Глава 3

Вана с малых лет мечтала пойти по стопам сестер и стать воительницей, защищающей Последний Рубеж от бесконечных вторжений турсов. Но судьба распорядилась иначе — маги признали ее единственной носительницей царской крови, способной быть Хранительницей Радужного Покрова Пятого мира. Именно ей суждено будет стать последним щитом Фьялахейма в том случае, если турсы одержут победу, сметут Рубеж и ворвутся в галактику.

После свершения таинства, сделавшего ее Хранительницей, Вана ни разу не покидала пределов родного мира. Это не было обязательным условием — но так решил отец, и девушка не перечила его воле. Она смирилась с тем, что будет вечной узницей своего звездного рукава и выйдет замуж за фьяла, наделенного сильными магическими способностями, дабы усилить генофонд царской семьи.

Именно поэтому она сознательно отказалась от участия в любых разговорах, касающихся прочих миров и галактики в целом. Роль сторонней наблюдательницы, не имеющей ровным счетом никакого влияния на судьбы Девяти миров, была слишком горька.

Мечтала Вана лишь об одном — хоть раз, хоть издали увидеть Последний Рубеж, границу, защищающую обитаемый космос от страшной опасности, рвущейся в галактику из Черной Дыры. Девушка неоднократно просила сестер помочь ей тайно покинуть Фьялахейм, но Айла и Кейра лишь отшучивались.

Валькирии обещали, что непременно слетают с ней на Рубеж — но только после того, как Вана выйдет замуж. Дескать, они не хотели, чтобы младшая сестричка встретилась на границе с каким-нибудь Звездным Охотником из другого мира и влюбилась в него без памяти.

Увы: Вана не влюбилась в иномирянина, но, по воле злого рока, все же стала невестой жестокого и незнакомого предводителя Стражей Последнего Рубежа.

Почему отец допустил это?!

К сожалению, Вольтанг, не собирался отвечать на заданный Айлой вопрос:

— Мне надоел этот балаган!!! — оглушительно взревел царь, почти испуганным взглядом обводя четырех голосящих разом женщин. — Будет так, как я сказал!

Он вскинул вверх кулак с зажатым в нем радужным камнем — в следующую секунду Леду, Айлу и Кейру парализовало вырвавшейся из него магией и они безвольными куклами начали заваливаться на пол.

Супругу подхватил сам царь, а вот его дочери повалились на мягкий ковер, будто марионетки с перерезанными нитями. Вана, которую магия не затронула, рухнула вниз, увлекаемая весом по-прежнему обнимающей ее Кейры, и пребольно ударилась коленками.

Отец медленно приблизился к младшей дочери, наклонился и, схватив за руку, вздернул на ноги, вырвав болезненный вскрик.

— Папа… пожалуйста, папочка!.. Не надо!.. — зарыдала Вана, когда он потянул ее, отчаянно упирающуюся, к выходу. — Я не хочу замуж!.. Не отдавай меня ему, прошу!!!

Царь оглянулся — Вана затаила дыхание — окинул взглядом дочь, и сокрушенно вздохнул:

— Все равно платье измяли! — и, подхватив брыкающуюся дочь под мышку, вынес ее в коридор.

— Стой!!! — из оставленной комнаты раздался полный бешенства крик Айлы, которому вторил голос Кейры.

Вольтанг обернулся, и Вана смогла увидеть, что на запястьях сестер ярким светом запылали орихалковые наручи Валькирий, стремительно пожирающие магию и возвращающие своим владелицам способность двигаться.

— Держите этих бестий!!! — проревел Вольтанг стражникам. — Перекройте все выходы из дворца, закуйте в кандалы, если потребуется — но чтобы ноги их не было в телепортационном зале или на космодроме!!!

Верные воины царя бросились к мятежным принцессам, а сам владыка Фьялахейма, по-прежнему удерживающий рвущуюся и кричащую младшую дочь, почти бегом кинулся в противоположную сторону, попятам преследуемый свитой.

