Наказание

Я не горела желанием наблюдать чьё-либо наказание (и уж тем более ребят, которым симпатизировала), но не посмела отказать Кэйсеру, поэтому вместе с ним в точно назначенное время вышла во внутренний дворик замка, куда потихоньку начали стягиваться все обитатели академии, включая прислугу.

В центре двора был возведён небольшой деревянный помост, вызвавший у меня ассоциацию с эшафотом.

Позади него была установлена небольшая трибуна с удобными креслами, предназначенная для преподавательского состава, причём каждому было отведено специальное место. Так, например, ректор располагался на самом верху трибуны. На ступень ниже сидели деканы, а ещё ступенью ниже расположились рядовые преподаватели.

Студенты и прислуга же и вовсе хаотично толпились вокруг «эшафота», и меня несколько пугал энтузиазм, который излучало большинство из них.

«Будто не на наказание своих товарищей смотреть пришли, а на театральное представление», – неодобрительно подумала я.

Кэйсер проводил меня до трибуны и усадил на одно из кресел, предназначенных для деканов.

– А как же ты?.. – удивилась я.

– У меня сегодня другая роль, – холодно проговорил он и, коротко кивнув в знак приветствия ректору, уже занявшему своё место, спустился обратно на помост.

– Зря он тебя сюда привёл, – заметил Эберхард неодобрительно. – Зрелище будет не из приятных.

– Наказания вообще редко бывают приятным, – прокомментировала леди Вэйн, устраиваясь по левую руку от меня. А затем, наклонившись, мягко коснулась плеча сидевшего впереди неё целителя Освина и обеспокоенно спросила: – Как там Алан?

– Идёт на поправку, – последовал сухой ответ. – Однако я строго настрого запретил ему вставать с постели, так что сегодня он к нам не присоединится.

– И правильно, – одобрительно кивнула леди Вэйн. – Нечего ему здесь делать.

– Ну, почему же, – возразила Изабелла, сидевшая рядом с Освином. – Он был бы рад увидеть, как будут наказаны его враги.

– Враги – слишком громкое слово для неудачно пошутивших детей, – возразила леди Вэйн. – Да, ребята перегнули палку. Но на то они и дети – мозгов ещё мало, а эмоции бурлят и требуют выхода.

– Что не даёт им право калечить других людей, – парировала Изабелла.

Я зябко поёжилась и мысленно порадовалась, что никто не спрашивает моего мнения по данному вопросу.

Потому что если бы спросили, я бы не нашлась, что ответить.

С одной стороны, мне было жаль парней: они совершили очевидную глупость. А с другой стороны, из-за их глупости серьёзно пострадал человек, и нам всем очень повезло, что дело не закончилось летальным исходом.

Между тем Кэйсер привёл Мориса, Дэрека и Вига на “эшафот”.

– Вы обвиняетесь в нападении на мастера Алана Стоуна путём применения к нему зелья “Вселяющий ужас”, в результате чего мастер Стоун получил тяжёлые увечья, – громко (так, чтобы слышали все собравшиеся) проговорил Кэйсер. – Вы признаёте свою вину?

– Да, – нестройным хором ответили юноши.

– В качестве наказания вы приговариваетесь к сотне ударов кнутом, – объявил Кэйсер. – Снимите одежду и встаньте на колени.

Юноши покорно разделись по пояс и опустились на колени, подставляя спины.

В руках Кэйсера буквально из воздуха возник длинный кожаный кнут, от кончика и до рукояти покрытый мелкими шипами – от одного его вида у меня по спине пробежал мороз.

Кэйсер размахнулся, кнут со свистом рассёк воздух и обрушился сразу на три спины – мальчишки синхронно вздрогнули и сдавленно зашипели от боли. За первым ударом последовал второй, а затем третий и четвёртый.

Я сидела, мёртвой хваткой вцепившись в подлокотники кресла, и старалась не смотреть, как появляются кровавые полосы на худых мальчишеских спинах.

Зато я не сводила взгляда с лица будущего супруга. И меня пугала холодная отрешённость без тени жалости и сострадания, которые я видела на нём.

«И вот такого мужа мне выбрал дед? – с горечью подумала я. – Мужчину с ледяным сердцем?»

Поперёк горла встал противный склизкий комок, и я опустила взгляд на свои колени, ощущая, как на глаза навернулись слёзы.

Мальчишек было жалко. Но ещё сильнее я жалела себя.

Потому что Морис, Дэрек и Виг через несколько лет покинут Ханелор и будут жить нормальной жизнью. А моя судьба вскоре навсегда будет связана с Кэйсером. И однажды я наверняка на своей собственной шкуре узнаю силу его ударов.

Экзекуция продолжалась добрых полчаса, по завершении которых на спинах мальчишек не осталось живого места, и целитель Освин забрал их к себе, чтобы оказать первую помощь.

Я же поспешила вернуться в свою комнату, однако на полпути меня перехватил Фило.

– Теперь видишь, кто именно достался тебе в женихи? – едко поинтересовался он. – И если ты думаешь, что судьба этих мальчишек тебя не коснётся, то ты очень сильно ошибаешься – Кэйсер жесток и беспощаден ко всем, кто находится в его власти. Став его женой, ты окажешься первой, кого он начнёт воспитывать, не проявляя щепетильности в выборе методов этого самого воспитания.

– И что ты предлагаешь? – переходя на “ты”, раз уж Фило решил оставить официальный стиль общения, спросила я.

– Я уже озвучил тебе своё предложение, – напомнил он. – Позволь мне поставить тебе метку. И тогда я смогу защитить тебя и от Кэйсера, и от любого другого мужчины, которому взбредёт в голову сделать тебя своей.