Глава 37

Наверное, я задремала, когда до слуха донесся тихий шорох. Я распахнула глаза. Моя рука легко выбросила маленький магически светлячок, и я испуганно присела на кровати.

На комоде сидел мой плюшевый серый заяц с оторванным ухом, и чесал живот.

— Корневикус, это ты⁈

— Нет. Это старый дрех из пустошей, объевшийся сырого мяса и сейчас мучающийся животом… Конечно я, овечка.

— Так ты живой⁈ Миленький! А я испугалась за тебя.

— Да живой я, живой, не развоплотился, хвала великому духу Акаху, но думал, останутся мои фибры навечно заточенные в этом страшном подземелье.

— Как хорошо, что ты меня нашел.

Серый заяц тряхнул оторванным ухом, висевшим на одной ниточке, и фыркнул.

— Ерунда, мы с тобой связаны пространственными эманациями как ниточка с иголочкой, как веточка с деревом, как лепесток с бутончиком…

— Ладно, поняла, — засмеялась я, и на душе стало легче. Хоть что-то в моей жизни есть ясное и понятное. Я на самом деле привыкла к нему и волновалась. — Расскажи. Как ты меня нашел, как догадался пробраться внутрь? А где медведь?

— Тебе медведя жалко или меня⁈ Я, между прочим, жертвовал своей сущностью, чтобы пробраться в это адово подземелье.

— Да ладно, — успокоила я его. — Небесный с ним. Рассказывай.

Заяц почесал нос.

— А что говорить? Хитрый он и умный, этот ваш маг. Его ловушки были рассчитаны на силу удара, равного пятого магнетического уровня. Какой-нибудь неуч, если бы сунулся туда, сварился бы в собственном бульоне.

Я передернула плечами.

— Какая гадость.

— Бедняга даже не успел бы подумать об этом.

— Но ведь обошлось?

— Да, моя бестолковая зайчиха. Потому, что я появился в самый роковой момент, в ту самую минуту, когда вопрос жизни и смерти стоял как никогда трагически остро, до дрожи…

Я закатила глаза.

— Корневикус! Ты молодец! Я тебе за это новую шубку куплю. Дальше-то что?

— А что дальше? Шубка сгорела, а я пополз по потолку, там уровень защиты падал. Вот так и оказался внутри. А потом, когда ты их всех шарахнула силой Черной звезды, уносил ноги, пока твоей магией не подпалило.

Я задумчиво кивнула.

— Надеюсь, когда-нибудь это забудется.

— Зря надеешься, цыпа, такое не забывается. Кстати, весь твой дар полностью открыт, все три ипостаси. Ну-ка, посмотри.

Я нахмурилась, быстро обнажила плечо, где у меня проявлялись знаки Акаху, и увидела странный, загадочный символ — черную звезду, наполовину прикрытую едва мерцающей сеткой, и наложенный поверх этих знаков цветок.

— Ого-го, — прыгнул на кровать заяц и осторожно дотронулся до печати. — Не простая ты у нас птичка. Донна переливчатой звезды. А это означает, моя овечка, что в тебе редкое сочетание силы. Но главная — сила жизни.

* * *

Холл перед залом торжеств был забит придворными, желающими попасть на церемонию вручения верительных грамот. Послы Яхтонии, Пахравана, Равеи, и еще десятка стран и островов, ожидали появления короля.

Тренневи обошел это шумное место и двинулся потайной дорожкой, ведущей к покоям принца. На открытой галерее остановился, бросив взгляд вниз, и увидел группу леди, прохаживающихся между ярких клумб. У небольшого фонтана заметил Инессу Тиарду. Гордая северянка прохаживалась в сопровождении нескольких дам. Не смирилась, смотрела по сторонам с видом, пусть и проигравшей, но королевы. И Роберт подумал, а ведь у нее были шансы.

По некоторым данным, маг Валаред встречался с отцом девушки, но что-то доказать, Тайная Служба не смогла.

Поодаль прохаживалась Эльза, дочь королевского судьи. С ней под руку другая претендентка — Вагнесса Цевер, а рядом с ними молодые придворные из числа завидных женихов королевства.

