Глава 41

— Скажите, Локастрин, а у других миров есть Хранители? — спросила она, стремясь уйти от неприятной темы. — Или только наши маги додумались до такой стратегии выживания, если произойдет самое страшное и Рубеж падет?..

— Есть, — подтвердил Золотой Чародей, переплетая свои пальцы с тонкими пальчиками жены. — В Аргарде — я, у Древних — Иннеан, Марриин и Эон, первенец Эосины и Чоохана. Но, Ваналина, всё это не имеет смысла. Если Рубеж падет, я и принц гуннов погибнем первыми, потому что не оставим Проклятую Границу и не бросим остальные миры только ради того, чтобы попытаться закрыть собственные звездные рукава. Мы будем сражаться до конца. Что же касается Янтарна и Нильфирда… теперь, когда цари отреклись от имени Звездных Охотников, они, возможно, и сумеют стать живыми щитами для своих миров. Но это никого не спасет. Галактика жива до тех пор, пока существует Рубеж. Если исчадия Черной Дыры уничтожат всех Стражей, их уже ничто не остановит. Они попросту разорвут Девять миров в клочья. Вы правильно сказали, что попытка запереться на звездах станет продлением агонии. Помощь не придет… Ей не откуда будет взяться.

Ване сделалось страшно.

Локастрин говорил очень спокойно, он не стремился преувеличить или нарочно напугать свою собеседницу. Он разговаривал с ней, как с равной, как с боевым товарищем. Она и была его боевым товарищем — не имея отношения к Стражам Последнего Рубежа, она была Хранительницей Покрова, такой же, как и он сам. Стать щитом означало смерть для носителя царской крови, являющегося Хранителем. Кто способен понять смертника лучше, чем другой смертник?

— Не бойся, — негромко сказал принц, догадавшись о страхе, овладевшем Ваной, и снова коснулся ее руки легким поцелуем. — Покуда я — предводитель Звездной Охоты и Хранитель галактики, Рубеж не падет. Я не позволю этому случиться, не позволю турсам победить. Я сделаю возможное и невозможное, но уберегу Девять миров от гибели. Обещаю.

— Я верю тебе, — прошептала Вана, через силу улыбаясь дрожащими губами. — Я знаю, что ты сможешь защитить нас всех, Золотой Чародей.

Он подался вперед, стремясь сократить расстояние между их лицами и запечатлеть на устах девушки поцелуй, но она легким прикосновением к плечу удержала его на месте.

— Торрон… — предупреждающе шепнула Вана, напоминая о присутствии старшего аргардского царевича.

Локастрин удивленно обернулся: он и думать забыл о брате,

— Да вы не стесняйтесь! — широко улыбнулся Торрон, с искренней радостью глядя на Вану и по-прежнему сидящего у ее ног Локастрина. — Я не буду вам мешать — что-то спать захотелось смертельно…

И он приподнялся со своего места, намереваясь оставить террасу.

— Торрон, не уходи! — воскликнула зардевшаяся Вана, которой стало стыдно за свое невнимание к гостю. — Я не хочу, чтобы ты думал, будто мы тебе не рады или что в Болотистом Чертоге не умеют встречать гостей!.. Просто…

— Да неужели же я не понимаю? — снова улыбнулся светловолосый ар. — Я ничуть не обижен и безумно рад, что у вас с братом все хорошо. Признаться, я переживал, что вы не сумеете найти общий язык.

— Ваналина, — неожиданно нахохлился Локастрин. — Почему к моему брату вы обращаетесь на «ты», а ко мне — на «вы»?!

В его голосе действительно прозвучал намек на сдерживаемую ревность?..

Вана, обескураженная вопросом, не нашлась с ответом, зато Торрон закивал:

— Да, я тоже заметил, как диковинно вы разговариваете, — подтвердил он с удивлением. — Видно же, что по уши влюблены друг в друга, а до сих пор, как чужие, «выкаете». Неужели даже в супружеской спальне сохраняете этот никому не нужный официоз?

Вана покраснела, зато Локастрин не стал молчать:

— Чем мы занимаемся в спальне, тебя никак не должно касаться, любезный братец, — раздраженно обрубил он и невежливо поинтересовался: — Я совсем забыл спросить, ты сюда по делу явился, или просто так?

Торрон насупился.

— Меня послали на разведку, — неохотно признался он. — В последнее время Аргард буквально осажден визитерами: владыка Марриин появляется каждые несколько дней, царица Эосина то и дело связывается с нами через радужные кристаллы, царь Чоохан несколько раз прилетал вместе с нильфом… и всех интересует, как поживает Ваналина!

— Что им от меня нужно? — изумилась Вана. Столь горячий интерес венценосных особ к ее скромной персоне стал для девушки полной неожиданностью.

Локастрин недовольно нахмурился.

— Знаешь, даже мы с отцом начали беспокоиться, — развел руками гигант. — Несколько месяцев минуло, а невесту никто не видел со дня свадьбы! Есть о чем заволноваться.

— Ну разумеется, — зло скривился Локастрин. — Испугались, что кровожадный турс сожрал невинную деву, а кости утопил в болоте? Кучка идиотов!!!

Принц взбешенно вскочил и отошел к краю террасы.

