Глава 16

Я смотрю на девочек, девочки смотрят на меня.

— Так что, все поняли как будет проходить финал, он же помолвка, он же женитьба? — грозно хмурюсь, ибо по лицам дракониц и их круглым удивленным глазам понимаю, что могло дойти не до всех.

Невесты быстро-быстро кивают и выдавливают улыбки. И что их так сильно озадачило? Может наличие родового источника силы во время церемонии, или то, что после финала, бедняжку сразу же окрутят и отдадут в лапы мужа, а может сам король, который будет проводить обряд? Впрочем, не важно. Подопечных в известность я поставила? Поставила. По полочкам предстоящее действие разложила? Разложила. Наряды, прически и прочие важные мелочи обсудила? Обсудила. Все. Мавр сделал свое дело, мавр может уходить. И так с самого утра сегодня на ногах. Пока план будущего мероприятия составила, пока почитала информацию, что, собственно собой являет помолвка ледяных драконов, пока к его величеству ходила за консультацией по данному вопросу и уточнением некоторых моментов, уже и день минул. А сейчас вот пора пришла и дракониц просветить, поэтому-то и собрала всех девушек в небольшой общей для всех претенденток гостинной, дабы провести приватную беседу.

— К чему это лицемерие? — внезапно вспыхивает Риания, нарушая все мои планы на отдых. — И так уже давно известно кого выберет принц.

— И кого же? — невозмутимо поднимает брови Сиара.

Рия театрально закатывает глаза:

— Тебя конечно, а кого же еще?! Все с самого начала было ясно, у Крэса всегда было к тебе особое отношение. Еще и спасать бросился…

Руку даю на отсечение, рыжая сама мечтала оказаться в каменном мешке с принцем наедине, ибо мое бездушное тело не в счет. Рядом демонстративно фыркает Эльвина.

— Что? — резко разворачивается к ней Риания, едва не хлестнув меня по лицу своей густой огненной гривой. — Хочешь сказать, что ты не согласна?

Эля спокойно разглаживает у себя на коленях складочки своего шелкового нежно-персикового платья, поправляет волосы, скрученные в аккуратный узел на затылке и заявляет:

— Нет. Думаю, я в той же степени, что и Сиара могу претендовать на должность будущей жены Крэса. Если даже не больше.

— Может ты слепая? Или глупая? — ехидно улыбается Рия.

— Ни то, ни другое, — холодно отвечает Эля. — Просто у меня есть веские основания так полагать.

— И какие же? Не стесняйся! Делись! Тут все свои, — подначивает огненная драконица, обводя рукой всех присутствующих. Мы и Сиарой сливаемся со спинкой дивана и не мешаем двум агрессивным девицам выпустить пар, ибо как показывает практика, в сору этих двоих лезть не стоит, ибо достанется и миротворцу. А они поорут-поорут и с миром разойдутся. До членовредительства еще ни разу не доходило.

— Я и не стесняюсь, — пожимает плечами Эльвина. — Просто не хочу, чтоб у кое-кого дорогого мне были проблемы.

Мы все втроем озадаченно переглядываемся и ничегошеньки не понимаем.

— Скажем так, — вздыхает черноволосая драконица. — Мы с моим будущим мужем слегка не утерпели и предались страсти раньше, чем свершился обряд. Но я надеюсь, что это останется между нами, девочки? Поймите и вы нас, настоящей любви никакие правила и законы помешать не могут, особенно, если она такая, пылкая, как у нас.

Я чувствую, как у меня внутри все обмирает и покрывается ледяной коркой. А на что ты рассчитывала, Ася? Что он с будущей женой за руки держаться будет, а размножаться почкованием? А глупое сердце отвечает, что оно вообще втайне надеялось, что на… Ой, на чтобы оно не надеялось, голова-то моя понимала, что не бывать этому. Мы из разных миров не только в переносном, но и в прямом смысле. Просто Эля… Ну почему Эля? Я думала, это будет Сиара.