Тренневи задумался, глядя на бывших невест принца. Аналитический штат его департамента перерыл и просмотрел огромную тучу бумаг. Перетасовали родственные связи, служебные отношения, и просто знакомства, и, к радости или сожалению, никто из претенденток не был замечен в тайных планах главы Цитадели.

Тренневи бросил вниз последний взгляд, почувствовав, как тихо сжалось сердце. Они — здесь, а ее нет.

Он так и не успел встретиться с ней, поговорить. Но все впереди. Никуда она от него не денется, а до Ноурса рукой подать. Тем более, скоро помолвка принца и Виолы, на которой она обязана появиться как родственница Варрийских, потом Осенний Листопад — любимый бал столичной знати, а полтора месяцами позже и бал Зимней Королевы.

Не-ет, он не собирался затягивать встречу до зимы, но сделать паузу полезно. За это время он примет окончательное решение. Да, он был влюблен, страстно, крепко. И все же, род Тренневи всегда проявлял себя в женитьбе по-особенному.

Тренневи — гордецы, дорожащие своей свободой и родовым именем.

Перед апартаментами принца никого не было. Роберт постучал в дверь кабинета, дождался разрешения и вошел. Виттор сидел на столом, заваленном бумагами.

— Заходи, — кивнул его высочество, не отрываясь от листка бумаги.

— Изучаете? — Спросил Роберт, бросив взгляд в листок. Это была копия того списка, что оказался в папке с документами Роберты Стрин, когда он отобрал эти бумаги в карете Аберта, укравшего девушку из дома.

Он помнил имена, почти наизусть. Он и Виржин пришли к мнению, что в списке имена людей, обладавших тайными магиями, уже исчезающими не только из королевства, но и из мира. Как показало время, так и было.

Маг Валаред каким-то непостижимым образом сумел собрать информацию об этих людях. Впрочем, в архиве Цитадели сотрудники Тайной Службы нашли вещи куда как интересней, на несколько лет исследований.

— Вы кого-то нашли из этого списка? — Спросил принц.

— Почти всех, не считая девятерых замученных в Цитадели. Часть одаренных нашли в подвальных казематах, часть ищут по стране, но есть зацепки.

— Нужно найти всех, и без угроз, а только убеждением заставить показать свои способности и согласиться на нашу помощь. Впрочем, у них нет выбора. Но мягче, Роберт, мягче. Эти люди — наше будущее и надежда на рост магических сил.

Тренневи развел руками и комично покачал головой.

— А как еще! Вы же знаете, какой я мягкий.

— Да-а-а, — смешливо кивнул принц. — Только поручи это знающему человеку. Кому-то постарше и помудрее.

Они еще с час порылись в бумагах, обсуждая дела, потом Роберт покинул апартаменты принца и направился к огромной бирюзовой галерее, надеясь встретить своего заместителя Брелика.

Эта галерея была излюбленным местом променада дворцовой знати. Здесь назначали свидания, не боясь получить осуждение и породить сплетни, здесь можно было увидеть новое лицо, появившееся во дворце и встретить старого знакомца. И найти своих подчиненных, так любящих прогулки под арочной стеной, выходящей в парк.

Тренневи небрежно махнул ладонью знакомому лорду из кабинета лорда-канцлера, кажется, тот был его вторым или третьим заместителем. Подмигнул старушке маркизе Аллори, любительнице грушевого морса и яблочных шарлоток. От этих лакомств у нее были регулярные проблемы с животом, о чем знал и смеялся весь двор.

Впереди показалась алая юбка леди Криоры, молодой дамы, которая в последнее время уделяла Робину нешуточное внимание, и эта леди угрожающе приближалась. Роберт скривился, сейчас встреча с Бреликом была бы так кстати. Он умел переводить стрелки от себя в другую сторону, и его заместитель в этой роли был бы идеален.

— Роберт, — за спиной раздался ядовито-ласковый голосок. Тренневи облегченно оглянулся. Этот голосок будет пострашней половины его штата.

— Виржин, я ищу тебя весь день.

— Я тоже, — невежливо нахмурилась графиня. — У меня три докладных и сплошные отчеты, которые требуют твоего внимательного изучения. Роберт, я тоже устаю, но…

— Ах, Роберт, — прозвучало за его спиной. Даже не поворачиваясь, Тренневи понял, что это леди Криора.

