На постоялом дворе

Удобно устроившись в карете, я всю дорогу то и дело высовывалась в окно, чтобы отыскать взглядом графа, гордо ехавшего на вороном коне впереди нашей колонны.

Я была растеряна. Ни через полчаса, ни через час остановки не последовало.

Кэйсер продолжал спокойно ехать, время от времени перебрасываясь парой фраз с кем-нибудь из своих людей, и ничего ни в его внешнем виде, ни в поведении не свидетельствовало о плохом самочувствии.

И это было очень странно. Я ведь собственными глазами видела, как он выпил отравленный сок! Так почему же слабительное не подействовало?

«Может, у него было противоядие? – предположила я. – Но ведь для того, чтобы его применить, нужно точно знать, что с тобой. Как бы Кэйсер догадался принять нужное снадобье, предварительно хотя бы пару раз не сбегав в кусты?»

Вопросов было больше, чем ответов. Только вот озвучивать их было нельзя, ведь тем самым я выдам свою причастность к отравлению и вполне могу нарваться на хорошую трёпку, чего мне совершенно не хотелось.

Как и обещал граф, до самого позднего вечера мы не сделали ни единой остановки (кроме совсем коротких, когда кому-то необходимо было справить естественную нужду), благодаря чему вскоре после заката прибыли в небольшой городок.

– Заночуем на постоялом дворе, – поравнявшись с моей каретой, сообщил Кэйсер.

Меня эта новость несказанно обрадовала, поскольку открывала возможность для очередной попытки побега. Даже если Кэйсер запрёт меня в комнате на ключ и выставит под дверью караул, я всё равно смогу вылезти в окно, ведь в таких крохотных городах постоялый двор не может быть выше двух этажей.

Я порадовалась, что перед началом пути специально положила кошелёк с деньгами в карету, и теперь он благополучно перекочевал в карман моего платья.

Да, от вещей придётся отказаться – ну, и бог с ними. Мне вполне хватит и простого шерстяного плаща, в который я закуталась, поскольку после захода солнца на улице стало довольно прохладно, а стены кареты хоть и защищали от пронзительного ветра, всё равно не могли сохранить тепло.

Постоялый двор, как я и предполагала, оказался двухэтажным: на первом этаже располагался просторный зал с дюжиной маленьких круглых столиков, за которыми сидели немногочисленные посетители. А на втором этаже находились комнаты для желающих переночевать.

При виде нашей компании хозяин постоялого двора тут же выскочил из-за стойки и, низко поклонившись, предложил для нас самые лучшие комнаты.

Граф тут же кинул ему туго набитый монетами бархатный мешочек и выкупил все свободные комнаты, а заодно заказал ужин на всех.

– Ты идёшь со мной, – безапелляционно заявил он, ухватив меня за локоть сразу после того, как забрал у хозяина ключ от одной из комнат.

«И вот опять мы на «ты», – раздражённо подумала я, покорно следуя за графом. –  Никакой последовательности».

Его комната располагалась в конце длинного коридора, была маленькой и тёмной, да и крайне скудно обставлена. Кроме двух односпальных кроватей и шаткого квадратного стола мебели здесь не было.

– Можешь выбрать кровать, – «великодушно» разрешил Кэйсер, второй раз за этот день начиная расстёгивать пуговицы своего камзола.

– Что? – ошеломлённо переспросила я. – Что значит, выбрать кровать? – меня захлестнуло возмущение. – Я что, буду ночевать в одной комнате с вами?

– Да, будешь, – последовал лаконичный ответ.

– Нет, не буду!

Кэйсер смерил меня холодным взглядом.

– Дорога была долгой, и я очень устал, – проговорил он суровым голосом. – И меньше всего сейчас я хочу слушать твои истерики. Так что ты либо выбираешь кровать, мы мирно ужинаем и ложимся спать, либо я привяжу тебя к одной из кроватей, а в рот засуну кляп, чтобы ты своими воплями не мешала мне спокойно отдыхать.

Я аж задохнулась от возмущения.

Да как он смеет так со мной разговаривать! Ещё и угрожает…

В памяти тут же всплыла сцена, как он в шатре прижимал меня к кровати, с лёгкостью преодолев сопротивление, и я судорожно сглотнула, осознав, что в случае открытого противостояния однозначно проиграю.

– Здесь, – я указала на кровать, стоявшую возле окна. – Я буду спать здесь.

– Хорошо, – кивнул Кэйсер. – Я уже отдал распоряжение слугам, они принесут тебе сменное платье и ужин.

Я лишь коротко кивнула, сняла плащ, аккуратно повесила его на крючок возле двери и чинно опустилась на край выбранной кровати.

Кэйсер снял камзол и жилет и небрежно накинул их на кривоватую спинку стула, стоявшего возле стола.

Я невольно залюбовалась его широкими плечами и мускулистыми руками, обтянутыми тонкой тканью белоснежной рубашки.

В принципе, если так подумать, Кэйсер был внешне весьма привлекательным мужчиной. Густые тёмные волосы, правильные черты лица, волевой подбородок, подтянутая фигура… если бы не отвратительных характер, его можно было бы даже назвать идеальным женихом.

Разве не о таком мечтают все девушки? Богатый, красивый, сильный, ещё и аристократ.

Я поспешно отвела взгляд, посмотрев в окно, в котором виднелся небольшой кусочек звёздного неба.

Сбежать из комнаты, если рядом неотлучно будет находиться Кэйсер, было практически нереально.

Впрочем, что мне мешает организовать ему незапланированную отлучку?

Стоило прийти Берте с одним из моих чемоданов (самым маленьким), я тут же попросила её принести мою шкатулку, а как только служанка выполнила мою просьбу, я сразу же обратилась к Кэйсеру.

– Мне нужно переодеться, – сообщила я ему. – Не могли бы вы выйти?

Граф криво усмехнулся, а затем повернулся к моей служанке.

– Вернусь через пять минут, – предупредил он её. – И если не застану твою госпожу в комнате, кнутом спущу с тебя шкуру.

Берта судорожно сглотнула и нервно кивнула, показывая, что всё поняла.

Стоило только за графом закрыться двери, я открыла шкатулку и нашла среди многочисленных флаконов склянку с чесоточным порошком, которым щедро посыпала постельное бельё на кровати Кэйсера.

– Госпожа… – взволнованно обратилась ко мне Берта. – Что вы делаете?

– Обеспечиваю графу незабываемую ночь, – мрачно ответила я.

В конце концов, даже если мне не удастся сбежать, я с удовольствием посмотрю, как граф будет чесаться, точно блохастый пёс – моё уязвлённое эго будет вполне удовлетворённо подобной местью.