Глава 12

Сайлес

Я вышел из кабинета правителя. Сколько еще смогу скрывать от него отсутствие у меня магии? Пока я умудрялся не попасться, используя фамильные артефакты, в которых заключено довольно много силы. Но рано или поздно без подпитки с моей стороны магические предметы потеряют ценность. Главное, чтобы император ни о чем не узнал. Он хорошо ко мне относится, но не приемлет слабость. И если узнает, что его советник не удержал собственные силы, очень скоро разжалует меня. Когда я думал об этом, все тело леденело. Какой же это будет позор! А моя бедная мать, которая и так не отличается крепким здоровьем, этого и вовсе не переживет. Ее и так удар чуть не хватил, когда она узнала о моем решении жениться на простолюдинке. Поэтому она даже не пожелала явиться на церемонию венчания в храме. Может, оно и к лучшему. Она одна могла бы раскусить в два счета и понять, что в нашем браке что-то нечисто. Но я не собирался посвящать ее в свои проблемы, не хотел волновать. Герцогине требуется покой и положительные эмоции.

Сейчас мне нужно было подписать лишь несколько срочных документов. Ничего серьезного, и много времени это не заняло. Справившись, я поспешил найти Ариадну. Она вела себя крайне подозрительно, иногда вводя меня в недоумение. Так стремилась провернуть эту аферу с замужеством, а теперь как будто и не рада вовсе. Меня не покидала мысль, что она задумала еще что-то. Уверен, что эта стерва хочет каким-то образом обойти наш магический договор и оставить себе мою магию. Она ужом извернется, но сделает так, как задумала. Именно поэтому я весь вечер не сводил с нее глаз. Видел, как она говорила с Паринием. Еле сдержался, чтобы не подойти к ним. Бесстыдница!

А он тоже хорош! Еще когда-то другом звался. Сейчас у меня открылись глаза, но все же было неприятно, что я столько времени потратил на этого человека.

Рин недавно получил титул маркиза. Говорили, что за особые заслуги, но, зная характер бывшего друга, я не думал, что он способен на какую-то особую храбрость. Нужно обязательно расспросить об этом императора подробнее, когда верну магию. Здесь что-то нечисто. Слишком быстро все произошло. И я обязательно займусь этим делом, вот только разберусь со своей жизнью.

Наблюдать, как эти двое шушукаются, было неприятно. И я мимо воли с облегчением вздохнул, когда они разошлись. Ариадна ни разу ни с кем не потанцевала. Снова странности. Я думал, что она не уйдет с паркета, танцуя то с одним, то с другим. Ведь сегодня свершилась ее мечта. Она попала в высшее общество, стала одной из нас, это время ее триумфа. Ей бы радоваться, флиртовать со всеми, а вместо этого она пряталась за колоннами. Признаюсь, я совсем потерял логику ее поступков. За какие такие грехи бог послал мне эту негодяйку?!

В конце танцевальной части вечера, когда уже объявили белый танец, мое любопытство взяло верх. Не выдержал и подошел к жене. Мы уже танцевали раньше, и она отменно двигалась. Не каждая аристократка с рождения так может овладеть искусством танца. А что я получил сейчас? Ариадна казалась деревянной. Она путалась в ногах. Господи, у нее всего две нижние конечности, как можно было умудриться несколько раз отдавить мне стопы в простейшем вальсе? И она еще хочет, чтобы я думал, что она это не специально? Да она же открыто издевается надо мной! Издевается и смотрит невинными глазами. Своими красивыми, зараза, серыми глазами! Ненавижу! А еще больше ненавижу от того, что когда-то она мне нравилась. Искреннее нравилась. Но не теперь. Это чудовище в юбке, и с ней всегда нужно держать ухо востро.

Среди гостей, любующихся световым представлением в ночном небе, которое давали императорские маги из низших чинов, жену я не нашел. Неприятное чувство поселилось внутри, пока искал ее по поместью. Нашлась она неожиданно в столовой. Вздохнул с облегчением. Не знаю зачем, но она упорно желала от меня сбежать. И если один раз смогла обмануть пса, то сделает это и в другой раз. А сейчас вообще я не мог разрешить животному разгуливать за ней, когда вокруг столько гостей.

