Глава 51. Объявляю вас…

Глава 51. Объявляю вас…

Настоятель каплицы вышел из комнаты, и Николетт осталась один на один с Дидье. Фух, передышка. Как же не хотелось становиться женой этого сухого алчного генералишки. Так сильно не хотелось, что голова начала интенсивно работать. Однако конкретного плана действий выработать не получалось. Первой пришла мысль просто тянуть время в надежде, что кто-то придёт на помощь. Но кто? Теодор уверен, что Николетт находится в имении у папеньки и начнёт бить тревогу только поздним вечером, когда не дождётся её в часовне. И то, может подумать, что Николетт не пришла, потому что передумала становиться его невестой. Но даже если он и кинется её искать, то разве найдёт? Откуда ему знать, что она сейчас находится в каплице Тиен-лу-Ше?

Оставалась ещё преданная Дороти. Но она в данный момент, скорее всего, в точности так же, как и Николетт, отходит от снотворного. Теперь Николетт догадалась, как получилось, что они уснули. Сонный порошок был подсыпан в кувшин с водой, из которого дала напиться встретившаяся по дороге селянка. То-то она так настаивала, чтобы путники освежились колодезной водицей. Жара заставила согласиться на её предложение и кучера, и Дороти, и Николетт. Где теперь верная служанка? Их с кучером так и оставили спящими на дороге?

— Я жду, — Дидье сел в кресло напротив и закинул ногу на ногу. — Притом, хочу напомнить вам, юная леди, я не люблю ждать.

Его поза говорила об обратном. Не похоже было, что ему так уж не терпится поскорее жениться. Понятно, что генералу не нужна Николетт, и приданое само по себе тоже не нужно. Картина интересует его только как способ добраться до сокровищ Фамилиена. Но на картине он не найдёт чёткого указания, где искать тайник — там магическая тайнопись, которую ещё надо расшифровать. А умение толковать тайнописи — редкий дар, которым, к счастью, обладает Николетт. У неё созрел план!

— Господин Дидье, давайте начистоту, вы ведь устроили всё это с одной единственной целью — заполучить сокровища из легенды, не так ли? — Николетт старалась говорить спокойно и уверенно. Человеку, который привык командовать, нельзя показывать слабинку. — Кстати, откуда вы столько знаете о легенде?

Генерал, похоже, не удивился, в какую сторону повела разговор Николетт. Ей показалось, будто он даже ждал подобной темы.

— Я очень не приветствую, что в последнее время вошло в моду давать юным леди образование. Женщина не в состоянии правильно распорядиться знаниями, и для её же блага лучше оставаться невежественной. Я предпочёл бы иметь дело именно с такой, но раз уж вы оказались достаточно осведомлённой, буду говорить с вами на чистоту. Да, мне нужны сокровища Фамилиена. Я полагаю, что имею на них право, потому что являюсь потомком его первой законной жены, в отличие от теперешнего хозяина замка Рош-ди-Вуар — отпрыска порочной связи лорда и служанки.

Так вот, оказывается, почему Дидье так иступлёно охотится за сокровищами и обладает гораздо большей информацией, чем сказано в легенде. Видимо, в их роду из поколения в поколение передавались подробности событий тех дней.

— Насколько мне известно, у лорда Фамилиена и его первой супруги не было детей, — возразила Николетт.

— Да, не было. Но после развода она вышла замуж во второй раз, и я являюсь потомком этой ветки. Однако это не меняет дело. Какое-то время она была супругой лорда Фамилиена, а значит, имела право претендовать на часть его состояния. Судья в своё время рассудил по-другому. Но я восстановлю справедливость. Мы восстановим, — поправился генерал.

Эта маленькая поправочка сказала о многом. Дидье знает о даре Николетт читать магические тайнописи и собирается этим воспользоваться.

— Надеюсь, вы понимаете, о каких богатствах идёт речь, — продолжил генерал. — Состоянию лорда Фамилиена завидовал сам король. А в тайнике спрятано, самое ценное, что было у лорда. Когда сокровища станут моими, вы, как моя супруга, будете обеспечены всем необходимым. А если будете проявлять надлежащую юной леди кротость и покорность, то будете ещё и время от времени получать подарки.