Маги, ожидавшие праздничную процессию перед залом телепортаций, шокировано застыли, когда в глубине коридора появился растрепанный царь, волокущий бьющуюся в истерике невесту под мышкой, а следом показалась толпа придворных, откровенно не поспевающая за повелителем, а потому растянувшаяся безумной кильватерной линией на добрую половину дворца.

— Ваше величество, что… — потрясенно начал главный маг Фьялахейма, но был перебит владыкой:

— Это катастрофа, Шиллин! — тяжело отдуваясь, простонал тот. — Времени почти не осталось, обряд начнется через полчаса — но мы не можем появиться в Аргарде в таком виде!.. Тамошний зал наверняка полон встречающих во главе с царской семьей. Ты представляешь, что будет, если кто-то из аров увидит все это?!

Вольтанг обвел сокрушенным жестом разом и себя, и дочь, и медленно подтягивающуюся свиту. Несколько дам, не выдержавших безумного забега, остались лежать в коридорах в глубоком обмороке.

Судя по лицу мага, быстро накрывшего небольшой участок коридора пологом тишины, он очень хорошо представлял последствия такого прибытия.

— Мой царь… почему вы не подготовили дочь заранее? — осторожно спросил он.

— Как?! — снова взъярился царь. — Я сделал все, что мог — приказал ей готовиться к свадьбе и оставить все бабские глупости! По-твоему, я доложен был пятнадцать дней сидеть подле дочки и вытирать ей слезы?

— Возможно, если бы вы просто поговорили с принцессой и объяснили, что Фьялахейму не оставили иного выхода, кроме ее брака с Золотым Чародеем, нам не пришлось бы вытирать ее слезы теперь, — рассудительно заметил Шиллин.

Он был одним из немногих фьялов, кто мог позволить себе сказать в глаза царю нечто подобное, не опасаясь при этом получить пощечину.

— Шиллин, ее это не касается! — попытался осадить мага царь, но тот отрицательно качнул головой:

— Государь, вы забываете о том, что именно принцессе Ваналине предстоит навсегда остаться в Аргарде и стать женой предводителя Звездной охоты. Она имеет право знать, почему вы отдаете ее нашему врагу.

Вана, на протяжении всего разговора упорно пытавшаяся выкрутить свое запястье, на котором уже начала расцветать гематома, из стальной хватки царя, навострила уши.

Неужели хоть кто-то решил снизойти до объяснений перед ней?..

— Шиллин!..

Маг попросту пропустил царский окрик мимо ушей.

— Ваше высочество, — шагнул он к Ване. — Я хочу, чтобы вы осознали: от вас, от вашей покорности отцовской воле, зависит сейчас судьба всего Фьялахейма.

Девушка подняла глаза на придворного мага. Ей с детства нравился Шиллин. Серый и как будто полупрозрачный советник отца всегда казался ей самым разумным существом во всех Девяти мирах. Он один умел осадить царя, когда тот впадал в буйство, он был способен любую проблему решить малой кровью. Он никогда ей не лгал.

— Почему, Шиллин? — с отчаянием спросила она его. — Для чего нужно мое замужество? Зачем оно?..

— Совет владык потребовал, чтобы ваш отец отдал свою дочь Золотому Чародею, — ответил маг. — В случае отказа Древние цари пригрозили лишить Фьялахейм Радужного Покрова. Вы ведь понимаете, что без него мы будем обречены, ваше высочество?..

Вана понимала. Фьялахейм был самым юным из пяти шагнувших в открытый космос миров галактики. Магия была необходима звезному рукаву столь же сильно, как воздух живым существам. Без Покрова мир был обречен на медленную и страшную гибель.

Сердце сжалось от ужаса.

— Неужели… неужели это действительно возможно?.. Отнять у мира Радугу? — в неверии прошептала Вана.

Шиллин горько вздохнул.

— Да, девочка. Возможно. В настоящий момент времени мы — единственный уязвимый с этой точки зрения мир в галактике. Через несколько столетий Фьялахейм выйдет на новый этап развития, и тогда Радужный Покров станет неотделимой его частью. Но сейчас, когда магия нестабильна… Более древние миры легко могут лишить нас силы.

