Осознание

Кэйсер всё ещё находился в кабинете ректора, когда мы с Оливией туда вошли. Только вот они там были не одни – в кресле, едва ли не плечом к плечу с графом, сидел Алан Стоун. И он – последний человек, которого я ожидала здесь увидеть.

– А, девочки, – ректор наградил нас с Оливией радушной улыбкой, которая, впрочем, не коснулась его глаз. – Подождите снаружи. Я решу пару рабочих моментов, и мы сможем поговорить.

Я ощутила, как возмущение вперемешку с гневом вспыхнуло в груди.

Да как он смеет вести себя так, словно назначил нам встречу, а мы пришли раньше назначенного времени?

– Нет, – отрезала я, даже и не думая подчиниться. – Я никуда не пойду.

Ректор нахмурился, но прежде, чем он успел что-то сказать, я продолжила:

– Это правда, что вы собираетесь наказать графа Эйнарда из-за моей вчерашней выходки?

Хмурая складка, залёгшая между бровями дедушки, моментально разгладилась, а уголки его губ приподнялись в намёке на улыбку.

– Мы уже прояснили этот момент, – заверил он меня. – Да, ты повела себя опрометчиво, но ты не студентка и не преподаватель академии Ханелор, а значит, не подпадаешь под действие нашего Устава. Следовательно, ни о каком твоём наказании и речи быть не может.

– Я спрашиваю не о себе, – возразила я, не собираясь так легко сдаваться.

Алан весело фыркнул, и в его взгляде, брошенном в мою сторону, отчётливо читалось одобрение.

– Если я не собираюсь наказывать тебя, то и о наказании нашего дорогого графа и речи быть не может, – заверил меня ректор. – Это всё? Я могу продолжить решать насущные дела с моими деканами?

– Да, – коротко кивнула я. – Прошу прощения, что прервала.

Его слова меня успокоили, так что я подхватила Оливию под руку и вывела прочь из кабинета.

– Ну, и что это сейчас такое было? – настороженно спросила она, стоило нам оказаться в коридоре.

– А что такого? – притворно удивилась я.

– Ты вела себя просто отвратительно, – заметила Оливия. – Я всё понимаю, ректор наш дедушка, но нужно же иметь чувство такта! Ты позоришь его в глазах подчинённых.

Я недовольно скривилась.

– Чья бы корова мычала, – раздражённо бросила я, скрестив руки на груди. – Полагаю, беременная незамужняя внучка позорит его намного больше.

Это был удар ниже пояса, и я это прекрасно понимала, но ничего с собой поделать не могла.

Оливия потеряла своё право на нравоучительные беседы после того, как сбежала из дома и подставила меня под удар. Так что нечего теперь изображать из себя поборницу нравственности.

Оливия смерила меня обиженным взглядом.

– Ты не можешь так со мной говорить, – заявила она. – Да, я оступилась. Но это не повод тыкать меня в это носом, точно нашкодившего котёнка.

– Если ты не хочешь, чтобы я “тыкала тебя носом”, веди себя соответствующе, – парировала я. – Тебе недостаточно того, что ты уже натворила? Из-за тебя я стала невестой графа! Чего, к слову, совершенно не хотела.

– Ну, теперь я здесь, и ты больше не должна быть его невестой, – пожала плечами Оливия, словно всё происходящее было в порядке вещей.

Я с трудом подавила желание влепить ей хорошую такую затрещину.

– А что если меня устраивает быть его невестой? – спросила я, с вызовом посмотрев на сестру. – Ты не допускаешь мысли, что своим появлением только всё портишь?

На лице Оливии отразилась растерянность.

– Ты любишь графа?

– Да причём здесь это! – отмахнулась я. – Если ты не заметила, он – выгодная партия. И, положа руку на сердце, я лучше стану его женой, чем вернусь к отцу и буду трястись от страха, кого он мне выберет в мужья вместо Кэйсера.

– Если дело только в этом, то почему бы тебе не обратиться за помощью к дедушке? – удивилась Оливия. – Уверена, он встанет на твою сторону и позволит остаться в Ханелоре, а потом подберёт достойного жениха. Возможно, даже намного лучше, чем граф Эйнард.

«Я не хочу лучше, – вспыхнула в голове внезапная мысль. – Меня устраивает этот».

Осознание данного факта пыльным мешком ударило меня по голове, и я пошатнулась.

Кэйсер нравится мне? Не просто как выгодная партия, но и как мужчина?

– Лина? – Оливия с тревогой посмотрела на меня. – В чём дело?

Я лишь покачала головой и нервно рассмеялась.

«Я сама попросила мужчину, который мне нравится, жениться на моей сестре, – с отчаяньем подумала я. – Ну, не дура ли я?!!»

В этот момент дверь в кабинет ректора открылась, и к нам вышел сначала Алан, а за ним и Кэйсер.

– Ты идёшь со мной, – безапелляционно заявил граф, беря меня за руку, после чего перевёл равнодушный взгляд на Оливию: – А вас ждёт ректор – у него для вас новости.

После чего, не дожидаясь ответа Оливии, решительно двинулся прочь от ректорской башни, волоча меня за собой, точно на буксире.