула пуговицы на своей одежде и стащила платье с плеч. Для быстрейшего протекания процесса нужна как можно большая площадь соприкосновения. Обычно это происходит в более интимной обстановке, но нам сойдет и так.

Стараясь не думать о том, что делаю, я залезла на кровать и осторожно легла на грудь Эрионару. Устроилась у него между бедер. Прижалась всем телом, ощущая каждую выступающую кость, просунула ладони ему под спину, надавила, впечатывая их в тонкую, похожую на пергамент кожу, и замерла, пронзаемая насквозь сотней маленьких электрических разрядов.

Это было изумительное зрелище. Будто живые, нити наших аур связывались между собой по цветам и фактуре, на моих глазах превращаясь в единое целое, соединяя две ауры в одну, замкнутую общим контуром, светящимся и переливающимся так, что было больно смотреть.

Но вот нити Эрионара достигли багрянца, оставленного во мне Айрениром. Вздрогнули, отступая, попробовали еще раз связаться с чужой энергией, а потом равнодушно обтекли, образовывая вокруг золотисто-багряного отблеска зону отчуждения.

Я лежала, не шевелясь, лишь чувствовала, что кожу, соприкасающуюся с телом асура, раз за разом пронизывают легкие электрические разряды. Это не было больно или неприятно, скорее немного щекотно. Впервые я не отдавала свою энергию, а получала чужую. Хотя какая она мне чужая? Теперь у нас с Эрионаром будет замкнутый цикл на двоих.

Внутри моей ауры творилось нечто невообразимое. Такого мне видеть еще не приходилось. Внешний контур, ослепительно-белый, объединял меня с асуром, а вот нити Айренира не переплелись с моими, как нити Эрионара, они просто присутствовали, опутав меня пульсирующим коконом, даря тепло и надежность.

Наконец, наши ауры окончательно соединились, только места соединения выглядели эфемерными, ненадежными. Будто физического контакта было недостаточно.

Что ж, прости, Эрионар, но это все, что я могу тебе дать. Если от моей влюбленности что-то и осталось, то сейчас это уже не имеет значения. У меня есть муж, и я его люблю.

Я так крепко прижималась к асуру во время слияния аур, что теперь мой нос оказался уткнутым в его шею. Я с удивлением вдохнула изменившийся запах Повелителя Молний. Прежде его аромат был незначительным и незаметным, а теперь вызывал в моем теле недопустимое томление, которое срочно нужно брать под контроль.

Твердое тело подо мной вздрогнуло. По нему прошла волна дрожи, и я поспешила подняться. Но едва шевельнулась, как меня придавила мужская рука.

Веки асура медленно поднялись, расфокусированный взгляд уставился мне в лицо. В нем не было ни чувств, ни эмоций, ни воспоминаний – ничего, что говорило бы об узнавании.

Я дернулась еще раз, но тяжелая рука лишь сильнее сжалась на моей талии.

Кажется, кто-то уже вполне пришел в себя и в услугах целителя больше не нуждается.

– Отпусти меня, Эрионар, – попросила я как можно спокойнее.

Он шевельнул бедрами, и я вдруг явственно ощутила то, что в меня упиралось.

Значит, ауры соединили, а теперь телами сливаться будем? Ну уж нет, это ты с кем-нибудь другим.

Я решительно уперлась руками в худую грудь, но асур хоть и был ослаблен, все же оставался достаточно сильным. В одно мгновение Эрионар перевернулся, увлекая меня за собой, и я оказалась подмятой под него.

– Ты такая сладкая, – услышала хриплый шепот, опаливший мою щеку, – и ты так вкусно пахнешь… Кто ты?

Он не узнал меня! Зато в нем проснулся древний инстинкт, заставивший забыть обо всем, кроме одного: завершить соединение. Здесь, сейчас, немедля – вот и все, о чем он способен думать.

Руки асура стиснули меня до боли, губы начали терзать мою шею. Я поняла, что не могу вырваться, потому что, несмотря ни на что, он намного сильнее меня.

Я забилась в истерике.

"Айренир!!!" – мысленно закричала, пытаясь нащупать связь с мужем.

Принц откликнулся в то же мгновение, будто ждал. Теплая волна беспокойства сменилась звериным рычанием.

Я трепыхалась пойманным мотыльком, пока Эрионар прижимал меня своим телом к кровати. Его колючие растрескавшиеся губы впились мне в грудь, и я закричала.