— Но зачем?!

— Владыки Янтарна, Гуннавейля и Нильфирда полагают, что испив Радужный Покров Фьялахейма, они станут сильнее. Они тысячелетиями сражаются с порождениями Черной Дыры и готовы пойти на все, чтобы победить. Древние заявили, что наш мир, как самый юный из открытых, наиболее бесполезен в войне, — тщательно скрываемая ярость все-таки прорвалась в спокойный голос Шиллина, превращая его в рычание. — Они считают, что нами можно пожертвовать во имя достижения великой цели!

Вана зажмурилась.

Сестры говорили, что Стражи Рубежа сражаются за все Девять миров, не делая между ними различий. Так почему же владыки миров, являющиеся такими же Стражами, смеют решать, кому в галактике жить, а кому умереть?!..

— Отсталым мирам повезло больше, — взяв себя в руки, продолжал Шиллин. — Покровы вокруг молодых звезд зачаточны, и никакая сила во вселенной не способна пожрать их до тех пор, покуда цивилизации не научатся использовать свою магию и не шагнут в космос. Но когда они покинут свои колыбели… да поможет им Зажигающая Звезды защититься от Древних!

Взгляд седовласого фьяла затуманился.

— Никогда прежде обитаемые миры не грозили друг другу уничтожением, — прошептал он с невыразимой горечью в голосе. — Мне страшно за будущее галактики — возможно, вовсе не турсам суждено стать причиной ее гибели!

— А что насчет Аргарда? — спросила принцесса, пытливо вглядывающаяся в лицо мага. — До сих пор вы не сказали о нем ни слова, а ведь именно за аргардского принца меня принуждают выйти замуж! Почему? Разве Аргард не относится к Древним мирам? Чем он лучше трех остальных?

— Аргард стабилизировался уже на моей памяти, принцесса. Если не считать нас, он — самый юный из Открытых миров в галактике. Его возраст нельзя даже сравнивать с такими титанами как миры Первой Триады: Янтарном, Нильфирдом и Гуннавейлем. Когда прочие миры выдвинули нам ультиматум — в зале Совета не было ни одного представителя Аргарда.

Девушка кивнула, безмолвно ожидая продолжения, и оно последовало:

— Ваш союз с Локастрином Леддисоном станет нашим спасением, принцесса Ваналина, — с непоколебимой верой произнес Шиллин. — Никто, даже Древние, будь они прокляты, не рискнут пойти против Золотого Чародея. Он великий маг, самый великий из всех, что когда-либо рождались в Девяти мирах, его благословила сама галактика. И если в жилах его детей будет течь кровь фьялов — Фьялахейм будет защищен до скончания времен. Локастрин Леддисон не позволит Древним причинить вред нашему миру — ведь вместе с нашими звездами погибнут и его потомки.

Советник отца говорил очень складно — но была в безупречной логике его слов зияющая брешь, бездонная, как сама Дыра.

— Мне ясно, зачем этот брак нужен Фьялахейму, — обняв себя руками за плечи, сказала Вана. — Но к чему он Аргарду? Какой резон предводителю Звездной охоты, всемогущему и непобедимому, брать в жены такую как я? Зачем ему взваливать на свои плечи ответственность за чужой мир, стоящий на краю пропасти? Неужели в Аргарде или других Древних мирах, защищенных от безумных притязаний, не нашлось подходящей ему женщины?!

Она оказалась права в своих подозрениях: глаза Шиллина забегали, он неуютно переступил с ноги на ногу.

— Принцесса, все, что от вас требуется — выйти замуж за принца Локастрина, и спасти тем самым свой звездный рукав. Разве такая цена за жизни ваших соотечественников, ваших подданных, ваших родных — слишком высока?.. — уклончиво спросил он, и Ване все стало понятно.

Она осознала, что отец все это время тащил ее к жертвеннику, неумело замаскированному под свадебный алтарь.

Ее жизнь в обмен на жизнь всего Фьялахейма?

Что же…

Цена в самом деле невысока.