Мою ледяную ладошку находят теплые пальцы Сиары, и она едва слышно шепчет: “Это ложь. Поверь, она лжет”

В голову Эле прилетает диванная подушка от Риании, сопровождаемая криком:

— Ах ты с… собака полосатая!!!

Все! С меня хватит! Активирую киаль и вызываю на подмогу парочку гвардейцев, а то уже эти кошки успели сцепится, как рыночные торговки, и пару пучков волос выдрать друг у друга.

Мужчины в форме залетают мгновенно и с легкостью растягивают плюющихся друг в друга ядом девчонок. Вот и поговорили.

— Так, мои дорогие, — встаю я с дивана. — Сохраняйте, пожалуйста, спокойствие. Одна из вас, между прочим, возможно, будущая королева, а я вижу только склочных недалеких дракониц. Где ваше достоинство? Где манеры? Подумайте об этом на досуге. Все, что нужно вы знаете. Мне пора идти. Пусть победит достойнейшая.

Девочки отчаянно краснеют, пристыженно обвисая на руках своих захватчиков, а я гордо удаляюсь восвояси. Может Сиара и права, а Эля врет. Только что мне со всего этого? Рано или поздно Крэс, как выразилась Эльвина “предастся страсти” если не с ней, то с другой. А ты, Аська, чем быстрее с этим смиришься, тем будет лучше для всех.

* * *

Для финальной части Отбора и объявления победительницы все мы вернулись в столицу. Несколько дней суматошной подготовки остались позади и сей знаменательный момент наконец наступил.

В величественном и огромном светлом зале главного Храма Триединого, где Крэс должен назвать свою избранницу и сочетаться с ней браком, собрались сейчас не только он сам с финалистками, но и весь высший свет Эсфариэна. В первых рядах зрителей стоят родственники Невест. А главные действующие лица, застыли у подножия ступенек, ведущих к алтарю. Крэс и три девушки, одна из которых скоро станет его женой.

Присутствуют тут и многие из выбывших конкуренток, взирая сейчас на троицу дракониц с завистью и любопытством. А посмотреть, надо сказать, есть на что. Девочки сегодня по красоте превзошли самих себя. Все три в длинных светлых платьях, только Сиара в бежево-розовом с серебристыми узорами, Эльвина в льдисто голубом, а Риания в персиково-бежевом с жемчужным гипюрным верхним слоем. Они действительно выглядят восхитительно прекрасными невестами, каждая по-своему.

Меня тоже принарядили, так как мне досталась на этой церемонии роль подружки невесты. Я, конечно, как могла, от этой участи отбивалась, но меня не стали даже слушать, заявив, что так нужно. Так что стою теперь в жемчужно-лиловом с графитовым пояском совершенстве с пышной многослойной юбкой чуть ниже колена, и даже с красивой причёской, немного в сторонке от Невест и отчего-то нервничаю, будто это моя свадьба должна вот-вот состояться. Глупости, конечно. Всё дело в том, сколько труда и нервов я вложила в то, чтобы она состоялась. Вот и волнуюсь. И даже желаю Крэсу счастья. По-дружески. Роль шафера, кстати, досталась нашему ведущему Дамиду. А проводит всю эту церемонию сам его величество Вэлиандр, застывший у алтаря, где мерцает льдистыми гранями тот самый таинственный родовой артефакт Ледяных, и выжидающе смотрит на сына.

Крэс стоит по другую сторону от нас. Такой… Такой, мужественный серьезный. Невозмутимый. В кипенно-белом кителе с золотыми галунами. И ни чуточки не волнуется. Ну да, выбор-то он уже давно сделал, да и избранница его должна быть в курсе, или как он тогда выразился… Не помню. Все в голове смешалось в какую-то кашу, и я теперь, хоть убейте, даже имени своего не назову. Еще и ноги болят стоять на этих метровых ходулях. А без них никак. Ибо дресс-код.

