9. Утро

Я проснулась от настойчивого стука в дверь.

Сознание еще плыло в густой, непроглядной мгле. Я с трудом разлепила глаза. Серый утренний свет заполнил комнату.

Где я? Потолок над головой был высокий, каменный, незнакомый. Я зажмурилась заново, пытаясь собрать мысли воедино.

Ощущения были странные во всем теле. Да еще и что-то тяжелое придавливало меня к матрасу в районе талии. Горячее и знакомое.

Я осторожно повернула голову на подушке и немного приоткрыла веки.

Рядом, лицом ко мне, лежал орк. Широкие, мощные плечи, темная кожа, испещренная шрамами которые я не разглядела ночью. Густые черные волосы. Резкие, но уже совсем не пугающие черты. Просто спокойное лицо спящего мужчины.

Память нахлынула бурным потоком.

Зал. Обряд. Эта комната. Его руки. Его губы. Боль, сменившаяся… чем-то совершенно противоположным по ощущениям. Стыдным и прекрасным одновременно. Мои крики и стоны. И ослепительный яркий момент финала…

Жар хлынул мне в лицо, уши, разлился по всей коже под одеялом. Под которым я была совершенно голая.

Стук повторился, на этот раз громче и требовательнее.

Мой взгляд заметался в панике по комнате.

Кто там? Служанки? Маг? Герцог?

Мне нужно открыть? ТОгда они войдут и увидят… увидят все. Увидят меня вот так. Я метнула взгляд на тонкую сорочку, бесформенной кучей лежавшую на полу у кровати. Мое платье забрали служанки. Больше мне надеть было нечего.

Я замерла, не зная, что делать. Спрятаться глубже? Притвориться спящей?

Будить мужа было страшно. Кто его знает какое у него с утра настроение будет?

Но Улгар уже низко и хрипло вздохнул. Темные глаза, еще мутные от сна, открылись и встретились с моими. В них на секунду мелькнуло то же самое удивление, что и у меня, а потом сознание прояснилось.

Стук прозвучал в третий раз. Улгар раздраженно повернулся в сторону звука.

— Сейчас! — рявкнул он хриплым от сна голосом, но так громко, что я вздрогнула.

Он быстро и без всякого стеснения сбросил с себя одеяло и поднялся с кровати.

Богиня сохрани!

Я и забыла какой он огромный! Или это в полумраке часть его роста и размеров скрадывались вчера?

Но сейчас когда он выпрямился ко мне спиной, я обомлела с новой силой. Высокий, массивный. От одной его расслабленной фигуры веяло такой опасностью, что захотелось совершенно по-детски спрятаться под одеяло.

А в голове скакали ошарашенные мысли. Это я с ним вчера? Это он меня… Как не раздавил? И самая пугающая мысль была о том, что несмотря на весь вспыхнувший страх, меня все еще невольно тянуло к нему, после этой ночи.

А внутри что-то предательски потеплело, и заискрило горячими вспышками, когда я опустила глаза чуть ниже на голый зад мужа. Я торопливо отвела взгляд, чувствуя, как жар в животе становится невыносимым.

Мой муж. Шокирующая мысль, к которой мне нужно будет теперь привыкать. Но первая ночь ведь оказалась не такой страшной, как я думала. Значит, и дальше все еще может быть не таким, как я себе представляла.

Орк неспешно потянулся, с хрустом разминая могучие плечи, натянул штаны, не озаботившись больше никакой одеждой и пошел к двери. С глухим лязгом отодвинул тяжелый засов и приоткрыл створку ровно настолько, чтобы высунуть голову.

— Ну? — донесся до меня его раздраженный рык.

Ответные голоса звучали приглушенно и незнакомо. Улгар отвечал коротко, отрывисто. Потом вышел в коридор, прикрыв за собой дверь.

Я осталась одна. Одеяло казалось единственной защитой в этой огромной холодной спальне. Я прижала его к подбородку, слушая, как часто и гулко бьется мое сердце.