— Что ты здесь делаешь? — подошел я к Ариадне, которая внимательно разглядывала что-то в своем бокале.

— А? — не сразу откликнулась она. — Вот, пришла подкрепиться.

После этих слов она со вздохом, кинув взгляд в другой конец зала, поставила бокал на столик. Я посмотрел туда же, но ничего необычного там не заметил. Новоиспеченная герцогиня взяла тарталетку и откусила, замычав от удовольствия. Я недовольно поджал губы. Хорошо, что нас никто не слышит, основная масса гостей уже перебиралась в комнату для развлечений. Негоже герцогине так выражать эмоции!

— Веди себя прилично, — встал к ней вплотную и обхватил одной рукой за талию, а другой тоже взял закуску. Ожидал, что Ариадна попытается отстраниться, как она делала все последние дни, но вместо этого та замерла. Даже жевать перестала.

— В чем дело? — я покосился на нее.

Супруга выглядела крайне растерянно. Она как будто… Нюхала меня. Хотел отойти от нее, но она теснее прижалась, вдыхая аромат моей туалетной воды. Мимо воли усмехнулся. Иногда она бывает забавной. Но тут же заставил себя вытрясти из головы странные мысли. Это коварная хищница, воровка и охотница за титулом. И от нее нельзя ждать ничего хорошего.

— Вкусно? — все же спросил я, глядя, как она уже не так охотно доедает закуску, то и дело вдыхая мой запах.

— О-о-очень, — протянула она и прижалась ко мне крепче. И я не знал, говорит ли она об угощении или же обо мне. Ее рука скользнула под мой фрак, небольшая ладонь мягко легла на бок. Сквозь тонкий шелк рубахи я ощущал тепло ее тела. Мое мгновенно откликнулось на такую близость. Черт бы тебя побрал, Ариадна! То шугаешься меня, как девственница, то первая пристаешь! А больше всего меня разозлила реакция собственного тела. Ну уж нет! Я не позволю играть с собой, как с каким-то котенком. Пускай Ариадна знает, что связалась со львом.

Резче, чем нужно в такой ситуации, я отстранился от нее и отошел. Жена покачнулась и, если бы не схватилась за стол, непременно упала бы.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Она посмотрела на меня глазами, полными обиды, и от этого сердце екнуло. Сайлес, соберись!

— Поела? — как можно более холодно осведомился я, боясь, как бы она не прочитала на моем лице то смятение, которое внезапно вызвала.

— Да, — Ариадна опустила голову.

— Тогда пойдем, — схватил ее за руку и потащил вон из столовой.

— Куда мы? — она все еще смотрела на меня с обидой, но я уже на это не велся. пускай сколько хочет строит из себя оскорбленную даму, меня это не трогает. Совершенно.

— В комнату для игр, — коварно улыбнулся я.

***

Ариадна вдруг остановилась, словно вкопанная. Сперва ее залила мертвенная бледность, а потом щеки стали малиновые.

— Что опять не так?

— Что за игры? — насторожилась герцогиня.

— «Бей или умри», «Отрубленная голова», «Безумный граф», «Король и нищий», — принялся перечислять названия популярных игр.

Глаза моей супруги расширились.

— Ариадна, прекрати себя так вести! — не на шутку разозлился я. — Раньше тебя никогда не смущали карточные игры.

— А-а-ах, карточные, — улыбнулась она и вздохнула, как мне показалось, с облегчением. — Можно, я лучше пойду спать?

— Разумеется, нет. Ты моя жена, и раз я должен присутствовать на этом развлечении, то и ты тоже.

Девушка вздохнула.

— Ладно. Пойдем.

Она чуть крепче сжала мою ладонь и позволила увлечь ее за собой.

Мы вошли в помещение, гораздо меньшее по размеру, чем танцевальный зал или даже столовая, поэтому, наверное, здесь казалось настолько многолюдно. Все пространство было заставлено круглыми столами. Люди играли, пили и смеялись. Ничего необычного. Мы направились к центральному. Здесь сидел сам император. Два места по правую сторону от него пустовало.