— Сперва я бы хотел сказать, — начинает принц. — Что каждая из вас уже победительница, уже финалистка. Вы, как никто заслужили стоять тут, в храме Триединого, перед старейшим артефактом Ледяного рода. Обладая удивительными способностями, исключительными качествами, утонченными манерами вы с достоинством прошли все испытания и задания. Верю, кого б вы не избрали своим партнером в семейной жизни, он получит в супруги поистине поразительное сокровище. Мне же предстоит выбрать одну из вас, но я хочу, чтобы вы знали — я сделал этот выбор не потому, что две другие претендентки менее хороши, менее достойны, а потому что так велит мне сердце. А сердце в таких делах нужно слушать и только его. Сегодня я называю имя той, кто станет мне другом, станет мне партнером, станет мне советчиком. И эта девушка, это ты — Сиара!

В глазах Сиары, как это ни удивительно, но я не вижу ни торжества победы, ни ликования, лишь тихую грусть и, почему-то, затаенную надежду. Эльвина бледнеет от злости, но молча держит себя в руках, Риания, наоборот, слегка краснеет, но видно, как ей приятно, что Эле утерли нос, даже таким способом. Она слегка наклоняется к уху брюнетки, и пока все заняты тем, что наблюдают за подходящей к Крэсу Сии, тихо шепчет:

— Не утерпели, говоришь? Предались страсти? Любопытно, с кем же ты страсти, подруженька, предавалась. Ибо это вряд ли был принц.

Эльвина становится пунцовой, но гордо задирает подбородок, стараясь сохранить достоинство.

Принц Крэсьен берет за руку будущую супругу, и они медленно поднимаются к родовому артефакту, где их уже ждет король. Странно, что его величество, который столь рьяно настаивал на этом браке, тоже не испытывает удовлетворения. Его глаза пылают раскаленным пламенем, не отрываясь от будущей невестки. И мелькает в них отнюдь не отеческая любовь к будущей супруге сына.

У меня же в груди пустота. Сосущая, гложущая черная дыра, которая с каждыми шагом, который приближает жениха и невесту к алтарю, разрастается все больше и больше. Держись, Аська! Ты сильная! Ты сможешь!

Цепляю на лицо голливудскую улыбку и занимаю свое место сбоку от Сиары, Дамид становится соответственно возле Крэса, его величество Вэлиандр напротив, по другую сторону от артефакта.

— Сын мой, Крэсьен Ледяной, — начинает король, когда все занимают свои места. — Я одобряю твой выбор, и с гордостью готов принять твою избранницу в наш род.

Девушка бросает взгляд на своих родственников, большинство из которых лучится довольством и торжеством. Особенно отец и глава рода.

— Неити Сиара Серебряная, вы поистине достойнейшая из достойных. — продолжает Вэлиандр. — Между вами сейчас родовой артефакт Ледяных драконов. Соединив свои руки на нём, вы соедините свои судьбы. Да станет жена для мужа крыльями, да станет муж для жены бронёй. И дарует вам Триединий счастье в браке и продолжение вас в ваших наследниках. Неити Сиара, готовы ли вы добровольно покинуть свой род и стать частью рода своего избранника?

Девушка вскидывает глаза на короля, потом смотрит на Крэса и улыбается грустно.

— Нет, мое решение не добровольное. Но выбора мне не оставили. Я пришла на этот отбор, чтобы быть рядом с мужчиной, которого на самом деле люблю, и это не принц Крэсьен. — Она снова смотрит на Вэлиандра и решительно произносит: — Я люблю вас, ваше величество. Люблю уже давно. И никто другой мне не нужен, — и уже своему жениху, вздохнув, выдаёт: — Крэс, извини. Я помню, что мы договаривались о другом, но только так мы будем действительно свободны друг от друга.

