20. Ужин

Мы вышли из переулка оружейников. Кожаный ремень непривычно, но приятно оттягивал плечо, и каждый раз, когда я опускала руку, мои пальцы касались гладких рукоятей.

Все светлые боги! Они были моими! Моими собственными! Эта мысль грела изнутри ярче любого костра.

А виновник этого счастливого тепла спокойно шел рядом, неся сверток с моими книгами и длинный чехол со своим заказом. Орк молчал, но его молчание теперь совсем не давило. В нем чувствовалась какая-то новая, спокойная уверенность, будто он тоже что-то для себя уже решил.

Трактир оказался большим двухэтажным зданием из темного камня, с большой широкой конюшней, пристроенной к основному зданию и шумным общим залом на первом этаже. В зале было людно — торговцы, возчики, пара наемников в потертых куртках, несколько местных горожан.

Орков здесь явно не боялись, но разглядывали с настороженным любопытством. А вот на меня… на меня смотрели с откровенным удивлением. Хрупкая светловолосая девушка в простой дорожной одежде, с метательными ножами через плечо, идущая рядом с огромным зеленокожим воином.

Я поймала несколько взглядов, полных недоумения, и снова смутилась, опуская глаза. Думаю эти любопытствующие удивились еще больше, если бы узнали, что я жена этого могучего орка.

За большим столом в углу уже расположились наши. Шоск, Арих, еще трое воинов, чьих имен я еще не запомнила. Остальные либо уже поели, либо еще не пришли с рынка.

На столе стояли дымящиеся миски с мясом, горы хлеба, кувшины. Мой рот сразу наполнился слюной. Боги, как я же я была голодна!

Увидев нас, орки коротко кивнули, освобождая место.

Улгар положил вещи на лавку рядом и жестом указал мне садиться первой. Я придвинулась к стене. Сам он опустился рядом, отгораживая меня от любопытных взглядов зала, и так близко, что его массивное плечо почти касалось моего. Но это волнующие горячее присутствие почему-то теперь успокаивало.

Я быстро сполоснула руки в специальной чаше с водой. Есть очень хотелось, но я немного растерялась, оглядев огромные блюда с разной едой. Можно ли это было брать?

А вот мой муж сразу взялся за дело. Его большая рука потянулась к блюду с мясом, и через мгновение на моей тарелке уже лежали сочные куски запеченной дичи, ломоть темного хлеба, горсть каких-то орехов и даже немного тушеных овощей, которые он ловко выудил из общей миски.

— Ешь, — сказал он коротко, придвигая тарелку ко мне ближе.

Потом он взял пустую глиняную кружку, наполнил ее из высокого кувшина и поставил передо мной. Я с опаской поднесла кружку к губам, ожидая кислого вина или горького пива, которым славились придорожные трактиры. Но жидкость внутри казалась удивительно приятной. Сладкий с приятной кислинкой ягодный взвар. Совсем не хмельной.

Я удивленно посмотрела на Улгара, потом на остальных орков. Ни у кого из них на столе не было ни кувшина с хмельным. Только этот ягодный напиток и простая вода.

— Орки не любят человеческий алкоголь, — тихо сказал мне Арих, перехватив мой взгляд. — Духи благосклонны только к тем, у кого голова ясная. А мы уважаем их.

Я кивнула, принимая эту информацию. Еще один маленький штрих к пониманию этих суровых воинов. Вот почему он так скривился тогда на обряде!

Улгар кивнул на мою тарелку, и я поняла, что просто умираю от голода. День выдался долгим, а после тренировки с ножами аппетит разыгрался не на шутку.

Я принялась за еду, стараясь не думать о том, как я выгляжу со стороны, и уже через несколько минут с удивлением обнаружила, что тарелка почти пуста. Орки за столом также ели молча и сосредоточенно. На меня никто лишний раз не смотрел.

Это меня немного расслабило.

Когда с основным ужином было покончено, Улгар поднял руку, подзывая подавальщицу.