В душе внезапно воцарилось торжественное спокойствие. Страх ушел, сменившись ледяной решимостью. Что бы ни ждало ее впереди — она пройдет это испытание, примет его с честью. Умирать, зная, во имя чего отдана жизнь — не страшно. Гораздо хуже было бы и дальше оставаться в неведении, мечтать о счастливом браке, о любви…

Но к чему тогда этот фарс со свадьбой?.. А, не все ли равно!

Пусть будет так.

— Хорошо, Шиллин. Я согласна. Я выйду замуж за Локастрина Леддисона, — спокойно сказала принцесса. — Отец, тебе не нужно и дальше тащить меня к алтарю как неразумную скотину. Я пойду сама.

Царь, прислонившийся к стене и за все время нелегкого разговора ни разу не поднявший головы, мотнул косматой гривой.

— Шиллин, спаситель мой… — негромко произнес он. — Что бы я без тебя делал?..

— Я всего лишь выполняю свой долг, государь, — невозмутимо отозвался придворный маг и посмотрел на часы. — У нас совсем нет времени. Ваше высочество, позвольте мне наложить иллюзию на ваш облик — боюсь, мы попросту не успеем привести вас в порядок иным способом. Делегация Фьялахейма должна была прибыть в Аргард четверть часа тому назад. Обряд венчания начнется через десять минут. Если мы не явимся к назначенному сроку — быть беде.

Вана покорно шагнула к советнику, отдаваясь во власть его искусства.

Мелькнула глупая мысль: Локастрин Леддисон сильнейший маг в галактике — он наверняка способен видеть через иллюзии, сотворенные более слабыми собратьями. То-то будет принцу сюрприз, когда, откинув фату, он поймет, что вместо прекрасной фьялы ему подсунули растрепанное, зареванное в дым чудовище в измятом и запачканном платье!..

Девушка даже улыбнулась — настолько по душе ей пришелся образ изумленного сверх меры Золотого Чародея, живо нарисованный воображением.

Впрочем, улыбка тотчас погасла, стоило Ване вспомнить, что этот Чародей всего через десять минут станет ее мужем и повелителем.

Скорее всего, он не просто удивится ее подпорченной внешности — он придет в ярость.

Час от часу не легче…

— Девочка… — едва слышно прошептал маг, склонившийся к уху Ваны под видом очередного волшебного пасса. — Запомни: если ты переживешь сегодняшний день и грядущую ночь — все будет хорошо. Тогда тебе нечего будет бояться. Знай: шансы на благополучный исход очень велики. Мы все будем молить Зажигающую Звезды за твою жизнь…

Лучше бы он ничего не говорил!!!

— Я поняла… — обреченно кивнула Вана, бессильно закрывая глаза.

Она так и знала, что не переживет свою первую брачную ночь!

— Идемте!.. — сделав все с внешностью принцессы, что было в его силах, поторопил главный маг, убирая полог тишины.

Заскучавшие придворные, разбредшиеся по коридору, встрепенулись. Царь с трудом, как показалось Ване, отделился от стены и занял место по правую руку от невесты. Он тяжело, с шумом дышал, но лишь досадливо махнул рукой в ответ на вопросительный взгляд Шиллина.

— Начинай!

Свадебный кортеж ввалился в телепортационный зал, маги встали по периметру, готовясь активировать радужные кристаллы.

Вана, окончательно сбитая с толку разговором с Шиллином и его прощальным напутствием, едва успела окинуть последним взглядом родные просторы Фьялахейма, расстилающиеся за огромными панорамными окнами.

Снаружи дул усиливающийся с каждым мгновением ветер — предвестник одного из разрушительных ураганов, с течением времени обрушивающихся на Фьялахейм все чаще. С некоторых пор, Пятый мир сотрясали стихийные бедствия, одно страшнее другого — но никто из фьялов не знал причин, их порождающих.

Магия вспыхнула, закручивая в спираль пространство, и в следующую секунду временно ослепленная процессия фьялов уже стояла в зале перемещений Небесного чертога аргардских правителей.

Фьялахейм остался в прошлом.