Мой муж вернулся очень быстро. Оценивающий нахмуренный мужской взгляд скользнул по мне, свернувшейся в клубок на кровати, и что-то смягчилось в его жестких чертах. Орк подошел, и прежде чем я успела отстраниться, ловко и уверенно обернул меня со всех сторон одеялом, как в кокон. Потом без малейшего усилия поднял на руки.

Я ахнула, не зная, что он задумал и о чем и с кем говорил там в коридоре. Но Улгар всего лишь перенес меня в большое кресло у потухшего камина и опустил на сиденье.

— Сиди, — сказал он просто.

Потом развернулся и подошел к кровати. Взялся за край простыни и одним резким движением сорвал ее.

Я снова почувствовала, как кровь бросается мне в лицо. На белоснежном полотне, прямо в центре, темнели пятна. Бурые, засохшие. Моя девственная кровь.

Доказательство свершившегося брака, выставленные напоказ при холодном утреннем свете. И их увидят все!

Мне захотелось провалиться куда-нибудь.

Улгар же не выразил никаких эмоций. Он грубо скомкал простыню в большой бесформенный шар, открыл дверь и быстро сунул кому-то этот сверток в коридоре.

Через минуту он вернулся, неся в руках свежую, грубоватую простыню из небеленого полотна. Ловкими, привычными движениями он натянул ее на матрас, заправил углы.

Потом он снова подошел ко мне, и снова подхватил на руки и бережно перенес обратно на кровать. Постель пахла теперь свежим бельем и его теплом. А я не знала что и думать.

В его глазах все еще горел странный гнев, но со мной он был более чем сдержан и даже ласков.

— Спи еще, — сказал он. — Путь длинный, тебе понадобятся силы.

Но я не могла бы сейчас еще уснуть. Все внутри было напряжено, будто натянутая тетива. Я полежала недолго, уставясь в балки на потолке, чувствуя каждую ноющую мышцу в своем теле, после ночи с ним.

Тянущие, неприятные ощущения на коже слишком ярко напоминали обо всем, что произошло. И те пятна на простыне так и стояли теперь перед глазами.

— Я больше не хочу спать, — тихо произнесла я, надеясь что муж не разозлится на игнорирование его приказа.

Герцог очень яростно каждый раз реагировал, если герцогиня, что-то говорила в разрез его словам. Я это очень хорошо запомнила.

Но Улгар даже не нахмурился. Наоборот, его лицо даже еще больше прояснилось.

— Тебе нужно помыться, — задумчиво кивнул он на мои слова, а я снова покраснела.

Как он это так легко понял?

Я торопливо кивнула, сжимая край одеяла. Его темные глаза прищурились, одна бровь поползла вверх.

— Стесняешься? Меня?

Теперь я не знала, куда девать глаза.

Да, боги, да!

Он — мой муж. Он видел, трогал, знал теперь меня насквозь в полной темноте, под покровом ночи и пляшущих теней. Но сейчас был день. Жестокий, беспощадно светлый день!

И он был огромным чужим почти незнакомым мужчиной, чья кожа отливала темной зеленью, а плечи казались высеченными из скалы. Опасным пугающим незнакомцем, с которым я провела одну-единственную ночь, после скоропалительного брачного обряда.

Как я должна была еще смотреть? Ведь я понятия не имела, как теперь себя вести. Что говорить.

И вдруг орк развернулся. Полностью. Встал ко мне спиной, уставившись в стену.

— Иди, Кира, не бойся, — сказал он коротко. — Сделай, что нужно. Я распорядился, чтобы тебе принесли твою одежду и воду. Мы выезжаем сразу после завтрака.

Разрешение. И приказ одновременно. И его могучая спина перед моими глазами. Такая надежная, честная…

И я решилась. Быстро выползла из-под одеяла. Холодный утренний воздух комнаты обжег голую кожу мурашками.

Я глядя более на спину мужа, бросилась ко второй двери, что была в комнате, нащупала железную скобу, рванула ее на себя и проскользнула внутрь, захлопнув за собой. Только там, я поняла, что совсем забыла про зелье, которое осталось в спальне.