Я улыбнулся и, усадив Ариадну, сел ближе к правителю.

— А вот и наша молодая чета, — улыбнулся Шайлор. — Мы уже успели сыграть партию «Короля и нищего». Во что будем дальше?

Я огляделся. Рядом сидело еще несколько моих знакомых с женами, но так как сегодня я уже со всеми успел перекинуться хотя бы несколькими словами, здороваться ни с кем не стал.

— Пускай Ариадна выберет, — посмотрел на нее. Мне эти игры никогда особо по душе не были.

Все уставились на мою жену. Она снова побледнела. При этом я испытал двойственные чувства: одна часть меня наслаждалась тем, что она попала не в свою тарелку, ее явно смущало такое пристальное внимание, другая же часть захотела тут же «спасти» Ариадну от косых взглядов. Однако я поборол неоправданно благородные порывы души и промолчал.

— Ну… Э-э-э… — она как будто что-то усиленно вспоминала. — «Бей или умри», может?

— Отличный выбор! — воскликнул император. — Моя любимая игра! Пора повеселиться. Дорк, — правитель посмотрел на слугу, который стоял у нашего столика. — Раздавай карты.

— Как в это играть? — наклонилась к самому моему уху жена.

— Ты в своем уме? — зашипел на нее. — В эту игру пятилетние дети играют!

Мы шипели друг на друга, как змеи, пока слуга тасовал и раздавал каждому по десять карт. Она почти касалась моего уха губами, и от этого по телу расходилась приятная дрожь. В какой-то момент я понял, что она намеренно так близко наклоняется. Ее рука легла на мое бедро.

— Быстро скажи мне правила! — потребовала Ариадна.

— Держим руки на столе. Выкладываем по одной карте, тот игрок, у кого выпадет такая же, должен ударить другого по тыльной стороне ладони. Кто первый это сделает, отдает противнику одну карту. Игра продолжается до тех пор, пока у тебя остаются карты. Кто первый сбросил все, побеждает.

— Сайлес, — улыбнулся император, — я, разумеется, понимаю, что общество молодой супруги для тебя сейчас предпочтительнее нашего, — при этих его словах все за столом захихикали, а сам правитель еле сдерживал смешки, точно ребенок, — но не мог бы ты все-таки уделить нам немного внимания.

— Простите, ваше величество, — я смутился, но постарался все перевести в шутку: — Объяснял Ариадне правила игры.

Теперь уж все грянули смехом, ведь я вовсе не шутил, когда говорил, что эту игру даже пятилетки знают. Конечно, все решили, что я проявил остроумие. А я в этот момент думал о том, почему Ариадна вдруг страдает провалами в памяти. А ее рука, кстати, так и не убралась с моего бедра. Она ушла в свои мысли, но пальцы мягко перебирали ткань моих брюк.

— Руки на стол! — скомандовал слуга, который был здесь в качестве ведущего.

Мы все положили руки, и игра началась. У меня сложилось впечатление, что Ариадна действительно не сразу поняла, как играть, но очень скоро втянулась.

Несколько раз мы выкладывали одинаковые карты, и она с упоением лупила меня по рукам. Чтобы достать противника, иногда приходилось подскакивать. Мой взгляд то и дело возвращался к жене. Она вся раскраснелась, прическа растрепалась, и от этого девушка выглядела невероятно мило. Локоны падали на лицо, и она привычным жестом убирала их или сдувала с глаз. И почему-то мне нравилось за ней наблюдать. Она смеялась. Искренне смеялась. И вдруг я понял, что впервые слышу ее настоящий смех. Так увлекся слежкой за герцогиней, что остался с огромной кучей карт на руках.

Нам подносили напитки. Ариадна, кажется, незаметно для самой себя, выпила несколько бокалов. И с каждым глаза ее все больше блестели, а удары становились удачнее. Она радостно взвизгивала каждый раз, когда ей удавалось избавиться от очередной карты.

— Победила ее светлость Ариадна Фангор! — торжественно объявил ведущий.