— Нет, господин Дидье, у вас не получится сделать из меня супругу, которая бы вас устраивала…

— Не переношу, когда мне перечат, — тут же взвился генерал. — Вы немедленно станете моей женой. Святой отец, — позвал он.

— Подождите, — Николетт пыталась говорить спокойно, без панических ноток. Пора было начинать свою игру. — Я нужна вам, чтобы прочесть магическую тайнопись, не так ли, господин Дидье? Надпись, которая находится под слоем жёлто-зелёных полос? — она кивнула на картину.

Явившегося на зов настоятеля генерал тут же отправил назад за дверь. Слова Николетт его явно заинтересовали.

— Да вы, я вижу, уже знаете тайну полотна, — хмыкнул Дидье. — Тем лучше. Вы как послушная супруга должны будете прочесть для меня надпись.

— У меня другое предложение. Я прочту тайнопись, но при условии, что вы откажетесь от идеи жениться на мне. Вы составите бумагу, в которой будет написано, что разрываете договор о помолвке и больше не имеете никаких претензий ни ко мне, ни к моему отцу. Когда подобная бумага окажется у меня на руках, я расшифрую тайнопись. После чего вы тут же отпустите меня, предоставив экипаж и кучера.

Генерал посмотрел на Николетт с хищным прищуром. Поднялся с кресла и вышел из комнаты. Куда он? Писать расписку, что не претендует на Николетт? Неужели получилось?

Дидье вернулся через пару минут с продолговатым непрозрачным сосудом в руках. Что там была за жидкость? Наверное, не простая вода. Генерал смочил тряпицу и принялся протирать ею картину. Жёлто-зелёные полосы с шипением растворялись. У Николетт дыхание перехватило. Под верхним слоем действительно оказался ещё один, на который жидкость не действовала. Вскоре взгляду предстало легендарное полотно. Величественно мрачный замок Рош-ди-Вуар гранитной скалой возвышается над окружающими его дремучими лесами. Тёмно-бордовые стены чуть подсвечены лучами заходящего солнца. Ещё пару минут и всё вокруг погрузится в таинственный мрак. От картины просто веяло тайной.

Николетт сразу заметила тонкую серебристую паутину тайнописи, пересекающую полотно понизу слева направо. Она не знала, откуда у неё этот дар — понимать древние руны. Может, от мамы? Стоило ей пробежать глазами по чуть поблёскивающей вязи, и смысл написанного моментально открылся. Она поняла, где спрятан тайник. Она знала это место в замке. Много раз проходила мимо, не подозревая, что находится на расстоянии вытянутой руки от разгадки тайны старой легенды.

— Где сокровища? — генерал отложил тряпицу и, зловеще чеканя шаг, подошёл к Николетт. — Вы уже смогли разобрать тайнопись?

— Сначала вы должны подписать документ, что больше не претендуете на меня, и подготовить мне экипаж.

Дидье пренеприятно рассмеялся.

— О, как глупы женские уловки, — он принялся ходить по комнате и зажигать свечи. Одну, другую, третью. — Неужели вы думаете, что я отпустил бы вас, не проверив ваши слова? Как я могу быть уверен, что вы не направите меня по ложному следу, в то время, как сами поспешите к тайнику? Нет, мне нужны гарантии. И самой лучшей будет наш брак.

Ох, только теперь Николетт осознала, какую совершила ошибку. Уж лучше бы она так и оставалась в неведении, где сокровища. А теперь, когда она знает тайну, Дидье её ни за что не отпустит. Генерал уже направился к двери, чтобы снова позвать настоятеля. Что же делать? В голове мелькнул отчаянный план. Может, не сработать, но это последняя надежда.

— Господин Дидье, зачем вам этот брак? Хотите гарантий? Могу их вам предложить и без брака. Я прочла тайнопись — знаю, где тайник. Он в часовне, поблизости замка. Вы сами сможете в этом убедиться. Я дам вам вот этот перстень, — Николетт показала на свой палец. — Он открывает любые замки́ в Рош-ди-Вуар. Откроет и дверь часовни. Отправляйтесь туда прямо сейчас. Если не отыщите сокровищ, вернётесь, и мы поженимся. Но если найдёте, надеюсь, тогда я буду вам больше не нужна, и вы отпустите меня?