Полногрудая, краснощекая девица с дерзким взглядом, тут же подскочила к нашему столу. Мне не понравилось, что ее платье было вызывающе открытым, а движения нарочито плавными, когда она наклонялась, чтобы услышать заказ.

— Есть у вас что-то сладкое? — спросил Улгар, не обращая внимания на ее декольте, несмотря на все ее старания.

Подавальщица уже открыто стрельнула глазами, широко улыбнулась, облизнув свои полные губы, качнула грудью почти перед самым лицом моего мужа и протянула с улыбкой:

— Для такого красавца найдется все, что пожелаете, господин хороший.

Внутри у меня что-то кольнуло. Остро, неприятно и совсем неожиданно. Я проводила взглядом ее пышные формы, то, как она виляла бедрами, уходя к стойке. Дерзкая, вызывающая уверенность, этот наглый флирт… мне стало душно. Я сжала пальцы под столом, не понимая, откуда взялось это липкое, гадкое чувство.

Но Улгар даже не повернул головы в ее сторону. Он смотрел на Шоска, обсуждая что-то про лошадей. Его полное равнодушие к этой девице немного отпустило тугой узел в груди. Я украдкой перевела дыхание.

Подавальщица вернулась быстро, неся на подносе большой кусок пирога — рассыпчатого, с ягодной прослойкой и щедро политого медом сверху. Она поставила его перед Улгаром, снова попытавшись поймать его взгляд, но орк уже взялся за нож.

К моему удивлению, он не стал делить пирог на всех, а аккуратно отрезал один щедрый кусок, переложил его на чистую тарелку и поставил передо мной. Остальное же завернул в чистую салфетку, которую взял у той же подавальщицы, и убрал в сторону.

— Это тебе, — сказал он, кивая на тарелку. — На дорогу тоже пригодится.

Горячая волна благодарности затопила грудь, смывая остатки неприятного чувства от выходки подавальщицы. Сначала муж купил мне книги, потом ножи, а теперь еще и об угощении подумал!

Самое удивительное, что его забота была такой… естественной и непринужденной. Такой, будто он всегда так делал.

Я отломила пальцами кусочек пирога и положила в рот. Ммм… Какая же вкуснота!

Он буквально таял во рту! Сладкий, сочный, с легкой кислинкой диких ягод. Вкус детства, когда мама изредка баловала нас подобной выпечкой.

Я даже глаза прикрыла от удовольствия, пока жевала. А когда открыла, то смутилась тому, что все взгляды за нашим столом были устремлены на меня. Орки смотрели и мой муж тоже на мою улыбку.

Улгар нахмурился на своих воинов и те быстро отвели глаза, но я то заметила!

— Спасибо, — тихо поблагодарила я его, смущенная своим открытым проявлением эмоций.

Снова я что-то сделала не так?

Муж лишь кивнул и откинулся на спинку лавки, окидывая взглядом зал — знакомая привычка воина всегда контролировать пространство. Папа тоже так всегда делал, даже дома.

— Комнаты сняли? — спросил он у Шоска.

— Да, — коротко и четко ответил тот. Твоя — самая большая, в конце коридора. Остальные рядом.

Улгар кивнул.

А я замерла на мгновение с куском пирога в руке. Самая большая комната. В конце коридора. Для нас двоих. Там и кровать, наверно, одна. На двоих. Сердце снова пропустило удар.

Это ведь не шатер, где все вокруг слышат, что происходит. Вспомнилась наша ночь в замке. И я ведь уже жена. А жены…

После всех его подарков, после его взгляда во дворе оружейника, после этой заботы за ужином. Я ведь должна его отблагодарить. Как это обычно делают женщины для своих мужей на супружеском ложе. Правильно?

Он ведь будет ждать от меня именно этого?

Я не знала ответа. Но странное дело, страха почти не было. Только трепетное, горячее ожидание. Сегодня ночью…