Жена пискнула и кинулась мне на шею.

— Я победила! — счастливо воскликнула она. — Победила!

Ее губы нашли мои так стремительно, что я даже никак не успел среагировать. За нашим столом послышались одобрительные смешки, кажется, кто-то из мужчин даже сказал: «Горячая штучка». Если бы понял, кто из них, уши оторвал бы!

Но в тот момент я был занят совсем другим. На миг даже позабыл, что рядом сидит сам император. Хотелось прямо в то мгновение повалить ее на этот круглый стол и…

Однако благоразумие взяло верх, и я мягко отстранил сероглазую чертовку.

Что она себе вообще позволяет?! Так меня позорить на глазах у всего высшего общества! Аристократки так себя не ведут.

— Ариадна! — строго посмотрел на нее. А она лишь счастливо улыбалась, а глаза заволокла какая-то подозрительная дымка. Она смотрела на меня с таким жаром, что нижняя часть тела сразу же дала о себе знать.

— Я думаю, дорогой друг, что вам пора удалиться, — подмигнул мне Шайлор.

— Прошу прощения, ваше величество. Герцогиня очень утомилась за столь долгий день.

Встал и помог подняться этой бесстыднице. И снова она вызывала во мне несколько разных чувств. Разумеется, я был на нее зол! И еще как! Что она здесь устроила! Но с другой стороны… Окинул взглядом всех сидящих за столом мужчин — и ни один не оставался равнодушным. Они все мне завидовали! Тут уж позволил своей тщеславной части одержать верх и по-хозяйски приобнял жену.

А она положила голову мне на плечо. Да, завтра о нашем «представлении» будут знать все в мельчайших подробностях.

— Ступайте, герцог, — кивнул император. — Я желаю вам самой доброй ночи, — при этом он снова подмигнул.

Да они все издеваются!

***

Под тщательно сдерживаемые смешки вперемешку с завистливыми взглядами мы удалились из игровой. Как только оказались в относительном уединении, Ариадна прижалась ко мне всем телом. Она потерлась о мою шею носом. Я чаще задышал. Ничего не мог с собой поделать. Припер ее к стене прямо в коридоре, налетев на ее губы. Мягкие, горячие…

Ариадна отвечала с таким жаром, как еще ни разу. Что-то не давало мне покоя, но я не мог понять, что именно. Какая-то мысль вертелась на границе сознания, но я все никак не мог схватить ее, чтобы обдумать. Вместо этого жадно ловил дыхание жены. Поцелуй стал прерывистый, потому что обоим не хватало воздуха. Я держал ее лицо ладонями, а пальцы поползли вниз, на шею. Странно, но в этот миг мне не хотелось ее задушить. Ну, если только самую малость. Нет, больше всего на свете я хотел другого.

— Пойдем, — резко оторвался от нее, и Ариадна беспомощно захныкала, оставшись без тепла моего тела.

— Куда? — она снова смотрела на меня обиженно.

— В нашу спальню, — сказал, а у самого от этого голова кругом пошла.

Боже дай мне сил!

Ариадна улыбнулась так, что я совсем растерялся. Как у этой бесстыдницы получается так робко и невинно выглядеть? И этот взгляд раздражал и заставлял желать ее одновременно.

С рычанием подхватил ее на руки, на этот раз совсем не для виду, как делал это в первый раз у себя в поместье, а потому что хотел ощущать ее тело в своих руках. К черту! Она моя, и я буду ею обладать. Сегодня — точно.

Как долетел до нужной двери, помню слабо. Кажется, мы кого-то встретили на своем пути и чуть не смели. Неважно, это все неважно.

Бросил Ариадну ну широкую кровать с бордовым покрывалом. Она вскрикнула и вдруг испуганно на меня посмотрела, глядя, как я быстрыми движениями стягиваю с себя фрак и рубашку.

Тут же снова кинулся на нее, не переставая осыпать поцелуями. Хотел добраться до теплой плоти, потому что платье оказалось слишком закрытое. Резко развернул ее к себе спиной и, придавив к перине, принялся расстегивать крючки. Девушка постанывала от каждого моего прикосновения и извивалась подо мной. Я ощущал ее нетерпение.

