Глава 17

Очутившись в купальне, Вана подошла к большому зеркалу с любопытством вгляделась в свое отражение. Ее лицо, бывшее с утра мертвенно-бледным, горело теперь лихорадочным румянцем. Живой блеск возвратился к глазам — а ведь ей казалось, что став супругой Золотого Чародея, она навсегда превратится в бесстрастную механическую куклу!..

Вана, продолжающая придирчиво изучать отражение в зеркале, внезапно поймала себя на мысли о том, что никогда прежде она не нравилась самой себе так сильно. Что-то изменилось в ней за последние сутки — не то взгляд, утративший детскую непосредственность, стал глубже, не то лицо обрело невиданный прежде свет…

На ум пришли материнские сказки: согласно им, девы хорошели непостижимым образом, когда в них вспыхивал огонь любви…

Вана приложила ладони к пламенеющим щекам.

Возможно ли, что она влюбилась… влюбилась в Золотого Чародея?..

Нет! Немыслимо!

Или это он немыслимый…

Он ведь не тронул ее. Точнее — Вана вспыхнула до корней волос, припомнив, что творилось в кровати — тронул. Нельзя было не признать, что трогал принц весьма ощутимо и с полной самоотдачей — налившаяся от его игр грудь до сих пор болезненно реагировала на случайные прикосновения. Но ведь пожалел. Отпустил.

Не стал доводить начатое до конца… Вана поежилась, инстинктивно прижимая ладонь к низу живота.

Образ супруга, больше не вызывающий отторжения, промелькнул перед мысленным взором. Вана, окончательно смешавшаяся, взволнованная, растревоженная и не понимающая, что с нею происходит, судорожно вздохнула, вспомнив его ласки. Юная принцесса как наяву ощутила прикосновение бесстыжих пальцев к лону — и тело внезапно отозвалось сладостной дрожью. Жаркая пульсирующая волна разлилась внутри.

О, великая Зажигающая Звезды, да что с ней?! Ведь совсем недавно вторжение супруга в святая святых едва не довело ее до нервного срыва!..

Наскоро умывшись прохладной водой и почувствовав огромное облегчение, девушка, памятуя просьбу Локастрина, с сожалением отказалась от более длительных водных процедур.

На мгновение прижав ладонь к гулко ухающему от волнения сердцу, Вана плотно завернулась в свое покрывало, с которым не чувствовала сил расстаться, и на цыпочках возвратилась в спальню.

Принц не стал пенять за слишком долгое отсутствие, молча указал на ширму, стоящую в углу, и прошествовал в освобожденную купальню.

Быстро, как мышка, скинув с себя покрывало и выпутавшись из развратного пеньюара, Вана скользнула под тяжелое, но при этом восхитительно прохладное одеяло. Непривычное к наготе тело остро реагировало на прикосновение шелковых простыней. Девушка завозилась, стремясь устроиться поудобнее до того, как вернется супруг.

Раздался звук мягко притворенной двери и в комнате зазвучали легкие шаги принца. Одновременно с этим погас единственный горевший светильник; супружеская опочивальня погрузилась в тревожный и вместе с тем волнующий мрак.

Муж прошел мимо кровати. Приоткрывшая плотно сомкнутые ресницы Вана успела заметить застывший на фоне окна подтянутый, совершенно обнаженный мужской силуэт, облитый лунным светом — небо прояснилось, и в вышине снова засияли звезды.

Локастрин, будто почувствовав ее взгляд, резко обернулся — Вана поспешила зажмуриться, пряча запылавшее лицо в подушку. Он пообещал, что не станет за ней подсматривать — а она?!

Послышался звук задвигаемых портьер и бархатная темнота в спальне стала абсолютной.

Снова раздались шаги. Девушка почувствовала, как противоположная сторона кровати прогнулась под весом укладывающегося мужчины.

Похоже, при таком соседстве ей не уснуть этой ночью…

Ваналина не успела додумать мысль до конца — сражающая усталость навалилась на нее неподъемным грузом. В следующую секунду измученная девушка провалилась в глубокий сон без сновидений.

Первый лед был сломлен.