В зале раздаётся дружный «ах». Король застывает ошарашенной статуей. Крэс недоумённо таращится на свою невесту. А она делает то, что становится для всех настоящим шоком, а для меня ещё и весьма болезненным. Сиара, внезапно неуловимым движением ухватив мою руку, припечатывает её ладонью к артефакту вместо своей. И эта странная штуковина, внешне похожая на многогранный кристалл, оказывается совершенно не твёрдой, а вполне даже жидкой, моя рука проваливается в неё по запястье, мгновенно немея от прожигающего до костей холода. Вскрикнув, я пытаюсь вызволить свою конечность, но не тут-то было.

— Прости, что не оставляю тебе выбора, Ася. И поблагодаришь меня потом, — говорит мне Сиара и уже с настойчивыми нотками в голосе побуждает принца. — Крэс, не стой столбом. Она не драконица, замёрзнет.

В следующий миг мою ладонь накрывает мужская, обхватывая, переплетая пальцы, согревая. И подобравшийся к сердцу жгучий холод начинает отступать. А я с ужасом и восхищением смотрю, как по моей коже бегут светло-голубые ледяные змейки создавая замысловатые морозные узоры, сплетающиеся в браслет на запястье. И что самое поразительное, точно такой же появляется у Крэса.

Вокруг звенит вымораживающая тишина, словно и нет никого больше… кроме нас двоих. Я беспомощно поднимаю взгляд на дракона, не в силах осознать, что же сейчас произошло. Он смотрит в ответ очень внимательно. И в этом глазах плещется океан нежности, не позволяющей мне утонуть в подступающей панике. Тянется ко мне и берёт вторую руку, поднося её к губам. Нежно целует пальцы и произносит то, от чего моё сердце сжимает с новой силой, заставляя трепыхаться где-то в горле.

— Василина Новикова, я Крэсьен Ледяной беру тебя в жёны. Следуя велению сердца и забытым традициям своих предков, ввожу тебя в свой род, чтобы любить, беречь, и заботиться о тебе каждым своим вздохом.

— Что?.. — выдыхаю ошарашенно, а в следующий миг понимаю, что наши руки уже не в этой ледяной штуке, а Крэс мягко, но настойчиво притягивает меня к себе и, склонившись, целует. Нежно. Трепетно. Словно боится испугать. Может и боится. Может и не зря. Я сейчас за адекватность своих поступков не ручаюсь.

Сквозь гул в ушах слышу, как взрывается зал многоголосием голосов и громких воплей. И отнюдь не поздравительных. Вокруг моей талии смыкается властная хватка его ладони, прижимая к большому надёжному, как скала, телу, мужчина отрывается от моих губ оставляя с ощущением потери и опустошённости. И поднимает голову, окидывая суровым взглядом собравшуюся толпу. Боясь дышать, я тоже решаюсь посмотреть, что происходит вокруг. Жуть происходит, вот что.

Драконы, мягко говоря, возмущены. А больше всего род Серебряных. Родственники Сиары громогласно орут что-то про нарушение традиций, позор, оскорбление. Лишь её отец молчит и смотрит таким ненавидящим взглядом на застывшую рядом с нами девушку, что даже меня до дрожи пробирает.

— Замолчали все!!! — сотрясает стены внезапный оглушительный рёв, от которого я бы точно присела, если бы Крэс не держал. Это в себя король пришёл. На него я вообще смотреть боюсь. И так едва жива. И по голосу понятно, что он зол, как сто чертей.

В зале наконец воцаряется тишина. Напряжённая. Зловещая. Чем тут же решает воспользоваться глава Серебряных. Отец Сиары выступает вперёд и окинув меня прищуренным взглядом холодных глаз, обращается к Вэлиандру.

— Ваше величество, я требую расторжения этого неслыханного брака!!! Это возмутительно!!! Девушка — человек, и она…

— Она моя жена!!! — рявкает на этот раз Крэс. — Любое неуважительное слово в адрес моей жены будет стоить вам Салвор Серебряный вызова на ритуальную дуэль со мной. Как и любому другому дракону. Все меня поняли?!! — рычит драконий принц, обводя тяжёлым взглядом ошарашенную толпу. И они отступают, склоняя головы. Все. В том числе и этот высокомерный противный Салвор. Правда, ненадолго. Потому что вспоминает о дочери.