На что рассчитывала Николетт? На то, что в часовне её дожидается Теодор. Он наверняка поймёт, что что-то не так, когда вместо неё туда явится Дидье, да ещё и откроет дверь перстнем, который Тео подарил ей. Он вытрясет из генерала правду, узнает, где Николетт, и спасёт её. Во всяком случае, она очень в это верила. Вот только ждёт ли её Теодор до сих пор? Она глянула в окно. Небо уже теряло последние послезакатные краски, становясь равномерно фиолетовым.

— Перстень? — генерал с любопытством посмотрел на вытянутую вперёд ладонь Николетт. — Фамильная реликвия Фамилиена? Пригодится, — он бесцеремонно стянул с пальца подарок Теодора и переправил себе в карман. — А теперь пора, наконец, приступить к брачной церемонии. Настоятель Манулье, — повысив голос, позвал Дидье.

Николетт от безысходности сжала ладони в кулаки. Ни одна её уловка не сработала. Теодор так и не узнает, где она. А Дороти сама пребывает не в лучшей ситуации. Помощи ждать не откуда.

— Дидье, зачем я вам?! — выкрикнула Николетт с дерзким отчаянием. — Я же вам совсем не нравлюсь. Не благовоспитанная, не робкая, не кроткая, не покорная!

— Кто вам сказал, юная леди, что вы мне не нравитесь? У вас премиленькое свежее личико, и радующие мужской глаз формы. А что касается вашего прескверного характера, то поверьте, пару месяцев муштры — и вы станете сама кротость. Я в этом знаю толк.

Николетт оставалось только успокаивать себя тем, что всё равно сбежит от генерала при первой возможности.

— Возьмитесь за руки, дети мои, — заунывным голосом пропел приготовившийся к церемонии настоятель.

Дидье встал рядом с креслом, на котором сидела Николетт, и попытался положить руку ей на плечо, но она брезгливо повела им, чтобы скинуть. Верхняя половина тела уже более-менее слушалась. Жаль, ноги пока всё ещё были ватными.

— Священные узы брака, — снова начал бубнить настоятель, — всегда считались ниспосланными с…

— Сократите церемонию, — резко перебил Дидье.

Святой отец понимающе кивнул:

— Дети мои, объявляю вас…

Кем именно, объявляет их настоятель, договорить ему была не судьба. Вечернюю тишину за окном вдруг взорвал выстрел. Выстрел! Сердце начало стучать радостно и неровно, захлёбываясь хмельной надеждой, что прибыла помощь. Настоятель вздрогнул и предусмотрительно замолк, быстренько засеменив к стенке. В следующую секунду окно распахнулось и в проёме показалось ружьё, которое нежным басом гаркнуло:

— Стой, кто идёт?!

И хоть генерал никуда и не шёл, но почему-то быстро догадался, что вопрос адресован именно ему. Однако вместо ответа, развернулся и бросился к двери. Если он надеялся таким образом спастись, то зря. Дверь открылась ему навстречу, припечатав по лбу. Следующим на его лоб опустился кулак. Двойного удара дубовый лоб генерала не выдержал. Вернее, лоб-то выдержал, но сам генерал отлетел к противоположной стене, прямо в ноги побледневшему настоятелю. За дальнейшую судьбу Дидье Николетт была спокойна. Им уже занялась влезшая в окно Дороти с ружьём, и Филимон, который показался в оконном проёме вслед за ней. (3303c)

Николетт же во все глаза смотрела, как в комнату входит её спаситель. Возмутительно красивый в своём гневе. Со взъерошенными волосами и горящими глазами. Сердце рвалось к нему навстречу. Он в три гигантских шага подскочил к ней. А в следующее мгновение она уже оказалась в его крепких надёжных руках.

— Тео, ты успел, — выдохнула она. — Меня чуть было не сделали женой Дидье…

— Пусть радуется, что я успел, — усмехнулся Теодор, — а то пришлось бы сделать тебя вдовой.