На шее показалась цепочка от кулона с моей магией. Это немного отрезвило меня. Движения стали более размеренными. Вскоре я освободил ее от ткани на верхней части тела, взору предстала обнаженная спина. Идеальная.

Провел вдоль позвоночника языком, Ариадна издала полустон-полувскрик и попыталась обернуться ко мне, но когда я сильнее вжал ее в постель, снова захныкала.

— Пожалуйста, Сайлес, прошу!

Я знал, о чем она просит, и готов уже был задрать ворох юбок, наплевав на остальное раздевание. Пальцы поползли по передней части ее тела, задевая ключицы. Я безумно хотел ощутить под руками мягкость упругих холмиков, но не успел. Кожи коснулся медальон. Тело будто молнией пронзило, я отдернул руки, тяжело дыша. Да, я же не могу касаться кулона, она должна отдать мне его добровольно. А сможет сделать это только после нашей близости. Так гласит договор.

Боль привела меня в чувства, заставляя анализировать все события сегодняшнего вечера. Каждое движение девушки, каждые ее взгляд и жест. И до меня вдруг дошло, что не давало мне покоя.

— Ариадна? — спросил я тихо, пытаясь восстановить дыхание.

— Что? — глухо откликнулась она, все еще пытаясь повернуться ко мне лицом, но я крепко удерживал ее в таком положении, потому что знал: если увижу ее обнаженной — пиши пропало.

Продолжая локтем вжимать жену в кровать, я снял с пальца один из перстней и, бесцеремонно схватив ее руку, надел кольцо. Из обычного серебряного, каковым являлось, оно стало зеленым. Я сдернул артефакт с нее и вернул на свой палец. Догадки подтвердились. Перстень мог определить наличие яда в организме.

— Я думаю, ты сейчас под воздействием какого-то зелья. Не знаю, кому это и зачем нужно, но тебя опоили.

Это не был яд в прямом смысле слова, но что-то очень сильное на нее воздействовало.

— Какая разница, — снова заерзала подо мной супруга, заставляя еще больше напрячься, сражаясь с собой, чтобы не развернуть ее к себе лицом и не продолжить начатое. — Пожалуйста, Сайлес!

Она готова была умолять меня сделать это, и ощущалась во всем этом какая-то неправильность. Я не хотел так. Не мог.

— Я сейчас встану и уйду, а ты приведи себя в надлежащий вид и ложись спать.

— Нет, Сайлес! — в ее голосе послышался настоящий испуг, паника.

— Я сейчас вернусь, — пообещал, чтобы она позволила мне встать, не рискуя при этом быть пойманным врасплох ее нагим видом.

— Честно? — спросила она с такой надеждой в голосе, что я не смог сдержать улыбку.

— Честно-честно. Дай мне пять минут.

— Ладно, — вздохнула она.

Кажется, информацию о том, что ее опоили, она пропустила мимо ушей. Что ж, это еще больше доказывает тот факт, что дело нечисто.

Я медленно поднялся, хотя тело вопило о том, что я дурак, и мне нужно продолжить начатое. Даже не найдя свои вещи, кинулся в смежную с этой комнату. Наши спальни соединялись.

Там я быстро покопался среди своих артефактов и нашел нужный. Печать. Самое то. Я прикрепил ее на дверь, ведущую в спальню Ариадны. На миг по дереву пошли зеленые всполохи, будто оно загорелось, и тут же все стало, как обычно. Теперь я мог не волноваться: девушка будет надежно заперта, пока зелье не выветрится. Сбежать она не сможет, потому что Печать закрывает все входы, в том числе окна. Я устало привалился к двери и сполз по ней на пол. Все, теперь только ждать. Думаю, к утру она станет самой собой.

Не то чтобы мне не нравилось ее поведение… Очень нравилось. Черт, да я готов был собственноручно сломать эту дверь, но здравый смысл говорил о том, что когда между нами произойдет близость, Ариадна должна находиться в трезвом уме. А иначе это напоминало изнасилование. Ну уж нет, до такого я не опущусь.