— Сиара, подойди ко мне! — приказывает он, и я краем глаза замечаю, как вздрагивает драконица.

— Твоя дочь получает покровительство Ледяных и неприкосновенность, — разъярённо чеканит его величество. — Ты нарушил главное правило королевского Отбора, Серебряный. Все участницы должны были участвовать в нём добровольно. Принудив дочь, ты потерял право влиять на её судьбу.

Зал снова взрывается сотнями голосов, Крэс раздражённо поджимает губы и внезапно, отстраняет меня от себя. Но не успеваю я испугаться, как он склоняется и, подхватив меня под колени, как ребёнка, выпрямляется, а второй рукой хватает Сиару за запястье и словно ледокол неудержимо направляется к выходу из Храма, одним только взглядом заставляя всех расступаться, пропуская нас троих. И всё это под прицелом многочисленных камер и в прямом эфире.

Может я сплю? Ну не может же этот бред на самом деле происходить? Ну не может ведь!!! В роскошный белоснежный каррот у входа Крэс на виду у собравшихся на площади драконов должен был сесть со своей женой, увозя её в королевский дворец. А получилось, что он вместо того, чтобы вывести из Храма одну девушку, вытащил целых две. По-варварски на плече меня и на буксире за руку Сиару. И нас двоих запихнул в торжественное транспортное средство, после чего сел сам, рявкнув водителю, чтобы гнал побыстрее.

Я стою посреди Крэсовых покоев и прихожу в себя. Это что было? Это как так получилось? Я что теперь жена этого… этого принца чешуйчатого? Перевожу взгляд на запястье, где поблескивает изящной вязью узор, подтверждающий мое нынешнее положение и чисто из любопытства скребу ногтем одну из голубоватых линий. Куда там! Такое ощущение, что они буквально впечатаны в кожу. Поднимаю глаза и смотрю сначала на раскрасневшуюся Сиару в слегка перекошенном платье, сидящую на диванчике словно на приеме у королевы. Вот как ей удается сохранить достоинство даже в таком нелепом виде? Со мной, наверно, было бы все наоборот. Вот и подтверждение тому, что я Крэсу не пара. Не пара, от слова совсем!

Наконец нахожу смелость посмотреть и на своего новоиспеченного… мужа. В его глазах одновременно и мука, и затаенное торжество. Медленно, неотвратимо медленно, приближаюсь к дракону, не отрывая взгляда от его пылающих льдистым пламенем очей.

— Василина… Ася… — тихо шепчет он.

Шаг… Еще один…

— Асенька…

И еще один…

— Кудряшка…

— Крэс, — едва не скриплю зубами и вскидываю руку, так, чтоб произвольное творчество их ледяного желеподобного кристалла оказалось у принца под носом. — Что это?!

Этот дракон поднимает брови, цапает мою руку своей лапищей и подносит к своим губам, целуя пальцы, ладонь, запястье, где пульсирует голубоватая жилка.

— Это брачный браслет, а ты моя жена, — самодовольно улыбается, продолжая удерживать мою конечность, уже лаская пальцами.

— Я не могу быть твоей женой! Убери это! — пытаюсь втолковать, как маленькому.

— Ты уже МОЯ ЖЕНА! И я не могу это убрать. А даже если бы мог, то не стал бы.

Молча качаю головой. Как с таким разговаривать?

— Представь, что ты принцесса, а я дракон, который тебя украл. И этот самый дракон свою законную добычу из лап не выпустит, так и знай!

Закатываю возмущенно глаза. Ну и упрямый!

— Я не могу тебе родить детей!

— Еще как можешь!

С ума сойти! Он меня не слышит! Он просто меня не слышит!

— А меня ты не забыл спросить, хочу ли я замуж?