— Наставник тоже спрашивал обо мне? — напряженно спросил он, вглядываясь в ночь и старательно не поворачиваясь лицом к зрителям. Вана услышала в его тоне тщательно скрываемую надежду.

— Нет, — просто пожал плечами Торрон. — Царь Иннеан ни разу не появлялся на горизонте.

Тонкие пальцы Локастрина судорожно сжали невысокое ограждение; плечи молодого ара опустились от разочарования. Торрон, в отличие от Ваны, не заметивший, какое впечатление произвели его слова, продолжил свою мысль:

— Ты не турс, мой любимый брат, но и без того способен сжить со свету кого угодно, если задашься такой целью, — со знанием дела заявил он, вызвав новое гневное восклицание со стороны Золотого Чародея, в очередной раз обиженного равнодушием учителя. — Мы все видели, как ты обращался с Ваной в день свадьбы — откуда нам было знать, что ты сменил гнев на милость и теперь целуешь ее и носишь на руках?

Вана смущенно зарделась. Ей до сих пор было неловко от того, что Торрон стал свидетелем их с мужем страстного поцелуя в столовой.

— А подумать головой, вам, конечно, было недосуг, — агрессивно зарычал младший ар. — Я понять не могу, Марриину больше заняться нечем, кроме как летать из мира в мир? Он не мог поинтересоваться у Эдрэна, который видит меня на Рубеже каждый день, не появилось ли на моей шее трофейного ожерелья из зубов благоверной супруги?!

Торрон подавился чаем.

— Локастрин!!! — громко возмутилась Вана.

— Что — «Локастрин»?! — резко обернулся к ней принц. — Ваше высочество, неужели вас не взбесила эта ситуация?..

Вана покачала головой.

— Я не вижу ничего страшного в том, что владыки проявили сдержанный интерес по отношению к нам с вами, — спокойно сказала она, надеясь ровным тоном успокоить рассерженного супруга. — Они тактично попросили вашего брата навестить Болотистый Чертог, а ведь могли бы и лично наведаться сюда.

Локастрин пренебрежительно фыркнул.

— Я сам устанавливал защиту против незваных гостей вокруг своего спутника! Древние прекрасно понимают, что ноги их не будет на этой земле, если я того не захочу — поэтому и послали Торрона, — просветил он Вану. А потом добавил, противно скривив уголок губ: — Не удивлен, что вы не замечаете абсурдности происходящего — ведь не вас в очередной раз заподозрили Дыра знает в чем!

Вана поняла, что ее тоже охватывает злость.

— Знаете, принц, — раздраженно сказала она, — я рада, что хоть кому-то в Девяти мирах небезынтересна моя судьба!

— На что вы намекаете? — вздернул он тонкие брови.

— На то, что моим исчезновением обеспокоились совершенно чужие для меня цари, но никто из родных за все время даже не попытался связаться со мной!

— Вана, не расстраивайся так! — растерянно попросил Торрон: он заметил блеснувшие в глазах девушки слезы.

— Вольтанг верен своему слову: ваш мир в полной изоляции с момента нашего бракосочетания, — пожал плечами Локастрин, несколько сбавив тон. — Царь зашел так далеко, что отозвал с Рубежа всех фьялахеймских Стражей. Это… ощутимо подорвало наши силы.

Вана опустила голову: она не знала, что лелеющий больную гордость отец посмел поставить под удар все Девять миров. Он отозвал с Границы почти пятую часть Стражей?! Безумец!

— Он не ведает, что творит… — прошептала она.

— Вы не должны чувствовать себя виноватой за деяния отца, — смягчился предводитель Звездной Охоты. — Не могу не признать, что меня удивляет преданность фьялов своему безрассудному владыке: многие из них были потрясены, когда пришел приказ вернуться во Фьялахейм, многие не желали оставлять Рубеж. Но в конечном итоге покорились все.

— Даже Айла и Кейра? — не удержалась от вопроса Вана, не понаслышке знающая о непримиримом характере сестер-бунтарок.

— Вольтангу пришлось прислать роту личных гвардейцев, чтобы утащить сестричек-Валькирий домой… — мечтательно протянул Торрон, улыбаясь, будто от прекрасных воспоминаний. — Они едва не разнесли половину Рубежа, пока ловили этих красоток.

Вана изумленно округлила глаза.

— О, да, мой братец — большой поклонник ваших сестер, — иронично подтвердил супруг, перехвативший удивленный взгляд.

— Я восхищаюсь ими! — горячо подтвердил светловолосый принц. — Смертельно опасные воительницы, одни из самых яростных на Рубеже, и одновременно — красавицы, от которых невозможно отвести взгляд. Женщины-мечты.

— Женщины-мегеры, — скривился Локастрин. — Которые вот уже который день пытаются взломать мою защиту и проникнуть на Фенсалир. И что им не сиделось у папочки под крылом — как они умудрились сбежать от Вольтанга?!

Вана перестала дышать.

— Что вы сказали, принц?! — вскричала она, вскакивая и бросаясь к мужу. — Айла и Кейра пытаются попасть сюда?.. Так почему же вы их не пускаете?!

— Потому что пока я жив — ноги этих женщин не будет на моем спутнике! — рявкнул Локастрин, осознавший, что сболтнул лишнее.

Вана отшатнулась, как от пощечины.