— Леди, лорд Тренневи занят, — отрезала Виржин, не дав шефу открыть рот.

— Как же занят?… Виржин, это невежливо.

Виржин опустила голову, подняла глаза, вскинула бровь.

— Невежливо кокетничать с лордом Фиштехом на глазах его невесты, невежливо перебивать цену, когда бедная леди Фари уже выложила золотые на прилавок за ажурные фландарские чулки. Но их увидела леди Криора и, узнав, что это последняя пара, назначила цену в два раза дороже. Невежливо и некрасиво… — Виржин сыпала примерами и наступала на молодую даму маленьким, но крепким стенобитным тараном.

Тренневи выдохнул. Графине под хвост вожжа попала, и в таком состоянии ближе, чем на сто ярдов к ней лучше не приближаться. Леди Криора не выдержала напора, первая сдала позиции и унеслась вдаль, оставалось помахать ей платочком.

— Спасибо, ты меня спасла.

— Роберт, тебя бы спасла репутация, если бы она у тебя была! Репутация человека с принципами и правилами, относительно того, что касается женщин. Держи, — ему в руки отдали папку с докладными, отчетами и служебными справками. — Без тебя тут дрех рога сломает. Разбирайся.

Она развернулась и ушла.

— Пронесло, — буркнул Тренневи и свернул к лестнице, ведущей вниз. Он пробежал один пролет и, уже на площадке вдруг услышал голоса. Он знал эти голоса.

От площадки открывался вид на небольшой балкон, где к нему спиной стояли две женщины. Пожалуй, две самые сильные женщины королевства. Роберт усмехнулся, собрался уже идти дальше, но фраза, сказанная герцогиней Варрийской, пригвоздила его к месту.

— Меня бы устроил вариант графа Верши. Солидный род, и для Роберты вполне подходящая партия. Но я не исключаю другие варианты.

— Сын герцога Полиера, хороший мальчик. Молод, красив, богат. Если хочешь, я отпишу его отцу, и к помолвке Виттора, он прибудет во дворец, — скрипуче прозвучал голос леди Клайр.

Тренневи почувствовал, как у него от удивления поднялись брови. Они о чем? Гела Варрийская ищет для Роберты жениха⁈ Для его Роберты⁈ Внутри медленно начала подниматься волна злости.

— Не торопись, Гела. Может быть, девочка сама подберет себе партию, а ты просто проконтролируешь.

— Не знаю, я уже думала, но волнуюсь, и не надеюсь на ее выбор.

— Тогда подумай о молодом виконте Майрике. Порода — древняя и капитал прилагается. Со всех сторон хорош.

— Да, — Роберт услышал в голосе герцогини одобрительные нотки, и это его едва не взбесило. Он сделал два осторожных шага в их сторону. Что еще предложат для его Роберты эти дамы?

— Впереди Осенний бал, не торопись. Что за спешка? Или дело в другом?

Тренневи увидел, как герцогиня чуть пожала плечами.

— Я не хочу ошибки. Нашему роду нужен наследник. А Роберта — единственный шанс, что он появится, иначе, придется отдавать титул дальней родне. У меня только от одной этой мысли кровь закипает…

Тренневи повернулся и неслышно отступил назад. А потом с легкостью, перепрыгивая ступени, понесся вниз. Внутри все кипело, от злости и нетерпения. Его решение подождать до Осеннего Листопада, или даже до бала Зимней Королевы сейчас казалось глупым и смешным. Герцогиня оборотистая, и свое решение не поменяет. И он навсегда потеряет ту, что заставила его сердце стучать как хороший гвардейский барабан.

Вот уж нет, Гела, и не надейся.

— Шеф, — когда Роберт спустился на первый этаж, то столкнулся с Бреликом.

— Тебя я и ищу, — возбужденно мотнул головой Тренневи. — Держи папку. Работы много… Работай.

— Шеф, у меня дело. Важное!

— У меня тоже.

Брелик развел руками. Поговорили, называется. Он поглядел в спину уходящего лорда, на его твердую, решительную походку и заинтересованно скривился. Куда это так торопится шеф? Идет так, словно на штурм крепости.