— А ты не забыла, у меня спросить, Кудряшка, когда нагло и неумело врала, хочу ли я жить без тебя? Ты сделала выбор за нас двоих тогда. Я сделал теперь. По-моему, вполне справедливо. Мы в расчете…

Вырываю свою ладонь из его загребущих лап, но этот наглый представитель королевского рода, тут же хватает, выбившийся из моей, некогда шикарной, прически, локон и наматывает на палец в своей привычной манере.

— То есть, ты хочешь сказать, что это равнозначные вещи? — едва не задыхаюсь от возмущения.

— Ася, вот скажи честно, ты предпочла бы без руки остаться?

Рычу в бессилии, понимая, что он прав. От одного воспоминания того холода дрожь берёт.

— Кроме того, я все равно планировал на тебе жениться. Только не так, конечно. Мы с Сиарой договорились, что я на отборе выберу её, и мы вместе откажемся от брака, становясь свободными от обязательств. А потом я думал начать ухаживать за тобой, красиво, по всем правилам, переубеждать и делать все, чтоб ты стала моей, чтобы согласилась. Но случилось то, что случилось и этого уже не изменишь. Смирись, Кудряшка. Я люблю тебя, ты любишь меня. Разве это не достаточный аргумент для нашего долго и счастливо? Как в ваших земных сказках.

— Но мы не в сказке, Крэс! — чуть не кричу, едва сдерживая слезы. — Я тебе не подхожу. Разве ты этого не видишь? Не понимаешь?

— А это уже мне решать! — шипит сквозь зубы Крэс.

Он явно собирается ещё что-то сказать, я открываю рот, чтобы ответить, но нас обоих самым наглым образом перебивает уже успешно позабытая нами Сиара, которая, хмыкнув, произносит:

— Вы такие милые!

И тут я вспоминаю кто настоящий виновник этого беспредела. Пылая праведным гневом, разворачиваюсь к драконице, но совершению справедливой расправы препятствует звук открываемой двери и возникающая на пороге грозная фигура короля.

Его величество окидывает суровым взглядом, от которого я непроизвольно ежусь, нашу живописную троицу и требует к себе моего…хм, мужа.

— Крэс, нам нужно поговорить. Жду тебя в кабинете.

От его тона мне становится немного жутко и слегка неловко, будто это я сама засунула руку в этот ледяной артефакт, спровоцировав принца на спасительные действия. Крэсьен коротко кивает, словно ждал этого разговора, одаривая отца не менее твердым взглядом, ободряюще мне улыбается и, внезапно обняв за талию, целует, а затем выходит вслед за уже скрывшимся за дверью королем.

Мы с Сиарой остаемся наедине.

— Думаю, нам тоже стоит обсудить некоторые вещи, — мило улыбается блондинка и похлопывает по дивану возле себя, приглашая присесть рядом.

— Несомненно! — хмурюсь. Желание убивать подставившую меня подругу понемногу рассеивается, но я жажду объяснений.

— Ася, перед тем как ты начнешь возмущаться, я прошу, выслушай меня, — тихо просит Сия. В ее голосе слышится сдержанная решимость и ни капли раскаяния.

Присаживаюсь на предложенное место, и вся превращаюсь во внимание.

— Там, в каменном мешке, было намного страшнее, чем может показаться на первый взгляд, — начинает девушка, переводя взгляд на окно. — То, что мы чудом и Крэсовыми стараниями избежали смерти, конечно вселяло оптимизм и уверенность, но время шло, а ты не приходила в себя. Совсем. Мы не знали, насколько быстро прибудет помощь, и найдут ли они нас сразу. Вход завалило камнями, пролезть в него могла лишь я, но пришлось ждать, когда заживет поврежденная лодыжка.

Она хмурится, видимо, мысленно вернувшись в ту пещеру, потом продолжает:

— Именно в такие моменты начинаешь ценить жизнь, каждое ее проявление, каждый подарок, который тебе дарует судьба. Там, в темноте пропадают условности, стереотипы, рамки, навязанные обществом. Остаются голые инстинкты и осознание того, что на самом деле является важным. Тебе была дарована любовь, любовь, которая оказалась не просто взаимной, а настолько сильной, что преодолела, казалось бы, невозможные препятствия. Такое нельзя не ценить, таким нельзя не восхищаться, — Сиара поднимает на меня взгляд, твёрдо смотря в глаза. — То, что вы с Крэсом любите друг друга, я начала догадываться давно, но именно там я поняла, насколько сильны его чувства к тебе, и сколько всего он сделал для того, чтобы сделать возможным ваше совместное будущее. Все его отлучки и внезапные исчезновения были для того, чтобы найти способ вам быть вместе. И он его нашел. У вас есть это будущее, и ни это ли истинное счастье?

Её слова рушат что-то во мне. Буквально по кирпичикам разносят возведённые мною оборонительные и заградительные бастионы, призванные удерживать мои чувства к Крэсу в узде. Неужели это правда? Неужели… он действительно это сделал? Несмотря на всю ту ложь, что я ему наговорила, на то, что оттолкнула, сказала, что не люблю, он всё равно отказался от меня? А Сиара, словно этого мало, наносит новый сокрушительный удар по моим сомнениям.

— Перестань трусить и посмотри правде в глаза, Ася! Вы любите друг друга, остальное не важно. Вы можете создать семью, подарить миру детишек, прожить всю жизнь рядом друг с другом, наслаждаясь близостью любимого человека.

Ее пламенная речь сеет на осколках моих прежних представлений о возможном надежду, глупую, робкую, но надежду. И та начинает разгораться, больше ничем не сдерживаемая.

— Сия, но я ведь… человек, — пытаюсь привести хоть какой-либо довод, который раньше мне казался достаточно весомым и непоколебимым. — И совсем не аристократка.

— Ася, — мягко улыбается подруга. — Хорошим манерам можно выучится, лоск и шарм появляется с помощью изысканной одежды и салонов красоты. А внутреннего достоинства в тебе столько, что не каждой дано. И даже то, что ты человек, дает тебе весомое преимущество перед драконицами. А какое — спросишь у мужа. И неужели ты готова отказаться от собственного счастья, потому что кто-то считает, что ты не пара наследному принцу, сделав несчастной не только себя, но и его?

Я ошарашенно мотаю головой, понимая, что подруга права.

— Сия, но Крэс говорил, что вы договаривались просто отказаться. Почему же ты?..

Драконица побледнев, закусывает губу, ненадолго задумавшись, словно вспоминая что-то.

— Так сложились обстоятельства, что мне не оставили выбора. Больше, извини, рассказать не могу.

Опускаю взгляд на свои руки и замечаю, как они дрожат, да я и сама вся дрожу, только с чем это связано? С холодом, пробирающем до костей меня в платье с открытыми плечами. Или волнением?

Дверь бесшумно отворяется, заставляя и меня, и Сию посмотреть на входящего принца. Пытаюсь по его виду прочитать, как прошла беседа, но его лицо выглядит бесстрастным и непроницаемым.

— Сиара, — в первую очередь он обращается к блондинке. — Отныне ты принята в род Ледяных драконов, под наше с отцом официальное покровительство и защиту. Чуть попозже можешь поехать и забрать свои вещи из дома и перевезти в покои в восточном крыле. Только возьми с собой парочку гвардейцев, хорошо?

Сия ошеломленно смотрит на принца, не ожидая того, что не только я стала полноправным членом королевской семьи, но, как всегда быстро берет себя в руки.

— Спасибо, принц Крэсьен… — слегка улыбнувшись, благодарит она. — Я тогда, пожалуй, пойду. Всего вам хорошего.

И спустя минуту за ней закрывается дверь, но напоследок она успевает еще незаметно и ободряюще подмигнуть мне.